- -
- 100%
- +
– Просто чудеса какие-то, доисторические, – удивился я.
– А вот мне кажется, что это очень мило, - отрезала Иса. – Да, Дэйв, есть ещё один не очень приятный для тебя фактор.
– Что такое?
– Видишь ли, на Вечере много представителей творческой интеллигенции, как они сами себя называют, «креативного класса»…
– Иса, разве я что-то имею против творчества?
– Этих ты наверняка не любишь. В Приморске, (это столица), любят тусить галактические поп-звёзды, модельеры, из тех, чью одежду невозможно носить, стилисты, визажисты, собачьи парикмахеры… Творческая богема. Модные писатели, вроде скандального порнографа Салоголубовского, и прочие похожие личности. Насколько я знаю, Вольные Капитаны всегда их презирали…
Я хмыкнул.
– Иса, мне вся эта братия до одного места. Я никогда не вращался в богемных тусовках, и всё моё знакомство с этой шайкой сводится к одному единственному мордобитию, когда я дал в рыло модному репортёру в одном из баров Фронтира. Нефига было дурь писать. Иса, я что, какая-то знаменитость? Нет. Так что просто выкинь всё это из головы.
– Я была обязана тебя предупредить, только и всего.
– Спасибо милая, я ценю твою заботу. Смотри, кажется прибывает шаттл.
Даже орбитальный шаттл был выполнен в виде паровоза, со счастливым номером 999. Толпа туристов ломанулась занимать места, так что нам пришлось пошевеливаться, ждать ещё одного рейса совершенно не хотелось. Погрузившись в один из вагончиков, (смотри, Дэйв, лавки из настоящего дерева!) и запихав на верхнюю полку Исин чемодан (купила «специально, чтобы соответствовать антуражу»), мы стали ждать отправления.
Шаттл издал свист, состав дёрнулся и начал набирать скорость. Испуская клубы пара, мы неслись всё быстрее и быстрее по уходящей вверх эстакаде, и наконец, поезд сорвался с рельс и вылетел в открытый космос. Я закрыл глаза и вышел наружу.
Зрелище было довольно сюрреалистическое. Паровоз, коптящий трубой и бешено вращающий колёсами в пустоте, движется по орбите мимо гигантского драгоценного камня куда-то к огромному диску планеты. Внизу, сверкая яркими световыми брызгами, проходило отражение Алмаза. Говорят, особенно красивый эффект достигается, когда несколько отражений от разных станций накладывается друг на друга, море становится совершенно дикого цвета, а уж про облака и говорить нечего. Над нами проплыл огромный круизный лайнер, рядом с ним, как стая цветных рыбок вокруг огромного морского зверя, крутились частные яхточки, рекламные кораблики, и несколько полицейских «Вайперов» сопровождения. Мимо проскочил ещё один состав, уже на Алмаз. Сколько народу! Я ещё раз огляделся и вернулся назад.
– … Дэйв, ты что заснул? – Иса толкала меня в бок. – Не стыдно спать, когда вокруг так здорово? Гляди, вон там уже виден орбитальный лифт. Да погляди же!
Тарелка станции орбитального лифта, будто бы привязанная к планете ниткой-направляющей, была выполнена в стиле дикого стимпанка. Декоративные трубы, якобы из кирпича, колёса, шатуны, какие-то жуткие металлические кунштюки. Всё это двигалось, вращалось, и периодически изрыгало в космос снопы искр и сполохи электрических разрядов. Ну и машинерия…
– Дэйв, – Иса прильнула к иллюминатору. – В основании станции гигантская шестерёнка! И она крутится!
Я вздохнул.
– Иса, ты ведёшь себя как провинциалка с захолустной планеты. Понимаю, интересно, но мы же лэйвцы… э-э-э… или лэйване? Или …
– Лэйваки, – подсказал Локовски.
– Отлезь, – отмахнулся я. – В общем, настоящий турист из столицы сектора должен взирать на местные чудеса с толикой скуки.
Иса надулась и отвернулась к окну, созерцать приближающуюся станцию. Состав слегка качнуло, это нас подхватили гравизахваты, и поезд, не снижая скорости, начал опускаться на эстакаду, точь-в-точь, как и на Алмазе. Тряхнуло, заскрипели тормоза, и состав бодро покатился по рельсам, въехав в нутро тоннеля станции.
– Ну что, приехали, – констатировал я, когда шаттл остановился у перрона. – Давайте на выход. Осмотрим станцию или сразу на лифт? Через пятнадцать минут рейс на планету.
– На лифт, естественно – фыркнула Иса. – Какой интерес бродить по станции? Они же, в сущности, все одинаковые. А вот внизу… – Иса зажмурилась. – Магазины, пляжи, коктейли… М-м-м…
– Ну тогда нам в ту сторону, – я отобрал у Исы чемодан и двинулся вслед за толпой. – А это что такое?
– Где? – Иса закрутила головой.
– Вон, за колонной, смотри. Мне кажется, или он наблюдает за нами?
За колонной прятался какой-то мужик, в бежевом пальто с высоким воротником, чёрных очках и широкополой шляпе. Вылитый шпион из комедийных боевиков.
– Опа, – удивилась Иса. – Чего это он так вырядился? Чтобы в толпе незаметно было?
– Может, поймаем? – предложил Локовски.
– Для начала спросим, – возразила Иса. – Эй, любезный! Вы случаем не нас высматриваете?
Любезный подскочил на месте и вприпрыжку помчался к шлюзам орбитального лифта.
– Псих какой-то, – пожала плечами Иса. – Пошли. Ну его.
Билеты достали с трудом. Заняли последние оставшиеся места, да ещё и вразнобой.
– Смотри-ка Дэйв, – удивилась Иса, глядя сквозь прозрачный пол посадочной площадки. – Эта шестерёнка в основании станции и есть лифт. Довольно оригинально.
– Знаешь, Иса, – я с интересом разглядывал шестерёнку. – А ведь я ни разу не ездил на подобной штуке. Хотя космический лифт и технологическая древность, но они всё ещё встречаются на отсталых планетах. Мы же всегда своим ходом, на «Искателе» спускались. Подумать только, сколько планет мы посетили, но ни на одной толком и не были…
– Вот с Вечера и начнём привыкать к тонкостям жизни на поверхности. Пошли, – Иса потянула меня за руку. – Я всё же надеюсь уговорить тебя купить домик. Как и всякая уважающая себя женщина, я обязана где-то свить любовное гнёздышко.
Я хмыкнул и отправился вслед за ней.
– Дэйв, вон он, – шепнула Иса, когда мы уселись в кресла.
– Кто?
– Да шпион наш. Опять на нас пялится. Не к добру это.
Я мрачно посмотрел туда, куда указывала Иса. Точно, пялится. Проделал дырку в газете, и через неё смотрит на нас. Придурок.
– Может это шеф так забавляется? – предположила Иса. – Направил кого-то из своих людей действовать нам на нервы. Учитывая недавние странности с охраной…
– Смеёшься, Иса? Чтобы сибовец вырядился пугалом? Если бы это была открытая слежка, агент выглядел бы как один из туристов. Не, надо ловить. У меня к нему появились вопросы.
– А если этого от нас и ждут?
– Значит, не разочаруем наших таинственных друзей. О, поехали.
Лифт качнулся, освобождаясь из гравизахватов, и плавно заскользил вниз по трубе, набирая скорость. Пол и стены внезапно стали прозрачными, открывая вид на приближающуюся планету. В салоне раздалось несколько истеричных взвизгов, пара особо впечатлительных дам даже попыталась влезть с ногами в кресло. Что, сухопутные крысы, боитесь космоса?
– Ты чего это так надулся? – недоумённо спросила Иса.
– Да вот, почувствовал себя настоящим космическим волком. Йо-хо-хо и контейнер с бухлом. Или как там в песне?
Иса удивлённо посмотрела на меня, но ничего не ответила.
Лифт скользил всё ниже и ниже, уже попадались редкие облака, и внизу стал виден огромный город. Вспыхнули сопла реактивных двигателей, гася скорость. Судя по отсутствию перегрузок, конструкторы лифта не стали играть в полную аутентичность, и снабдили лифт гравикомпенсаторами.
– А шпион-то наш нервничает, – толкнула меня в бок Иса. – Похоже, готовится сбежать.
– Я ему сбегу! Локовскому передала наш план?
– Ага. Они с Мартиной наготове. Ждут приземления.
Лифт заходил на посадку. Мимо прошмыгнула тушка реактивного лайнера и исчезла в облаках. Двигатели лифта включились в последний раз, и нас подхватили гравилучи посадочной площадки аэровокзала, мягко опуская на огромные амортизационные пружины. Над дверью зажегся зелёный огонёк, и толпа туристов, ломанулась на выход.
– Как бы нам не потерять поганца в этой толпе, – с раздражением произнесла Иса.
– Не потеряем. Вон он, крадётся в углу. Где Локовски?
– Тут я, – за моей спиной возник наш бравый десантник. – Где брать будем?
– Давай за ним. Найдём место, где народа поменьше, там и поймаем.
Локовски хрустнул пальцами, и с угрожающим видом двинулся в сторону шпиона. Тот, увидев приближающуюся опасность, припустил куда-то вглубь служебных помещений.
– Лови поганца! – зарычал старлей, и рванул вперёд, как дикий таргонский танк, учуявший самку.
Пискнул испуганный дроид-погрузчик и отскочил в сторону, роняя багаж, но Локовским уже завладел инстинкт преследования. Кто не спрятался – затопчу! Шпион, однако, оказался прытким малым, и, поддав газу, шмыгнул в один из боковых проходов. Локовски попытался затормозить на скользком полу, но его туша обладала куда большей инерцией, и бедолага смачно впечатался в стену. Следом, ругаясь, в широкую спину своего жениха влетела Мартина. Мы с Исой, не снижая скорости, проскочили в открывшиеся перед нами двери и оказались снаружи вокзала, на первом ярусе подземной парковки.
– Это что за хрень?! – удивлённо произнёс я.
Перед нами, полукругом, стояло человек 10-15 одетых в самые идиотские костюмы, которые я когда-либо видел. На одном из клоунов был наряд из пластиковых бутылок, полиэтиленовых пакетов, одноразовой посуды и подобной дребедени. Другой вырядился в обдергайку с оборочками, самого непотребного вида, то ли платье то ли хрен знает что. Его сосед напоминал карикатурного капиталиста, в цилиндре, фраке, при монокле и лакированных туфлях, но без штанов. Рядом примостился псих в ситцевом скафандре с оборочками. Двери за нами ещё раз открылись, и на парковку вышел злой Локовски, потирая изрядную шишку на голове. Увидев сборище, он на мгновение подвис, и тут же процитировал меня:
– Это что за хрень?
– Знаешь, Дэйв, – тихо произнесла Иса, прижимаясь ко мне. – Я, конечно, ни разу не слышала, чтобы кто-то сбежал из Верховной Радости, но все когда-то случается в первый раз…
Это известная психушка, если кто не в курсе, расположенная на одноименном планетоиде.
– Так, народ, – так же тихо произнёс я. – постараемся их не нервировать. Локовски, бери левый фланг. Если что, я расшвыряю своих, но постараемся без жертв. Нам надо продержаться до прибытия медслужбы…
– Стоп, стоп, стоп, – вперёд вышел шпион, снимая тёмные очки. – Давайте обойдёмся без рукоприкладства. По вашей реакции я догадываюсь, что вы впервые на Вечере, так? Ничего, привыкните. Просто, когда будете в городе, поинтересуйтесь местными обычаями. Итак. Мы – люди свободных творческих профессий …
– Кто?! – не поверил я.
– Ху-дож-ни-ки, – по слогам произнёс шпион. – Ну, или вроде того.
Вот блин, Иса, сглазила. Помню, поймали одного такого «художника» на Красной площади, на Капитоле. Перфоманс устроил, себя за яйца к мостовой прибил. Эти, похоже, из этой же серии.
– Я – Маркус Проныра. – продолжал шпион, – Работаю в еженедельнике "Аргументы и сплетни". Мне от вас нужно всего лишь небольшое интервью, это не больно, поверьте мне. Первый вопрос…
– Так ты, значит, журналюга? – уточнил я.
– Не «журналюга», а человек из креативного класса. – обиделся Маркус.
Ну, понятно.
– А чего это ты за нами шпионил? – перебила его Мартина.
– Не шпионил, – сухо ответил Маркус. – Интриговал. Стали бы вы просто так со мной общаться? А сейчас мы вас поймали.
– К нам-то ты зачем пристал? – поинтересовался я. – Мы самые обычные туристы.
– Эй, погодите, – возмутился Маркус. – Кто у кого интервью берет? Вопросы задавать – моя работа. И вообще, к Алмазу стыкуется корабль неизвестной марки, но с имперской регистрацией. Да не просто к обычному доку, а правительственному, под крылышком СИБ. Не так ли, господин Стеллар? А ещё одна птичка шепнула мне, что была выплачена премия за «титан», но так как все имеющиеся титаны великих империй в полном порядке, логично предположить, что речь идёт о таргонском. Или каком-то другом, что ещё интереснее.
Оба-на, вот это утечка. Неужели у шефа завёлся крот?
– А что корабль? – пожал плечами я. – Корвет, новый класс. «Искатель» – прототип, а я его капитан, владелец и испытатель. Обычное дело. Вполне логично, что его будут охранять, новинка же.
– И вы на нём прилетели на отдых?
– Это мой корабль, на чём хочу, на том и летаю. Про премию за таргонский «титан» ничего не слышал. Вы что, в серьёз полагаете, что на корвете можно завалить «титан»?
– Позвольте вам не поверить.
– Да без проблем, – пожал плечами я. – Дозволяю.
– Стойте, стойте, – шпиона оттёр «капиталист». – Сергей Угольцов, газета «НегоциантЪ». Не хотите ли вы сказать, что пользуетесь служебным положением (вы ведь сибовец, господин Стеллар, не отпирайтесь) в личных целях? Сколько стоит день парковки в особоохраняемом правительственном узле? А? Не является ли это коррупцией?
– Не является, – зевнул я. – Знаю вашу газетёнку, вы мне никогда не нравились. Впрочем, могу дать адрес, куда можно пожаловаться. сиб@сиб.гиг. Если не нравится, в гипергалактической сети есть сайт Службы Имперской Безопасности, можете написать кляузу туда.
– Вы всерьёз считаете, что кровавый режим тирана Палпутина станет реагировать на жалобы простых граждан? – издевательски спросил Угольцов. – Да любой представитель творческой интеллигенции, независимый журналист или правозащитник вам подтвердит, что всех несогласных Кровавый Режим отправляет на тританиумные рудники…
– Да, да, – покивал я. – С киркой и лопатой. Ты тоже туда пойдёшь.
– Вы – кровавая сибня! – взвизгнул Угольцов.
– А по шляпе? – поинтересовался я.
– Простите, – подало голос чудо, замотанное в пластик. – Евгения Чирей, экожурнал «Химический лес»…
– Ой, отстаньте все, вы такие нудные, – мужик в обдергайке оттёр всех голосивших. – Вы такие скучные, особенно ты, Женя, со своей химией. Ты ведь сама на ней сидишь, и уже давно. То ли дело вот этот красавчик, – поганец плотоядно уставился на Локовского. – Илья Яйкин, главный редактор гламурного журнала «Мальчик-игрунчик», а так же основатель политической партии «Порнос». Как вам, а? Ты, солнышко, – охальник кивнул Локовскому, – можешь звать меня «мой зайчик».
Я с жалостью посмотрел на психа. Самоубийца.
– У меня такой вопрос, – как ни в чём не бывало продолжал смертник. – Я смотрю ты военный? Я люблю военных, красивых-здоровенных, они такие брутальные… Так о чём я? Ах да. Скажи, милый, неужели армия таки поняла правоту цивилизованных отношений? Как, например, в Галентской Федерации?
– Чего? – не понял Локовски.
– Ой, да ладно тебе стесняться. Ты же приехал сюда, на Вечер, в этот оплот свободы, ясно зачем, правда? Вон тот мальчик, – Яйкин кивнул в сторону Мартины, выглядывающей из-за широкой спины Локовского. – Совсем на тебя не похож, значит не братик. Тогда кто? Ясно, твой ненаглядный сладкий персик.
До Локовского начал доходить смысл сказанного. Его лицо начало наливаться нехорошим багровым румянцем, но Мартина среагировала раньше.
– Мальчик? – взвизгнула она. – Я – мальчик?
– Прости-прости, – помахал руками будущий покойник. – Ну, конечно же, прекрасный юноша.
– Ах, юноша! – завизжала Мартина. – Сейчас я тебе покажу юношу!
В совершенно диком прыжке, как крылатая ракета, выходящая из шахты, Мартина взвилась в воздух и приземлилась точнёхонько на спину Яйкину. Полетели клочья тряпок и выдранных волос. «Мой зайчик» заверещал не хуже Мартины и повалился на пол, пытаясь скинуть разъярённую демоницу. Ага, сейчас. Мартина, злобно урча, драла волосы обидчика, одновременно пытаясь царапать задними ногами. Толпа отскочила, в страхе наблюдая за происходящим.
– Иса! – крикнул я. – Где наш БТР?
– На подходе, – ответила она, пытаясь оторвать Мартину от жертвы. – Идёт сюда на автопилоте.
– Локовски, – я толкнул его в спину. – Кончай тормозить, хватай кошатину, пока она этому кретину скальп не сняла. Уходим, уходим. Шевелись.
Локовски очнулся, и зажав шипящую и плюющуюся Мартину подмышку, ломанулся на выход. Где-то внизу завизжали тормоза, и на парковку, сбив шлагбаум, влетел наш БТР, лихо развернулся и открыл боковую дверь. Мы запрыгнули внутрь, и я захлопнул входной люк.
– Иса, гони.
Иса кивнула, и броневик рванул на выход.
– Сходили, блин, за хлебцем, – я провёл ладонью по лбу. – Не успели приехать, и на тебе. Что за дела тут творятся?
Мартина сидела насупившись, мрачно глядя в окно.
– Странные дела, – ответила мне Иса. – Одно могу сказать точно, кто-то на нас настучал. Комитет по встрече собрали заранее, это без сомнения. Значит…
– Полагаешь, работа СИБ?
– Не знаю, – задумалась Иса. – Точнее, сомневаюсь. Не шефа – точно. Хотя, кто его знает.
– Ладно, – я хлопнул ладонью по колену. – Пока что недостаточно информации для анализа. Будем наблюдать. Ух ты, смотрите какая красота!
Алмаз уходил за горизонт. Его сверкающая тень проложила световую дорожку по морю, над которой летел, расправив паруса, летучий корабль. Песок пляжа мерцал, как звёздный океан космоса, казалось, что пляж состоит из миллиардов маленьких алмазиков. Даже Мартина оттаяла, с удивлением разглядывая пейзаж.
– Жду не дождусь, когда мы пойдём на пляж, – мурлыкнула Иса.
Наш броневик нёсся в потоке автомобилей. Вверх, по широкой эстакаде, мимо небоскрёбов и парков, обгоняя лавирующие между зданий вертолёты.
– Мы сейчас куда? – поинтересовался я.
– В гостиницу, естественно, – ответила Иса. – Отель «Самоцвет». Название не очень оригинальное, но это один из лучших отелей на планете. Надо выгрузить багаж, а потом – в магазин.
– А на пляж?
– Завтра. Мне нужен подходящий купальник.
А заранее купить не судьба была? Вот ведь женщины!
Наш автомобиль сбавил скорость и свернул на боковую дорогу, уводящую к морю. Башня отеля стояла почти на самом пляже, огромный небоскрёб, этажей в триста. Аккуратно вырулив на парковку, Иса заглушила двигатель.
– Выгружаемся!
Холл отеля был стилизован под океанское дно. Плитки пола из искусственного песчаника, голографические морские обитатели, скользящие по залу, мягкий приглушенный свет. Даже стойка консьержки была выполнена в виде морской раковины. Интересно, а персонал вырядят в русалок?
– Здравствуйте, – поздоровалась с консьержкой Иса, подойдя к стойке. – У нас заказаны номера. Вот наши идентификаторы.
– Всё в порядке, госпожа Стэллар, – кивнула консьержка. – Это ваша ключ-карта. А вы, – она посмотрела на Локовского. – господин Серж Локовски? У нас свободные нравы, но я должна поинтересоваться, вашему спутнику есть пятнадцать лет?
Для Мартины это был уже перебор. Она взвыла и попыталась повторить свой недавний номер, но Локовски уже был настороже и сумел перехватить полёт. Видать не зря хвастался, что его вторая специальность – зенитчик.
– Вы все на этой дурацкой планете с ума посходили, да? – кричала Мартина. – Второй раз за день! Я девушка, понятно вам? Мне 25 лет! И если у меня нет таких сисек как у тебя, это не значит, что надо мной можно изгаляться! Мой папа – полковник СИБ, глава лэйвского сектора! Он вас всех живо научит строем ходить! Они с Канцлером каждую субботу выпивают! Дэйв, чего смотришь, арестуй их всех немедленно!
Я вздохнул.
– Дайте их ключ, пожалуйста, – попросил я бледную консьержку.
– Будете подавать жалобу? – пролепетала несчастная.
– Я – нет. Но вы в следующий раз хотя бы в анкету смотрите, что ли. А то Мартина злопамятная, особенно когда по её комплексам вот так злобно проехались. Папа у неё действительно большая шишка, так что…
И мы прошли к лифтам, оставив сидеть перепуганную служащую. А и пусть. Сама виновата. Локовски вместе со злой Мартиной умотали на сотый этаж, а мы с Исой – в пентхаус.
– Нда, не повезло Матине, – вздохнула Иса. – Первое же впечатление – негативное. Думаешь, будет жаловаться?
– Вряд ли, – ответил я. – Она девочка не злая, хотя и обидчивая. К тому же администрация отеля теперь в лепёшку разобьётся, пытаясь загладить вину. Папашка-то её и вправду большая шишка, это они быстро выяснят. Но вот с внешностью ей действительно надо что-то делать.
Лифт мелодично звякнул, остановившись на самом верху.
– Ух, – выдохнула Иса. – Вот это красота!
Что правда, то правда. Наш номер был двухярусным, почти весь верхний этаж занимала прозрачная чаша бассейна, она же была потолком первого. Одна из стен целиком состояла из огромного аквариума с причудливыми морскими обитателями. Иса отобрала у меня чемодан и отправилась в спальню, я увязался за ней. Усевшись на огромную кровать, я похлопал рукой по мягкому одеялу:
– А может…?
– Не сейчас, – отрезала Иса. – Сейчас магазин. А вот вечером… Лёгкий ужин, освежающие коктейли, поплаваем в бассейне…
– Вечером будет прохождение Изумруда и Сапфира, полюбуемся на Зелёную Ночь, – поддержал я.
– И всё же Дэйв, ты романтик, – вздохнула Иса, обнимая меня.
– Естественно, – я поцеловал её в щёку. – Все пилоты в душе романтики, иначе никак.
Тренькнул сигнал вызова.
– Поступил запрос на посещение пентхауса, – доложил домашний компьютер. – Господин Серж Локовски и госпожа Мартина Строганова. Разрешить доступ?
– Валяй, – разрешил я.
Сигнал ещё раз тренькнул, и в номер вошёл Локовски под руку с мрачной Мартиной. Я подошёл к бару и налил бокал коньяка.
– На вот, выпей.
Мартина взглянула на меня из подлобья, отобрала бутылку, сделала несколько смачных глотков, крякнула, и сдулась.
– Скажи, Иса, – тихо произнесла она. – как так получается? Ведь ты андроид, но гораздо женственнее меня. Ты такая изящная, красивая, а я… Мой старший брат – вице-адмирал Пятого Имперского флота, ему 213 лет. Средний – подполковник бронетанковых войск, 147 лет. Я ведь должна была родиться мальчишкой, а получилась… я. Я с детства в армейской обстановке, и не знаю как это, быть женщиной. Моя мама – майор медслужбы, по характеру как танк моего среднего братца, только папа может её обуздать. Может мама когда-то и была женственной, но за все эти годы забыла это искусство напрочь. Никто меня этому не научил. Стрелять, прыгать с параджетом, водить скиммер – пожалуйста! Но только не женственности. А ведь мне совсем не нравится, когда меня считают мальчиком! Я ведь девочка, таргонцы их всех раздери!
Иса вздохнула.
– Мартина, я, конечно, не обещаю, но попытаться могу. Для начала, прекрати ругаться и глушить коньяк из горла.
– Я постараюсь, – хмуро пообещала Мартина, вертя в руках бутылку.
– Далее, – продолжала Иса. – Тебе надо учиться носить платья. Брюки это тоже ничего, но только не мужские, как на тебе.
– А они что, правда мужские? – округлила глаза Мартина.
– Ты на фасон смотрела, когда покупала?
– Нет, – пожала плечами Мартина. – Выбирала те, в которых удобнее двигаться.
Иса застонала.
– Мартина, мы сейчас едем в магазин и ищем тебе нормальное платье. Далее. Причёска. Кто тебя надоумил стричься под горшок?
– Я… это… сама…
– Сама?! Сама?! Слово «парикмахерская» тебе не знакомо? Или «салон красоты»? Мартина, это совершенно неприемлемо. Сейчас в моде причёска «нихонский хвостик», думаю, тебе пойдёт. Продолжаем. Цвет волос. Мартина, извини, но ты даже не блондинка а белобрыска…
– Кто?!
Ох уж эта исина тяга к словотворчеству…
– Волосы, говорю, цвета выцветшей соломы. Ну куда это годится? Срочно перекрасить. Думаю, пойдёт чёрный металлик, изумрудный или рубиновый…
– Изумрудный? Рубиновый? –в ужасе пролепетала Мартина.
– А как же! – хищно отозвалась Иса. – Красота – штука такая, она жертв требует. Имидж тебе придётся менять целиком. Теперь о кремах и косметике…
– О-о-о-о! – простонал я. – Всё. Это надолго.
– А что не так, Дэйв? – прищурилась Иса.
– Да всё так, – я отмахнулся рукой. – Эта ваша жуткая женская алхимия для меня тёмный лес. Крем для нижнего века. Крем для пупка. Для мизинца правой ноги со скрабом. А если не тем намажешься или не в той последовательности? Вдруг уши отвалятся? Или всё это сдетонирует? Ну, типа бинарные крем-составляющие, по одиночке безопасные и даже полезные, а вместе…
– Так, Дэйв, – Иса упёрла руки в бока, – прекрати нести чушь.
– И то правда, – махнул рукой я. – Локовски, пошли, вмажем по стопарику, что ли?
– Это правда, на счёт кремов? – пролепетала Мартина.
– Не слушай мужиков, – категорически отрезала Иса. – Варвары. Они в красоте не понимают вообще ничего. Я хотя и люблю Дэйва, но он иногда бывает совершенно невыносим. Идём, я тебе всё объясню, пока буду переодеваться.
Женщины удалились в спальню, а я налил нам по стопке того же коньяку.
– Мда, – вздохнул Локовски, выпивая рюмку. – Только сейчас я понял, что не знаю о бабах ни-че-го. О способах возлежания – порядочно, а про всё остальное… Почитать бы инструкцию по эксплуатации…