Долголетие. Кто хочет жить вечно?
- -
- 100%
- +
– Не имею права осуждать, на это у нас есть суд, – с улыбкой ответил Андрей. – Продолжайте…
– В тот день, когда у нас проводили ежемесячную медицинскую проверку, у Ани выявили беременность. Вечером она мне всё это по телефону рассказала, и её без разговоров отправили на прерывание. Она была в полуобморочном состоянии, ведь она хотела родить. Только она знала, кто настоящий отец ребёнка. Но всё обошлось. Когда её отпустили, она решила, что всё, хватит. Пора выходить из тени. Гамаев был ей не нужен, а как источник доходов – незаменим. А ей для последней операции не хватало около тридцати или пятидесяти тысяч, вот она и решила последний раз потянуть их с Гамаева, а потом уволиться и уехать к Жене навсегда. И бумагу она подписала, что обязуется выйти замуж в течение срока беременности, так как женихом был Женя. Он бы её никому не отдал. Любовь у них была неземная… Что дальше произошло, я могу только догадываться.
– А вы этого Женю лично не встречали?
– Нет, никогда.
– А Аня не рассказывала, где именно он живёт?
– Нет, к сожалению, говорила всё время «езжу к нему за триста километров» и больше ничего.
– Как давно у них с Гамаевым длился роман?
– Года полтора примерно.
– Простите меня за откровенный вопрос, а что же случилось с вами в тот день?
– Да сорвалась я, бывает. Подумала: «вот живёт подруга, не замужем, любимый есть, и любовник богатый, и забеременела ещё; без долгих ожиданий разрешение получила, а мы с мужем, уже какой год мотаемся, и всё никак не сокращается эта очередь проклятая», – и Вика тихонько заплакала.
– Ну-ну, прошу вас, успокойтесь, – искренне пожалел её Лавров. – У вас всё будет хорошо, это я вам, как доктор, говорю. – Он улыбнулся ей в лицо, поддерживая в эту трудную минуту. Вика, улыбнувшись в ответ, качнула головой.
– Очень на это надеюсь, – сквозь слёзы прошептала она.
– Ну, не буду вам мешать, пойду. Думаю, в следующий раз увидеть вас не в этих застенках.
– Спасибо! – ответила Вика, и Лавров вышел из палаты. За дверью дежурили две медсестры и санитар. Они подозрительно посмотрели на Лаврова, и так и провожали его взглядом до самого лифта.
Полученная информация оказалась для Лаврова весьма полезной. Было ясно, что Женя, со слов Виктории Борзых если и был виновен в смерти подруги, то косвенно. Он не мог отвечать за действия своей невесты, тем более находясь на далёком расстоянии. Скорее всего, он не ведал, что она творит, но побеседовать с ним нужно было обязательно. Если вся информация подтвердится, то уголовное дело можно будет закрывать по причине смерти подозреваемого, но есть ещё много вопросов по смерти Гамаева.
Так, до встречи с Татьяной Сергеевной около часа. Что ж, можно побаловать желудок. Лавров по пути в управление внутренних дел зашёл в недорогое кафе, больше напоминающее студенческую столовую. Взял на обед картофель фри, запеканку и чёрный чай с шоколадом. Да, именно шоколад помогает развивать мысли в голове, заставляет работать клетки мозга и толкает на принятие правильных решений. Это именно то, что ему сейчас необходимо.
После обеда, сидя в монорельсовом вагончике, Лавров думал о словах судмедэксперта: «Мне кажется, товарищ майор, что ему всё-таки кто-то помог распроститься с этим миром. Не похоже, чтобы успешный директор такой крупной фирмы лез в петлю из-за совести. Да и зачем ему вешаться, если в доме полно оружия? Застрелиться и проще, и быстрей». А ведь действительно, зачем ему было вешаться? И почему он не воспользовался оружием? И главное, кому понадобилось стереть отпечатки с бутылки и стаканов? Гамаев сам бы до этого не додумался перед повешеньем, зачем? Был кто-то ещё! Но кто? Что-то важное упущено! Но что? За этими мыслями Лавров и не заметил, как добрался до станции «Сибирский круг». Войдя в управление, Андрей Львович снова почувствовал нежелание идти в розыскной отдел, дабы не попасть в неприятное положение перед Татьяной Сергеевной. Женщина она была хорошая, но Лавров боялся с ней серьёзных отношений, и поэтому робость брала над ним верх. Нужен был толчок! Мозг отказывался, а ноги шли. Работа требовала принести себя в жертву грядущим событиям.
В этот раз на удивление в отделе немноголюдно. Молодой человек, работающий здесь буквально пару лет на обслуживании компьютерной техники и установкой программного обеспечения, увидев Лаврова. Он замахал руками, привлекая к себе внимание, и позвал его через весь отдел: Андрей Львович, идите сюда! – Лавров направился к зовущему парню.
– Привет, Марк! – поздоровался Лавров.
– Доброго дня, Андрей Львович. Татьяна Сергеевна дала мне задание выполнить ваше поручение. Просила отдать наработанные материалы, если вы появитесь.
– Что там у тебя?
– Вот, смотрите на большой экран. – Марк нажал на голограммную клавишу в воздухе и на столе появился человек, точнее его голограммное изображение. Молодой, худощавый мужчина стоял, опершись на две трости. Его лицо было знакомо Лаврову, точь-в-точь как на стакане, изъятом из дома Шаган. Только здесь он не улыбался, а был серьёзен. Ниже бегущей строкой пробежала информация: «Добрынин Евгений Алексеевич. Сорок лет. Холост. Инвалид первой группы. Адрес места жительства: посёлок Лебяжий Надельского района, улица Транспортная, 38, квартира 1. Проживает с родителями. Склонен к суициду».
– Что это? Почему суицидный? – интересовался Лавров. Марк нажал пальцем на слово «суицид» и далее появилась информация: «Дважды пытался покончить жизнь самоубийством. Первый раз после перенесённой травмы, в палате клиники. Уцелевшей рукой достал со стола медсестры скальпель и вскрыл себе вены. Второй раз через два года произвёл попытку повеситься на вешалке через ремень».
– Тяжело было найти человека, не проходящего по нашей базе, – заговорил Марк. – Случайно догадался пробить его по базе клиник, а он ещё и за границу ездил лечиться. Поэтому пришлось повозиться мне.
– Марк, ты молодец! Кинь мне на почту эту информацию.
– Будет сделано.
– А где Татьяна Сергеевна?
– На обеде наверно ещё, – предположил Марк.
– Если будет меня спрашивать, скажи, что я уехал вот по этому адресу, – и Лавров пальцем ткнул в бегущую строку голограммы.
– Понял!
Лавров, не теряя времени, спустился в холл и подал дежурному заявку на автокапсулу.
– Не раньше чем через час, сейчас все на выезде, товарищ капитан, – ответил дежурный, приняв заявку.
– А куда все разъехались?
– На выезде. Убийство в лесном массиве, но майор Лопатин уже отзвонился, где-то через час будет.
– А что случилось? – спросил Лавров.
– Во время спортивной виртуальной охоты произошёл несчастный случай. Подробностей не знаю.
– Ладно, я буду у себя. Дашь знать, когда Лопатин появится.
– Хорошо, товарищ капитан.
Михаил Борзых бодрым и уверенным шагом шёл по коридору шестого этажа девятнадцатой клиники. В руках у него огромный букет разноцветных роз, а на лице сияла белоснежная улыбка и радость от предстоящей встречи с супругой. Открыв дверь палаты, он вошёл внутрь.
– Привет, любимая!
– Привет, Миша, – не скрывала радости Вика. – Что так долго? Я уже заждалась.
– Вот, за цветами забегал, – и он протянул Вике букет. Она приняла его. Поднялась с кровати, крепко обняла и поцеловала Михаила, тихонько заплакав. Это были слёзы счастья.
– Я так соскучилась и хочу домой…
– Ну-ну перестань, что это у нас глаза на мокром месте? Сейчас поедем. У меня для тебя сюрприз.
– Какой? – воодушевилась Вика.
– Я заказал домик на все выходные. Побудем вдвоём, только ты и я. Посидим у костра, поохотимся, порыбачим. Свежий воздух, природа, заповедник.
– Заповедник? Какой? – удивилась Вика.
– У нас один заповедник, но если хочешь, то можно отказаться и поедем подальше, за город. Тебе нужно отвлечься и отдохнуть, – уговаривал Миша.
– Я не хочу! – ответила Вика. – Я боюсь!
– Чего? Викуля, я же с тобой.
– Возле заповедника Аню нашли.
– Ты уже знаешь? – не без удивления спросил Миша.
– Ко мне капитан полиции приходил, фамилию не запомнила, он мне рассказал.
– Прости, я не хотел тебя травмировать, пока ты здесь находилась. Я сам узнал из новостей по телевидению. Поверь, сам в шоке. Ну не хочешь в заповедник, давай сделаю другой заказ. В фирме «Охота и рыбалка» у меня есть хорошие знакомые, наши клиенты. А ещё можно поехать на Лисий хребет, возьмём оборудование, взберёмся на какую-нибудь высоту, хочешь? Давай отвлечёмся, мы так давно нигде не были.
– Ну хорошо, поедем на рыбалку. Не хочу на скалы, я высоты боюсь.
– Вот и отлично! – Миша обнял Вику и нежно поцеловал в губы. – Ну, можно ехать?
– Поехали, – и они, собрав вещи, покинули клинику.
По дороге Миша сделал звонок в фирму «Охота и рыбалка» и попросил изменить маршрут отдыха. После чего, получив другие данные, ввёл в программу навигатора новый маршрут. Автокапсула, развернувшись, понесла своих пассажиров прочь из города, а Миша с Викой тем временем смогли вдоволь насладиться друг другом после длительной и мучительной разлуки. Благо, что в автокапсуле кресла трансформируются в удобный и широкий диван.
6
Охотничий домик находился в лесном массиве, в двадцати метрах от горной речки и ста километрах от Надельска. В арсенале домика есть всё для приятного отдыха на природе, рыбалке и охоте.
– Нужно было всё-таки домой заехать, у меня даже переодеться не во что, – возмущалась Вика.
– Здесь всё есть. Только размерчик подбирай. Обслуживание по высшему разряду. Хочешь, цыган закажем?
– Не надо цыган, мне нужно просто переодеться.
Вика ушла в домик, срубленный из бруса в старинном стиле с соломенной крышей, а Миша тем временем разжигал костёр и готовил снаряжение для рыбалки. Несмотря на полдень, погода дышала лёгкой осенней прохладой. Лето не сдавало свои позиции, окрашивая кожу цветом позднего загара. Некоторые деревья от макушек начинали покрываться желтизной. Всюду стоял пьянящий запах наступающей осени. Где-то вдалеке были слышны голоса людей, расположившихся на соседнем охотничьем участке, это примерно метрах в двухстах от домика Миши и Вики. Был слышен радостный детский смех. Михаил заволновался, не хотелось повторение ситуации. Собрав удочки, он направился к реке. С берега заметить соседей будет легче.
В это время из домика вышла Вика. Она несла в руках продукты и котелок для приготовления пищи.
– Ты далеко?
– Удочки закину. Пока ничего не готовь, я сейчас рыбы наловлю, ухи сварим.
– Хорошо, я тогда чай поставлю.
Миша поспешил вернуться. Поэтому, наспех закинув удочки, он оглянулся вверх по течению, выглядывая соседей, но не увидев ничего интересного, пошёл к костру.
– Мы здесь не одни, рядом тоже кто-то отдыхает. Рыбаки наверно, а может, и охотники, – предположил Миша.
– Да всё нормально, не переживай, я в порядке, – успокоила его и себя Вика. – В последнее время я вот о чём думаю: а может долгое ожидание сертификата – это мне наказание за то, что с мамой так поступаю? Я ведь до сих пор с ней не созваниваюсь и не интересуюсь её жизнью, здоровьем. Как она? Я даже начала скучать.
– Когда ты успела об этом задуматься?
– Пока была в клинике. Да, ты знаешь, при прохождении психологических тестов мне задавали вопросы о родителях, и я в первую очередь почему-то подумала не о папе, он-то всегда рядом, а о ней.
– И что ты на это отвечала?
– Правду. Не вижу ничего такого, чтобы не говорить правду, но когда я на неё злюсь, то чувствую и часть своей вины за произошедшее.
– Ты ни в чём не виновата!
– Все мы в чём-то немного виноваты. Эти недомолвки между нами, свёрнутые в один комок, со временем образовали большой шар непонимания, который преградил нам путь друг к другу.
– Философ! И что ты надумала?
– Попробую восстановить с ней прежние отношения. Мне её не хватает, а злость разрушает.
– Прежние отношения?! Какие именно? – ревниво спросил Миша.
– Прежние, родственные. Я почему-то уверена, что жизнь после этого наладится. Неправильно это всё, когда дети не поддерживают отношения с родителями.
– Я помню, какие были отношения с твоей матерью в то… последнее время.
– Мне кажется, она всё осознала и сожалеет об этом, но сказать не может потому, что я не пускаю её в нашу жизнь. Мне нужно быть мудрее.
– Дело, конечно, твоё, но смотри, чтобы твоя проснувшаяся мудрость не обернулась осложнением отношений в нашей семье. Такое уже было.
– А я с ней поговорю, и она всё поймёт, – Вика посмотрела на Мишу взглядом, ищущим понимания и поддержки, – Надеюсь, что ты тоже меня поймёшь, искренне.
– Ну-ну. – Миша отодвинулся от костра, уворачиваясь от дыма. – Пойду удочки проверю.
Затея помириться с тёщей тревожила Михаила ещё больше, ведь это ничего хорошего не принесёт. Эта женщина – хитрая и коварная лиса. Она могла прикинуться доброй, бедной овечкой, чтобы войти в доверие, а в подходящий момент вставит нож в спину. Что ж, действовать придётся по обстановке.
Поймав на удочку одного небольшого сазана, Миша подумал, что стоит спуститься по течению, подобрать удобное место для рыбалки и закинуть дополнительно пару удочек. Ему пришлось подняться по тропе вверх на невысокую скалу, чтобы обойти непроходимое место внизу.
Наверху он ненадолго остановился, чтобы осмотреться по сторонам. Внизу, под скалой, виден их охотничий домик. Рядом с костром стоит рубленый стол, на котором Вика чистила рыбу. Автокапсула находилась возле трассы, на стоянке туристической фирмы «Охота и Рыбалка», это в двух километрах от лагеря; даже сверху авто не видно, одни только макушки деревьев. На просёлочных и грунтовых дорогах автокапсула не пролетит, а просто упадёт парковочными лыжами на землю, и пришлось бы повозиться, чтобы переместить её на магистраль. От автотрассы до места отдыха они добирались на механическом квадроцикле, который сейчас одиноко стоял у подножия скалы под навесом, накрытым брезентом. Вдалеке, вверх по течению, виден соседний охотничий домик и люди, гуляющие на полянке.
Очень красивое обозрение сверху пьянило. Мише захотелось крикнуть Вике и позвать её, как вдруг он услышал шорох кустов и разговор двух парней, направлявшихся в его сторону. Это соседи отдыхающие рядом. Навстречу Мише вышли крепкие парни, одетых в рыбацкое снаряжение, от стоп до шеи закрывавшее тело. На карманах висели всевозможные крючки, обманки, поплавки, блесна, а за спиной каждого, как у охотника, выглядывала электроудочка. Да, парни доки в своём деле и знали, куда ехали. Рыбаки были одинакового высокого роста. Один из них в кепке на короткую стрижку, а второй лыс как колено.
– Доброго дня, сосед. Как улов, клюёт? – заговорил первый.
– Рыба всегда клюёт, главное – прикормить правильно, – ответил Михаил.
– А вы на отдыхе или на профессиональную рыбалку приехали? – снова спросил первый.
– На отдыхе. Я, вообще-то, не рыбак и не охотник, но тянет к природе охотничий инстинкт. Так… удочки взял.
– Удочки?! – с усмешкой повторили оба парня и засмеялись, – а много ли ты поймаешь на удочки?!
– Да хоть бы и ничего не поймаю. Главное ведь отдых, азарт, – ответил на смех Миша.
– Да ты не серчай паря, просто мы по серьёзному здесь отрываемся. Пока наши женщины с детьми отдыхают, мы на жизнь зарабатываем, – вступил в разговор второй, – Антон. – И протянул руку.
Миша ответил и представился. Первый рыбак тоже познакомился, его звали Юра.
Слушай Миша, ну раз уж ты несерьёзно здесь рыбачишь, позволь нам через час по твоей территории вдоль берега с бредешом проскочить? А уловом поделимся! – предложил Антон.
– Да, пожалуйста. А почему через час? Хоть сейчас идите.
– Не-а, спутник уйдёт в это время. Второй появится минут через сорок, мы за это время успеем.
«Да вы браконьеры», – догадался Миша. – «Хотя какая разница…»
– Не знал, что здесь всё так строго, – удивился Миша.
– Не то слово. Хорошо, что есть люди, которые подскажут время и маршрут спутников, а мы никого не обижаем, – заключил Юрий. – Ну, пойдём, а ты через минут пятьдесят удочки свои сверни, чтобы ненароком их не зацепить, а потом опять поставишь.
– Хорошо, договорились.
– А мы вечерком подойдём, познакомимся, рассчитаемся.
– Ладно, заходите.
И парни пошли дальше вниз по течению, видимо, проверить, нет ли кого на следующих стоянках. Договариваться пришлось бы и с другими отдыхающими. Миша подумал, что было бы неплохо, ни с кем не встречаться, но раз уж сказал… Он спустился к реке, насадил на крючок обманки и поставил две удочки. Течение в этом месте не сильное, речка не очень глубокая, но каменистая. Рыбы здесь водится много, но закон не позволяет рыбачить ничем, кроме обычной удочки, иначе можно заполучить крупный штраф или полгода тюрьмы.
Вернувшись к охотничьему домику, он почувствовал манящий запах сваренной ухи смешанный с дымом костра. Это было великолепно! В рыбацком котелке томилось вкусное варево, на столике под навесом уже приготовлена посуда. В вакуумных пакетах готовая овощная нарезка, ветчина и прочая снедь, а посреди стола стояла бутылка замечательного красного полусухого вина. В желудке у Михаила раздалось громкое урчание.
– Любимая, я хочу есть! – закричал на всю поляну Миша.
– Подожди пять минут, сазан упарится и можно начинать. Достань хлеб из пакета и приготовь бокалы, а я нарезку разложу, – вышла из домика Вика.
– Хорошо! – взяв пакеты, Миша принялся вытряхивать оттуда овощи и полуфабрикаты. – Кстати, мы вечером будем не одни.
– Почему? – удивилась Вика.
– Я тут время зря не терял, познакомился с соседями. Они обещали к вечеру рыбкой угостить.
– Неожиданно.
– Для меня тоже.
– Кто они?
– Не знаю, местные, наверно.
Совместными усилиями на столе появился замечательный натюрморт, чудесный пикник на двоих. Уха была настоль прекрасна, что Миша чуть не забыл снять удочки с берега. Так, в приятной и умиротворяющей обстановке, они скоротали время до вечера вдвоём. Наслаждались природой, дышали свежим лесным воздухом, любовались видом костра.
Когда наступили сумерки, под действием вина Вика захотела спать. Да и со стороны речки внезапно подул холодный ветер и стали набегать сгущающиеся тучи. Осень не балует тёплыми вечерами в такую погоду, но днём в солнечный период очень даже приятно провести время на природе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.