Меч и Роза

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Мужские голоса пробудили Розу ото сна.

Пленница распахнула глаза.

Пытаясь понять где она находится, Роза несколько раз обвела палатку напряженным взглядом.

Наконец, ясность разума начала возвращаться к ней, и она вспомнила, что случилось за этот мучительно долгий день.

Роза встрепенулась. Руки заныли от боли, ноги свело от неудобного положения. Стиснув зубы, девушка терпеливо ждала, когда её тело отпустит эти болезненные ощущения.

Когда Роза, проморгавшись, в очередной раз окинула палатку взглядом, то она обнаружила несколько воинов, стоящих возле ложа, на котором уже не лежал, а сидел раненный ей мужчина.

Значит, он выжил…

Ахлф, ощутив на себе взор пленницы, повернул в её сторону голову.

Роза заметила, как недобро сверкнули его глаза. Сейчас, в этой полутьме, они казались особенно яркими.

Как у дикого зверя.

– Оставьте нас, – властно бросил Ахлф, и два воина спешно скрылись за пологом палатки.

Ахлф медленно поднялся с ложа. Рана в боку еще давала о себе знать, но мужчина не намеревался залеживаться.

Тем более, когда в его палатке был та, кто нанесла ему эту рану.

Медленно, не сводя пристального взора с пленницы, Ахлф подошел к ней.

Странно, но сейчас девушка показалась ему значительно моложе, чем там, на городской площади.

– Подымись, – властно велел воин.

Роза и сама хотела встать, и потому подчинилась его приказу.

Она встала с трудом. Ноги плохо держали её. Девушка покачнулась, но не упала. В последний момент ухватилась за деревянный шест и прижалась к нему.

Горячие пальцы Ахлфа обхватили Розу за подбородок и вновь заставили пленницу посмотреть на него.

– Как твое имя, женщина? – глухо произнес он.

– Роза, – еле шевеля пересохшим языком, ответила она.

– Твои шипы очень остры, Роза, – с издевкой в голосе, произнес Ахлф.

Ладонь воина опустилась на плечо девушки. Шершавые пальцы задели нежную кожу рядом с шеей. Она начала гореть.

– Что же мне делать с тобой? – Ахлф глядел на пленницу, не моргая. – Пощадить или убить?

– Убей, – глядя ему прямо в глаза, бесстрашно ответила Роза.

– Ты так жаждешь смерти?

– Теперь – да, – решительно произнесла пленница.

– Смерть – быстрая, легкое избавление от всех бед, – Ахлф провел пальцами по горлу Розы. – Я не предоставляю тебе такого счастья. Или ты думала, что я не захочу познать твою сладость?

С последними словами Ахлф распустил волосы пленницы.

Словно серебристый шелк рассыпались они по плечам девушки. Сверкая в полутьме, они казались воину лунными дорожками. Удивленный этим сравнением, воин запустил грубую руку, сжал мягкие пряди, а после – несколько раз провел по ним ладонью.

– Я вкусил твои шипы, – приглушенно начал Ахлф.

Его губы коснулись пылающей щеки девушки:

– Каковы же твои лепестки, Роза? Я возьму тебя всю, и прямо сейчас.

С последними словами Ахлф сорвал с Розы платье, и светлое одеяние упало к её стопам.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Серебристый шелк волос частично скрыл наготу Розы.

Увы, ненадолго.

Широкая, грубая ладонь сдвинула завесу из волос в сторону и по-хозяйски легла на левую грудь девушки.

Роза перестала дышать.

Никто, никогда не прикасался к ней так.

Это унижало, это вызывало физическую и душевную боль. Девушка молчала. Её обоняние улавливало запах пота и крови, исходящий от Ахлфа, чувствительная кожа колола от жара его руки.

Ей было не по себе, если даже не противно от этой вынужденной, чужой близости.

Испуганный стон слетел с пересохших губ Розы, когда мужские пальцы по-хозяйски сжали её грудь.

– Такая спелая, – довольно прошептал Ахлф.

Девушка промолчала.

Тело её словно одеревенело. Руки-ноги не подчинялись ей.

Она стояла – ни живая, ни мертвая.

Униженная и все еще пока не опозоренная.

Воин прошелся горячими губами по округлой щеке Розы.

Она до скрипа в зубах сжала челюсти. Единственный протест, который девушка смогла позволить себе.

Ахлф довольно хмыкнул.

Ему нравилось, то что он получил.

Пленница оказалась невероятно соблазнительной.

Её мягкое, податливое тело обещало бесконечное удовольствие, её дыхание источало притягательную свежесть невинности.

И даже сопротивление Розы – чего таить, было ему по нраву.

Ахлф прижался губами к девичьему рту. Скользнул языком по пухлой губе пленницы и услышал яростное рычание в ответ.

– Ты все еще борешься, – усмехнулся воин.

Его левая рука отпустила грудь Розы и спустилась на бедро девушки. Под своими пальцами Ахлф ощущал нежнейшую кожу, сравнимую, верно, лишь с шелком. Хотя, может, даже он был груб по сравнению с ней…

Воин заглянул в глаза пленницы.

Фиалковое море стало бездонной аметистовой пропастью.

– Если ты перестанешь бороться со мной, будет не так больно, – не сводя с неё потяжелевшего взора, приглушенно сообщил Ахлф.

– Никогда, – выдохнула Роза.

– Никогда? – воин сжал её бедро со всей силы. Сомнений не оставалось – завтра на этом месте будут синяки, но сейчас об этом мужчина не думал.

– Ты выбираешь боль, Роза? – с вызовом в голосе вопросил Ахлф.

– Я выбираю свою честь, – так же, с вызовом, ответила она.

Воин нахмурился и смерил девушку оценивающим взглядом. Мол, не забыла ли ты – кто здесь господин, а кто – пленница?

– Твоя честь и жизнь принадлежат мне, Роза. По праву военного трофея и по праву крови. В тот миг, когда ты воткнула в меня свой кинжал, судьба повязала нас.

Роза не ответила.

Ахлф снова усмехнулся.

Пусть себе молчит, не мешает ему.

Он сделает, что задумал.

Воин начал гладить девушку, но та осталась равнодушной к его ласке.

Ахлф нахмурился и остановился, пораженный.

Впервые в своей жизни, он не почувствовал мужской силы.

Его чресла не подавали даже малейших признаков его былой мощи.

– Хорошо. Я дам тебе отдохнуть и свыкнуться с мыслью, кто твой хозяин.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Ахлф покинул свою пленницу.

Он вышел из палатки.

Перед ним, как на ладони, расположился лагерь. Сотни палаток выстроились возле стен города.

Ахлф прошелся взглядом по небу. Чистое, без намека на тучи или облака, оно обещало завтра ясную, жаркую погоду.

Прохладный ветер, словно желая остудить мужчину, пробежался по его телу.

Рана в боку, отзываясь на дуновение ветерка, противно заныла.

Ахлф прерывисто втянул в себя воздух.

Он пах костром и жареным мясом. Желудок мужчины сжался от голода. Последний раз воин ел на рассвете, и пища его была скудной.

Вяленая рыба и кусок черствого хлеба – вот и весь завтрак.

– Мой господин! – навстречу своему предводителю вышел Волдхар, один из преданных воинов Ахлфа. – Ужин почти готов, я собирался принести его вам.

– Ужин может подождать, а вот – разговор с Гелимером – нет, – прогоняя чувство голода, решительно заявил Ахлф. – Где он?

Услышав знакомый смех, Ахлф обернулся и увидел Гелимера, выходящего из своей палатки в компании двух воинов.

Заметив Ахлфа, Гелимер перестал смеяться.

Лишь улыбнулся – широко, а после – громко обратился к нему:

– Не думал, что уже сегодня увижу тебя – в сознании и на ногах!

– Ты разочарован? – вызывающе усмехнувшись, вопросил Ахлф.

– Я восхищен твоей живучестью, – честно признался Гелимер.

– Где моя доля? – игнорируя ответ воина, властно задал вопрос Ахлф.

Задал так, будто уже было решено – именно он – предводитель всего войска.

Гелимер подавил недовольство и раздражение, вызванное манерой общения Ахлфа.

Прежде чем он ответил на вопрос, раненый воин заметил меж дальних палаток две горы.

– Ты уже все разделил? – недовольно вопросил Ахлф.

Он устремил на Гелимера пронзительный взор.

– Ты сделал это прежде – когда забрал девушку себе, – Гелимер свел на переносице густые брови и глянул на Ахлфа исподлобья, всем своим видом показывая, что он тоже недоволен.

– Я забрал её по праву крови, – огрызнулся Ахлф, – она едва не убила меня.

– Так, значит, ты убьешь её? – чуть смягчая тон, поинтересовался Гелимер.

Грудь его сдавило от ожидания ответа. Он знал, если Ахлф ответит «да», его невозможно будет переубедить в обратном.

Ахлф с ответом не спешил.

Он смерил Гелимера надменным взглядом. Оскалился в дерзкой улыбке и произнес:

– Я еще не решил, что делать с ней.

Вот он, тот самый шанс, за который зацепился Гелимер.

– Если ты не знаешь, что делать с ней, я хочу выкупить её у тебя, – решительно выдохнул он.

– Я позволю тебе это сделать, – Ахлф небрежно усмехнулся, – если ты готов заплатить за неё цену.

Азарт и ощущение того, что он очень близок к цели, распалили Гелимера. Его серые глаза воодушевленно блеснули, пальцы свело от ощущения того, что еще чуть-чуть, и он сможет прикоснуться к пленнице.

– Сколько ты хочешь за неё? – возбужденно выпалил он.

– Эту гору, – Ахлф указал взглядом на гору из трофея, принадлежащую Гелимеру и его людям. – Всю.

– Весь трофей, причитающийся мне и моим воинам? – Гелимер с недоверием глянул на Ахлфа.

– Да, – коротко ответил тот.

– За девчонку? – повысив голос, вопросил Гелимер.

Лицо его выражало недоумение.

Неужели Ахлф говорит с ним на полном серьезе?!

Гелимер метнул взгляд в сторону палатки, в которой скрывалась пленница. Сжал кулаки и процедил:

– Она того не стоит.

Ахлф вызывающе улыбнулся:

– У тебя был шанс, Гелимер. А теперь – давай-ка я и мои воины заберут свою добычу!

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Полог качнулся, и через мгновение в палатку прошел Ахлф.

Роза кожей ощутила его пристальный взгляд.

Он пожирал её глазами.

Девушка замерла, ожидая, как дальше поступит воин. Она не знала причины, почему он не тронул её, но надежда в сердце Розы уже теплилась – несмотря на то, что разум твердил об обратном.

Ахлф подошел к пленнице.

В полутьме палатки её волосы отливали серебром, и обнаженное тело блестело, словно помазанное маслом.

Она была соблазнительно хороша.

Она украшала собой его скромное жилище.

– Поешь, – Ахлф поставил неподалеку от пленницы поднос с едой.

Девушка бросила взгляд в сторону угощения.

Виноград, край лепешки, чаша с водой – все это казалось сейчас Розе роскошным пиршеством, хотя прежде она ела это почти каждый день.

А ели ли её дед и брат?

Живы ли они? Или их кровь покрыла песок, а тела стали пищей для воронов?

Эта мысль не давала ей покоя с той самой минуты, когда Ахлф оставил её одну.

Роза не пошевелилась. И хотя желудок её обжигал голод, она не стала брать еду, которую принес враг.

Ахлф опустился на свое ложе. Вытянул перед собой длинные ноги и окинул взглядом пленницу.

Она сидела на полу, прижавшись спиной к деревянному шесту. Водопад волос девушки частично скрывал её наготу, но не скрывал выразительного, отмеченного печалью, лица.

– Поешь, – с нажимом, повторил Ахлф.

Роза демонстративно отвернула от него лицо.

– Слишком гордая, чтобы есть еду, которую я принес тебе? – криво усмехнулся мужчина.

Его пленница вызывала в нем два ярких чувства – раздражение и желание, которое он все еще не мог воплотить в жизнь.

Слишком много крови было потеряно.

Собственная слабость напрягала Ахлфа.

Он ненавидел слабость в любом её проявлении.

Мужчина растянулся на ложе.

Рана снова заныла, но уже не так сильно. Долгий день подходил к своему завершению. Приятная усталость окутывала крепкое тело воина. Он сомкнул веки и начал ожидать приближение сна.

Но сон не торопился накрыть его своим теплом.

В сознании Ахлфа мелькали картинки сегодняшнего дня. Чужие лица, глаза, полные страха, и кровь… Реки крови.

Он видел их каждую ночь.

Роза старалась сидеть тихо, но совсем скоро это стало непростой задачей. Прохладный ветер к полуночи стал столь ощутимым, что зубы девушки – от наготы её и голода, начали отбивать дробь.

Чтобы хоть как-то согреться, Роза встала и принялась «прогуливаться» вокруг шеста. Увы, это не спасало от холода. Он нагло кусал за обнаженные пальцы и икры, пробирался все выше.

Стремительной тенью что-то мягкое упало к стопам Розы.

– Укройся и не шуми, – властно приказал Ахлф.

Девушка завернулась в покрывало. Широкое и длинное, оно скрыло её нагое тело и согрело его. Прижавшись к мягкой ткани холодной щекой, Роза тихо вздохнула и так же тихо заплакала…

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Её сон был прерван грубым мужским голосом.

– Подымайся!

Роза, вздрогнув, распахнула глаза и вытаращила их.

Сонная пелена, милосердная к её сознанию, спала, и девушка столкнулась с жестокой реальностью.

Её город разрушен, семья, вероятно, убита, а сама она стала пленницей.

Роза болезненно сглотнула. Горло, глаза – саднило от долгого ночного плача. Суставы выкручивало от неудобной позы, в которой девушка спала.

А душа…

Душа разрывалась от страданий.

– Мы скоро выступаем в путь, – властный голос звучал так громко, что голова Розы запульсировала от боли.

Девушка поморщилась и обратила свой взор в сторону Ахлфа.

Он стоял полуголый. Лишь набедренная повязка скрывала его мужское достоинство. На левом боку красовалась рана, нанесенная ей, Розой.

Тело воина было крепким и, без сомнения, сильным.

Он был словно весь целиком высечен из скалы.

Широкие, с проступающими мышцами, плечи, мускулистые грудь и живот, поросшие темными волосками. И невероятно сильные, с яркими венами, руки.

Руки, несущие смерть.

Розе стало не по себе от этого вида. Она опустила взор на поднос с едой, к которой так и не притронулась. Горло обдало желчью.

– Если не хочешь свалиться в пути, лучше поешь, – произнес Ахлф.

Роза лишь тяжело вздохнула.

У неё не было ни желания, ни сил есть.

Руки её ослабли и болели, и каждое шевеление ими лишь усиливали эти неприятные ощущения.

Ахлф сощурил глаза.

Прошелся внимательным взглядом по бледному лицу пленницы, по капелькам пота, проступившем на её лбу, по телу, застывшему в неудобной позе…

Что, если она больна? Чем-то заразным.

Тогда от неё нужно будет как можно скорее избавиться, ибо вся армия может заразиться и погибнуть.

Холодная мысль завладела разумом Ахлфа.

Немедля, он в три шага оказался рядом с пленницей.

Ахлф навис над ней мощной скалой.

Роза запрокинула голову и подняла на него потухший взгляд. Синие тени пролегли под её поблекшими глазами, потрескавшиеся губы сочились кровью.

– А не принесла ли ты с собой хворь? – зло выдохнул Ахлф и рывком сорвал с Розы её покрывало.

Девушка вся сжалась и задрожала.

– Встань! – прорычал Ахлф. – Я осмотрю тебя.

Она не подчинилась, и тогда ему самому пришлось заставить пленницу встать. Схватив Розу за плечи, Ахлф поставил её на ноги.

Порывисто убрав за спину водопад серебристых волос, он окинул нагое тело пристальным взглядом.

Ахлф искал отметины страшной болезни. Черные волдыри или многочисленные кровоподтеки.

Но ничего, кроме двух синяков – один на бедре, другой на предплечье – мужчина не обнаружил.

Ахлф испытал облегчение. Нет, не участь пленницы волновала его сейчас, а его людей.

– Если ты не будешь есть сама, я заставлю тебя, – угрожающе произнес воин.

Роза покачнулась, но снова промолчала.

– Да что с тобой! – Ахлф зло выдохнул и встряхнул девушку за плечи. – То ты сопротивляешься и бьешь меня ножом, то теперь – словно соломенная кукла. Что с тобой?! Ты так быстро сдалась и выбрала самый легкий путь – умереть с голоду?

Роза нахмурилась и окинула недовольное мужское лицо взглядом, полным непонимания.

Что это?

Забота со стороны врага? Беспокойство о ней?

Или же он просто дразнит её?

– Если ты не будешь есть сама, я запихну тебе это в глотку! Ешь! Одежду получишь после того, как поешь!

Мысленно проклиная его, Роза начала есть.

Виноградный сок обжигал потрескавшиеся губы, скулы сводило от его кисло-сладкого вкуса, к довершению всему, из ранки потекла кровь.

Но совсем скоро аппетит проснулся, и девушка съела и виноград, и лепешку.

Силы горячей волной прилили к её рукам и ногам, дурнота отступила.

– Одень это, – Ахлф швырнул в сторону пленницы длинный балахон грязно-серого цвета.

Откуда у него это?

С кого сняли этот наряд?

Сейчас Роза не посмела спрашивать об этом.

– Я не могу надеть платье, пока моя рука привязана, – прижимая к груди одежду, обратилась она к воину.

Тот, до этого времени изучавший карту, вскинул голову и устремил на девушку сверкающий взгляд.

Она покраснела.

На ней ведь по-прежнему ничего не было. Кожа её запылала от того, как посмотрел на неё Ахлф.

Самодовольная улыбка поползла по его лицу.

«Он, верно, наслаждается тем, как я мучаюсь!» – пронеслось в голове Розы.

Она порывисто отвернулась. Волосы её взметнулись серебристой волной, и на миг обнажили белоснежные бедра и спину.

– А может, мне оставить тебя вот так – обнаженной? – озвучил вслух свои мысли Ахлф. – Ведь вид твоего голого тела определенно поднимает мне настроение.

Роза замерла. Сжав зубы, она молчала.

Ах, как многое она хотела сказать! Но сейчас предпочла не ответить.

Послышались шаги.

– Что скажешь, Роза? – оказавшись позади пленницы, вопросил Ахлф.

Он не дотронулся до девушки, но её кожа явственно ощущала жар и могучую силу, исходящую от его тела.

Роза чувствовала себя такой маленькой, такой беспомощной рядом с мужчиной.

Его присутствие раздавливало её.

«Наверное, он способен одной рукой переломать мои ребра», – ужалила разум пленницы неприятная мысль.

Сверля взглядом Розу, Ахлф схватил её за руки и развернул лицом к себе.

Горячие пальцы тотчас оставили отметины на чувствительной коже. Воин вытащил кинжал и перерезал им веревку, тем самым освобождая девушку от неё.

– Одевайся, – приказал Ахлф, опуская взор на обнажившуюся грудь пленницы.

Белоснежная, округлая, она так и просила, чтобы он сжал её.

Роза вспыхнула и вновь отвернулась.

Тяжело дыша, девушка надела платье. Серой волной упало оно на пол и растелилось по нему.

Наряд оказался слишком длинным.

Ахлф раздраженно вздохнул. Удивляя девушку, он присел на корточки и отрезал лишнюю ткань своим ножом, а потом всучил кусок материи в руки Розы.

– Накинешь на голову, когда солнце начнет жарить, – приказал Ахлф.

Нервно комкая пальцами мягкую ткань, девушка произнесла:

– Враг заботится о пленнице? С чего бы это?

– Ты слишком дорого мне обошлась, Роза, чтобы я позволил тебе вот так просто сдохнуть, – Ахлф оскалился в зловещей улыбке, – нет, пленница, на тебя у меня есть планы.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Солнечный свет, обжигая, ударил в глаза Розы и на миг ослепил её.

Яркие вспышки пронеслись перед взором девушки.

Она покачнулась и замедлила шаг. Песок под подошвой сандалий заскрипел, и ветер почти приветливо облизал её обнаженные щиколотки.

Девушка остановилась.

Веревка, обмотанная вокруг шеи Розы, натянулась и властный голос напомнил пленнице, что медлить нельзя:

– Пошевеливайся!

Стыд и злость, вызванные ощущением собственного бессилия, обожгли грудь Розы.

Она захлопала ресницами и подчинилась приказу Ахлфа. Как и подчинилась тому, что он мгновениями ранее накинул на её горло веревку.

«Тебе доверять нельзя», – сообщил тогда воин, безжалостно завязывая узел.

И вот теперь ей, словно животному, предстояло показаться на виду у всех.

Её мало волновало мнение врага.

Но вот то, как на неё посмотрят её сестры по несчастью, беспокоило Розу.

Она пообещала себе держаться достойно. Изо всех сил не показывать виду, как страшно ей, как унизительно идти, словно скоту, рядом со своим господином.

Но стоило только Розе встретиться взглядом с группой женщин (она не знала, куда подевались остальные), как предательские слезы обожгли её глаза.

Сестры по несчастью смотрели на Розу со смешанными чувствами на лицах.

Страх, жалость и обреченность – все отразилось в их глазах.

Они были и без того напуганы, но вид Розы – той самой девушки, посмевшей нанести удар ножом, теперь идущей на поводе у господина, обрушил последние надежды в их сердцах.

«Даже самую сильную из нас можно сломить».

Вот что увидела Роза во взорах женщин.

Полная смятение, девушка опустила свой взгляд.

Ахлф легонько потянул за веревку, и Роза ускорила шаг. Идти ей было сложно. Икры сводило, бедра и спина ныли после неудобной ночи.

Куда он её вел?

Девушка вспомнила, что враг говорил о том, что они отправляются в путь…

Но каким образом? Неужели они поплывут на корабле?

Одна мысль об этом заставляла душу Розы дрожать.

Да, она жила в портовом городе, но ни разу в своей жизни не плавала, даже на лодке. На то имелись причины – мать девушки, как поведал ей дед, попала в кораблекрушение и погибла.

– Ахлф! – мужской голос окликнул воина, он чуть сбавил скорость, но не настолько, чтобы Роза успела перевести дыхание.

Голос показался девушке знакомым. Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, кому он принадлежит. Впрочем, в этом не было нужды.

Совсем скоро их догнал Гелимер.

Он окинул Ахлфа и его пленницу многозначительным взглядом. Серые глаза Гелимера вспыхнули и отразили удивление, когда он посмотрел на покорно опущенную голову Розы.

– Ты так быстро усмирил её? – широко улыбаясь, задал он вопрос.

– Все может быть, – Ахлф улыбнулся в ответ и провел загорелыми пальцами по серебристым волосам пленницы, а после – почти нежно коснулся её левой щеки.

Роза перестала дышать.

Нет, она не испытывала и намека на удовольствие от руки врага.

Но девушка была поражена, что он умеет делать и так.

– Кнут и ласка, и она будет покорна, – усмехнулся Ахлф, стискивая подбородок Розы и заставляя её посмотреть на себя.

Сжав зубы, девушка устремила на врага своё внимание.

Как же ненавидела она его сейчас!

Ахлф усмехнулся.

Ему понравилось, как вспыхнули фиалковые глаза пленницы, как во взгляде её загорелся протест.

Это раздражало и одновременно пробуждало интерес у Ахлфа.

И не только у него.

Гелимер тоже с затаенным любопытством и желанием глядел на непокорную красавицу.

– Ты отправляешь её, как и других пленниц, на наши родные берега? – поинтересовался он.

– Почему тебя это так волнует? У тебя был шанс выкупить девушку, но ты не сделал этого. Она – моя, и что я сделаю с ней, куда отправлю, сохраню ли ей жизнь или лишу её – решать мне.

Устремив взор поверх макушки Гелимера, Ахлф сощурил глаза.

Чуть приподнял уголки губ в усмешке и снял с шеи пленницы верёвку.

Девушка непонимающе посмотрела на Ахлфа.

Неужели он передумал мучить её?

Неужели?

В фиалковых глазах мелькнул вопрос.

Ахлф криво улыбнулся ей в ответ.

Вздохнул…

А затем, вдруг, подхватил Розу и перекинул её через свое левое плечо, так, что ягодицы девушки оказались наверху, а голова – внизу.

Роза протестующее вскрикнула, и в этот самый миг горячая мужская ладонь по-хозяйски шлепнула её по бедру.

– Не брыкайся, овечка. Скоро я тебя съем, – многозначительно произнес Ахлф.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Крышка люка с грохотом закрылась прямо над головой Розы.

От этого звука затрещал воздух, и пылинки проникли в нос пленницы. Она чихнула и, испытывая напряжение, прислушалась к быстрым шагам, что раздавались над головой.

Казалось, еще чуть-чуть, и эти мужчины проломят пол.