Власть и награда
- -
- 100%
- +
В битвах Исанбек искал смерть и свое освобождение. Но те не торопились приходить. Вместо них пришли опыт и слава, новые земли и богатства, красивые женщины и холод, расползающийся по сердцу и душе воина. Видно, не суждено ему быть счастливым. Все это откладывало свой опечаток на характер Исанбека – он был беспощадным и жестоким воином, он был холодным и властным ханом, он был циничным любовником, и он был глубоко одиноким…
Один из первых, кто приветствовал прибывшего хана, был седовласый Арслан, который уже более двадцати лет находился в армии, – сперва войска Барласа, а после Исанбека. Этот старец был молчаливым свидетелем становления Исанбека, как первоклассного воина, так и настоящего мужчины. После непродолжительного разговора, Арслан протянул раскрытую ладонь, на которой красовались небольшие ярко-красные ягоды.
– Хотите ягод, мой хан? Это брусника, чрезвычайно полезна.
Исанбек усмехнулся в ответ, ему была приятна забота и некая простота со стороны этого воина. Он молча попробовал ягоду, ощущая языком ее терпкий кисло – сладкий вкус.
– У нас для вас есть и другие ягоды, – кивнув головой в сторону пленниц, деловито произнес Арслан. В отличие от черноглазого хана, старец не потерял надежду на его счастье в любви.
– Женщины? – холодно спросил Исанбек, замечая плутоватую улыбку на лице собеседника.
– Да, – коротко пояснил он.
– Надеюсь, насилия не было? – строго вопросил хан, сдвинув густые брови.
– Нет, – честно ответил мужчины, – мы помним ваш наказ, мой хан. Когда будете осматривать женщин? Надо сказать, эта холодная земля дала удивительно красивых женщин.
– И удивительно слабых и глупых мужчин, – с легким пренебрежением в голосе, закончил фразу Исанбек. – Сейчас нет особого настроения.
– Боюсь, что женщины замерзнут, – осторожно заметил Арслан, поглядывая в сторону пленниц – пусть костер и горел рядом с ними, наверняка те продрогли и устали.
– Хорошо, организуй это, – кивнув головой, согласился Исанбек, направляясь к воинам, намереваясь побеседовать с теми о подробностях минувшей ночи.
Одной из ярких черт характера Исанбек – хана было желание знать досконально все, а так же, иметь контроль надо всем. И сейчас он желал знать – сколько погибло жителей городка, сколько ранено его людей, сколько женщин пострадало и может, все же, не пострадало вовсе. Не нужно было считать Исанбека слишком гуманным, однако он и не был безумцем, находящим наслаждение в беспричинных убийствах и насилии.
Беляна заметила, как к ним, пленницам, стали приближаться другие воины, во главе которых шел седовласый, худой мужчина. Подойдя поближе, тот произнес, обращаясь к женщинам:
– Сейчас вас ожидает событие, которое изменит жизнь некоторых из вас. Скоро вам предстоит предстать перед великим завоевателем, ведите себя спокойно. Любое проявление агрессии и неуважения в его строну – карается смертью вас и вашей семьи, – в толпе раздался испуганный гул, – я вижу, вы поняли, о чем я говорю. Сколько вас здесь? Мне доложили, что двести. Встаньте в четыре ряда, в каждом по пятьдесят.
Видя, что женщины не слишком понимают его, Арслан стал расставлять тех по местам, однако он избегал прикасаться к ним нарочно – пока Исанбек не сделал свой выбор (а сделает ли он его?), нужно быть осторожным. Беляна, опустив голову, покорно встала позади рыжеволосой статной красавицы. Скорей бы эта пытка закончилась! Девушка закусила губу от боли – действие лечебной мази закончилось, и свежие шрамы на спине напомнили о себе. Пусть будет больно – это хоть немного, но отвлечет от мыслей о приближающейся, жуткой встречи. Обернувшись, Беляна заметила в последнем ряду свою старшую сестру – та стояла, усмехаясь. Неужели так уверена в себе, неужели хочет, чтобы ее выбрали?
Вскоре, размышления девушки были прерваны. К ним приближался незнакомец в сопровождении десятка воинов. Беляна вновь опустила голову, спрятав лицо за выбившимися из косы прядями волос. Однако снова и снова глаза ее пытались разглядеть человека, от которого теперь зависела не только ее судьба, но и судьба всех присутствующих женщин. Вот этот незнакомец прошел первый ряд, вот уже и второй… как быстро, скоро он доберется и до нее! Внезапно Беляна просияла – вот ей-то нечего было бояться! Как бабка говорила про нее – без горючих слез не взглянешь. Девушка даже немного успокоилась от этих мыслей. Но вскоре эти ложные чувства сменились волнением и каким —то оцепенением. Прежде чем увидеть его, Беляна уловила пряно – сладкий аромат. А затем услышала мужской голос, обращенный исключительно к ней:
– Подними голову.
Молния. Словно молния пронзило все тело девушки. Она медленно подняла голову и встретилась с холодным взглядом черных глаз, тех самых глаз. Перед ней, облаченный в боевые доспехи, стоял тот самый незнакомец, тот прекрасный мужчина. Только сейчас он был не столько прекрасен, сколько устрашающ.
Исанбек нахмурился. Он узнал ее. Узнал бы из тысячи других женских лиц. Арслан не солгал – эта холодная земля породила много красавиц, которых он лицезрел сейчас, но эта… эта девочка, что она-то здесь делает? Сдерживая свой гнев, хан обратился к Арслану и другим воинам:
– Я не насилую детей. Вы не удосужились спросить возраст у них?
– Мы спросили каждую, мой хан, – деликатно начал седовласый мужчина. – Она подходит тоже.
Исанбек задумался. Его пальцы нежно обхватили мягкий, чуть выступающий подбородок незнакомки. Хан заглянул в ее глаза – настоящие зеленые озера, в которых стояли невыплаканные слезы. Она боялась его.
– Сколько тебе? – задал он вопрос.
– Семнадцать, – дрожащим голосом ответила Беляна, заморгав часто-часто. Она силилась не расплакаться. Прикосновение пальцев мужчины обжигало ее подбородок.
– Семнадцать, – повторил Исанбек и отпустил ее лицо. Затем двинулся дальше, к следующей пленнице.
Сердце Беляны стучало часто-часто, заглушая своим стуком все другие звуки извне. Она силилась не обернуться, чтобы еще разочек взглянуть на… собственного врага? Кто он?
Исанбек шагал все дальше и дальше – оглядывая холодным взглядом девушек – красивы, не поспоришь. Но между красивой женщиной и красивой любимой женщиной есть разница… и с каждым годом она ощутимее…
– Мой хан, – продолжил Арслан, – вон та черноволосая дева, в последнем ряду, она была перед златовласой. Имя ее Велимира. Считается красавицей в их городе. И волосы у нее тоже темные.
Исанбек сурово посмотрел на говорившего – тот перегнул палку. Араслан даже побледнел от столь выразительного, раздавливающего взгляда.
– Имя ничего не значит, цвет волос тоже. Я не ищу чью-то копию. Мне нужен мой оригинал, – резко бросил хан, направляясь в противоположную сторону, намереваясь покинуть это место. Догоняя Исанбека, к нему почтительно обратился один из воинов:
– Вы не выбрали никого, мой хан? Можем ли мы теперь, с вашего разрешения, выбрать себе по жене?
Хан окинул воина ледяным взором, тот даже попятился назад.
– Я мог бы наказать тебя за дерзость, – холодно начал он, – но сегодня проявлю милосердие. О моем решении на счет женщин и прочего вы все узнаете позже. Поставьте охрану и накормите пленниц горячим! От мертвых и больных толку мало.
От услышанных слов Беляна вся сжалась. Как суров!
Вскоре на больших казанах варился горячий бульон. Дабы получить его, девушки выстроились друг за другом. Некоторые из них продолжали плакать, другие перешептывались. Как раз подошла очередь Беляны принять еду из рук желтолицей женщины, когда перед девушкой появилась Велимира. Она злобно толкнула сестру и та пролила весь, довольно горячий бульон, на свою одежду. Беляна вскричала от боли и обиды, а Велимира лишь рассмеялась злобным смехом.
– Теперь уж к грязнуле хан точно не приблизится, – пояснила она, изогнув свои черные брови.
Беляна, удивляясь сама себе, крикнула той вслед:
– Когда-нибудь твое зло вернется к тебе.
Собравшаяся было уходить, Велимира развернулась и подошла к сестре, а затем больно вцепилась той в волосы.
– Ну и каким образом мне все это вернется? – рассмеявшись, поинтересовалась она. Тогда, непонятно откуда взяв силы, Беляна оттолкнула Велимиру и та, не ожидая, больно приземлилась на спину. Униженная, она тот час вскочила на ноги, желая поквитаться с девушкой, однако мужской голос остановил ее на полпути к сестре.
– Прекратить!
Говорившим был Исанбек. Как он так быстро и незаметно подошел? И хотя он стоял вдалеке, наверняка увидел многое.
Беляна испуганно обхватила свои плечи руками. Все ее тело сотрясалось от боли и страха. А еще ей было стыдно. Стыдно, что она впервые в жизни постояла за себя, и свидетелем этой сцены стали все, в том числе и тот незнакомец. Но разве теперь это имело значение? Незнакомец оказался врагом. А какое ей должно быть дело, что о ней подумает враг? И все же ей было невыносимо больно стоять сейчас перед ним – со спутанными волосами, в грязной рубахе…
Исанбек шагнул в сторону пленниц и обратился к черноволосой красавице:
– Подойди.
Велимира улыбнулась – красиво и зазывающее. Она, не сдержавшись, обернулась, бросая торжествующий взгляд сестре и всем никчемным женщинам, оставшихся ненужными. Плавно покачивая широкими бедрами, черноволосая девушка подошла к хану. Тот окинул ее ледяным взглядом и Велимира поежилась. Исанбек негромко произнес:
– Вижу, энергии в тебе полно и огня тоже.
Слушая это, девушка охотно закивала головой. Издевательская улыбка коснулась губ Исанбека, затем он продолжил чуть громче:
– Один из наших конюхов очень нуждается и в жене, и в помощнице. Уверен, ты идеально подойдешь для этого. Уведите!
Велимира не успела даже понять, что произошло, как двое мужчин увели ее. Исанбек усмехнулся, наблюдая за этой картиной. Пусть усмирит свою гордыню и черствое сердце. Затем его взгляд скользнул по дрожащей фигурке девушки. Сколько ей? Неужели и, правда, семнадцать?
Беляна испуганно наблюдала, как стремительно сокращается расстояние между ней и предводителем. Он остановился перед ней на расстоянии вытянутой руки.
– Тебе и, правда, семнадцать? – приглушенно спросил мужчина, впиваясь взглядом в красивое, бледное лицо Беляны. Она не умела лгать, поэтому бесхитростно ответила, отрезая этими словами все пути спасения:
– Да, мне семнадцать.
Еле заметная улыбка коснулась резко очерченных губ Исанбека. Внутри, на мгновение, как – то стало сразу тепло. Он наклонился вперед, и девушка ощутила его теплое, щекочущее дыхание на своем лице.
– Придется забрать тебя с собой. Царапаться ты, котенок, не умеешь, все норовят тебя обидеть. К тому же, тебе уже семнадцать, а это значит, – хан многозначительно умолк на мгновение, – этой ночью ты согреешь мою постель.
Не давая Беляне ответить, Исанбек снял с себя плащ и накинул его на узкие плечи девушки, заворачивая ее в теплую ткань. Мужчина окинул девушку взором – она вся затерялась в этой большой одежде, только светлые зеленые глаза странно заблестели от услышанных слов…
Глава пятая
Беляну сопроводили, именно сопроводили, не касаясь ее, два воина до небольшого шатра, где, вероятно, ей предстояло ожидать своей дальнейшей участи. Она на дрожащих ногах шагнула внутрь и ласковое тепло, смешанное с пряно-сладким ароматом, обволокло ее легкие и после все тело, расслабляя. Девушка сделала еще несколько шагов и поняла, что в шатре, кроме нее, больше никого нет. Она, не зная, что ей делать, устало опустилась на меха, брошенные в спешке на пол. Ощущение тепла, исходящего от них, продолжало расслаблять Беляну, но не на столько, чтобы та заснула. Сон сейчас был крайне опасен, она не имела право на него. Ей нужно было встретиться с… как назвать его? Кто он для нее? Ей нужно встретиться с ним в трезвом, а не сонном, сознании.
Полог шатра шелохнулся, и на его пороге показалось лицо той женщины, что совсем недавно раздавала пленницам еду. Теперь в ее руках был круглый, золотого цвета поднос, наполненный доверху различными явствами – горячими лепешками, обсыпанные сверху маленькими семечками, кувшин с каким – то напитком, чаша с бульоном и кусками отварного мяса.
– Господин велел тебе это все съесть, – пояснила незнакомка и, водрузив поднос прямо перед Беляной, спешно покинула ее.
Девушка трясущимися, от голода руками, освободилась от теплого плаща и потянулась к еде. Как же вкусно! Она съела целую лепешку, выпила половину чаши с бульоном и отправила в свой желудок один кусочек ароматного мяса. Силы возвращались к ней. Если бы не раздирающая, пульсирующая боль на свежих ранах, Беляна ощущала себя абсолютно здоровой. В любом случае, ее физический голод был утолен. Но, конечно же, не духовный… Последние слова, произнесенные Исанбек- ханом, напугали девушку. Познания в этом деле у нее были скудными, вернее никакими, не считая перешептываний пленниц этой ночью, от которых она случайно узнала, что случается между женщиной и мужчиной. Сразу же вспомнилось измученное лицо Крижаны… Беляна заплакала, горюю о погибшей… Сколько боли та испытала – и не мудрено, что ей не захотелось жить. А вдруг и с ней произойдет то же самое, и ее любовь к жизни погаснет? Тогда, в лесу, незнакомец показался ей прекрасным воином, но сегодня он стал суровым ханом. В тот день Беляна думала, что тот владеет лишь своим мечем и конем, но сегодня узнала, что в его власти армия, и теперь и ее город со всеми его жителями… И, возможно, это лишь малое, что она знает о нем. Девушка так погрузилась в собственные мысли и чувства, что не заметила, как прошло некоторое время и, вскоре, воздух вокруг стал меняться, становясь тяжелым и в этот раз пьянящим. Беляна, ощущая эти перемены, спешно завернулась в широкий плащ, будто ища в нем защиты.
Исанбек, отдав все необходимые распоряжения – назначив нового главу Светлограда, оставив там часть войск и забрав оттуда молодых мужчин – горожан, теперь направлялся в сторону своего шатра. Различные мысли посещали его голову, и большая часть была о маленькой красавице, которую мужчина, удивляясь самому себе, выбрал. Что сподвигло его на это решение? Она была красива. И мысли о ней всплывали в голове Исанбека после их первой встречи, но он настойчиво отгонял их по разным причинам – одна из которых был слишком юный возраст незнакомки. Но сегодня, увидев ее в рядах других женщин… Что-то дрогнуло в нем. Не сердце, конечно, это, безусловно, не любовь… И все же, Исанбек захотел ее забрать с собой. Первый раз он отпустил ее, но второй не намерен был это делать.
Незнакомец шагнул внутрь шатра, и его глаза встретились с глазами девушка. Та сидела, укутанная в его плащ. Щеки ее горели здоровым румянцем – было видно, что она, наконец, согрелась и утолила свой голод. Исанбек подошел к ней поближе и остановился. Его задумчиво-холодный взгляд изучающее скользил по нежному лицу Беляны.
– Поднимись, – раздался властный голос хана. Девушка дернулась от услышанного, пораженная холодом, сквозившим в одном слове. Она встала, но не решилась посмотреть на мужчину.
– Твое имя? – все тем же тоном поинтересовался он. От его голоса пленница задрожала, но все же ответила:
– Беляна.
– Беляна, – повторил Исанбек, пробуя, как ее имя звучит, – мне нравится твое имя, оно подходит тебе, и я не буду его менять.
Не сдержавшись, девушка подняла на мужчину свои глаза, в которых затаился немой вопрос. Хан заметил это и пояснил:
– Твоя жизнь до встречи со мной осталась в прошлом. Теперь вся ты – твоя жизнь, тело, и даже имя принадлежат мне. Я- твой хан и твой господин. Ты услышала меня?
– Да, – еле шевеля губами, ответила Беляна, ненавидя себя сейчас за то, что мечтала встретиться с этим мужчиной вновь. Тот кивнул головой, продолжая разглядывать девушку, только теперь его взор переместился на ее фигуру, скрытую в плаще. Исанбек молча протянул руку и медленно стянул его с плеч пленницы. Та еще больше задрожала, однако не стала сопротивляться. Мужчина отбросил плащ в сторону.
– Ты боишься, – приглушенно произнес хан, и усмешка коснулась его губ.
– Боюсь, – с легкой хрипотцой в голосе ответила Беляна, закрывая глаза. Ее темные ресницы чуть подрагивали. Исанбек осторожно провел мозолистой ладонью по лицу девушки и сказал:
– И боишься напрасно.
Беляна распахнула глаза – в их светлой зелени вновь был вопрос.
– Я дам все, что тебе нужно, Беляна, почти все, кроме того, чем не обладаю. Я дам тебе кров, одежду и еду. Я буду защищать тебя, и не собираюсь мучить… Я справедливый хан, Беляна. И если ты будешь слушаться меня и чтить, то не познаешь моего наказания. Все твои страхи останутся позади.
Он говорил столь проникновенно, что девушка слушала его, затаив дыхание. Пораженная его словами, Беляна с надеждой посмотрела на мужчину и спросила:
– Что же хан хочет взамен?
Красивая, чисто мужская улыбка коснулась губ Исанбека.
– А ты не догадываешься? – усмехнулся он. Девушка нахмурила брови и искренне ответила:
– Кроме меня самой мне нечего предложить… Но разве я подхожу для услады хана? Моя бабка всегда говорила, да и сестра тоже, что на меня без слез не взглянешь… Неужели хан предпочитает плакать, нежели радоваться?
Исанбек рассмеялся. Беляна непонимающе уставилась на него. Что так рассмешило хана? Затем мужчина произнес:
– Они лгали тебе, Беляна. Мне нужна ты.
Девушка покраснела и затрепетала.
– Я? – переспросила она. Мужчина вновь улыбнулся.
– Ты, – ответил он. Его руки достаточно нежно провели по спине девушки, но та, не сдержавшись, вскрикнула от боли. Исанбек нахмурился.
– Ты столь чувствительна или я столь груб? – спросил он.
– Нет-нет, – отрицательно качая головой, ответила Беляна, обнимая себя за плечи.
– Сними одежду, – приглушенно произнес Исанбек, уже догадываясь, в чем дело.
– Нет, пожалуйста, не надо, – совсем испугавшись, прошептала Беляна. Неизвестно что ее больше пугало – собственная нагота или же отвращение на лице хана, когда тот увидит ее спину.
– Немедля, – приказал уже ледяным тоном хан, сверля взором лицо девушки. Та повернулась спиной к нему и скинула с себя рубаху.
Взгляд Исанбека впился в удивительно женственное тело девушки. Ее фигура по форме напоминала изящные песочные часы – и выглядела гармонично – соблазнительно. Кожа у Беляны была очень светлая и, безусловно, нежная. Хан медленно скользил взором по стройным ногам девушки – снизу вверх, и тут он увидел это, и внутри его будто обожгло: вся спина Беляны была покрыта свежими ранами, рядом с которыми розовели и белели старые шрамы. Исанбек даже не заметил, как взревел, однако пленница услышала это и разрыдалась. Что она еще хотела? Хан был, вероятно, разочарован.
Исанбек бережно накинул на дрожащие плечи Беляны свой плащ, прикрывая ее наготу. Девушка, опустив голову, не смела ее поднять. Но почему он так заботливо укрыл ее? Совладав с собой, мужчина тихо задал вопрос:
– Кто это сделал?
Она молчала, понимая, что ее слова могут навредить. Тогда хан аккуратно развернул ее к себе и повторил:
– Кто это сделал?
– Не могу, – прошептала девушка, опуская глаза и замечая, как заиграли желваки у мужчины.
– Хорошо, я сам все узнаю, только наказание будет уже другое, – зловеще бросил он, убирая руки с плеч пленницы и направляясь к выходу. А ведь он и правда все узнает. Найдет Магушу, и та все расскажет ему.
– Мой хан! – сорвалось с губ Беляны. Странно это звучало, но как она по – другому могла называть его?
Исанбек медленно повернулся, молча, он взирал на девушку, давая той шанс. Она сделала несколько шагов к нему и чуть не упала, запутавшись в плаще.
– Я расскажу… – прошептала она, поднимая на мужчину свои чудесные зеленые глаза, в которых горела мольба, – но прошу пощадить и не карать смертью.
– Говори, – приказал он, сощурив черные глаза.
– Это… моя бабка сделала. Она нас с сестрой одна воспитывала, родители наши давно умерли. Видно, ей трудно со мной пришлось, вот и наказывала.
Исанбек сжал челюсти, не позволяя злости и ругательствам вылиться наружу. Сколько лет она терпела?
– А последнее наказание за что получила? – произнес мужчина. В ответ девушка покраснела. Ведь она видела чудный сон, связанный со стоящим перед ней мужчиной. Видно сон оказался вещим…
– Я проспала… Утомилась тогда в лесу, и заснула крепко после.
– Утомилась в лесу… Не мое ли общество утомило тебя, Беляна? – уже ласковым голосом поинтересовался хан, внезапно вспоминая их первую встречу. В ответ пленница еще сильнее покраснела, отвечая этим на вопрос хана. Тот довольно усмехнулся. Значит, она тоже думала о нем? Исанбек наклонился к ней и заглянул в ее манящие глаза – те сверкали, словно драгоценные камни. И чем дольше мужчина смотрел в них, тем больше ему хотелось разглядывать их… Удивительное, волнующее притяжение. Исанбек, преодолевая себя, слегка отстранился от Беляны и сообщил той:
– Твоя бабка будет наказана за свою жестокость, однако я сохраню ей ее жизнь. Она уже сама себя наказала. Ты же, Беляна, готовься, скоро мы покинем эти земли. Я прикажу принести тебе подходящую одежду, и ближе к вечеру приду за тобой.
Он спешно покинул ее, оставляя наедине с сотнями тревожащих мыслей…
Исанбек приказал отыскать среди жителей горожан бабку своей пленницы. С холодным удовольствием, он приказал превратить ее дом в один из домов для его воинов, саму же Прасковью назначил одной из помощниц на кухне, во главе которой встала добросердечная Магуша… Исанбек считал смерть для бабки слишком легким наказанием. Пусть послужит людям и на собственной шкуре прочувствует, каково это, когда собственная жизнь тебе не принадлежит…
Глава шестая
Приказания Исанбек – хана выполнились незамедлительно – вскоре у самого выхода из шатра чьи-то руки поставили массивный сундук. Тут же руки исчезли, будто сундук сам появился здесь, принесенный одним ветром. Беляна подошла к нему и, открыв его, с интересом стала разглядывать вещи, лежавшие там – их было немного, однако они были из очень качественной ткани. Девушка отыскала нижнюю рубашку из гладкой, нежной ткани и торопливо надела ее. Затем пришла очередь платья – теплое, из мягкой шерсти, коричневого цвета, оно хорошо согревало тело. Там же, на дне сундука, Беляна с приятным удивлением обнаружила маленькие сапожки из белой кожи, и теплые чулки. Даже они были… Кто собирал ей вещи? Краснея от стыда, девушка полностью оделась. Затем расплела свои волосы и, кое-как пригладив их, вновь заплела в косу. Взволнованная, она принялась ждать возвращение Исанбек – хана…
Он пришел, когда солнце начало медленно, но неумолимо клониться к западу, обагряя небо своим светом.
– Поедешь со мной, – вместо приветствия заявил Исанбек, окидывая девушку внимательным взглядом – новый наряд шел ей, хоть и не был изысканным. Ничего, позже он оденет ее в шелка! К ее глазам нужно непременно подобрать именно зеленый… мужчина чуть не рассмеялся над ходом собственных мыслей. Он подошел к Беляне и остановился, возвышаясь над ней.
– Спасибо за одежду и обувь, – краснея, поблагодарила она.
– Я помню о своем обещании, сказанном совсем недавно, – улыбаясь, начал Исанбек, – надеюсь, и ты не забыла, что я хочу получить взамен.
Та подняла на него свои глаза – они снова заблестели. Мужчина медленно провел рукой по лицу девушки, потом рука спустилась так же медленно – на ее шею, лаская обнаженную кожу, после прошлась по изгибу тела и остановилась у бедра.
– Все еще боишься меня? – с легкой хрипотцой в голосе, проникновенно поинтересовался Исанбек. Он ощутил желание, охватившее его крепкое тело.
– Боюсь, – прошептала Беляна. Она одарила Исанбека грустной улыбкой. – Но что я могу поделать?
– Ты права. Ты ничего не можешь поделать с этим, и это не в твоей власти, – ответил хан и улыбнулся. – Идем со мной. Оставь здесь свое прошлое и свои страхи. Впереди тебя ждет другая жизнь.
Она последовала его совету или же приказу? Ступая за высоким мужчиной, Беляна тихо плакала и спешно смахивала слезы, не желая, чтобы кто-либо видел ее печаль. Всегда больно и страшно оставлять позади свою прежнюю жизнь, даже если в ней были страдания и несправедливость… Но когда-нибудь это просто необходимо сделать, чтобы найти собственное счастье.
Исанбек аккуратно усадил девушку на белого коня и взобрался на него, усаживаясь позади Беляны. Он бережно притянул девушку к себе, укрывая ту в складках своего плаща. Она и правда, как маленький котенок! Прижалась к его груди и трясется вся от страха. Хотелось бы верить, что совсем скоро Беляна сможет и замурлыкать в его объятиях… Хан улыбнулся, живо представляя в голове картину их первой близости. Он постарается быть терпеливым и нежным, и, конечно же, аккуратным, чтобы не раздавить ее. Ведь эта девушка столь миниатюрна и юна. Она привыкнет к нему и будет рада его ласкам… Как красива Беляна будет обнаженной, с ее распущенными чудесными волосами. Исанбек сглотнул, ощущая жар и сладкое волнение в своем теле. Какое странное, непривычное ему сочетание. Довольно! Впереди, их ждал путь. Сперва, надо было воссоединиться с армией, и только после предаваться столь сладостным мгновениям.