Философские притчи и мысли о важном
- -
- 100%
- +
Даша готова была провалиться сквозь землю. Олег задавал неудобные вопросы, на которые был лишь один ответ. И он ей не нравился.
«Если красиво преподносить ложь, то мир будет у твоих ног. Как-то так говорил тот человек. Не зря я, наверное, вспомнила тот день, и неслучайно я оказалась у него на пути». Но врать ужасно не хотелось. «Нужно сказать полуправду. Иначе он поймёт, что я вру».
«Не нужно врать, – вкрадчиво зазвучал в голове голос незнакомца. – Оставьте враньё народу, умейте красиво преподносить информацию в нужном вам контексте, и все будут довольны». Она поняла, что сымитировала голос того незнакомца в голове, словно подготавливая себя к шагу против своих принципов.
– Не знаю насчёт охотников. Но девочки превратились в знатных амазонок.
– Даже так? – Он нагнулся к её уху и прошептал: – Я хочу, чтобы моя амазонка проснулась и взяла в плен своего мужа. Он даже готов к шалостям и пошлости.
– Хм, звучит заманчиво, но, боюсь, у меня месячные пришли. – «Вот и первая ложь. Такая безобидная, но такая правдивая. Они придут через день или два. Никто не пострадал, но зато можно избежать секса, который сейчас совершенно не подходит по эмоциональному фону». Она тихонько выдохнула.
Олег зарычал ей в ухо на манер пиратов:
– Гром и молния их подери! – После чего поцеловал в шею. – Тогда я в душ и на работу. Отдыхай.
Даша облегчённо вздохнула. На душе свербело ужасное чувство предательства, и она не понимала, откуда оно взялось, но совершенно точно, что оно усиливалось с каждым сказанным ею словом. Удачным ли был вчерашний вечер? Она закрылась подушкой, пытаясь вспомнить, с чего всё началось.
Даша не понимала и не могла знать о том, что вчерашний вечер запустил цепочку событий, начальную точку которым положил разговор с незнакомцем в чёрной одежде. Этот вечер начался со встречи.
– Ну, девочки, это же просто секс. Зачем из него придумывать трагедию? Счастливыми мы от этого быть не перестанем. – Ирина подняла свой бокал, мысленно чокнулась со своими подругами и сделала большой глоток. – Я к измене отношусь совершенно спокойно. Он может трахать кого угодно. Главное, это не должно нестись в дом, это раз. И никакой любви, это два.
Я сама действую по такому принципу, используя его в отношениях с Максом. Да у нас и секс совсем другой после интрижки налево. Это как спорт. Поддерживает мышцы и отношения в должном тонусе. А все эти слова про предательство отношений… Ну, на мой взгляд, это пережиток прошлого. Мы в XXI веке живём. Секс буквально сочится из всех гаджетов, телепрограмм, рекламы. Мир изменился, и нужно подстраиваться, иначе счастье уйдёт. Вернее, оно будет жить под постоянной угрозой ухода, с этими дремучими правилами – туда не ходи, сюда не смотри. Может, вы и сексом в одной позе занимаетесь? Я не такая. Я за прогресс.
Три её подруги молча слушали, каждая прислушиваясь к своим внутренним «за» и «против» подхода Ирины. Они собрались без повода, просто давно не виделись, зашли в ресторан и решили провести вечер в компании девчонок, обсудив всех и вся, что накопилось за прошедшие три месяца. Конечно, то, что они не виделись, не означало, что они не созванивались день через день. Но всё же личная встреча всегда придавала свой эффект новизны обсуждаемым новостям. Постепенно разговор зашёл о мужчинах, а потом перешёл на измены, флирт и простое женское счастье.
После первой бутылки вина Маринка призналась, что узнала об измене мужа и сначала не знала, как себя вести. Но потом нашла компромисс для себя и поняла, что даже в такой ситуации можно найти решения, которые сохранят семью и помогут оставаться счастливой.
Такую новость никто не ожидал, и все активно начали высказывать свои мысли о том, как и что делать, принимать ситуацию измены или враждовать.
В итоге решили высказать каждая своё мнение. Ира была последняя – самая противоречивая и самая прогрессивная. После признания Марины получалось, что все, кроме Дашки, жили с мужьями, которые изменяли. И они об этом знали. И как ни странно были по-прежнему счастливы.
Только Дашка жила с мужем в полной уверенности, что он ей верен, об этом тоже все знали, но у неё еще будет время высказаться по этому поводу.
– Мне кажется, что счастье изменой не убрать. Даже когда узнаёшь о таких событиях, главное, не кричать, что небо падает. А ещё лучше – мысленно быть готовым к таким поворотам судьбы.
– Девочки, да как к ним можно быть готовым, если это предательство любви? Нет, я не осуждаю ваши взгляды. Но я реально не понимаю, как можно любить одного и при этом спать с другим.
– Дашуль, ты просто старой породы. Почитай книжку «Эммануэль» и ты откроешь для себя много нового, а наши слова покажутся тебе исповедью монашек. Ты думаешь, я не люблю его или он не любит меня? Если бы любви не было, то мы бы давно развелись. Просто семья и любовь – это гораздо более тесные связи, чем секс. Уверяю тебя, что через это гораздо проще переступить, чем тебе кажется. Я тоже была такой, как ты, все это помнят, но я поменялась ради семьи. – Маринка, которая подняла эту тему, неожиданно для Даши встала на защиту позиции Иры. – Для меня секс стал как игра. Флирт – это эмоциональные шахматы. И то, и другое – соревнование, в котором в итоге получаешь приз и живёшь дальше.
Я, например, когда узнала про его измену, сразу пошла и изменила с тем, кто мне прохода на работе не давал. Но при этом дала понять, что это просто секс, и всё. И не поверишь. Меня отпустило. И жизнь наладилась. Счастье всегда есть вокруг нас, главное, его не прогонять мыслями, что жизни больше нет и белый свет не мил.
– Ну а французы? Нация живёт нормой морали, по которой нужно иметь две любовницы или любовника! И ещё чтобы муж был! – Юлька игриво засмеялась. – Будь у меня такой рацион, то я была бы самая удовлетворённая, довольная, стройная и любящая жена на свете! Ну и счастливая, конечно!
Все дружно порадовались за французов и решили, что их амурные стандарты достойны мирового признания, как духи и короткая юбка. В минуты весёлого тоста Даша погрузилась в себя, представляя, что ведёт жизнь, о которой весело размышляли её подруги. Ей это показалось невозможным. Она знала себя как облупленную. Она однолюбка. Хотя ловить взгляды мужчин ей нравилось, и внимание со стороны сильного пола она всегда воспринимала как нечто должное, что заслужила и работой над своей фигурой, и умением вести себя достойно в любой компании.
Единственно, в чём она всегда была уверена, что измену мужу простить не сможет. Для неё это слишком личное. Не сможет и сама изменить. Просто потому, что верит в правду и не сможет соврать. Покраснеет как девчонка и сама всё расскажет. Чтобы не сгорать внутри от стыда и чувства предательства по отношению к любимому человеку.
В это время Счастье, про которое так часто упоминали за столом девушки, было рядом. Оно стояло каждое за своей хозяйкой и вело свои милые разговоры друг с другом.
Часть 2
Счастье всегда рядом с нами. Оно живёт своей жизнью, которая, впрочем, целиком и полностью зависит от того, как строим свою жизнь мы.
Вот и сегодня, находясь в кругу тех, кто его создаёт, оно, Счастье, ждало, как через судьбы его хозяек пройдёт событие, которое может оказать существенное влияние и на их жизни.
Они делились новостями о том, как себя ведут их хозяйки, когда им кажется, что его не хватает, как придумывают себе проблемы на пустом месте, и ещё много о чём. Но главное, они все ждали Испытания. Момента нарушения баланса. И сегодня испытание должно было выпасть на долю Счастья Даши. Для них для всех это было важно, поскольку они были связаны друг с другом, и нарушение баланса в жизни одной могло оказать своё влияние на жизни других участниц этой встречи. Как, впрочем, уже оказывало.
Предчувствуя момент, они замолчали и посмотрели в сторону Счастья Даши с немым вопросом «Сейчас?».
Оно прислушалось и кивнуло. Одновременно произошли две вещи: во-первых, Даша, слушая своих подруг о том, как легко жить с изменой в жизни, поймала себя на мысленном страхе встречи с такой ситуацией, эти мысли периодически мелькали в её голове, но она всегда гнала их прочь. В этот раз эмоциональность, с которой девочки рассказывали о своих убеждениях и умении быть счастливой а-ля француженка, вкупе с выпитым алкоголем, вызвали в ней гораздо более сильный протест, который и накрыла огромная волна страха.
Во-вторых, страх, который она поймала в мыслях, нарушил баланс. Вместо того чтобы выпустить его наружу и сказать, что она боится столкнуться с такой ситуацией, Даша произнесла полностью противоположное:
– Я уверена, что никогда не изменю Олегу, и знаю, что он никогда не изменит мне.
Все замолчали.
И тут же в её мыслях побежал хоровод со словами «неправда, неправда, признайся себе, что всё неправда». Она потрясла головой, пытаясь сбросить из ниоткуда появившиеся мысли. Это была реакция Даши на свой секрет. Про него никто кроме неё не знал.
В минуты полного откровения с собой она признавалась в том, что если бы возможность появилась, то она бы, возможно, и поддалась совращению. Именно совращению, моменту, где не она делает осознанный шаг, а её как бы к этому подталкивает обстановка. Совращению красивым, сильным мужчиной. Возможно, для этого нужно было оказаться в слабо контролируемом положении, например, в состоянии сильного алкогольного опьянения. А возможно, мужчине нужно было просто подвернуться в удачный момент. В любом случае такие откровения у неё случались, и как раз они её пугали. Скорее даже нагнетали страх, поскольку полностью шли вразрез с её личностными ценностями и моральным воспитанием. Именно поэтому она всячески избегала мужского окружения и на работе, и на отдыхе, предпочитая всё время проводить либо в компании семьи и мужа, либо как сейчас, с близкими подругами.
Но, как известно, страхи имеют свойство сбываться так же внезапно, как и затаённые желания.
– Да-да, я знаю, что никогда не говори «никогда» и бла-бла-бла. Но это то, во что я хочу верить. – Даша говорила и чувствовала, как слова пробиваются сквозь стену. Желая выделиться среди общего настроения и взглядов подруг, она выступила против своего страха, поселившегося у неё внутри благодаря их счастливым рассказам: «Все изменяют. Все мужчины изменяют. Это нормально. И ты с этим столкнёшься. Рано или поздно эта правда жизни встретит тебя на своей дорожке».
Счастье, стоящее за спиной Даши, знало то, чего не знала его хозяйка. Оно знало про боязнь Даши, но оно так же знало, что слова Даши были не просто протестом против страха, они были вызваны действиями мужа Даши, который одновременно с её словами менял пароль на своём телефоне, выходил из почты и записывал свою новую знакомую другим именем в телефонную книжку. Он поставил на её фото другую аватарку, на случай если она позвонит. При этом муж не знал и не мог догадываться, что эти его действия только ещё больше нарушали баланс, приближая события к той развязке, которую он пытался скрыть, а его супруга отрицала, вслух высказывая своим подругам уверенность в верности друг другу.
– Он сделал это? – спросило счастье Иры. – Он поменял пароль?
– Да, и более того, он записал её под другим именем. Столько лишних действий, и он даже не допускает мысли, что она может взять трубку, когда эта мужская аватарка будет звонить. Он сделал свой выбор.
Все дружно начали обсуждать ситуацию. Прогнозы, как Даша пройдёт Испытание и сохранится ли их дружный коллектив, сменились разговорами о возможных последствиях для каждой из них и стоит ли в целом так проводить испытание баланса любви и страха. Но таковы уж были законы Выбора. Всем оставалось только ждать.
И тут к их шумной компании с громким возгласом «Привет, девчули!» подсел Страх.
– Вот так да! Я смотрю, у нас тут сплошь счастливые всё лица! Как вы тут без меня? Соскучились, небось? Я слышал, что у нас сегодня Испытание огнём?
– Уходи, мы без тебя всё организуем. Она ещё даже не начала бояться. Она всё держит под контролем!
– О нет, – протянул он, – тут ты ошибаешься, моё Счастье! Она уже нарушила баланс. – Из ниоткуда он достал весы, поставил их на стол, насыпал в каждую чашу песка ровно столько, что весы замерли в равновесии. Затем посмотрел себе на пальцы. – Ого! Что это? Ааа! Это же слово «никогда». – Широко улыбнувшись, он сбросил невидимую песчинку на одну из чаш весов, и те сразу перевесили, опустившись вниз. – Как неосторожно она использовала это слово. Сказала и сразу сама себе соврала. А вот прямо сейчас она боится, ужасно боится, что сглазит своими словами. Думает, что бросила мне вызов, а по факту сказала: «Велком, мистер Фиэр», – и он засмеялся раскатистым, противным смехом наглеца.
Коллектив Счастья знал, что Страх прав. Им оставалось только надеяться, что Даша не продолжит перегибать палку равновесия сил и не даст возможность Страху разгуляться на полную катушку.
– Давайте-ка пока выпьем, красавицы мои. Я предвкушаю интереснейший вечерок. Тем более мы очень давно с вами не виделись. Что-то всё вокруг сплошь несчастливые лица, кризис, говорят, в стране.
Тем временем кошка Мелисса сидела на диване и смотрела, как её хозяин Олег смотрит в соцсетях профиль своей новой знакомой. Мелисса была возмущена действиями хозяина, но не представляла, как ей его наказать за такую измену хозяйке.
Олег просмотрел с десяток фото, остановился на тех, что были чуть откровеннее других, увеличил ту, что в купальнике, с красивой грудью и мини-полосками ткани на бёдрах.
– Интересная штучка. Хорошо, что замужем.
То, что объект его интереса была замужем, он почерпнул из личной информации на странице и подписей под фотками. Внезапно на клавиатуру прыгнула кошка. Отчего стакан с соком, который Олег держал в руке, дёрнулся и часть пролилась на клавиатуру. Он вздрогнул, на секунду вспылил и пихнул её со стола:
– Мелисса! Ну-ка иди отсюда! Что с тобой? Куда ты лезешь? Я же работаю!
Но роль Мелиссы, отведённая ей Испытанием, уже была выполнена. Страх Даши получил ещё один шаг к своей реализации в виде случайно нажатой клавиши принтскрин экрана, который сохранился в буфер обмена. События шли своим чередом, с одной стороны, выражая желание Олега скрыть свои действия, с другой – приближая Дашу к встрече со своим страхом.
Олег ещё раз продумал, всё ли он подчистил за собой. Вышел из почты, удалил историю поиска, установил аватарку и сменил пароль на телефоне. Последнее было самым трудно объяснимым действием. У них с женой всегда был доступ к телефону друг друга, не было тайн и каких-то недомолвок. Поэтому объяснить, почему на телефоне другой пароль, было сложно. «Но с другой стороны, чем проще объяснение, тем лучше, – решил он. – Скажу, что пароль сменил, и скажу новый». В конце концов, он не помнил, чтобы она хоть раз пользовалась этой возможностью. А потом он его снова поменяет. Вся это конспирация его малость напрягла, но, в конце концов, ради сохранения семейного счастья можно было и напрячься.
Единственное, чего не учёл Олег в своих шагах по сокрытию тайны, это действия неведомых ему законов, что уже создавали вокруг него свой рисунок будущих событий, в которых прыжок Мелиссы сыграет свою роль, не предусмотренную аккуратностью Олега.
Девочки продолжали пить вино, делясь своими наболевшими проблемами. Они чем-то напоминали подруг из сериала «Секс в большом городе». Каждая со своими тараканами, мёдом и дёгтем, взлётами и падениями.
Все они жаловались на бытовуху и рутину жизни, делились мечтами и желаниями. Вино окончательно расслабило внутренне скрываемые мысли, и они потекли рекой откровений, поддерживая разговор обо всём на свете и ни о чём.
Именно в этот момент Юлька пришла из туалета, ведомая под руку незнакомым мужчиной.
– Девочки, знакомьтесь, это Марк, а в его левой руке дама по имени Шампусик. Он очень хочет нас познакомить.
Все весело поприветствовали и Марка и его подругу. Оказалось, что Марк отмечал день рождения друга. Их было трое, и они были бы не прочь составить столь прелестным девушкам компанию.
Никто не был против, тем более что выпитый алкоголь как раз перешёл черту между разговором о мужчинах и желанием их присутствия. Мысли о том, что это не совсем корректно, четырём замужним женщинам находиться в компании незнакомых мужчин, никому кроме Даши не пришли, поскольку свободные нравы не накладывали на эту встречу каких-либо излишних обязательств или последствий. И только Даша, ведомая своим страхом, находила её неуместной для дальнейшего времяпровождения.
Её Счастье подняло свой тост:
– Ну, за то, чтобы её «никогда» оставалось таким же, как наше «всегда», – уместным там, – тут Счастье Даши сделало паузу, повернувшись в сторону нежданного гостя, – где страха нет. Пьяные встречи, они такие непредсказуемые. Зря она так сказала, тяжело ей будет устоять.
– Ну, конечно же, тяжело! Тем более по моим прикидкам, алкоголь уже делает своё дело, и темница открывается. Контроль слабеет, стража засыпает, мафия просыпается! Давай, красотка, мы все в предвкушении предстоящих страстей! Девочки, вы посмотрите, как на неё скрытно смотрит этот жеребчик! Чую, он охотник на амазонок!
– Не наговаривай. У неё ещё есть шанс уйти!
Но Страх сложил большой и указательный палец в кольцо, поднёс его к своим губам и прошептал:
– Зироу.
Конечно же, Дашу никто не отпустил. Тем более что она очень понравилась одному из подсевших гостей, который сразу окружил её вниманием и заботой.
Так боязнь измены и отрицание своих страхов привели в жизнь Даши новую ситуацию, продолжающую разыгрывать сценарий Испытания.
Где-то в глубине души у неё мелькнула мысль, что она делает что-то не так. Она же совсем недавно говорила, что никогда не изменит своему мужу, но как странно всё складывается. Жизнь словно проверяет её на прочность, подсылая такого красавчика. И, кажется, она ему нравится. Наивный. Не на ту напал. Она не изменяет.
Алкоголь делал своё дело. Мужское внимание, флирт и непринуждённая обстановка брали своё. В ход пошли танцы, пошлые анекдоты. Никто из девушек не видел ничего плохого. Каждая понимала, к чему всё это может привести, и каждая самоуверенно рассчитывала, что закончит вечер своей победой и так, как нужно именно ей.
Когда всё смешалось и контроль окончательно покинул эту вечеринку, сидящее за столом Счастье решило, что пора выводить на сцену мужей. Но все они знали, что главное действие разыгрывается вокруг Даши, поскольку её муж ей полностью доверял, его выводить на сцену было нельзя. Тем более что он вёл свою игру. Как итог, вечер Даша рисковала провести в компании обаятельного молодого человека, который был как никогда заведён недоступностью красотки, что держала с ним дистанцию, при этом откровенно, как ему казалось, флиртовала. Вечер был непредсказуем.
Тихонько открыв дверь, Даша прошла в квартиру. Мутным взглядом зафиксировала время – три ноль пять ночи. Скинув одежду, прошла в душ.
Муж спал и даже не отреагировал на её объятия. Она поцеловала его в ухо, потом в шею.
– Я люблю тебя.
Олег промычал в ответ, что тоже её любит и дальше провалился в сон.
Даша обняла его за грудь и тут же уснула. Испытание началось.
Как только за Олегом закрылась дверь, Даша как ужаленная выпрыгнула из кровати и сразу позвонила Юльке. Она была наиболее адекватная из всех, и её рассказу можно было поверить.
– Алло, Юлёк, что вчера было?
– Ого, подруга, не боишься, что я немного привру про твои подвиги? – Юлька с ходу дала понять, что сейчас начнётся лёгкий стёб. Он просто-таки полагался в таком случае.
– Юлёк, тебе же потом вернётся. Хочешь поглумиться, начинай.
– Да успокойся ты, – спародировала она известного телеперсонажа. – Не очкуй, Славик, твоя невинность и преданность дому Таргариенов не пострадали. Насколько я помню, всё было прилично.
Но я, если честно, тоже набралась. Тут помню, там не помню. Ириску набери. Она море выпьет, но всегда всё помнит.
– Она приврёт.
– Ну, поделишь на два. Ничего страшного.
Тут Юлька была права.
– Ладно. Давай наберёмся позже.
С Иркой так разговор было нельзя начинать. Поэтому она позвонила и начала разговор издалека.
– Привет, Ириска. Как ты?
– О, моя голова. На месте ли она? Сколько мы вчера выпили? Последние три бутылки этих донжуанов были лишними однозначно. Ты-то как? Муж не спалил?
Сердце предательски ёкнуло.
– А что он должен был спалить? Он спал.
– А, ну тогда ты легко отделалась, наша недотрога. Чё ты вчера вытворяла…
– Ой, да ладно, вытворяла. Я тебя знаю, ты сейчас напридумываешь.
– «Я никогда своему мужу не изменю», а сама вчера вся текла рядом с тем черноволосеньким, вот не помню, как его зовут. Ты его ещё в телефон записала.
Чтобы не показать свою зависимость от поступающей информации, Даша постаралась максимально спокойно отреагировать:
– Ну выпила, позволила себе чуть больше. Как записала, так и стёрла. Ты-то как закончила?
А сама стала вспоминать, как она его записала и, главное, зачем. Когда она кого-нибудь записывала в свою книжку, то это значило, что она впускала человека в свой круг, но что самое противное в этой ситуации, что она однозначно дала тому челу свой номер. Сердца стук замер, перейдя в режим ожидания приговора. Даша не хотела подать даже намёка на свою неосведомлённость, поэтому ждала продолжения. Но Ириска, она же Ирина на другом конце телефонного разговора, думать не думала о Дашкиных терзаниях. Она смотрела на свой сломанный ноготь и думала лишь о том, что у неё страшно болит голова и нужно записываться на маникюр. Она немного постебалась над Дашкиной святостью, но лишь для проформы. Такова была её натура. Когда в трубке возник вопрос Даши, как Ирина закончила вечер, и прозвучали уверенные слова про удаление из телефона, та поняла, что Даша ничего не помнит. Поскольку за Ириной приехал муж.
А раз она не помнит её мужа, то она не помнит ничего. Она сразу оживилась. Перед ней открылся простор для дружеских истязаний. Главное, не перегнуть палку. Соединить правду и вымысел.
– Домой? Да нормально я добралась. На такси. А ты? Как ты позволила своему ухажеру проводить тебя до дома! Такая неосторожность!
– Какая ещё неосторожность. Хватит выдумывать. – Даша шла по тонкому льду. Она понимала, что любое неосторожное слово выдаст её неведение об окончании вечера. Я так же доехала на такси. Никто меня не провожал.
«Точно ничего не помнит».
– Ну, это ты папе римскому будешь рассказывать на исповеди. Ты целовалась взасос с тем красавчиком. Потом дала ему свой номер, и он отвёз тебя на своей машине с личным водителем.
Неприкрытая ложь легко слетала с губ Ирины, поскольку она не придавала ей ровным счётом никакого значения. Она знала, что эта ложь легко вскроется при первом же общении с другими участницами вчерашней пьянки, поэтому говорила всё, что ей в голову приходило, чтобы поиздеваться над своей святошей-подружкой. Единственное, что не учла Ириска, это состояние Даши и страх, который она так тщательно скрывала и который почти остановил её сердце после слов Иры. Она ощутила, как живот пронзила острая боль. Такие тонкие подробности про водителя не показались ей выдумкой. Слишком вычурно для ситуации.
«О нет, Боже мой, что я натворила! Будь проклято это вино!»
– Так, ты давай не треплись! Было и забыли. Всё, чмоки, Ирисон, на связи. – И отключила соединение.
То, чего она боялась, случилось. Она почти сделала шаг к измене. Что же было в машине? И как она записала этого незнакомца?
Десять минут она искала в записной книжке новое имя, но ничего не могла найти. Оказывается, у неё было столько контактов, что часть из них она уже просто не помнила. И маячки для памяти в виде добавлений к именам: «от Карима стекло», «Янки друг», «Повар учитель» – не вызывали в ней ровным счётом никаких ассоциативных связей. В журнале звонков также была пустота.
«Наверное, я всё предусмотрительно подчистила. Господи Боже, какая же я дура».
Совесть – противная штука. Ещё противнее она становится, когда её ценность признают, уважают и дают право голоса в сомнительных ситуациях. Даша была очень совестливым человеком, у неё совесть могла говорить без права голоса.
«Как я могла? Как мне теперь смотреть Олегу в глаза? А если он узнает?»
«Не он узнает, а ты ему сама расскажешь», – возразила противозина.
«Я? Нет, я не смогу».
«Ты предлагаешь соврать? Наклонная дорожка может и обрывом закончиться. Ты не перешла черту, поэтому ничего страшного не произошло. Лёгкий флирт. Теперь подальше от алкоголя будешь держаться. Он любит, он простит. Ну, подуется немного, устроит скандал – это нормально. Но отношения нужно строить на доверии. Если он тебе доверяет, а ты его доверие используешь, чтобы оставаться белой и пушистой после купания в выгребной яме, то грош цена тебе и твоей любви».
«Всё не так! Я не буду его обманывать. Не было никакой ямы. Это просто пьяный флирт. Ну правда, мне очень стыдно за это, я готова сквозь землю провалиться. Это не повторится». Так она убеждала себя, смывая под горячим душем вчерашнюю грязь. Ей казалось, что вода успокоит её метавшуюся между правдой и полуложью душу. Наконец немного успокоившись, она пошла на кухню готовить кофе.