Сгоревший клиент

Глава третья

Мне так и не суждено было сегодня узнать, по какой причине мной так интересовался наш генеральный. Пока я ехал на автобусе до метро, позвонил и Фомину, и Таганцеву. Оба не отзывались: у одного вечно занято, у другого отключено. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.

Машина моя стояла на том же самом месте, где я оставил ее не по своей воле. Я готов был к тому, что ее угонят, взломают, или поставят караулить поблизости двух-трех крепких ребят, но ничего подобного не произошло. Несмотря на то, что я торопился, мне все же пришло в голову подняться в офис строительного концерна «Обсидиан», где вчера то ли до ночи, то ли до сегодняшнего утра трудился Игорь, поднимая сервер. Несмотря на то, что я предъявил документ, удостоверяющий меня как инженера из «Норденшельда», информацию мне предоставлять отказались. Было о чем подумать… Оценив обстановку в холле здания, я вышел на улицу, сел в машину, запустил двигатель (завелся он не очень охотно) и поехал на работу.

– О, – произнесла Алиса. – Ты никак в байкеры записался?

Чтобы соответствовать имиджу, я после неудачного визита в «Обсидиан» заглянул домой на минуту и поменял свою простую «коламбию» на кожаную «косуху». Мне подарил ее знакомый музыкант, удравший на историческую родину. Сам я не слишком уважаю подобные «прикиды», но полюбовавшись на себя, решил, что теперь мой новый образ можно считать законченным. Радовало еще и то, что у нас в офисе не был принят дресс-код. Проще говоря, сотрудникам дозволялось являться на работу в чем угодно. Разве что не в трусах и не с панковскими гребнями.

– Не-а, – сказал я. – Меня пригласили играть в группу.

– Это в какую же? – от любопытства Алиса даже язычок немного высунула.

– В «Ранетки», – сказал я. С остроумием у меня с сегодняшнего утра было не очень.

– Тьфу! Я-то думала… – разочарованно протянула Алиса.

– «Бук» починили? – поинтересовался Костя.

Стоп. Вот теперь надо быть очень осторожным.

– Какой «бук»? – я прикинулся дурачком.

– Ну как «какой»? Ноутбук этого мужика, к которому ты вчера ездил.

– А, – я взял небрежный тон. – У того мужика просто жесткий диск «посыпался» в другом компьютере, настольном. Пришлось изъять.

– Тогда надо в базу новый вид техники ввести, – забеспокоилась Алиса.

– Надо, – равнодушно сказал я. – Вот придет Игорь, пусть занимается.

– Так ты с чьим «буком»-то приходил утром?

– Со своим, конечно. Да, ребята. Если уеду на вызов, скажете Игорю, что «винт» у меня в нижнем ящике стола лежит.

– Хорошо. А ты давай, пиши объяснительную, – сказал мне Костя. – Что-то биг-босс на тебе оторваться хочет.

– На мне?

Костя не стал повторять. Ну что ж, надо – напишем. Я пробудил компьютер от спячки, быстро пробежал его на предмет каких-нибудь сообщений (интересного ничего не было) и стал набирать текст.

«Генеральному директору

ООО «Норденшельд»

А. И. Фомину

от сервисного инженера

А. Д. Жарикова

Объяснительная».

Остановился и стал гадать, как бы мне изловчиться, чтоб себя не подставить, обойтись без излишнего вранья, да чтобы еще и шеф удовлетворился. Задача была сложной. Я встал, походил вокруг рабочего места и снова сел за клавиатуру.

«Сегодня, 9 апреля с. г. я, Жариков А.Д., явился на работу с опозданием на 10 минут из-за транспортных пробок.»

Выдав этот шедевр, я просто был вынужден сходить на пожарную лестницу, единственное место в здании, где еще разрешалось курить. Потрепавшись там с девчонками (курящих мужиков в последнее время что-то вообще не видно), вернулся на место. Перечитал. И решил немного развить мысль.

«Сегодня, 9 апреля с. г. я, Жариков А.Д., прибыл на рабочее место с опозданием на 10 минут по причине больших транспортных пробок на дорогах.»

Это мне понравилось больше. Я поставил фамилию, дату и вывел документ на принтер. Подписал и понес в приемную. Конечно, надеяться, что я сделал именно то, чего от меня ждал Фомин, было глупо, но шеф частенько видел в своих подчиненных изрядных тупиц, так что пройти должно. Требование-то я выполнил! А если ему надо от меня чего-то большего, так пусть объяснит в устной беседе, черт возьми! Не писать же о том, как я повез выполненный заказ к не своему клиенту, коего обнаружил убитым? Или о том, как я поехал к инженеру Таганцеву (куда же, кстати, испарился этот паразит?!), а в результате поимел неприятную беседу с гангстерами и получил черепно-мозговую травму?

Я переправил с телефона к себе в рабочий компьютер файлы покойного Веслова и решил было сверить те самые адреса с нашей клиентской базой. Но тут как из рога изобилия посыпались сообщения: в почту, в «аську» даже на телефон, и у меня началась работа.

В час дня я был в Марьиной роще, где в одном из обслуживаемых нами офисов отказались работать принтеры.

В три часа тридцать минут я был на Беговой, где у народного артиста Н. в компьютере порезвились вирусы.

В шесть часов вечера я мог бы быть в Медведково, где у сына депутата В. «погас» монитор, но «Форд» отказался заводиться, и я был вынужден бросить его на парковке у ипподрома. Поэтому я попал к последнему в этот день клиенту только без пятнадцати семь.

В восемь вечера я закрыл последний наряд и пересчитал чаевые. Семьсот рублей. Негусто. И пассив – с машиной опять случилось невесть что, а до дома пилить через всю Москву.

В таких случаях до дома путь обычно лежал через магазин у метро «Теплый Стан». Чаевых мне хватило на то, чтобы не думать ни об ужине, ни о завтраке… А также и на бутылку «Парламента». На этот раз в треть литра.

«Спиваюсь», – вяло подумал я, укладывая покупки в пакет.

Игорь по-прежнему не давал о себе знать.

Сначала мне приснился труп Сергея Веслова. Покойник с кровавой блямбой вместо левого глаза сердито выговаривал мне за то, что я отказался от рюмки коньяка, которую мог бы спокойно выпить. По его словам, если бы я, выпив эту рюмку, занялся ремонтом на месте, вместо того, чтобы забирать ноутбук неизвестно зачем, то он, Сергей Веслов, непременно остался бы жив. А так, парень, жди теперь меня с визитом…

Потом Веслов превратился с поигрывающего дубинкой полицейского сержанта в рубашке с закатанными рукавами. К счастью, сержант скоро исчез, оставив после себя какой-то листок. На бумаге был заляпанный грязными пальцами список адресов. Распечатка проезжала через лобные доли моего мозга со страшным скрипом и скрежетом, словно сквозь печатающий механизм матричного принтера. Буквы на бумаге были кроваво-красными, расплывающимися… Неожиданно лист бумаги вспыхнул ослепительным пламенем, обжег мне глаза.

Я проснулся. Голова болела страшно, желудок ныл, словно бы водка оказалась несвежей, сердце тяжело бухало. Нет, вздор, не в водке дело… Хотя и в ней тоже. Не надо было пить после такого удара по башке.

Три часа ночи. Но я знал, что не усну, если не разберусь в том, что мне мешает. Я проглотил таблетку, напился холодной воды и, подавив отвращение, сунул в рот сигарету. Подтащил поближе пепельницу из полированной до зеркального блеска керамики, заметно захватанную. Отпечатки пальцев на листе бумаги… Да, отпечатки пальцев. Только не на бумаге, а на пистолете, который мне вложили в руку, пока я был в полубессознательном состоянии! И вовсе не имитацию самоубийства планировали изобразить эти бандюги, а сделать из меня убийцу Сергея Веслова!

«Отвези его, потом я скажу, когда закинуть можно будет», – сказал Леха. «Отвези» – это пистолет. А потом он скажет, когда его, этот пистолет, то есть, можно будет подкинуть следствию. С тем, разумеется, чтобы навести оперов на меня!

Даже руки затряслись, когда я наконец осознал, в какое болото угодил. Сущей ерундой мне показалась вчерашняя проблема – сдать ноутбук в полицию, или с кем-то предварительно посоветоваться. Марина, шеф, Игорь… Вряд ли кто-то из них теперь сможет мне помочь.

«… Ты только сам себе сейчас сможешь помочь, – подумал я. – У моих врагов есть пистолет с отпечатками пальцев – жестокая, почти неопровержимая улика, особенно если учесть, что те же отпечатки наверняка найдутся и в квартире Веслова. Зато у тебя есть ноутбук с документами… Которые, возможно, ничего не стоят. Или стоят? Как бы там ни было, единственная возможность хоть как-то выбраться из этой петли на шее, дать недругам понять, что ты знаешь об этом странном списке».

Я достал мобильный телефон Лехи. Пробил его номер по базе сотовых операторов. Осечка! Номер телефона был зарегистрирован на Семенову Арину Афанасьевну, проживающую в Электростали. Конечно, будет бандюк регистрировать мобильный номер на свое настоящее имя, как же! Купил где-нибудь чужую «симку», что тут удивительного? Я и сам поступал несколько раз таким образом…

Ну-ка, а кто ему звонил вчера, пока я валялся в берлоге Амира? «Подавление номера», ну что ж, и этого можно было ожидать. И вообще, за редкими исключениями, почти все входящие были анонимными. Список исходящих же звонков затирался автоматически – осторожный все-таки волчара этот Леха… И все-таки три чьих-то номера у меня есть, надо через них обязательно выйти на Леху и предложить ему… Что? Обмен ноута на пистолет? А есть ли смысл? Пусть он даже согласится, и действительно притащит мне настоящего «китаезу»? Вот только где гарантия, что это будет именно тот самый ПМ, с моими отпечатками? Как я это определю?

Никак, вот в чем дело. Хотя, конечно, чтобы потянуть время, можно и с обменом затеять игру. Потому что передо мной стоит почти неразрешимая задача: самому найти того, кто убил Веслова. И времени на это у меня почти нет.

– Ты, наверное, решил надо мной пошутить? – сердито спросил Фомин, постучав пальцем по столу. На столе лежала моя вчерашняя объяснительная.

– Вовсе нет, Аркадий Ильич… Все чистая правда…

– Я же не за опоздание тебя спрашиваю… А за то, что ты занимаешься в рабочее время неизвестно чем.

Вместо ответа я положил на стол шефу вчерашние наряды, подписанные клиентами.

– Вы считаете, что этого мало?

Фомин уставился в бумаги тяжелым взглядом. Грозовые тучи на его лице стали понемногу рассеиваться.

– Насчет этого ничего плохого сказать не могу, сам понимаешь… Но беда в том, что вчера утром, насколько мне известно, ты занялся не своим заказом…

Лошаков настучал, не иначе, – мелькнула мысль.

– Я действительно подстраховал Таганцева, – сказал я. – Но это было не вчера утром, а позавчера вечером, когда у меня смена уже закончилась, а сам Таганцев работал на сложном вызове. И работал он там всю ночь, а утром, когда я пришел на работу, то меня ждало письмо от Игоря. Он просил по возможности привезти заказ ему на Черкизовский.

– И ты поехал?

– Да.

– У тебя что – с утра работы не было?

– В том-то и дело, что нет…

– А почему меня не поставил в известность?

– Я собирался, но у вас был важный разговор…

Тучи снова начали сгущаться.

– Кстати, ты нашел Таганцева? Что за заказ там был?

Теперь снова придется врать…

– Я не смог до него дозвониться из холла. Мобильный был отключен, а в этом «Обсидиане» на ресепшене сущий цербер сидит. И даже говорить отказывается. Да там еще охранники такие, что отворотясь не наглядишься. Так что жесткий диск, который я забрал у клиента, лежит сейчас в моем столе.

Если даже шеф и вздумает чего проверить, отмазаться я бы мог довольно легко – жесткий диск, он же «винт», без информации и слегка сбоящий, действительно лежал у меня в ящике. И Лошакову с Алисой я наплел то же самое.

– Потом ты, наверное, ушел на трехчасовой обед, да?

– Я обедал значительно меньше. И работу свою выполнил.

– С тех пор Таганцева ты не видел?

– Нет.

– Будет заказ, может, попутно съездишь к нему домой? А то он вчера на работу не вышел, телефон у него не отвечает.

Вот оно как…

– Я без машины сегодня…

– А разве метро уже отменили как класс?

(Конечно же, нет. В метро меня сегодня уже крепко подавили с утра пораньше. Несмотря на выпитую вчера водку, я рискнул съездить за машиной, которую оставил на парковке возле Беговой. Машину ночью кто-то аккуратно открыл и тщательно обыскал. Я не преминул устроить скандал сторожу. Тот, конечно, бычился, уверяя, что это я не проверил, заперты ли двери, но когда я заявил, что из машины исчез аппарат стоимостью три тысячи долларов, мужик заметно струхнул. Я пообещал устроить ему массу неприятностей, потом сел в машину и попытался ее завести, но безуспешно. Разбираться во всем этом было некогда, и я снова пошел на метро).

– Я вас понял… Только вот что. Мне бы в отпуск на недельку.

Биг-босса аж перекосило, словно бы он сжевал добрый ломтик лимона.

– Какой отпуск?! Апрель на дворе, самый горячий месяц… Таганцев неизвестно где шатается, а если ты еще… Нет, жди июля-августа. Никаких отпусков сейчас быть не может.

Вообще-то, шеф прав. У нас все месяцы «горячие», кроме летних. И сейчас не самое лучшее время для отдыха. Слякоть, грязь, насморк… Но мне и не отдыхать-то нужно!

– Всего на неделю, Аркадий Ильич… Срочно надо домой, в Шатуру.

Фомин, к счастью, сам откуда-то родом из наших краев.

– Привезешь Таганцева, договаривайся с ним, – проворчал биг-босс. Потом внимательно посмотрел на меня. – И переоденься. В этой дурацкой куртке и с этим платком ты всех заказчиков распугаешь.

– Хорошо, сделаю. Так я поехал, хорошо?

– Срочные заказы есть?

– К счастью, нет.

Шеф посмотрел на меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Вот черт, какое же это для него счастье, если заказов нет… Но не успел я придумать что-нибудь в свое оправдание, как в кабинет вошла Инна, наш старший референт, то есть секретарша биг-босса. Довольно сложная женщина, надо сказать. Ей лет тридцать, высокая, стройная, выглядит неплохо, но почти всегда раздражена. С бумагами и по телефону работает шустро, а что касается ее уровня владения компьютером – так об этом лучше спросить у Влада, нашего сисадмина. Впрочем, нет. Как раз про нее лучше у него не спрашивать. А то еще с одним раздраженным человеком придется познакомиться.

– Аркадий Ильич… Там из уголовного розыска человек пришел.

Ну что же, было бы удивительно, не появись оттуда кто-нибудь.

– Откуда? Чего ему надо? – проворчал Фомин.

– Хочет поговорить с сотрудниками из сервиса…

– Так пусть и говорит. Я-то тут причем?

– Дело в том, что одного из них на работе нет, а с другим сейчас беседуете вы.

Фомин перевел с Инны взгляд на меня. «Что ты еще там натворил?» – вот что я прочел в этом взгляде.

– Хорошо, пусть зайдет, – сказал шеф. – А ты садись, – обратился он ко мне.

Инна удалилась, я выдвинул из-под приставного стола стул и сел на него. В кабинет вошел молодой мужик лет двадцати с небольшим.

– Здравствуйте, – сказал он, приближаясь к столу и раскрывая удостоверение. – Уголовный розыск, старший лейтенант Валентин Кривцов.

– Здравствуйте, – пророкотал Фомин. – Садитесь, слушаю вас.

Роста опер был небольшого, сам плотный, коренастый. Короткая коричневая кожанка, наброшенная на свитер, черные джинсы. Лицо открытое, добродушное – как у наших молодых офицеров из старых фильмов про Великую Отечественную. И не подумаешь, что мент.

– Мне бы хотелось видеть ваших сотрудников, Игоря Таганцева и Александра Жарикова, – сказал старший лейтенант, присаживаясь напротив меня.

– А что они такого сделали? – поинтересовался Фомин.

– Я думаю, ничего особенного, – улыбнулся Кривцов. – Мне всего лишь нужно получить некоторую информацию.

– Таганцев сегодня работает с двух часов. А Жариков – вот он, здесь. – Фомин повернул подбородок в мою сторону.

– Будем знакомы, Александр Дмитриевич, – с добродушным видом произнес Кривцов. – А нет ли, – обратился сыщик к моему шефу, – у вас где-нибудь помещения, где мы могли бы побеседовать?

– Так беседуйте прямо здесь, – милостиво разрешил Фомин.

Секунду спустя, поняв, что биг-босс искренне желает принять в беседе участие, опер осклабился:

– Я бы хотел уточнить: нам с Александром Дмитриевичем надо побеседовать с глазу на глаз.

Шеф, конечно, был совсем не в восторге от этого, но спорить не стал. Он поднялся, сказав, что может оставить нас здесь вдвоем.

– Скажите, Александр Дмитриевич, – обратился ко мне Кривцов, – где вы были в момент убийства Сергея Веслова?

Прием, конечно, старый как сама полиция, грубый и наивный, но, как я слышал, он по-прежнему иногда срабатывает.

– А его что – убили? – Я, как мог, выразил удивление. – Я не знал этого.

– Да, убили… Вы были с ним знакомы?

– Да, был. Это наш клиент… Клиент нашей фирмы.

– Но с ним работали именно вы? – стал уточнять опер.

– Вообще, с ним должен был работать Таганцев.

– Как получилось, что с ним стали работать вы?

Я объяснил. Я рассказал почти всю правду, кроме, разумеется, эпизода с моим утренним посещением квартиры, когда я напоролся на труп. Мне по-прежнему не хотелось упоминать об этом; мало ли что. Пусть найдут настоящего убийцу, а потом я, возможно, и уточню, что и как. Если прижмут, конечно.

Про ноутбук я тоже не стал упоминать. Опять пустил в ход легенду.

– В какое время вы созванивались с Весловым?

Я назвал дни и часы. Более того, я даже предложил посмотреть на мой телефон, который вел запись входящих и исходящих звонков. Ведь ничего криминального в этом нет, на самом-то деле.

– Кстати, когда его… Э-э, убили? – рискнул спросить я.

– Вечером восьмого апреля. Вскоре после вашего ухода, кстати. Вам этого достаточно знать.

Минут пять мы еще поговорили, в основном насчет того, где может обретаться Таганцев. Я назвал всех известных мне людей, с кем он контактировал, за исключением клиентов. Если это понадобится, сказал я, Кривцову придется обратиться к шефу, чтобы тот разрешил сделать выписку из базы данных. Наконец Кривцов решил, что с меня пока достаточно, и оставил визитку.

– Если вдруг вспомните что-то еще, связанное с Весловым, или, к примеру, узнаете, где находится Таганцев, позвоните, пожалуйста.