Ядерный вальс. Полдень. Акты 1 и 2
- -
- 100%
- +
Внезапно под потолком что-то заискрило. На мгновение Моргана подняла глаза, опустив автомат. Зашла за толстые гермодвери.
–– Нет, черт, нет! – крикнула она на искры. – Эти идиоты перебросили мощность с подстанции!
– Это очень плохо? – немного отдышавшись, спросил Среда, пытаясь выцепить врагов в темноте. Тех уже и в помине не было.
–– Мне нужен щит управления. Если они запустят…
В этот момент в глаза ударил яркий свет. Большая часть электроники тут, пусть и была побита, но, рассчитанная на ядерный удар, она выдержала такой подарок судьбы. Прикрывшись руками от слепящего взора, все, кроме Морганы отвернулись, не в силах терпеть подобное. Это было сродни вспышке молнии, с той лишь оговоркой, что не длилось мгновение, а все еще продолжало жечь глаза. Побитый эскалатор без некоторых ступеней двинулся вверх, чавкая железками внутри себя. И тут над головой что-то ужасно загудело. Желто-зеленый дым начало утягивать в вентиляцию. А вентиляция вела в город…
Все единовременно и тяжело выдохнули, увидев это. Все понимали, что это значило. Жуткая концентрация активного вещества в воздухе станции начала падать – все утягивало в не эвакуированный город, над которым, надрываясь, ревела сирена.
–– Ребята, это зеленой дряни становится все больше!!! – в рации Кельта Среда вдруг услышал голос оставшегося вне станции Ганса. – Вы бы видели, что тут творится!
–– Что с… – замешкалась Моргана, пытаясь подобрать слова. – С… гражданскими?! Что с населением?!… Сука, что там происходит?!
–– Я не знаю, как это описать, это… – Кельт выдернул наушники из рации, чтобы Дима тоже слышал голос. – Население в панике выбегает на улицу…
–– Нет, только не улица! – встрепенулся Гюнтер, вставая на бетонный пол, когда эскалатор доехал до верхней точки. – Спускайся и простучи все квартиры, какие сможешь. Пусть все, кто уцелел, закроют окна и двери! Мы потеряли груз, и выпустили дым. Нам нужно отходить!
Моргана обернулась на Диму, и тот отшатнулся, понимая, что под резиновой маской сейчас только свирепость. Между ними встал Гюнтер, закрывая русского своим телом. Металлический кулак сжался так, что заскрипел металл. Среда понимал, что он был косвенно виноват, и не виноват одновременно. Он не знал, что следовало делать.
–– Не время для конфликтов. – высказал старик, будто прочитав мысли девушки. – Он не виноват. Не он же скинул на нас эту чертову станцию! Мы должны сейчас выбраться. Все! И желательно живыми, ясно? С исполнителями этого ужаса мы разберемся потом. Это станет делом нашей чести.
–– Да. – синхронно ответили Кельт и Вагнер. Последний обмотал остаток ленты вокруг руки, чтобы та не громыхала по полу.
–– Я не слышу! – скосился тогда Гюнтер на девушку.
–– Все ясно. – обиженно ответила та, отведя глаза от Димы. – Я поняла.
–– Эй… – прошел мимо них Среда, поднимая автомат. Он смотрел на пустой и залитый кровью запыленный холл. – … А где все трупы?..
Послышался лязг металла. Все вскинули автоматы, так же заметив пропажу. Напряжение в воздухе было натянуто, как гитарная струна, что скоро сыграет. Никто не мог понять, как из холла, где была целая куча тел, залитых кровью и заросших странными кораллами, все они вдруг разом испарились, оставив лишь лужи запекшейся крови. Не было и слухов о том, чтобы городские власти развернули моментальные похоронные бригады. Значит дело обстояло в другом. Совсем в другом… И о разгадке думать сейчас не хотелось никому. Нужно было просто убраться из этого проклятого места!
–– Все пошло точно не по плану. – тихо выдохнул в противогаз Кельт, осматривая окровавленные турникеты. – Вот здесь висел тот труп…
–– Думаешь, что они встали и ушли? – почти спокойно, но дрогнув голосом, спросил его Вагнер, перебросив патронную ленту через плечо, чтобы было удобнее держать пулемет.
–– Мы что… вляпались в ужастик из семидесятых? – тяжело выдохнула Моргана, осторожно перемахнув через заблокированный турникет. – Я чувствую что-то. Зомби ведь не существует, правда?..
Дима промолчал. Он шел впереди всех, и уже приблизился к стеклянной и тяжелой двери, которая вела на выход. Осторожным движением переступив липкую бурую кровь, поднял дуло автомата. Рукой попытался открыть дверцу, чтобы пройти дальше. Но что-то смутило – рукоятка была словно крышка от банки со сгущенкой, вскрытой офицерским ножом. На ней четко виднелись отметили от чего-то плотного и острого. Ее будто рвали, как бумагу. По спине прошелся холодок, и из-за дверей по ногам подул могильный ветер. Серая цементная грязь покрыла сапоги. Среда опустил руку, так и не дернувшую рукоять двери. Снова вложил в нее цевье Калашникова и медленно, он попятился обратно, встав точно по центру холла.
Он не верил во все эти сказки об оживших мертвецах. Старался относиться ко всему этому спокойно. Но как только понял, что вся эта дьявольская магия творится наверху, его скептицизм начал трещать по швам. Это не поддавалось объяснению! Он слышал какие-то шуршания, всхлипы по ту сторону двери, а потому впервые в своей жизни боялся идти вперед. Дима еда слышно выдохнул в противогаз, не спуская взгляда с дверей и того, как они осторожно покачиваются на слабом сквозняке. В треснутом стекле он пока не видел ничего. А в осколках других створок, что были рядом, постоянно что-то мелькало. Уверенности не доставляли и эти звуки, которых не должно было быть. Может, все это было в голове, и он просто поддался газу? Никто ведь не знал, что именно Советский Союз готовил для своего врага. Может, он действовал на психику, на сознание, внушал людям что-то?.. А, может и поднимал их после смерти…
В гробовой тиши Среда выдохнул…
По холлу метро внезапно раздался вой. Это был не крик, а действительно, будто бы завыла собака-переросток, с явным нарушением развития горла. Он был настолько заупокойный, и не походил ни на одно живое существо, что душа у всех сбежала в пятки по самому короткому маршруту. В груди екнуло сердце, и Дима немного присел, ища в зеленоватом воздухе источник этого воя. Сомнения в том, что в городе работает моментальное похоронное бюро – отпали. Эта дрянь создала какой-то новый вид, с которым придется столкнуться лицом к лицу.
–– Как из могилы… – на выдохе сказал Гюнтер, вжав автомат еще сильнее в плечо. – Дениц, откуда это?
–– Из-за этих дверей. – девушка неровно сглотнула. – Я насчитала семерых. И… это точно не люди.
–– Найдем другой путь. –быстро предложил Кельт.
–– Станцию залило под крышку. – ответил Среда, снова вышагивая вперед из костяка воинов. – У нас только один путь.
Внезапно в треснутом стекле едва дрожащей на сквозняке дверцы что-то мелькнуло. Дима остановился, повернувшись на проход. Захрустели обломки стекла, и что-то с той стороны начало приближаться. Оно уже за углом, и вот-вот покажется. От сковавшего тела страха, Среда немного присел. Согнул похолодевшие коленки и неровно вдохнул, сглатывая. Он вжимал автомат в плечо так, что белели пальцы на пистолетной рукоятке. А в магазине уже ждали патроны. Но тварь, издавшая вой, выбивший из тела душу, все еще не появилась. В сознании рисовались самые ужасные адские создания, каких можно было только представить. Ни одна из них не сравнилась с тем, что показалось в свете мерцающих ламп секундой позже.
При виде неестественно бледной кожи с зеленоватым оттенком, Среда отшатнулся назад, скованный шоком. Когда-то давно это был человек. А сейчас это лишь тело, покрытое какими-то красно-зелеными панцирными щитками и кораллами. Монстр будто вылез из пучин океана. Был как маленький и очень зубастый риф, который смотрел мутными глазами точно на группу интернационального спецназа в масках. Тварь разогнулась в полный рост. Вдоль тела оказались, будто без костей, тоненькие и жилистые лапы. Из-под кожи там рвались красные наросты. Дима увидел, как внутри тела ничего не оказалось – была лишь раскрытая грудная клетка, с торчащими ребрами, которые уже оседлали полипы. Это был моряк Дейви Джонса, но точно не человек в недавнем прошлом. Потрусив челюстью с острыми и кривыми разросшимися до вида пик зубами, мертвец перекинул свой взгляд на стоящую за спиной Димы девушку. Наклонил голову. Его явно привлекла металлическая конечность, которая сияла в свете мерцающих ртутных ламп.
Внезапно тварь дернулась вперед, ударив кулаками в плитку. Раскрыла пасть. На шее у нее разошлись склизкие жабры. В грудине надулись остатки пораженных легких. Снова издав свой заупокойный рев, тварь кинулась на людей, явно приглашая и остальных своих сородичей к столу…
–– Хуже быть уже не может! – выдал Среда, отшатнувшись назад и ненадолго свалив тварь очередью.
Но монстру все было ни по чем. Пули срезали часть наростов с тела, и стреканули по плитке, уйдя в бетон. Чудище повалилось на пол, но затем снова поднялось. Вместо крови из ран вылетал белесый порошок. В один прыжок сблизившись, оно напало на Диму, ударив его острыми кораллами на руке, которые срослись с пальцами. Смертельная угроза промелькнула в считанных сантиметрах от резиновой маски на лице. Кончики изуродованных пальцев с неприятным звуком шаркнули по стеклам противогаза. Отползая, мужчина с разворотом корпуса отвесил твари по бывшему лицу прикладом автомата.
Группа пыталась помочь ему и открыла огонь. Однако, из всех доступных щелей полезли и другие монстры. С другим расположением хитиновых рубиново-зеленых щитков. Кто-то из них пытался боднуть острыми «рогами», кто-то сразу же бросался с когтями на вооруженных мужчин, а один вцепился в титановую руку Морганы, пожалев об этом. Вывернув кисть так, как не сможет живая рука, девушка схватила тварь за голову. Вмазала черепушку в стену, что от той практически ничего не осталось. Плитка в том месте раскрошилась, а в бетоне образовалась выбоина. У них были невероятно твердые тела. Это понял уже и Среда, когда удар прикладом не принес особых результатов. Мотнув головой, чудовище снова занесло открытую слюнявую пасть над лицом. И тут точно в изуродованное уткнулся ствол автомата. Дима нажал на спуск. Бледно-зеленую кожу, вместе с тканью прошила короткая очередь. Стал виден заросший, будто накипью, позвоночник. Эта дрянь сцепляла кости так, что их было не сломать, но при том оставляла возможность для движения. Одна же из пуль отклонилась от этих наростов на костях, вывернув огромный шмоток шейного мяса. Только вот это практически не спасло. Пасть все равно щелкнула над самыми линзами противогаза. Ей помешал уткнутый в позвоночник автомат.
Замаячила угроза удара рукой. Тогда, переложив усилие на удержание автомата на правую руку, Среда выдернул магазин из подсумка, ударяя им точно в мертвецкую ладонь. Та с нечеловеческой силой захлопнулась, сжав металл, будто консервную банку. Под остатками кожи чувствовались мутировавшие сухожилия. Их было очень много, гораздо больше чем мышц, и потому, при всей своей худобе, эти твари были очень сильными.
Сообразив, монстр схватился за автомат, дернув его в сторону. Среда подался в бок, сжавшись. Лоб страшилы поздоровался с плиткой, разбив ее. Сила удара была такая, что он с легкостью бы размозжил человеческий череп, но промахнулся. Схватившись прямо за голый позвоночник, мужчина снова не дал укусить себя. Нащупав рукой длинный и острый обломок плитки, поддел его и воткнул монстру в мутный глаз. В этот момент на мужскую грудь приземлилась покрытая острыми кораллами рука. Но она не успела сжать ребра так, чтобы выдернуть их прямо со внутренностями. Умирающая тварь лишь поджала пальцы, оцарапала стальную пластину бронежилета.
С усилием откинув от себя бледно-зеленого, умершего во второй раз, когда-то человека, Дима поднялся. С одной руки, не успев перехватиться, он выдал очередь по еще одной прыгающей прямо на него твари. В теле той блеснул атомный патрон, но он застрял в кораллах на груди, зажигаясь с ярким пламенем. И вся эта горящая туша скакнула на мужчину, буквально, фиксируясь на нем. У этого не было когтей место пальцев, но из лба торчали острые обломки. Будто сосульки наросли. Попытавшись ударить всей это грудой сталактитов, мертвец встретился со стеной. Среда поднял полегчавшее тело, отбросив его от себя. Подтянул повисший на ремне автомат. Все более разгорающаяся от зажигательной урановой пули тварь, приземлившись, перевернулась. И снова прыгнула.
Успев только вскинуть оружие, Дима замер. Монстр завис прямо перед ним, буквально в воздухе. Из его груди торчала когтистая рука, но в этот раз место кораллов занял металл. Выдохнув в противогаз, Моргана потянула руку на себя. Она откинула мертвеца, словно надетого на шампур, в сторону. На мгновение цвет ее электронных глаз сменился кроваво-красным, но мужчина не предал этому значения. Смахнув с титановых когтей остатки прилипших на крови полипов, она глянула на Диму. Удостоверилась, что того не задело. Среда лишь кивнул через время, опустив автомат.
–– Все целы? – спросил Вагнер, сдирая с грудины разорванный в клочья бронежилет.
–– А-гх! – раздалось чуть позади. – Моргана!
Та повернулась, бросившись на помощь. Присевший у стенки Гюнтер держался за шланг для противогаза. Тот оказался разорванным. Через противогаз послышался хриплый влажный кашель. Старческое тело все сильнее начинало дрожать, как от озноба. Его пальцы сгибались в невероятных конвульсиях, а сам он уже откровенно трясся.
– Вот черт! – Кельт указал на нарастающие на старческой коже кораллы, отшатнувшись.
–– Нет, нет, нет! – быстро приблизилась к старику Моргана, осматривая его противогаз. Тот был разрезан и потерял герметичность. – Задержи дыхание, мы вытащим тебя отсюда!
–– Не надо… я… Я чувствую, как оно обволакивает мозг. – закатил глаза старик, уже откровенно трясясь.
–– Кельт, возьмешь за ноги! – скомандовал Вагнер, пытаясь поднять Гюнтера за руки, но порезался о наросты на коже, одёрнев руку. – Черт. Вытащим за ботинки!
–– ..моя Родина… – попросил старик, на мгновение все же глянув на стоящего рядом Диму.
Через секунду тело немца подалось вперед, издав страшный вой. На стенку выплеснулись остатки человеческой крови из черепа. В разбитых линзах противогаза показались отметки от пуль, во лбу зияла рванная дырка от прошедшей в стену атомной пули. Среда поднял автомат, неровно сглотнув.
–– Что ты наделал?! – сорвалась Моргана, сближаясь с ним. – Какого черта ты творишь?!
–– Он бы вцепился тебе в шею, Мо. – сухо произнес позади Вагнер, глядя на остывающее искореженное тело в рваном противогазе. – Прощай, старый друг…
–– Мы могли его вытащить! – обернулась тогда девушка, махнув руками.
–– Ты знала, как его починить? – двинулся вперед Кельт. – Знала, как убрать эти гребаные наросты с его шеи и рук?! Мы даже не знаем, что за дрянь была в этом советском спутнике!!! Все, что мы можем сейчас – убраться отсюда, как можно быстрее, и решить, что нам делать дальше.
–– Если газ так действует… – махнула рукой на тело старика Моргана, тяжело выдохнув. Она все же смирилась. – Я думаю, что шансов у города немного. На поверхности еще несколько сотен таких, если не сотен тысяч. Нам нужен очень хороший план, чтобы выбраться из всего этого дерьма.
–– Нужно ехать в Центр. Мы должны связаться с Москвой. – предложил Среда, перезаряжая магазин на полный. – Ульяна должна помочь, и знать, что вообще происходит. Пока других вариантов просто нет. Город уже должны были перекрыть: все пути сообщения наверняка разомкнуты. Из-за протестов к этому готовились. К тому же полиция, отряды Национальной Гвардии, все сейчас на взводе и стреляют по всему, что движется. Наверняка! Нам нужна лазейка, чтобы выскользнуть, и ее нам может дать только Вирхова.
–– Смотри, чтобы вы снова не ошиблись… – прошла мимо него Моргана, поднимая с пола оброненную в ходе боя рацию. – Ганс, выходи к машинам, мы возвращаемся в Управление.
Часть 8
В городе была полнейшая неразбериха. Обычные черты городской жизни растерлись в порошок под гнетом тонн упавшего космического мусора. Элегантную нотку в этот парад безумия конечно же добавил чудовищного эффекта газ, который плавно расплывался по улицам. Еще нельзя было снять противогаз, а он уже порядком надоел. Тянул тяжестью вниз и сковывал мокрое от пота лицо резиновой оправой. Однако без него долго здесь не прожить… В своем привычном обличии. И такие несчастливые люди, что не успели найти или выбить у полицейских средства защиты, попадались все чаще. Они не были чем-то отчужденным, породнились с агонизирующим городом. Не выбивались из тех адских декораций, которыми Берлин сейчас стал. Миллионный мегаполис просто рассыпался от неизвестной угрозы. Настолько же мощной, насколько и неожиданной. Если бы кто-нибудь мог поверить, что это случится наяву…
Моргана все больше мрачнела за рулем. Она уже не обращала внимание на обернутых в коралловых монстров бывших соседей. Только тихонько шипела что-то в противогаз, то и дело ругаясь, чтобы Дима и Ганс на заднем сидении ничего не слышали. Ей было трудно, очень трудно. В один день, всего за пару часов потеряла все, что осталось у нее из дорогого, из знакомого и понятного. Это чувство – горечь вперемешку с гневом – сжигало ее изнутри, но виду девушка не подавала. Она, наверное, зашлась бы слезами, если бы могла выдать из-под электронных глаз хотя бы слезинку. А так, ей оставалось только держаться. Ничего не говорить и уже не ругаться. Это было еще больнее. Приходилось просто мириться с обстановкой и действовать дальше. Спасало лишь одно – собранная команда. С ней было намного проще, и люди были надежные, можно было положиться. Да и вдвоем с Димой, что сейчас устало пытался потереть лоб через резиновую маску, они без них стали бы трупами.
–– Куда нас отправят? – внезапно спросил Ганс с заднего сидения.
–– Я не знаю. – тихо пробубнил через надоевшую маску Среда. – Я уже ничего не знаю, Ганс. Я тут ровно на таком же положении, как и ты.
–– Вообще не было плана отхода? – усмехнулся тот, но все равно прозвучал раздосадовано. – Классно вы составляете операции, там у себя… в России.
–– Ульяна сказала, что придумает. Да и выхода не было! Верхушка командования оказалась пятном на стенках, времени не было катастрофически. Если бы вы не согласились, я бы действовал один… как-нибудь…
– Это и правда похоже на игру. – отметил тогда немец. – Правил которой мы не знаем. Остается только гадать, какой шаг будет следующим, и чья очередь теперь бить…
…Через несколько минут машины оказались на парковке перед Управлением. Там все было так же безлюдно. Но теперь это не отталкивало, не пугало. Наоборот, в творившейся теперь неразберихе именно пустое место было самым безопасным в этом чертовом городе. Здесь не было ни облаченных в броню военных с приказом бить по всему, что движется, ни раскуроченных танков, облепленных кораллами. Не было и самих заражённых. Гробовая тишина в этой обстановке была не самым плохим вариантом. Получилось бы даже сказать, что тут можно жить…
Быстро собравшись, и вздернув автоматы на изготовку, группа вошла в пустующее здание. Никто ведь не сказал, что его не могли занять. Теперь даже знакомые коридоры приходилось проверять, прислушиваться. Тихо ступая по бетонным плитам, покрытым плиткой и слоем пыли, люди продвигались по холлу. Здесь тоже был газ, но уже не в таком количестве. Повезло, что от эпицентра удара Управление находилось относительно далеко. Пришлось ехать через пол города. Потому, здесь химикат уже оседал и вился около ног. Время было под утро, и газ было очень хорошо видно. Первые лучи солнца, что появлялись над умирающим Берлином, подсвечивали зеленоватые лужи и стелящийся по земле туман. Наступал новый день. Был рассвет.
Раскрыв дверь опустевшего кабинета, Моргана зашла в него, проверяя – пусто ли. Ни души. Последний его хозяин остался там, в зараженном метро, стал теперь его частью. Бочка, в которой жгли документы уже давно потухла. В воздухе был едва ощутимый глазом смог.
–– Здесь безопасно. – содрав с лица залитую потом белую резиновую маску, сказала Моргана, перекинув ее на шланге через плечо. Помотав головой и раструсив волосы, она плюхнулась в кресло в углу, тяжело выдохнув.
–– Точно не пойдем в экипаж Дейви Джонса? – повернулся на нее Ганс, аккуратно потянув за шланг противогаз верх. – Смотри, тебя я съем первым.
Полными легкими вдохнув горьковатый от дыма воздух, Среда утер мокрое лицо. Глубоко выдохнул. Приятно ему было вдохнуть наконец не химический, хоть и уже привычный воздух из баллона за спиной, а все-таки настоящий, пусть и города-миллионика. Мокрые от погружений в воде метрополитена волосы уже практически высохли, а вот с лица лил пот. Приходилось его утирать рукавом. Из-за этого по коже пронеслась прохлада. Стало чуточку легче. На мгновение задержав дыхание, Дима прохлюпал мокрыми ботинками по полу, поставив чемодан с радиостанцией на стол и открыл ее. Нужно было связаться с Ульяной в Москве, и очень срочно. Но связь оборвалась.
Сразу все поняв, из кресла поднялась Моргана. Только она могла здесь настроить радиостанцию даже без инструкции. То ли это ее электронный мозг ей помогал, то ли она действительно была гением сразу во всех областях, но управилась она быстро. Залезла в компьютер буквально с головой, перенастроив его за минуту. Судя по всему, виной были спутники связи, которые падали практически всю ночь. «Пульсар» знатно прошерстил небо…
Скинув с себя мокрый бронежилет и сумку с патроном к противогазу, саму маску и верхнюю часть униформы, девушка осталась в одной лишь черной мокрой майке. Теперь можно было полностью рассмотреть ее металлическую руку, что неровной линией входила в самое плечо, будто бы стальную иглу воткнули в плоть. Однако, о том, как это было на самом деле можно было только догадываться – место стыка человеческой плоти и холодного титана закрывала тугая черная повязка, под которой и проглядывалась изгибающаяся линия. Неродная ее рука уже не вызывала отторжения. Была уже обыденностью. Даже Дима привык к такому виду, но все равно украдкой разглядывал ее, не без любопытства. Ему было чертовски интересно, какие еще фокусы могут быть скрыты у нее внутри. Наверняка Моргана, как сапер, позаботилась о том, чтобы ей вообще не были нужны инструменты – все бы заменяло ее собственное, или не совсем, тело. Отсюда и были ее острые когти, появление которых мужчина уж точно не ожидал тогда.
Внезапно вспомнилось мгновение, когда ее глаза на толику секунды поменяли цвет. Вероятно, девушка сама этого не заметила. От нее не последовало никакой реакции, но вот Среда запомнил это хорошо, будто кошмар. Ведь картина, застывшая в памяти, была и правда не самая приободряющая: два красных колечка, что смотрели точно в глаза из-под стеклянных линз противогаза, и раскрытая когтистая металлическая лапа, с которой на бело-зеленую плитку капала неизвестная субстанция. Навряд ли это была кровь, вероятно в телах зараженных она мутировала. Как и сами тела – их свойства явно были выше человеческих. Кажется, Советский Союз разрабатывал какую-то сыворотку, лекарство или добавку, которая должна была повысить грань человеческих возможностей. Но все равно не смогла сравниться с человеческим умом и холодным острым металлом. Моргана вышла из той схватки победителем.
Скинув прямо на пол бронежилет, навалив его на стол, Среда аккуратно надел на голову хиленькие наушники, что были в комплекте с радиостанцией. Отогнул микрофон. Моргана так же подключила наушники, включая аппаратуру.
–– Контакт? – спросил Дима, прижимая наушники к ушам, но не слыша ничего.
–– Сейчас будет. – ответила девушка. – Я поймала какой-то индийский спутник, который должен войти в зону вещания. У нас будет примерно пара минут, пока он не спрячется за горизонт.
–– … прием. – тихо, с помехами, послышался голос в наушниках.
–– У тебя пара минут, пока связь снова не оборвалась! – быстро объяснил Ульяне Среда, еще сильнее прижимая наушник, вслушиваясь в каждое шипение.
–– Дима, военные перекрывают город, они блокируют все пути из него. У вас есть всего один шанс выбраться из Берлина, и у вас есть на все это не больше часа!
–– Как не больше часа?! – Дима переглянулся с Морганой.
–– Через один час и три минуты по Берлину будет нанесен ракетный ядерный удар. Правительство не может удержать город, американцы в спешке выводят свои войска из Германии. Им проще спалить город дотла, чем отбивать его у того, что сейчас есть на улицах. Так что у вас ровно один час для того, чтобы убраться оттуда, и чем раньше вы сделаете это – тем лучше. На заброшенный аэродром ГДР в двадцати километрах от города через тридцать минут приземлится португальский грузовой Боинг. Он не должен был приземляться по плану – вы сможете выскочить из кольца.
– Это ведь не все, я прав? – почувствовав какую-то не очень хорошую нотку в женском голосе, спросил Среда. – Какая цена у этого билета?
–– Тебе придется вывезти одного человека из здания, где должен был проходить Саммит. У него очень важные документы, касающиеся ситуации на Каспийской границе и в Москве, они могут нам очень сильно помочь. Выдернешь его оттуда и сразу на полосу. Я жду вас в России, дальше мы разберемся.