Танго над бездной. Эскалации

В США утвердилась новая идеология

Татьяна Ладяева. Прошла неделя с нашей прошлой беседы, и теперь мы знаем наверняка: телефонный разговор между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом состоялся. Однако события развиваются стремительно. Зарубежная пресса активно обсуждает запланированную на вторник встречу в Саудовской Аравии американо-российской делегации. Пока неизвестны имена участников, но, вероятно, это предварительная встреча для обсуждения возможного саммита Путина и Трампа. The Washington Post сообщает, что представители Киева, включая Зеленского и Ермака, участвовать не будут. Александр Гельевич, как вы проанализируете вероятность и значение предстоящих встреч в Саудовской Аравии?

Александр Дугин. Я думаю, что текущий этап российско-американских отношений при новой администрации Трампа является беспрецедентным, не имеющим аналогов за последние десятки лет. В Соединенных Штатах к власти пришла совершенно иная идеологическая группа, чем в предыдущие декады, что мы уже неоднократно обсуждали на «Спутнике». Вскоре в США выйдет моя книга, посвященная Революции Трампа, и это также подчеркивает интерес американцев к нашему взгляду на происходящее. Нам в свою очередь особенно важно понять, что представляют собой эта новая идеология, новые люди и новые тенденции.

На основании своего анализа я пришел к выводу, что именно радикальная новизна идеологической позиции современных Соединенных Штатов открывает огромные возможности для диалога. Если мы немного отвлечемся от геополитики и обратим внимание на мировоззренческий аспект, то увидим, что Трамп кардинально изменил базовые установки той идеологии, которая доминировала на коллективном Западе на протяжении последних десятилетий. Все элементы этой идеологии были перевернуты с ног на голову. Ранее господствовал индивидуализм, сейчас же акцент смещен на патриотизм. Космополитизм уступил место определенному национализму. Идея политкорректности была заменена свободой слова: теперь можно говорить то, что действительно думаешь. Либеральная цензура была отменена, а потворство различным трансгендерным и ЛГБТ[4]-организациям, которые в России находятся под запретом, теперь тоже не приветствуется. Эти организации сокращаются, трансгендеры увольняются из армии.

Критическая теория, включая критическую расовую теорию, которая ранее преподавалась в школах и подразумевала, что каждый белый человек должен каяться за свою историю, теперь отменена. Вместо этого утверждается принцип «Америка прежде всего», который подчеркивает право всех граждан – независимо от цвета кожи или пола – гордиться своей страной и критиковать ее недостатки. Либеральная цензура и политика DEI (Diversity, Equality, Inclusiveness – разнообразие, равенство, инклюзивность), которые были нормой в предыдущей администрации, также потеряли свою актуальность. На их место пришли традиционные ценности: два пола, патриотизм и любовь к родине, а также историческое просвещение.

Таким образом, Трамп изменил идеологию в Америке на прямо противоположную, и эта новая идеология удивительным образом совпадает с нашей. Это создало уникальные условия для встречи Путина и Трампа. Ранее такой контакт был невозможен, поскольку все идеи, в которые верил Путин и русские люди, радикально отвергались Байденом и коллективным Западом. Теперь же все изменилось: идеология изменилась, а геополитика также претерпевает значительные изменения. У Трампа совершенно иной взгляд на Запад, судьбу человечества и приоритеты. Очевидно, что продолжение войны с Россией на территории Украины или ядерный апокалипсис не входят в его интересы и планы. Это уже немало, учитывая, что буквально месяц назад Россия рассматривала Америку как абсолютного врага как в идеологическом, так и в геополитическом плане.

Сейчас же созданы уникальные предпосылки для начала диалога между нашими странами. Однако остается много препятствий: уходящая администрация сделала все возможное для усложнения нормальных партнерских отношений между Россией и США для новой администрации. К сожалению, им это удалось в значительной мере. Наша военная машина с Запада работает против нас, и она уже разогнана. Существует определенная инерция и настроение общественного мнения, которое демонизировало русских до такой степени, что осуществить резкий вираж в этом отношении, даже для смелого и дерзкого Трампа и его сторонников, будет крайне сложно. Тем не менее предпосылки для существенного разблокирования нашего военного конфликта, который едва не стал ядерным, созданы. Это уже факт.

Важно отметить, что началась интенсивная подготовка к переговорам в Эр-Рияде, где собираются sherpa[5] – проводники международной политики, готовящие судьбоносные встречи. Это является прекрасным признаком, особенно учитывая, что в этих переговорах не будут участвовать ни Европа, ни Украина. Трамп и Путин, по всей видимости, обсудят гораздо более широкий спектр проблем, чем просто ситуацию на Украине. Речь идет о диалоге двух великих мировых лидеров и двух могущественных держав, которые обменяются взглядами на новый миропорядок.

Не случайно уже сейчас говорят об этой встрече в Эр-Рияде как о новой Ялте или новом Рейкьявике. Напомню, что на Рейкьявикской встрече Горбачев фактически предал свой суверенитет и Советский Союз в пользу Запада. В отличие от него, Путин является своего рода анти-Горбачевым: он укрепляет наш суверенитет, утверждает независимость России и делает ее снова великой. Эти процессы начались задолго до прихода Трампа к власти и продолжаются последовательно.

По значению эта встреча может войти в учебники истории для будущих поколений. Мы можем рассчитывать и надеяться на то, что созданы как идеологические, так и геополитические предпосылки для того, чтобы эта судьбоносная встреча принесла важные результаты. Однако стоит помнить, что это будет непростой разговор.

Могут ли глобалисты Демпартии США помешать отношениям Трампа с Путиным?

Татьяна Ладяева. Непростой разговор. Возможно, будет далеко не одна встреча. Такие разговоры тоже есть. Позвольте, Александр Гельевич, немного подискутировать на тему того, насколько демократам действительно удалось осложнить условия для общения Трампа и Путина.

С одной стороны, да, они прилагали усилия. Мы прекрасно помним, какое напряжение царило перед инаугурацией Трампа и его вступлением в должность. С другой стороны, мы видим, что, несмотря на весь накал, диалог все же продолжается. Хотя этот процесс не закончился за 24 часа, как громогласно утверждал Трамп, тем не менее он движется довольно быстро.

Создается впечатление, что все те попытки демократов вставить палки в колеса республиканцев, и в частности Трампа, не оказали столь значительного влияния. Или я ошибаюсь?

Александр Дугин. Вы знаете, в чем-то они действительно создали абсолютно ложный образ. Во-первых, демонизировав Россию, во-вторых, представив ее как слабую страну, которая может проиграть конфликт с небольшой Украиной, которая якобы уже не великая держава. Я считаю, что они подготовили смену власти в Сирии, чтобы продемонстрировать, что Россия слаба, и поэтому с ней нужно говорить с позиции силы. В этом контексте предшествующая власть демократов создала множество проблем в наших отношениях. Эти препятствия являются серьезными, и, хотя Трамп, безусловно, делает удивительно дерзкие шаги, преодолевая их, тем не менее проблем хватает. Самая главная опасность заключается в том, что, даже желая завершить конфликт на Украине, Трамп может предложить такие условия, которые в его глазах будут казаться доброжелательными и мягкими, но для нас окажутся оскорбительными и неприятными. На это работали демократы, и эта угроза еще не снята.

При этом вы правы: в американской политике больше не действует принцип «путинский шпион», Russia gate[6] и вмешательство России в выборы. Потому что, когда Трамп пришел к власти, он дал распоряжение выяснить личности и данные тех госчиновников, которые свидетельствовали о том, что Россия вмешивалась в предыдущие выборы. Это касалось также раскрытия информации о лэптопе Хантера Байдена и тех, кто под присягой давал показания. В настоящее время эти обвинения признаны ложными. Люди, давшие показания о русском следе и вмешательстве России в американскую политику, оказались под следствием. Это очень важный момент: любой, кто сейчас в Америке попытается сказать, что Путин виноват или что он подыгрывает Трампу (и наоборот), рискует серьезными юридическими последствиями. Ранее можно было произносить любые голословные обвинения безнаказанно, но сейчас такое поведение может привести к уголовному преследованию, поскольку это ложь и клевета.

Таким образом, у противников стратегического партнерства или, по крайней мере, улучшения отношений между США и Россией больше нет этого аргумента. Это существенно ослабило арсенал лжи и подлой политики, которую глобалисты, демократы и либералы проводили на протяжении долгого времени. Это очень важно. Сегодня можно критиковать Трампа и считать неправильным его подход к переговорам с Россией, но оперировать утверждениями о том, что он выполняет волю Путина, стало юридически небезопасно. Существуют прецеденты, когда было доказано, что такие обвинения являются ложными.

Конечно, глобалисты не были бы столь страшной силой, если бы у них не оставались другие аргументы. Это большая борьба. Трамп ведет антиглобалистскую консервативную революцию как в США, так и в Европе. Для него крайне важно понимать Россию не как врага. Это принципиально важно: если ранее мы были главным врагом США, то для Трампа мы не только не главный, но и не враг. Это не означает, что мы стали друзьями, но уже хорошо то, что мы не враги.

Эта позиция является фундаментальной частью мировоззрения Трампа. Это не значит, что переговоры будут легкими – наоборот, они будут очень трудными. Тем не менее это будут переговоры обо всем: не только об Украине, но и о том, как Америка под руководством Трампа видит мир, Европу, Ближний Восток и Юго-Восточную Азию.

Татьяна Ладяева. А это будет разговор на равных или все-таки Трамп будет в этом смысле оставаться Трампом и считать себя все равно лучше всех?

Александр Дугин. Это действительно большой вопрос. Безусловно, Трамп относится к Путину гораздо лучше, чем к европейским лидерам или многим другим руководителям. Я думаю, что он испытывает к нему искреннюю симпатию. Трампу близки традиционные ценности и идеи суверенитета. Оба этих лидера – Путин и Трамп – являются реалистами в международных отношениях. У них много общего и, возможно, даже больше, чем кажется на первый взгляд.

Тем не менее как именно Трамп будет вести диалог с Путиным – это большой вопрос. Для него Америка все равно остается гегемоном и номером один в мире. Даже если он общается с представителем другой суверенной цивилизации, обладающей ядерным оружием, он не сможет воспринимать его как полностью равного партнера. Вот в чем заключается проблема.

Я общался с моим другом, известным политическим экспертом Дмитрием Саймсом, который хорошо знает Трампа. Он рассказал, что у Трампа есть два режима. В одном из них он выступает как жесткий, эгоцентричный и пассионарный лидер мира, а в другом – он очень внимательный, вежливый, цепкий человек, который на самом деле склонен и к определенным компромиссам, и к рациональности, и к обхождению острых углов. Эти две личности в Трампе могут быть секретом его успеха. Трамп способен быть агрессивным в своих высказываниях и действиях, но в то же время готов к миру и сделке.

Такой стиль общения характерен для крупного американского миллиардера: он настойчив в переговорах, но при необходимости может изменить регистр. Это дает надежду на то, что Трамп сможет высказать все свои грозные слова в адрес мира, включая Россию, а затем на переговорах с нашим президентом проявит рациональность и понимание роли России как суверенной и мощной державы. Без достижения определенного соглашения с нами о возрождении Америки не может идти и речи.

Мы должны оставаться нейтральными и предоставить мандат на это американское величие, обсуждая конкретные вопросы мировой политики. Без этого мандата с нами придется воевать, чего Трамп точно не хочет. Однако здесь много факторов: от того, как будут работать подготовительные группы для переговоров и саммита, до настроения самого Трампа.

Я надеюсь на мудрость, мужество и волю нашего президента, а также на его глубокое понимание международной политики. Как будет вести себя Путин, так и будет общаться с Россией Трамп. У меня нет сомнений в том, что главное – это чтобы встреча состоялась. Путин – это глубокий, опытный и уверенный в себе суверенный правитель. Мне кажется, что Трампу будет даже эстетически приятно общаться с такими лидерами, которые отвечают за свои слова, которые говорят и делают, не сдают своих позиций, которые готовы отстаивать суверенитет любой ценой, независимо ни от какого давления, которые верят в себя, в свой народ, любят свою страну.

Также важно отметить, что оба они имеют религиозные убеждения. Это встреча двух правителей, которые верят в Бога. Путин – православный христианин, и это часто остается вне поля нашего внимания. У православного христианина есть Господин, которому он служит, – это Бог. Он суверенен по отношению к людям и миру, но не суверенен по отношению к Богу. Точно так же и Трамп. Несмотря на его довольно своеобразный образ жизни, он остается христианином. Для него христианская вера – это неотъемлемая часть его души и в значительной степени его политики.

Встреча двух христианских правителей, двух христианских обществ и двух христианских держав – это действительно удивительное событие. В современном европейском контексте ни один политик не может с уверенностью заявить: «Я христианин». Обычно они предпочитают обозначать себя как либертинов, секулярных материалистов, атеистов или агностиков. Или либералов. Это, по сути, является своего рода антихристианской позицией.

Важно отметить, что они встречаются в Саудовской Аравии. Я понимаю, почему выбор пал именно на эту страну, а не на Индию. Изначально моя идея заключалась в том, что Индия была бы более подходящей платформой для переговоров, поскольку Индия поддерживает дружеские отношения и с Соединенными Штатами, и с Россией. Однако я пришел к выводу, что это могло бы обидеть Китай. Это создало бы антикитайский подтекст, поэтому было решено остановиться на Эр-Рияде как на месте для этой важной встречи.

Не спектакль ли все это?

Татьяна Ладяева. Один из слушателей радио «Спутник», Александр из Белгорода, задается вопросом о степени самостоятельности Дональда Трампа: «Мне кажется, Трамп не сам по себе Трамп, а за ним стоят те самые люди, кто реально управляет Америкой. Было принято решение сменить витрину, а Трамп – исполнитель. Вам так не кажется?»

Александр Дугин. Нет, мне так не кажется. Это не просто «косметический ремонт». Трамп представляет собой совершенно новый курс. Безусловно, в Америке и во всем мире существуют влиятельные силы, глобальные структуры, которые поддерживают эту смену вех, происходящую сейчас в США и, соответственно, во всем мире. Такие силы действительно есть. Трамп, конечно, не действует в одиночку, но изменения, которые он инициирует, не являются поверхностными трансформациями; они гораздо более глубокие, серьезные и необратимые, чем простой «косметический ремонт» глобалистской системы.

Безусловно, Трамп будет настаивать на гегемонии США, но это совсем другая гегемония, основанная на иных основаниях и идеологии. Можно сказать, что западная цивилизация до прихода Трампа была цивилизацией без центра – это и есть суть глобализма, так называемого бесполюсного мира. Трамп же утверждает: у нашей цивилизации есть центр – это США. И это уже меняет ситуацию, поскольку огромное количество глобалистских интернациональных сетей, таких как фонды Сороса[7] или структуры, финансировавшиеся USAID[8] и недавно разрушенные Илоном Маском, теряют свою поддержку. Эти организации представляют собой сотни тысяч людей с высокими зарплатами, и они лишаются своих позиций.

Трамп – это действительно серьезный фактор. Однако это не означает, что он сделает нам какие-то подарки; нет, это не так.

Татьяна Ладяева. Есть еще такой вопрос: «Как-то все это напоминает суперзамануху на более изощренном уровне обмана». Как это можно прокомментировать?

Александр Дугин. Кто знает, может быть, и так. Мы никогда не можем знать до конца, что чем обернется, но надо фиксировать серьезные изменения и признавать их таковыми, видеть позитивные подвижки как позитивные, но оставаться на чеку. Всегда надо оставаться на чеку, потому что для нас в первую очередь важна Россия, наша независимость, наш суверенитет, наши собственные традиционные ценности, за которые мы должны быть готовы стоять до конца.

Джей Ди Вэнс жестко указал евроглобалистам их место

Татьяна Ладяева. Александр Гельевич, предлагаю подвести собственные итоги Мюнхенской конференции. СМИ, журналисты и аналитики активно публикуют свои оценки, и политики также высказывают различные точки зрения. Характеристики конференции весьма противоречивы. В качестве примера можно привести слова председателя Мюнхенской конференции по безопасности, который назвал прошедший форум «европейским кошмарным сном». Это только один пример, демонстрирующий то, как характеризуют прошедшую встречу. Как вы могли бы оценить эту конференцию?