Пикник для влюбленных

– Замечательно.

Мии была необходима эта работа. Обучение рассчитано на два года, в течение которых ей платили зарплату. Возможно, к концу этого срока ей удастся доказать, что она чего-то стоит, и найдутся желающие взять ее на постоянную работу.

– Вы такой страстный поборник сохранения окружающей среды?

– Я считаю, что сохранение окружающей среды – это важно.

– Но это не совсем то, о чем я вас спросил, – заметил Дилан и достал из кармана плитку шоколада. – Вот истинная причина того, что я вернулся в ваш офис.

Мия взяла шоколад, стараясь сделать это так, чтобы не коснуться его руки.

– Вы сказали, что шоколад это что-то особенное и…

Дилан пожал плечами с немного растерянным видом, и она почувствовала, как у нее внутри что-то тает.

– Я хотел поблагодарить вас за терпение в отношении Карлы и меня.

– Это…

– Знаю, это ваша работа, Мия. Но хорошую работу надо ценить. И… – И снова эта неотразимая улыбка. – Боюсь, завтра от вас потребуется не меньше.

Мия не сразу поняла смысл его слов.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что мы хотим вас, Мия. Вас, а не Нору. Мне хочется, чтобы все, что имеет отношение к этой свадьбе, доставляло Карле удовольствие. Вы ей нравитесь. А такое случается с ней гораздо реже, чем вы могли бы подумать. – Дилан вдруг нахмурился. – Надеюсь, то, что вы занимаетесь свадьбой Карлы, не помешает вашей учебе? Я не создам вам слишком много проблем?

Он давал ей возможность отказаться. Если она хочет. Если…

– Свадьба состоится через девять месяцев, верно?

Дилан кивнул.

– У меня будет оставаться достаточно времени и для работы на земле, и для учебы.

Если бы не Дилан, у нее уже сейчас не было бы ни работы, ни возможности продолжать обучение. Она в долгу перед ним. В большом долгу и сделает все, чтобы свадьба Карлы прошла как можно успешнее.

Взгляд Мии остановился на плитке шоколада, которую дал ей Дилан. Развернув обертку, Мия откусила от плитки.

– Я ужасно прожорлива. А это так вкусно.

Как она и предполагала, Дилан расплылся в улыбке, ему было приятно, что подарок доставил ей удовольствие. Мия закрыла глаза, смакуя нежный вкус, а когда открыла их, заметила, что Дилан пристально смотрит на ее губы. Его голубые глаза потемнели, и у нее екнуло сердце.

Она положила шоколад на стол.

– Я… Наверное, глупо об этом говорить…

Он сложил руки на груди.

– Выкладывайте.

– Я не верю, что вы заинтересованы во мне больше, чем в любом другом работнике. Но после того, в чем обвинил меня Гордон…

Мия догадалась, Гордон уловил то, что она всеми силами пыталась скрыть: Дилан ей понравился. Он пробудил в ней нечто такое, что ей так отчаянно хотелось усыпить.

– Я просто хочу внести ясность. Я не расположена заводить отношения, ни серьезные, ни легкие для развлечения.

Он усмехнулся, но прежде чем Мия успела окончательно смутиться, она поняла, что эта усмешка обращена не к ней, а к нему самому.

– Никаких отношений? Принято. – Он пожал плечами. – Мия, я привык со всеми заигрывать. Это результат жизни в определенных кругах и совершенно ничего не значит. Просто придает общению дополнительную живость. Моим клиентам нравится чувствовать себя важными персонами, а для меня они, действительно, важны. Поэтому я стараюсь сделать так, чтобы они это почувствовали. Я устраиваю торжества, вечеринки, и моя задача в том, чтобы доставить людям максимум удовольствия. Желание веселить и очаровывать стало моей второй натурой. Если у вас создалось обо мне неприглядное впечатление…

– Нет, что вы. Конечно нет! Как бы там ни было, в данный момент я тоже не собираюсь заводить никаких отношений.

Глаза Дилана весело блеснули.

– А как насчет дружбы? Надеюсь, против дружбы вы ничего не имеете?

Мия не могла не улыбнуться. Такие люди, как Дилан, не водят дружбу с такими, как она. После свадьбы она больше никогда его не увидит.

– Против дружбы я ничего не имею.

Жених Карлы Тьери Жиру оказался настолько же смуглым и мрачным, насколько Карла и Дилан – светлыми и радостными. Мия невольно задумалась, что в нем нашла Карла. Но тут же отмахнулась от этой мысли. Это не ее дело.

Словно угадав ее мысли, Тьери уставился на нее хмурым взглядом. Ей сразу же захотелось сказать, что ее этим не испугаешь. Мия видала людей и пострашнее Тьери. Но, конечно, она ничего не сказала, просто улыбнулась ему одной из тех равнодушных улыбок, в которых уже успела поднатореть.

– Мистер Жиру, у вас есть какие-нибудь вопросы?

– Нет.

– Совсем никаких? – наморщив бровь, переспросил Дилан.

– Прекрати дергаться, – раздраженно бросил Тьери Карле, которая, повиснув у него на руке, переминалась с ноги на ногу.

– Но, Тьери, это же так волнительно!

Тем не менее топтаться она перестала.

Тьери повернулся к Дилану:

– Свадьба должна быть такой, как хочет Карла. И раз уж вы спец по организации торжеств, я не сомневаюсь, что вы с этим справитесь.

На Мию он вообще не обращал никакого внимания. И ее это вполне устраивало.

Дилан повернулся к ней:

– Между свадебной церемонией и приемом нужно будет сделать перерыв, чтобы Карла и Тьери могли сфотографироваться.

Мия кивнула:

– Обычно так и делают. Свадьба состоится в конце весны, а значит, светло будет допоздна. Для фотографирования я могу вам организовать тур по самым интересным местам парка.

– О! – Карла подпрыгнула от восторга. – А нельзя сделать это прямо сейчас?

– Конечно, можно.

Птичьи вольеры и загоны для животных были органично вписаны в естественный ландшафт. Извилистая деревянная дорожка, проходившая через птичий вольер на высоте, достигающей середины деревьев, позволяла беспрепятственно разглядывать птиц. Посетители могли пообщаться со скалистыми кенгуру, гревшимися на солнечной стороне крутого холма, понаблюдать за вомбатами, ехиднами и игуанами.

Но жемчужиной парка считался дом коал. Сделанная в виде огромного шалаша на большом эвкалипте, эта деревянная конструкция защищала посетителей от непогоды с трех сторон, а с одной стороны оставалась полностью открытой в сторону дикого леса и искусно спроектированного пруда.

Весь комплекс был огорожен и представлял собой гигантский вольер. Подняв голову вверх, посетители могли увидеть ярких попугаев, а пройдя чуть дальше – посмотреть на спящих исполинских белоногов. На уровне глаз на специально сделанных для этого опорах сидели коалы, жующие свежие эвкалиптовые листья. Никакие решетки или стекло не разделяли людей и зверей. Только деревянные перила и перепад высоты в десять футов.

– Мне безумно нравится это место, – вздохнула Карла, когда они вошли внутрь.

– Да, это действительно нечто уникальное, – прошептал Дилан на ухо Мии.

От его дыхания по спине Мии побежали мурашки.

– Да, это место особенное, – согласилась она, делая шаг в сторону от него.

Когда они насмотрелись вдоволь, Мия отвела их туда, где в ряд стояло несколько маленьких домиков для ночных животных, и первый из них – для змей.

Карла передернула плечами:

– Я не люблю змей.

И хотя Мию они не пугали, она кивнула:

– Нам не обязательно здесь останавливаться. Можно сразу пройти к домику амфибий, а потом к опоссумам.

– Тьери, пойдем.

Карла потянула его за локоть, ей явно хотелось уйти, но Тьери отцепил ее руку.

– Иди вперед, а я побуду здесь. Змеи всегда казались мне очень занятными.

Наконец-то этот человек проявил какой-то интерес.

Тьери взглянул на нее:

– Может быть, Мия будет так любезна, что останется со мной и ответит на несколько вопросов?

Змеи, может, и не пугали ее, но Мия терпеть не могла темноту, царившую в этих домиках и заставлявшую ее чувствовать себя как в ловушке.

– Я с удовольствием отвечу на ваши вопросы.

Дилан встретился с ней взглядом и махнул рукой, показывая, что они с Карлой пойдут вперед. Мия кивнула. Сделав пару шагов, она остановилась рядом с Тьери и указала на тонкую зеленую змейку с ярко-желтой шеей, которую он разглядывал.

– Это древесная змея. Она…

– Я умею читать.

Мия вздернула подбородок. Наверняка с ним придется непросто, но она привыкла к трудной работе.

– Эти змеи широко распространены, – продолжила Мия, – но их редко можно увидеть, потому что они очень осторожны и почти никогда не кусаются. Главный способ защиты для них – бегство и ужасный запах, они испускают его, когда пугаются.

– От тебя тоже плохо пахнет.

Тьери сделал быстрое движение, и Мия оказалась зажатой между стеной и стеклом террариума. Оливковый питон, лежавший с другой стороны стекла, даже не шевельнулся.

– Дилан рассказал нам о твоем прошлом. Ты обыкновенная маленькая воровка с тюремным сроком за плечами.

От этого внезапного ощущения несвободы сердце Мии, подскочив к самому горлу, упало вниз и с силой стукнулось в грудь.

– Пока я сидела в тюрьме, – бесстрастно заговорила она, – многое узнала о том, как защитить себя и причинить вред другому. Если в течение трех секунд вы не сделаете два шага назад, будете валяться на земле и кричать от боли.

Видимо, внутренне досчитав до трех, Тьери отодвинулся в сторону. Мия набрала в легкие побольше воздуха и расправила плечи.

Он наставил на нее палец:

– Ты мне не нравишься.

«И почему меня это должно волновать?» Она не произнесла этих слов вслух. У Мии накопился большой опыт держать свои саркастические замечания при себе.

– Карла и Дилан слишком доверчивы, но не жди, что и я буду таким же легковерным. Ты неподходящая компания для Карлы. Так что держись от нее подальше. Ты слышала? Иначе у тебя будут проблемы, я тебе обещаю.

– У вас все в порядке?

Темноту прорезала полоса солнечного света – в домик снова вошел Дилан.

Тьерри тут же вышел из домика. Они услышали, как удаляются его шаги.

– Вы в порядке?

Абсурд, но беспокойство Дилана вызвало у Мии желание заплакать, которого не вызывали угрозы Тьери.

– Да, конечно. – Она повернулась и показала на змей. – Просто, чтобы вы знали. Мы можем организовать для ваших гостей знакомство с какой-нибудь из рептилий, если это их заинтересует. Однако должна сказать, это удовольствие по вкусу далеко не всем.

Взяв Мию под руку, Дилан вывел ее из домика на солнце и тут только заметил, как она побледнела. После нескольких глубоких вдохов девушка порозовела.

– Я слышал последние слова, которые сказал вам Тьери.

Ему не понравился тон, которым Тьери просил Мию задержаться, поэтому он вернулся.

– Дилан, это не первый случай, когда людям не нравится мое прошлое. И, как я догадываюсь, далеко не последний.

Ее вчерашнее признание повергло его в шок. Но девушка дорого заплатила за свои ошибки. Дилан увидел, что она действительно хочет начать новую достойную жизнь.

Угрозы Тьери, его презрительный тон возмутили Дилана. Он бы с удовольствием отделал этого парня как следует. Останавливала только мысль о том, что расплачиваться за его действия будет Мия.

Внезапно его поразило, что он не подумал о Карле!

– Не стоит винить Тьерри, – сказала Мия. – Он беспокоится о благополучии Карлы.

– Это не оправдывает его поведение. – Лицо Дилана помрачнело. – Он грубиян и вообще крайне неприятный тип. И что только Карла в нем нашла?

Мия махнула рукой, показывая, что им надо идти вперед, к домику амфибий.

– А вы не знаете? И ни разу не поговорили с ней о Тьери?

Бросив взгляд на Мию, Дилан заметил, что она снова побледнела, но прежде чем он успел спросить, все ли с ней в порядке, она исчезла в темноте домика амфибий. Дилан вошел следом за ней.

– Вы хотите задержаться здесь?

Дилан не мог сказать, как он это понял, но он чувствовал, что ей здесь неуютно.

– Нет.

Они вышли наружу, и Мия пару раз глубоко вздохнула.

Он взял ее за локоть:

– Что с вами?

Она отвела взгляд:

– С чего вы взяли, что со мной что-то не так? – Ее плечи поникли. – Надеюсь, больше никто этого не заметил. Я не люблю домики ночных животных. Они вызывают у меня клаустрофобию и ощущение несвободы.

Дилан вдруг догадался: они напоминают ей тюрьму.

– Мне нравится ходить по дорожкам над вольерами и птичниками и рядом с ними, но в домиках ночных животных всегда так темно, сыро. И воздух спертый.

Мия замолчала и с виноватым видом пожала плечами.