Свидание в Сингапуре

Глава 2

Может быть, да… Может, и нет. Но это нужно было сделать, вне зависимости от настроя Кристи. И не важно, что Джеймс представлял очень престижную компанию. Использовать кого-то в своих интересах, независимо от того, сколько у него денег, было делом постыдным. Деньги и статус не меняли этого факта и не оправдывали ее.

В шортах и потной футболке Джеймс выглядел намного человечнее. Хотя его кроссовки, вероятно, стоят не меньше, чем начищенные до блеска «оксфорды», которые были на нем раньше.

– Мне так больше нравится, – отметила она.

Когда он скрестил руки на груди и чуть-чуть от нее отстранился, Кристи мысленно пнула себя.

– В деловом костюме вы выглядите немного устрашающе.

Джеймс снова расслабился.

– Идеальный костюм, так?

– Безупречный.

– Мама все время мне говорит, что, как представитель бренда, я должен выглядеть соответствующе.

– Ого, кстати, ваша мама навевает такой ужас, что у меня поджилки трясутся!

Он рассмеялся, но это был не тот смех, который согревал его взгляд, и в ней зародилось новое чувство. Чувство, похожее на жалость.

Он послал ей кривую улыбку.

– Вам следует встретиться с ней лично.

Э-э… нет, спасибо. Дениз Купер-Форд вышла на пенсию в этом году, передав бразды правления Джеймсу. Вот почему его явная «хорошесть» выбила у нее почву из-под ног. Она ожидала, что Джеймс будет похож на свою мать – энергичный, безжалостный, холодный и расчетливый… как акула. О Дениз слагали легенды. В ее целеустремленности было что-то почти восхитительное.

Ей пришло в голову, что Дениз, вероятно, непростой образец для подражания.

Или она ошибается насчет Джеймса. Не впервые, кстати. Джеймс, вероятно, просто лучше носит маску дружелюбного и радушного человека, чем его мать. Может, он не такой, каким кажется. Глупо доверять ему.

И ничто из этого не изменило того факта, что, если бы его предложение встретиться с ним в Сингапуре поступило в другое время, она бы отказалась. Желание получить временную передышку – детское желание убежать от всех проблем – вынудило ее ухватиться за этот шанс.

Сложив руки на коленях, Кристи повернулась к нему лицом:

– Джеймс, мне очень жаль, но мне кажется, что я нахожусь здесь, в Сингапуре, под ложным предлогом.

В его взгляде ничего не изменилось, но ее внезапно осенило. Быть в центре его полного внимания было странно. На мгновение ее дыхание перехватило, грудь сжало. В тот момент ей пришло в голову, что его тактика может быть даже более смертоносной, чем у Дениз. Ей действительно нужно быть начеку.

Отведя взгляд, Кристи сглотнула. Красивое лицо ее не смутит. Она никогда не позволяла мужчине использовать в своих интересах ни ее талант, ни ее незлобивость. Если Джеймс думает, что сможет заставить ее подчиниться, его ждет неприятный сюрприз.

Джеймс не пошевелился – даже намека не сделал. Напряжение в ее груди ослабло. Ей не следует доверять этому мужчине, но и считать его злодеем тоже пока рано.

– Вы ведь Кристи Минслоу, а не ее сестра-близнец, приехавшая сюда от ее имени?

Эти слова заставили ее улыбнуться.

– Я Кристи. Боюсь, у меня нет ни брата, ни сестры-близняшки.

– И в настоящее время вы все еще являетесь владелицей бизнеса под названием «Пляжный Понедельник»?

Она посмотрела на величественный водопад и кивнула.

– И вы действительно собираетесь посетить новый магазин «MA» на Орчард-Роуд, который скоро откроется, чтобы воочию увидеть, как мы намерены презентовать ваши проекты, если вы решите подписать с нами контракт?

Она снова кивнула. «Мольто Аркета» была подобна этому водопаду, огромному и великолепному, в то время как она казалась такой же незначительной, как крошечная капля воды.

После этого он замолчал, и она перевела на него взгляд. У него были голубые, как море, глаза – глаза, созданные для улыбки и веселья. Как жаль, что ему приходится носить маску напускной серьезности, чтобы соответствовать образу преуспевающего бизнесмена.

– Мне очень жаль, но я не понимаю, как вы можете быть здесь, в Сингапуре, под ложным предлогом.

– Я скажу все прямо – и я не хочу вас обидеть.

– Принято как данность. И оценено по достоинству.

Ей пришлось подавить непроизвольную улыбку, вызванную его ответом.

– Дело в том, что с этической точки зрения бренды «МА» и «Пляжный Понедельник» совсем разные. Я никогда не смогу продать «Пляжный Понедельник» компании, которая…

Она замолчала, не желая быть откровенно грубой.

Его губы скривились.

– Которая беспринципно пользуется ресурсами земли и иностранной рабочей силой, в то время как ее акционеры богатеют?

– Гм… да.

– Поправка, Кристи, наши текущие стратегические видения не совпадают, но я планирую это изменить. Это мой главный приоритет. Культура, которую вы создали в микромасштабе, – именно та культура, которую я хочу внедрить крупномасштабно в «MA».

«Да, верно, и большие розовые слоны, плавающие в стратосфере, обязательно станут следующим модным видом транспорта». Она достала телефон и продиктовала:

– Розовые слоны. Извините. Вдохновение не всегда приходит вовремя…

Джеймс отмахнулся от ее извинений.

Кристи не хотелось вести этот разговор, но чем скорее он закончится, тем лучше.

– Послушайте, я знаю, вы думаете, что я беспрекословно поставлю подпись, где мне скажут. – Слова прозвучали несколько бестактно, но она терпеть не могла уклончивость. – Я чувствую себя виноватой, потому что вожу вас за нос. У меня – две недели в Сингапуре, а у вас… ничего.

– Вы приняли окончательное решение отклонить предложение «МА»?

Она подумала обо всех часах, которые она последние два года провела в обществе своего бухгалтера и со специалистом по связям с общественностью, которого она наняла, не говоря уже о работе с производителями и оптовиками. Она снова вспомнила свой шок и разочарование, когда обнаружила, что офис-менеджер Роза ее обворовывала. Это было последней каплей.

На нее лег огромный груз. Так мало времени уходило на то, что она действительно любила, – на дизайн. Деньги, которые предлагала «МА», были ей очень нужны. Очень.

– А если мне удастся убедить вас, что все, что я вам только что сказал, – правда, и я полон решимости внести существенные изменения в работу компании?

Кристи тяжело вздохнула.

– Нет. Если это правда, то… нет.

Джеймс ответил не сразу, будто размышлял над ответом.

– Сделала ли другая компания вам более привлекательное предложение? – Она помотала головой, и он продолжил: – Итак, в настоящий момент вы пытаетесь решить, собираетесь ли вы продать мне «Пляжный Понедельник» или намерены продолжать вести бизнес самостоятельно?

– Я практически решила продать свою компанию. – Последние два года ей пришлось признать, что она ненавидит деловую сторону дизайна. Столь же неприятно было обнаружить, что она никому не доверяла в той мере, чтобы поручить управление «Пляжным Понедельником». Чем-то нужно было пожертвовать. – У меня были предложения от других компаний. Просто ваше предложение приехать в Сингапур было… убедительнее, – закончила она, слабо пожав плечами.

Ее слова вызвали у него улыбку – кривую полуулыбку, от которой у нее участился пульс.

– Ему и полагалось быть убедительным. Кристи, я понимаю, что вы оставляете себе свободу выбора, но для меня очевидно, что у «МА» все еще есть шанс. И пусть в ваших глазах этот шанс незначительный, я уверен, что мы можем многое вам предложить.

К сожалению, она была с ним согласна, но в этом вопросе не могла думать только о себе. Женщины из отдаленных уголков мира жили на заработок от заказов, которые она им присылала. Их потребности тоже нужно было учитывать.

– У вас есть две недели в Сингапуре. В свою очередь, «Мольто Аркета» получает возможность представить себя в лучшем свете. Это все, на что мы рассчитывали. Насколько я понимаю, вы планируете соблюдать условия нашего соглашения. Я знал, что ваше согласие на поездку – не гарантия контракта. Я просто надеялся, что поездка в Сингапур подсластит сделку. Я рад оплатить ваше время, потому что могу подробно рассказать обо всех причинах, по которым я считаю, что вам следует подписать контракт с «MA».

Он все так разумно расписал. Может, он и прав.

– Кристи, ваши пляжные зонтики – произведение искусства. Нам нравится саронги, пляжные сумки и эспадрильи. Ваши изделия идеально сочетаются с нашей одеждой для отдыха. Как вы уже знаете, мы готовы очень хорошо заплатить за право купить вашу компанию. Мы также будем рады, если вы приедете в Нью-Йорк и присоединитесь к нашему штату дизайнеров. У вас появится возможность сделать себе имя, которое будет признано в самых престижных кругах.

Он назвал зарплату, которая заставила ее сглотнуть нецензурное восклицание. Нельзя отрицать, что работа в «MA» сразу преобразила бы ее резюме.

В следующий момент ей снова стало не по себе. А как насчет ужасной репутации «Мольто Аркета» в вопросах социальной справедливости и эксплуатации рабочей силы? Все это имело для нее значение, и ей нужно было знать, что он говорит о насущных проблемах не просто так. В этом году «МА» уже подверглась критике в СМИ. Готова ли Кристи пойти против собственной совести?

Нет. Она предпочла бы продать свою фирму за меньшую сумму. Или она могла бы внести изменения во внутреннюю структуру «Пляжного Понедельника», чтобы сосредоточиться на том, что нравится ей. Эта мысль, однако, ее удручала, поэтому она ее отбросила.

– Здесь есть над чем подумать, – продолжил Джеймс. – Очевидно, вам нужно решить, что подходит именно вам, но у вас есть время изучить варианты.

Она заставила себя встретиться с ним взглядом и кивнуть.

– И вам не нужно чувствовать себя виноватой из-за того, что вы не торопитесь с решением.

Он изо всех сил старался ее успокоить, и она это оценила.

– Вы так разумно все это делаете. Я хотела уехать подальше. Дома царил сущий хаос, так что я ухватилась за шанс провести две недели в Сингапуре.

– Это не делает вас обязанной мне. Я тоже ухватился бы за шанс двухнедельного отдыха. Мой совет директоров меня с ума сведет.

Да, но главное отличие было в том, что он приехал в Сингапур по работе. Она использовала поездку как предлог для побега.

Тем не менее он прав. То, что она согласилась приехать в Сингапур, не налагало на нее обязанности перед Джеймсом. Где-то по пути она потеряла здравый смысл.

– Почему они вас с ума сведут?

– Похоже, я слишком молод и безрассуден. Слишком много новомодных идей. Они пытались держать меня на поводке, а я… – Он умолк, словно удивленный тем, что произнес эти слова вслух.

Если то, что он сказал ранее о переменах в корпоративной этике, было правдой, тогда ему приходилось бороться. Кристи едва сдержалась, чтобы не сжать его руку, желая подбодрить.

Джеймс оказался не тем, за кого она его принимала. Она не думала, что он будет таким добрым и понимающим. Тем не менее она понимала, что споры и поспешные решения не помогут его конечной цели.

– Мне жаль. Я была ужасно непрофессиональна. Дело в том, что у меня не было отпуска очень много лет.

Он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у нее перехватило дыхание.

– Ну вот. Это в пользу «МА». Деньги, которые мы заплатим за «Пляжный Понедельник», дадут вам возможность взять очень долгий отпуск, если вы захотите. И, – продолжил он, – если бы вы присоединились к нашей команде дизайнеров, у вас были бы дополнительные льготы, включая ежегодный отпуск, не говоря уже о путешествиях за границу. И ни один человек не способен принять правильное решение, когда он работает на износ.

Почему он этим не воспользовался? Его мать, конечно, не преминула бы извлечь из ситуации пользу, если бы она все еще стояла у руля «МА». Вот только… Да, она могла ошибаться, но ей казалось, что Джеймс – не просто бессердечный бизнесмен.

Кристи подавила улыбку. Может, он лишь волк в шкуре овечки. Или в костюме? В таком случае ей нужно будет проследить за тем, чтобы свои безукоризненные костюмы он больше не надевал.

Жар внезапно обжег ее щеки. О нет. Она имела в виду повседневный стиль одежды, а не неглиже! Он вопросительно приподнял бровь, отметив замешательство на ее лице, и она поспешила сказать:

– Почему вас волнует то, каким будет мое решение?

Он скрестил руки.

– Вы ждете, что я буду без всякой жалости склонять вас к контракту с «MA».

Она не стала отрицать.

– Кажется, это разумное предположение.

– Значит, вы думаете, что чистая прибыль – прибыль акционеров «MA» – для меня самое главное?

– Разве не так?

– Я считаю, что подписание контракта с «MA» – разумное решение.

Кристи не спросила его, почему, она уже знала все доводы.

Его губы сжались, словно он уловил ее мгновенное замешательство.

– Один вопрос, если можно, Кристи. Почему вы уверены, что сделка с нашей компанией будет ошибкой?

– Сначала у меня к вам вопрос, – прервала она. – Что для вас важнее прибыли акционеров?

– В профессиональном смысле? Я хочу, чтобы компания внедрила этически устойчивые методы работы. По примеру «Пляжного Понедельника». Как я уже сказал, это мой главный приоритет.

– С каких пор? «МА» не славится своим прогрессивным отношением к таким вопросам.

– С тех пор, как я стал генеральным директором. Я считаю, что акционеры «MA» могут пожертвовать малой толикой своего дохода в интересах социальной справедливости. Более того, я думаю, что это единственный путь к прогрессу. Если «MA» не начнет внедрять подобные методы сейчас, это отразится на прибыли компании в будущем. Это решение необходимо принять не только с точки зрения морали, но и с точки зрения финансов.

Теперь это звучало гораздо правдоподобнее. Но она ему не верила. Слишком много лет основной целью «МА» была прибыль, а не люди, и уж тем более не моральные устои и этические стандарты.

Джеймс подозревал, что Кристи ему ни капли не верит. Что бы его мать сделала в подобной ситуации? Она сделала бы в точности то, что ожидала от него Кристи, – воспользовалась бы ее изнеможением и немедленно надавила бы на нее, чтобы она поставила свою подпись. Да, он мог последовать примеру своей матери.

Но… Как можно работать над построением более справедливого и равноправного мира за счет чужого счастья? Он не хотел достичь своей конечной цели, в процессе сделав Кристи несчастной или заставив ее сожалеть о контракте с «МА».

Большинство дизайнеров ухватились бы за шанс, который он ей предлагал. Однако Кристи должна была прийти к такому выводу сама, в свое время.

Оглядевшись, Джеймс обнаружил, что она пристально смотрит то на розовые орхидеи, то снова на водопад, попутно делая заметки в телефоне.

Когда Кристи поняла, что он за ней наблюдает, она извинилась перед ним и напоследок сделала пару фотографий.

– У вас все время возникают идеи? – В нем не было ни единой творческой жилки, но креативность его очаровывала.

– Почти. – Она встряхнулась и послала ему улыбку, которая не коснулась ее глаз. – Процесс идет урывками. Но определенно ускорился, как только я вышла из самолета.

– Вам это нравится? – Он понятия не имел, что побудило его задать этот вопрос.

– Да! – Ее глаза светились, и казалось, будто ее озарили все цвета радуги. – Этот сад и тот водопад – просто потрясающие. Возможно, это не Мерлион и не Роща сверхдеревьев, но я все равно в восторге.

Она хотела увидеть Мерлион и сверхдеревья, пока тут гостит? Ну конечно.

– Хорошо, ну, видимо, я пока останусь. Так что завтра мы пойдем в ваш магазин на Орчард-Роуд и…

– Нет.

Она моргнула.

– Сначала вам нужно осмотреть достопримечательности.

– Я смогу осмотреть достопримечательности потом.

– Я настаиваю.

Она вздернула голову – не бросая вызов, а словно пытаясь поставить ему оценку.

– Хотела бы я лучше понимать вас, Джейми Купер-Форд.

Джейми? Никто не называл его Джейми, и все же в ее устах это сокращение казалось вполне естественным.

– Вы такой… невозмутимый. Из-за этого вас трудно читать.

Его воспитывали равнодушные родители. Он подозревал, что это тоже сделало его равнодушным. И холодным.

– И что вы пытаетесь увидеть? Что хотите узнать?

– Каковы ваши намерения, ваша мотивация? На первый взгляд вы кажетесь очень добрым человеком, но, возможно, вы играете в собственную игру.

– По правде говоря, я не хочу, чтобы вы обвиняли меня в том, что я вынудил вас принять решение, о котором вы будете жалеть. Если вы присоединитесь к команде «MA», я хочу получить от вас искренность – бренд заслуживает вашего энтузиазма. Если вы разочаруетесь в «MA» и публично начнете критиковать компанию, скандал нас прикончит. Мне нужна возможность доказать вам, что я настроен серьезно, когда говорю, что хочу переписать политику компании. И для этого мне нужно, чтобы вы были готовы меня выслушать. Я не виню вас в вашем скептицизме, – добавил он как можно быстрее. – Учитывая послужной список «МА», ваше недоверие оправданно.

Она пристально посмотрела ему в глаза, и он изо всех сил старался выдержать ее взгляд. В конце концов, ее губы изогнулись в улыбке.

– Итак… Завтра буду наслаждаться видами, чтобы потом вас выслушать?

Он принял спонтанное решение, руководствуясь интуицией.

– Нет, вы будете отдыхать целую неделю.

– Неделю?

Потрясение не могло скрыть ее восторга от перспективы недельных прогулок по городу, и он похвалил себя за неортодоксальность стратегии.

– Именно. Я попрошу Роберта забрать нас в десять утра. И он поедет туда, куда вы хотите.

– Нас? Вы тоже поедете?

Он повел плечами. Почему она так удивилась?

– Мне нужно защитить свое вложение.

– Вы откажетесь от делового костюма?

– Костюмы вряд ли способствуют отдыху. – Джеймс мысленно просмотрел содержимое своего чемодана. Возможно, ему потребуется докупить несколько вещей.

В ее глазах горел огонь азарта. Глядя на то, как белые зубы впились в пухлую розовую плоть ее нижней губы, он вынудил себя сглотнуть.

– Вы хотите, чтобы я прекрасно провела время.

– Именно.

– Значит ли это, что мы можем объездить Сингапур по-моему?

Если ее это обрадует…

– Что значит «Сингапур по-вашему»?

– Кто знает? Решу по ходу дела.

Он боролся с желанием закатить глаза. Все эти творческие личности одинаковы. Что плохого в организации и контрольном списке?

– Скажу только, что водителя в моих планах нет.

Прекрасно. Он откажется от костюма и служебного автомобиля.

Следующим утром Джеймс расхаживал по фойе многоквартирного дома, проверяя список, который он составил в приложении для заметок на телефоне, – список всех мест, которые, по его мнению, хотела бы увидеть Кристи. Да, она сказала, что хочет сделать по-своему, но он хотел подготовить запасной план, если ее вдохновение иссякнет.

– Знаешь, если у тебя есть дела, Джейми, я пойму. Ты не должен чувствовать себя обязанным за мной присматривать.

Он вздрогнул, обнаружив, что Кристи стоит у его локтя. На ней были темно-синие капри и белая футболка. Казалось бы, обычная одежда – за исключением того, что на футболке спереди красовалось огромное блестящее сердце, а узор из красных сердечек обрамлял каждую брючину. Он моргнул в недоумении.

– Мне нравится эта новая версия тебя – назовем ее «Джейми в режиме отпуска», согласен? Что? – добавила она, когда он промолчал. – Я сказала что-то не то?

– Я просто не привык к тому, чтобы меня называли Джейми.

Она поморщилась.

– Прости, это австралийская манера. Вся наша нация не в силах противиться искушению сократить чье-то имя или каким-то образом его зарифмовать. Как будто простого имени недостаточно. Извини, я буду называть тебя Джеймсом, если тебе так нравится.

– «Джейми» меня устроит. – Ему нравилась форма «Джейми», но говорить об этом он не собирался.

– Если это хоть как-то тебя утешит, то порыв дружеский, он призван заставить почувствовать тебя одним из членов банды.

– Одним из банды? – Это понятие было настолько чуждым, что он на мгновение потерял дар речи.

– А еще я оценила твои шорты-бермуды и летние туфли…

Улыбка, которую она послала ему, согрела его до кончиков пальцев и стала ему наградой за то, что он потратил некоторое время на размышления об одежде. Она была дизайнером – человеком, воспринимающим окружающий мир визуально. То, что она видит, влияет на нее на интуитивном уровне.

– Итак, Кристи, которая любит сокращать чужие имена, чем ты хочешь заняться сегодня?

Десять минут спустя он оказался сидящим на крыше двухэтажного экскурсионного автобуса.

– Так… Вот как ты ориентируешься в городе?

Кристи поправила поля хлопковой шляпки от солнца. Шляпка была мятно-зеленого цвета и расшита большими белыми маргаритками. Такая нелепая шляпка. Но всякий раз, когда он смотрел на нее, ему хотелось улыбнуться. Головной убор не шел к ее наряду, но это ее совсем не беспокоило.

– Ориентируюсь? Нет! Это просто для развлечения. Я могу ориентироваться по карте. Прошлым вечером я довольно долго изучала карту Сингапура.

Она уставилась на него, как будто ожидая, что он что-то скажет.

– Я не собираюсь подвергать сомнению твои способности в чтении карт, если ты этого ждешь, – сказал он.

– Находиться здесь, на открытом воздухе, в этом удивительном городе, – это и есть отдых! – рассмеялась она. – Закрой глаза. – Она последовала собственному совету. – Почувствуй ветерок на лице… и тепло солнца на руках… и ароматы, витающие в воздухе. Здесь пахнет иначе, чем в Сиднее, – цветы, специи, много незнакомых запахов. Все это кажется таким чудесным, экзотическим и чужим. Таким далеким от обычной жизни. Бьюсь об заклад, ты даже не закрыл глаза.

Он держал рот на замке.

– А еще интересно знать, что, по мнению турфирмы, должен увидеть в этом городе новоприбывший. Итак, мистер составитель списков, мы проедем полный круг на этом автобусе, и только тогда я решу, где выйти и куда отправиться дальше.

Кристи выглядела настолько довольной своим планом, что он не мог удержаться от улыбки. Легкий ветерок трепал его волосы. Он не солгал ей, когда сказал, что тоже хочет взять перерыв. Офис давно превратился в поле битвы. Вот только он не мог. Он пообещал отцу, что позаботится о бизнесе. Он не собирался совершать те же ошибки, что и его отец.

– Наверное, свой отпуск ты проводишь иначе.

Он не брал отпусков.

– Ты, наверное, отдыхаешь на каком-нибудь великолепном пляже – в Калифорнии, Флориде… на Мальдивах.

В ее голосе слышалась тоска, и он покачал головой:

– У тебя идеализированный взгляд на мою жизнь. У меня нет времени на отдых. И у меня, черт возьми, нет времени на пляж!

Она замерла, а потом медленно отвела глаза от сингапурского «Колеса обозрения», на которое в данный момент указывал им их гид, и уставилась на него.

– Ты генеральный директор одного из самых роскошных модных брендов в мире, известного пляжной и курортной одеждой, но у тебя нет времени на пляж?

– Извини, что разочаровал, но, боюсь, реальность и фантазия расходятся.

Тогда он осознал, что все ее тело дрожало. Его охватило дурное предчувствие.

Ярость сочилась из каждой ее поры.

– Зачем мне передавать свои великолепные пляжные зонтики и аксессуары – мой «Пляжный Понедельник» – кому-то вроде тебя, человеку, у кого нет времени на пляж?

Джеймс выругался про себя. Он совершил серьезную ошибку. Это было свидетельством того, насколько его измотали последние несколько месяцев. Ему не следовало позволять себе расслабляться в ее компании.

– Мои зонтики – творение моего сердца. – Она прижала ладонь к груди. Он проследил за ее рукой и сглотнул, снова подняв взгляд на уровень глаз. – Но для кого-то вроде тебя они всего лишь доллары и центы.