Позволяя себе быть. Сборник записей из дневника, эссе и рассказов

Такое состояние героини еще повториться. Но об этом позже. Сейчас же стоит сказать, что это, на наш взгляд, самое важное место во всей повести. Именно здесь обнажается душа Лены: как эта девушка вообще относилась к себе, своей жизни, как она боролась за себя и свою жизнь. Никак. Ее характеристика «тихая» происходит именно от этого. Она была тихой, кроткой, потому лишь, что боялась всего и сразу. Но главное – боялась заглянуть в себя. У этой девушки, как мы видим в повести, ни разу не было моментов саморефлексии. Она ни разу не обратилась к себе, не задумалась, чего она хочет, а чего – нет. И именно на этом играли все окружающие ее в дальнейшем люди. На том, что она не имела собственного мнения. Кроме лишь того мнения, видимо, что ей не полагается это самое собственное мнение. Выросшая в большой – немаловажно, немецкой! – семье, в ней не было и доли сомнения правильно ли то, что говорят другие. Да и зачем? Как мы знаем, она всегда была . А когда ты в полудреме, то не понимаешь, реально ли происходящее, тогда тебе и не хочется думать, размышлять, ведь вдруг это настоящее окажется нереальным… как бы не здесь, как бы в полудреме

Так и что же было дальше, после корабля? А дальше было вот что: Лена стала работать прислугой, как этого и хотела тетя: Когда же Лена выходила гулять в парк с младшенькой, то виделась с другими девушками, собиравшимися в парке гулять с детьми. Они были не прочь подшутить над Леной, из-за чего у нее от этого внутри «По выходным воскресеньям Лена ездила к тете. Она не совсем понимала, зачем ей ездить, но раз уж было так надо, то она ездила. Не задумываясь… У тети никто ее не любил. Младшая сестра и мистер Хейдон считали Лену глупой, избалованный матерью врунишка брат «Только миссис Хейдон проявляла интерес к судьбе Лены. Она также звала ее на вечеринки, где знакомила с разными « и « И в течение четырех лет, как Лена жила в Америке, миссис Хейдон все-таки нашла ей подходящую партию – портного, американского немца, работающего у своего отца Германа Кредера, во всем слушающего отца с матерью. Но… Вопреки тому, что миссис Хейден и родители Германа договорились обо всем и назначили свадьбу, сам Герман не горел желанием жениться, пусть и выполнял обычно волю отца и матери. И… он сбежал накануне свадьбы к своей сестре в Нью-Йорк. Конечно, отец все равно его нашел и уговорил жениться, но каково было нашей тихой Лене, когда она поняла, что подвела тетю, что ее, Лену, что »… Ей пришлось выслушать всю тираду-обвинение от тети, хотя она была привыкшая к тому, чтобы ее критиковали. А точнее она просто была в полудреме, так что не очень-то и воспринимала происходящее. Она просто знала сейчас, что ее бросили и что это нехорошо… Лену утишали и те девушки из парка, которые любили шутить над ней и которые, пользуясь добротой и безотказностью Лены, брали у нее часто взаймы и не отдавали… Но Лена была всегда , так что она этого попросту не замечала. Она не замечала и того, что не очень-то понимала, нужно ли ей замуж. Она снова, да, снова не понимала, хочет ли совершать серьезную перемену в своей жизни. Она просто повиновалась воле тети, плыла по течению, отдала ответственность за судьбу в чужие руки… «Место Лене попалось очень хорошее. Там была хозяйка, приятная и не слишком строгая, и детишки, и Лена им всем была по душе. Там была еще кухарка, которая часто бранила Лену, но терпеливая немка Лена не слишком от этого страдала, к тому же добрая женщина, хоть она была и нудная, бранила Лену, в общем, для ее же пользы».