Потомки Элейн. Мерцающая долина

Глава 3. Рыцарь страха.

Иногда шагнуть в неизвестность бывает очень трудно, но оставаться на одном месте ещё сложнее, словно сломанные часы, секундная стрелка которых движется лишь вперёд и назад, только видя одну цифру.

Этот страх наполнял всё внутри Олейны, но скорее он был даже немного приятен, чем мучителен, ведь её стрелка двигалась только вперёд.

Она знала, что нужно лететь на северо-запад, но не могла убедиться летит ли все-таки правильно, чувство тревоги и страха всё ещё не покидали молодую беглянку. Было ранее утро, солнце светило очень ярко и ослепляло взор, но останавливаться ещё нельзя, девушку могли догнать и наказать за нарушения правил закрытой страны, если так произойдет всё, будет бессмысленно…

Дома она часто читала старые книги о приключениях, древних существах и прекрасных историях, да, конечно, она понимала, что это все выдумки, но стоило только представить, и весь мир вокруг разрисовывался, яркими красками и невероятное, казалось, будто на ладони. Олейна часто думала, что бы я сделала в этот момент, что почувствовала, и насколько ярким она это увидела. И сейчас с каждым взмахом она всё ближе к этой возможности.

Прошло около трёх часов и ошеломительно много взмахов, от усталости и жажды девушка начала приземляться. Всё это время она летела без видимых гор и приземлилась на самой низкой, ту, что увидела с одиноким засохшим деревцом и ждало своей окончательной смерти, а рядом с ним прорастал его росток, вступая в наследие или же в долгий дозор одиночки. Олейна присела у самого крона и достала из рюкзака часть припасов – еды и воды, которыми бережно снабдил её отец. Плод сливовой яблони пах домом и отцовскими теплицами. И она вспомнила, как сажала своё первое дерево, ей было тогда шесть, и посадкой дикой розы ей помогала мама. Её звали Марта, Олейна помнила всё до малейшей детали, как пахли ее волосы, какая погода была в тот день, какая холодная была земля и какие маленькие семена были в её руках. Марта брала её маленькие ручки в свои мягкие, нежные и легонько направляла, помогая дочери во, грузить семечко на нужную глубину рыхлой и прохладной земли, она тогда так улыбалась, радуясь событию даже больше дочери. Для Марты деревья были её искрой и красками. Олейна запомнила не только моменты, но и то яркое и глубокое чувство, которое она больше не испытывала, после потери матери. Это чувство чем-то отличалось от других, словно незримо пахло добротой, уверенностью и лёгкостью. Воспоминания о матери были яркими и навсегда врезались в память, будто красочные картины на холстах из эмоций и чувств.

Из-под огромных облаков пробились яркие лучи солнца прямо девушке в лицо, наступило утро. Олейна встала из неудобного положения, протёрла глаза и посмотрела наверх и вдаль. Мелкие горные птицы Кирка пели ей утреннею балладу на своем чирикающим языке. Сейчас она совсем одна и внутри столько новых и непонятных чувств, что столо некомфортно и утренняя благодать не спасает от них. Расправив крылья, она, взлетая, сделала оборот вокруг своей оси, прижав руки к груди, придав себе этим немного уверенности, и полетела дальше…

Пролетев некоторое время, Олейна заметила необычное волнение в нескольких метров от неё. Впереди красовались три огромные горы, различны по росту, но плотно прилегая друг другу, будто сиамские близнецы, и на самом маленьком из трёх братьев гор, прямо на узком выступе, галдела туча птиц падальщиков. Немного снизив высоту, девушка из-под галдящих птиц заметила паренька, что лежал неподвижно, это был эллин, но только с некоторыми отличиями. Олейна легонько приземлилась и осторожно согнала птиц с его тела. Присев рядом, она дотронулась до его лба и прислонила пальцы тыльной стороной к его носу. Парень дышал, а лоб был очень горячий.

– Что с тобой случилось? – тихо произнесла она, с жалостью и тревогой. Но собеседник не мог ей ответить… Олейна напоила его водой и залечила раны лечебной мазью. Легонько выдохнув, она начала его рассматривать. Крылья у него были белые с голубым отливом, хотя глаза были синие, он их немного приоткрывал, находясь в бреду, волосы были длинные и светлые, завязанные на макушке в маленький пучок. А одежда была из похожего материала с её, только сердцевина волшебных растений была светящейся синей.

И тут губы у него посинели, и он начал дрожать. Олейна испугалась.

– Да, что с ним такое? – вымолвила она от испуга.

И девушка взяла кусок ткани и обмакнула её в воду и начала дрожащими руками протирать ему лицо. Парень в бреду начал что-то бормотать себе под нос, совсем не понятное.

– У него жар! И бред! – прошептала Олейна и от безысходности начала тихо петь, успокаивая больного. Эту колыбельную в детстве очень часто пела ей мама, когда девочке было плохо или грустно. И постепенно незнакомец начал успокаиваться, и жар немного начинал спадать. А Олейна поддавшись, накатившей на нее усталости, упала в глубокий сон. Что такое сон? Может это чудо, волшебство души или это эхо прошлого, незамеченные блики. И Олейна проснулась, от неожиданного шума, что так неприятно врезался в уши. Она открыла глаза и вместе с ярким солнцем увидела, как недавно умирающий незнакомец с энтузиазмом и ужасным выражением лица роется в её рюкзаке в поисках наживы. Девушка резко подскочила, взмахнув крыльями, сделала сальто назад и с яростью встала в боевую стойку. Глаза у девушки покраснели, и в тот же миг, скользнув волной по крыльям, менялись и они, обретая тот же жгуче красный цвет. Юноша обернулся и не успев ничего сказать, резко был атакован. Когда он открыл глаза, то уже был крепко связан.

– Кто ты?! Что искал в рюкзаке? – начала допрос Олейна, внимательно и резко глядя ему в глаза. Юноша от испуга выпучил глаза и начал, немного заикаясь говорить, точно понимая, что от ответа он уйти не сможет.

– Я Пин, из страны мерцающих эллинов, она здесь рядом… – произнес парень, чётко сообразив, что девушка чужестранка, хоть и той же расы, что и он.

– Я искал воду и еду! – произнёс виновато он, но увидя грозный взгляд девушки, начал переживать и озираться, пытаясь освободиться.

– Точно, что-то было не похоже, думаешь, я бы с тобой не поделилась? Я тебе отдала почти всю свою воду, а ты? Разве так делают эллины?! – с обидой произнесла Олейна.

– Ладно, я искал монеты, деньги! – признался Пин, с непонятной для себя стыдливостью, и даже немного удивился.

– Монеты? – произнесла девушка. – мне что-то подобное рассказывала Гера, и в книгах все отрицательные персонажи только ими и бредили… – прошептала Олейна, еле слышно. Ведь в Элейн всё было просто, ты мне, я тебе…

– Расскажи, как у вас в стране всё происходит? И почему ты здесь оказался? -спросила она Пина.

– Не знаю, как у вас в стране, но у нас жестокая система. Без монет не выжить. Ты либо работаешь, не поднимая головы, до полусмерти, либо ты силён и первые подчиняются тебе. – рассказал юноша, опустив голову и медленно глядя на Олейну исподлобья. Ветер раздувал их волосы и свистел в уши, принося лёгкую прохладу. Пин глубоко вдохнул и закрыл глаза, слушая песню ветра.

– А ты тогда кто? Тот, кто много работает, или тот, кто силён? – спросила Олейна, скрестив руки на груди и подняв озадаченно правую бровь, при этом величественно нависая над пленником.

– Я не тот и не другой…Я вор… Поэтому я здесь, меня поймали и избили, потом выкинули из страны… А я ведь не один такой, нас много… Мы ведь от нужды… – выпалил с жалостью и грустью Пин. Он больше не пытался вырваться и развязаться, и он больше не мог смотреть в глаза Олейне, ощущая дикий стыд и беспомощность.

– У меня нет особых талантов… не в ремесле, не в боевых искусствах… Я безнадёжен… Я вырос с матерью, отца не было… У неё было слабое здоровье, частые простуды, мигрени, нужны были лекарства… И постепенно с малых лет, я и научился воровать… – продолжил парень и закрыл глаза, и отвернулся, будто пытаясь спрятаться.

Олейна несколько минут вглядывалась в лицо Пина, пережёвывая и пытаясь довести до общего вывода, все что он ей сказал. Ей было жаль Пина, но показывать свою жалость девушка не могла, на то было уйма причин.

– Я думаю, нам нужно посетить твою страну. Мне нужно увидеть всё своими глазами. – наконец произнесла крылатая красавица, после долгой паузы.

– Нам?! – с ужасом спросил Пин, – Ты же понимаешь, что меня туда не пустят больше? Хотя… Через два дня в моей стране намечается грандиозная ярмарка с увеселениями и конкурсами… – с повеселившемся виде, сказал юноша.

– И как нам, это событие поможет? – озадачилась Олейна, и заметно подуста стоять, присела на корточки рядом с Пином, обхватив свои колени руками и внимательно продолжив смотреть на своего нежданного пленника, томно ожидая ответа.

– Дело в том,– продолжил юноша, – что на наших праздниках, всегда открыты двери всем… и нет стражей… Цель таких празднеств, заработать как можно больше монет, и к этому будут привлекаться все возможности.

– Ну, всё решено, будешь моим гидом, и без пререканий, к своей спасительнице! – сказала Олейна широко улыбаясь и заметно повеселев. Она величественно расставила руки в бока, как тот петух, показывая, что она лидер, и начала смеяться, устав от напряжённой атмосферы. Пин посмотрел на неё с интересом, но всё-таки тоже улыбнулся, немного смущаясь. Губы его потрескались, а глаза немного покраснели от недавней хвори, но он улыбался, хотя и был в наихудшем положении, юноша ощущал себя лучше и почему облегченно после того, как выговорил совсем незнакомой девушке, хоть очень малую, но правду.

– А раз так, я согласен, миледи… Только два вопроса, как тебя зовут, моя великая спасительница? И-и-и-и-и … может, развяжешь? – произнёс Пин и умоляюще взглянул на собеседницу. И Олейна всё-таки развязала воришку, слегка озираясь, думая о смене локации. Пин, наконец-то поднялся, размял ноги, вытянул руки и послушно стоял, ожидая дальнейших указаний красотки. А девушка в этот момент заметно удивилась.

– А он оказывается, высокий почти на две головы выше, вот зараза. Даже интересно, с такими данными и такой беспомощный и слабый… – подумала Олейна, закрывая рот от удивления и опуская голову на уровень своего роста.

Последующие два дня она изучала местные окрестности, прямо в устье средней горы, одной из трёх братьев, конечно, не без помощи Пина. Они нашли озеро, водопад, лежали на лужайке, и Пин открылся Олейне как музыкант, играя на самодельной дудочке, а делал он это так прекрасно и мелодично. Звук дудочки, перемешанный со звуком природы , он переливался по телу и дарил умиротворение и покой, всё вокруг становилось плавным и мягким, ярким. Прекрасная природа, и всё это, скрывали огромные и ужасные, на первый взгляд, холодные и тёмные горы.

.

Глава 4. Муравейник ярких красок.

Дождь тихонько шумел и падал мелкими каплями на горную местность. Солнца почти не было видно, а небо окутало тёмная пелена грозовых туч. И с того времени миновало два дня, и настал день грандиозной ярмарки, страны мерцающих эллинов.

– Идём Олейна, нам прямо и два раза налево, – сказал Пин, подавая девушке руку. Они пробирались через лужи и грязь, стараясь повыше поднимать ноги. На них были серые, длинные плащи с капюшоном, что раздобыл где-то Пин.

– Ну, почему, нельзя было просто прилететь? Обязательно так издеваться надо мной… ааа?? – капризничала Олейна, понимая, что её ноги насквозь промокли и покалено были в грязи.

– Если бы мы прилетели, нас могли заподозрить, и меня бы выкинули, и ты бы осталась без гида! – сказал юноша сухо, совсем не глядя на Олейну. Пин потихоньку приближался к дому, тому, что его отторг так безжалостно и быстро.

Преодолев препятствия в виде грязи и луж, они стояли прямо у ворот огромной страны. Высокие, почти пронзающие небо, золотые ворота в виде узорных деревьев без листьев, обрамленных рамкой в виде волны. Они блестели и можно было увидеть своё отражение в полном обличии, Олейна в этом отражении увидела насколько же она ниже Пина, и даже немного закомплексована. Наконец молодые эллины переступили порог и вошли, Пин накинул капюшон и сгорбившись, шёл позади Олейны, а она тем временем распахнула широко глаза и с изумлением рассматривала всё вокруг. Только переступив порог, внутри, как по волшебству, а может так и есть, дождь пропал и было сухо и светло.

Праздник был ярок и красочен, разноцветные фонари горели и при свете дня, и каждый своим цветом. Жители и их гости рассыпали по ветру сухую, будто пудра, краску, всеми цветами, что было в их ассортименте. Краска висела в воздухе, сияла на солнце и садилась на всё и вся. А огромная ярмарка ломилась от всевозможных яств и заморских сувениров. Это были сувениры, одежда и даже животные различных размеров и подтипов. Страна была полна гостей, и это были не только эллины… Пин, немного догнав свою спутницу, одним глазом, наблюдал за её детским восторгом и незаметно умилялся. Подходя ближе, Пин немного наклонился к ней и начал тихонько говорить: Смотри Олейна, это человек. Он взглядом указал на мужчину в тёплой шубе из шерсти и овечьих сапогах.

– Бескрылая раса, они живут в основном, на ровной поверхности, вне гор. – продолжил рассказывать он.

– Он сюда поднялся, только ради ярмарки? – удивилась Олейна, с интересом глядя на человека. Этот мужчина,, при этом вообще не обращал на них внимания, стоя у прилавка и бурно обсуждая что-то с продавцом меха, местным эллином.

– Вряд ли, наверно доставлял меха и животных их местности, все ради денег, тем более такое событие, прибыль ему гарантирована… – рассуждал юноша, с деловитым видом, почёсывая затылок.

Пройдя дальше, мимо огромных снежных барсов с клыками, торчавшими в разные стороны, они продавали их как наездников, чуть дальше красовались гибридные орлы такие же размером и нетипичными лапами. Олейна хотела подойти ближе, но её неожиданно и грубо толкнул низкорослый паренёк, и пошёл дальше с очень надменным видом.

– А это ещё кто?! – со злостью спросила она Пина, и размахивая от неожиданности руками, восстанавливая равновесие и ноги её при этом тоже закрутились, хоть паренек и был мал, но крепок.

– О! Это гномы, они очень богаты, то есть у них много монет, их тут любят. Маленькие они, потому что, живут под землёй. Им там рост особо не нужен, ну я так думаю… Месяцами они добывают руду и драгоценные камни, потом перепродают и идут тра-а-атить… – с горящими глазами рассказывал Пин, продолжая шагать мимо густо набитых прилавков, умудрился даже что-то умыкнуть. Они уже были все в рассыпчатой краске, будто окунулись в яркую радугу.

– Да, а ещё очень грубые, надменные и наглые… – добавила Олейна.

– Да есть такое, но они очень хорошо одеваются, как-то разнообразно и чётко. – с некой завистью продолжил он.

– Хм… ещё бы, их же надо хоть как-то терпеть, а тут хоть смотреть будет приятно! – съязвила Олейна, пытаясь делать шаги шире что бы успеть за Пином и не упустить ничего интересного, глядя по сторонам.

Через несколько метров от них, пара эллинов танцевали на невысокой, маленькой и круглой сцене на толстой ножке, что была посередине. Они ходили босиком и легонько прикасались руками друг к другу, обернувшись плавно прикасались крыльями, красиво двигаясь под мелодичный звук флейты. Эллины смотрели друг другу в глаза мягко и нежно взлетали, держась за руки, и в полёте кружились, их белые наряды кружились вместе с ними, длинные шлейфы вырисовывали невероятные образы следуя за прекрассным танцем.

Здесь Пин, чуть приблизившись к Олейне, начал шептать ей в ушко: Посмотри немного влево, на мужчину в ярко-синем плаще. Девушка отвела взгляд и увидела необычного мужчину, он не был не эллином и не гномом… Глаза у него были огромные и круглые, они почти не двигались, а вместо волос были перья. Нос был острый, и в целом напоминал разноцветного павлина.

– Кто он? «Он прекрасен…» – спросила, в очередной раз Олейна.

– Это – ильфин, – начал рассказывать Пин, – они немного похожи на нас, но крылья у них меньше, и они очень пафосные, аристократы, одним словом… ильфины не больно нас любят, да, они всех не очень любят… – с немногим отчаянием заявил он.

Этот ильфин, не был похож на надменного выскочек, как охарактеризовал его Пин. Он с таким восхищением наблюдал за танцем мерцающих эллинов, что Олейна не придала всерьёз слова своего спутника, и тихонько приближалась к танцорам, наблюдая за ильфином.

Пин легонько схватил девушку за руку и повёл в самую глубь ярмарки, подальше от ненавистного им ильфина. Олейна от неожиданной смелости и непонимания намерений Пина, не стала сопротивляться и последовала резкому направлению. Они проходили мимо вольеров с небольшими животными. Синие обезьянки, из своей клетки тянули свои маленькие лапки и тихонько пищали, розовые слоники с полуметра и лохматые собаки с очень длинными и гибкими хвостами.

– Девушка! А девушка! Купите обезьянку, вы ему очень понравились, – обратилась к Олейне, очень необычный продавец. Кожа у неё была красная, как и зрачки, будто она была в ярости, а на голове, поверх шикарных чёрных волос, красовались огромные рога, украшенные, ибо она была девушкой, красивыми, блестящими стразами.

– Ой нет, я как-нибудь в другой раз, – отказалась Олейна, поглаживая обезьянку указательным пальцем. И она с Пином пошли дальше, мимо прилавков с ароматной выпечкой, что разносился метров на пять, таких прилавков было несколько, один за другим на различный вкус и цвет, даже размер.

– Этот продавец обезьянки, кстати, был дармин. Они тут везде, очень шустрые ребята. Вон там ещё один… – и он показал вперед, на всадника, который управлял огромным снежным барсом. – Их называют жестокими, но я не уверен, думаю, они такие, же как я, делают то, что не хотят, от великой нужды… – улыбаясь с грустными глазами, сказал Пин, проходя прилавки с блестящими украшениями. Он протянул Олейне небольшую булочку, которую умудрился, незаметно умыкнуть.

Олейна сначала хотела отказаться от булочки, всё-таки воровство, но голод сыграл своё, и она уже шла с набитом ртом.

За эту прогулку, Пин заметно осмелел и даже почувствовал некую необходимость в себе, хоть и на определенное время, но он был нужен, и она зависела от него. Пин почувствовал себя не таким одиноким. Его мама пропала нескольео лет назад, оставив пустоту в его сердце. У него было много знакомых воришек, таких же, как и он, но в этой компании каждый сам за себя, никто никому не доверял. Но Олейна какая-то другая, наивная, и он не мог с ней быть таким же как с другими, он чувствовал это. Ее доверие, доброта пробуждало давно забытое чувство, что пропало вместе с матерью.

Оказавшись в сердце ярмарки, они увидели огромное шоу представление с участием танцующих эллинов в одинаковых ярко-синих костюмах со рванными шлейфами, они двигались подобно змеям и собравшись начали петь на древнем языке, приятную для слуха песню, негромкими, высокими голосами. И неожиданно из толпы, выплыл знакомый ильфин. Он немного растерялся, не зная, к кому обратиться, глядя то на Пина, то на Олейну, но всё-таки подошёл, его осанка была идеальна, и манеры чувствовались в каждом движении.

– Прошу прощения, меня зовут Кристофер, я заметил вас минут 30 назад, очень хотел бы с вами познакомиться! – начал свой диалог, аристократичный ильфин.

– Ого! Кто снизошёл до нас! Раньше они даже и разговаривать с нами не хотели. – подумал Пин.

– Да, здравствуйте, меня зовут Олейна, а это мой друг Пин, – среагировала девушка, широко улыбаясь и немного смущаясь, поправляя свои немного запутавшиеся волосы.

– Вы местные… И не участвуете в ярмарке, можно поинтересоваться почему? – спросил Кристофер, предполагая, что они из местной знати.

– Нет, мы не местные, мы с Пином из другой страны эллинов. Путешествуем, узнаем новые места, изучаем… – объяснила Олейна, смотря в необычные глаза неожиданного собеседника. Она соврала насчет Пина, ведь до праздника он умолял её, никому не говорить и не выдавать его. Он так боялся, стражников и местную знать, что она решила всё разузнать про них.

– Неужели… – удивился Кристофер, – знаете, у себя в стране, я известен как учёный, изучаю травы, изобретаю настойки лекарственные. Я хотел бы предложить., если вы не против, пригласить вас в свой скромный дом. Мой дом недалеко от данного празднества, минут 15 в полёте. Я угощу вас ужином, а вы расскажите о своем путешествии и главное, о своей стране… – закончил свой диалог ильфин и надменно улыбнулся.

Пин хотел возразить, предчувствуя недоброе от этого джентльмена, но не осмелился, и мысль об ужине его немного порадовала, и не стал встревать в диалог.

– Да, было бы очень хорошо, – согласилась Олейна без капли сомнения. Она подумала о возможности не только, узнать Кристофера побольше, но и расспросить про местную знать и их общую систему, уже от лица знатного ильфина.

И через некоторое время, они все вместе удалились с праздника. Олейна хотела уже расстроиться, что не всё успела посмотреть, но любезный Кристофер заверил её, что этот праздник будет длиться ещё три дня. Сверху ярмарка казалась Олейне, большим разноцветным муравейником, с чем всегда боролся отец, она улыбнулась, вспомнив яркие моменты, и улетела вслед за своими спутниками.

Глава 5. Переживания и любовь.

Гера всё стояла и стояла, в тот момент, когда её лучшая подруга покидала скрытую страну. Ветер обдувал её лицо, и волосы путались и падали на глаза. И когда девушка потеряла подругу в зоне видимости, то проверила своего младшего брата, и осторожно, пошла назад. Было грустно и немного страшно, ведь Олейну будут искать, и им не убежать от ответственности, но этого Олейне никто не хотел говорить, ей дали столь необходимую свободу, без знаний об ответственности за других.

Вечерело, Оум сидел в своей излюбленной чайной, и потягивал ароматный напиток, компанию ему составлял его старый друг и бывший соратник в рыцарских рядах. Чак был крупный и с солидной бородой, имел очень красивые светло-голубые глаза, обрамленные чёрными ресницами. Он сидел напротив, попивая огромную глиняную чашку чая и заедая большой ложкой сладкий мёд, словно голодный мишка.

– Как дела в наших рыцарских рядах? – спросил Оум своего друга, похлопывая его по огромному плечу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.