Куриный бульон для души. Истории для детей

Как мы спасли Пипа

В жизни человека есть три важные вещи. Первое – надо быть добрым. Второе – надо быть добрым. И третье – надо быть добрым.

Это случилось солнечным июньским днем. Вместе с моей сестрой Дженни мы шли из школы домой, как вдруг услышали, что из пустого мусорного бачка на тротуаре доносится птичье чириканье. Мы подошли и открыли крышку. На дне сидела маленькая грустная ласточка и жалобно чирикала. Ее правое крыло торчало под странным углом, и Дженни сказала, что оно, наверное, сломано. Сестра взяла птичку в руки, нежно приговаривая, чтобы та не боялась. Ласточка пищала все время, пока мы несли ее домой.

Мама посмотрела на птицу и строго сказала: «Нет! Больше в доме животных не будет!» Но потом она увидела ее большие и грустные глаза, услышала жалобный писк, и мамино сердце растаяло. На это мы и рассчитывали.

Мама отправила меня в ванную за пластырем и пипеткой, а сама посадила птицу на стол, чтобы лучше ее рассмотреть. Мама сказала, что крыло ласточки сломано и нужно поставить на него «шину». Она взяла палочку от леденца из прессованного картона и аккуратно пластырем прикрепила ее к поврежденному крылу.

Все это время наша собака интересовалась птицей. Бродила вокруг стола и старалась ее рассмотреть. Приходилось отгонять пса, чтобы чего не случилось.

После того как «шина» была готова, мы начали кормить птицу крошками хлеба и поить водой из пипетки. Сначала ласточка не ела и не пила, но потом набросилась на крошки и склевала их очень много.

Мы назвали ласточку Пипом и посадили в клетку. Раньше в ней жил хомяк Пеппер, который недавно умер от старости. Каждый вечер мы накрывали клетку полотенцем, и ласточка засыпала. Каждое утро ставили клетку в саду и открывали дверцу, чтобы птица могла погулять и подышать свежим воздухом. Пип не мог летать, и от этого ему было очень грустно.

Довольно скоро Пип подружился с нашей собакой. Он запрыгивал ей на спину, и собака возила его по саду. Со временем Пип окреп, и мама сказала, что пора снимать с крыла «шину».

Мы поставили птичку на стол, и мама маникюрными ножницами отрезала картонную палочку вместе с большой частью пластыря. Весь пластырь ей снять не удалось – в некоторых местах он держался очень крепко.

На следующее утро, когда мы открыли дверцу клетки, птичка вылетела, покружила немного, но потом вернулась. Мы смотрели на ласточку как гордые родители на своих детей. Потом каждое утро мы отпускали птичку полетать, но она всегда возвращалась обратно.

Когда через две недели Дженни выпустила ласточку, она взвилась в воздух и исчезла из вида. Мы оставили клетку с открытой дверцей на улице, но птичка не возвращалась. К вечеру стало понятно, что Пип, скорее всего, уже не прилетит. Мама сказала, что он нашел своих сородичей и остался жить с ними. Услышав ее слова, мы с Дженни расплакались. Мы очень скучали по Пипу. Тосковала даже наша собака, которая каждое утро ходила вокруг клетки и обнюхивала ее.

Через несколько месяцев после этого, когда мы с Дженни возвращались из школы, на дерево у дороги села ласточка. Мы остановились и с удивлением уставились на птичку. На ее правом крыле виднелись остатки пластыря.

Это был Пип. Мы рассматривали его в полном молчании. Несколько секунд он, громко посвистывая, сидел на ветке, а потом взлетел и присоединился к стайке круживших в небе ласточек. Пип прилетел, чтобы попрощаться с нами и поблагодарить за то, что мы спасли ему жизнь.

Ивон Принц, 9 лет

Зима и бездомная

Когда вы делаете добрые дела, на душе у вас становится хорошо и спокойно. Словно что-то внутри вашего тела говорит: «Да, вот именно так человек и должен себя чувствовать».

Санки быстро скользили по свежевыпавшему снегу. Наконец-то я катаюсь! Я об этом мечтала с самого начала зимы. Гора, с которой я съезжала, была высокой. Я поднималась до ее вершины, волоча за собой санки, и снег приятно скрипел под ногами. Мои руки и ноги устали, а ветер обжигал щеки, и на глаза наворачивались слезы. Но я обожала кататься, и холод меня не останавливал.

Я дошла до вершины горы, легла животом на санки и понеслась вниз. В глазах зарябило от тряски и большой скорости. Ого! Вот это да! И вдруг краем глаза я что-то заметила.

Я остановилась у подножия горки, чтобы осмотреться и понять, что же привлекло мое внимание, и увидела женщину. Она шла по тротуару, толкая перед собой тележку из магазина. Дорожку никто не чистил, поэтому идти было трудно. Женщина медленно приближалась ко мне, и я увидела, что она одета в несколько легких плащей и шапок, а перчатки на руках дырявые. Тут я поняла, что это бездомная. Выглядела она усталой, замерзшей и голодной, и мне стало ее жалко. Как же я могла радоваться снегу и ветру, когда другому человеку холодно?

Я наблюдала, как бездомная толкает тележку. Я хотела помочь женщине, но не знала, как это сделать. И тут я вспомнила, что на вершине горы стоит церковь. Волоча за собой санки, я взбежала по склону, пересекла парковку и открыла высокие двери храма. Внутри находился только один мужчина. Он подметал пол. Я рассказала ему, что встретила бездомную с тележкой.

Мы вышли на улицу и увидели ту самую женщину. Мужчина догнал ее и сказал, что храм дает приют всем бездомным на эти выходные и она, если хочет, может погреться и поесть. Женщина была очень благодарна, и мне было приятно, что я помогла ей.

Когда я вышла из храма, пошел легкий снег. На душе было тихо и спокойно. Я снова легла на санки и понеслась со склона. Но на этот раз мне казалось, что ветер больше не обжигает щеки и глаза не слезятся. Я почувствовала тепло, согревающее меня изнутри. Это был просто прекрасный день!

Алис Багдол, 11 лет

Помощь вдали от берега

Именно наш выбор, а не наши способности определяют то, кем мы являемся на самом деле.

Работая веслами, Тод и Брет отправили свою лодку, склеенную из картонных упаковок из-под молока, к линии старта гонки.

– Слушай, Тод, – сказал другу Брет, – в этом году мы обязательно должны выиграть. Наша лодка лучшая.

– Да, у нас хорошие шансы, – ответил Тод и кивнул, – нам сейчас уже по двенадцать, мы последний раз выступаем среди детей младшего возраста. Если мы решим участвовать в гонке в следующем году, то выиграть у ребят, которые нас старше, будет гораздо сложнее.

– Точно, – согласился Брет, – так что смотри, боремся за первое место. Второго, как в прошлом году, нам не надо, верно?

Тод снова кивнул другу в ответ и похлопал рукой по борту лодки. Они ее мастерили несколько месяцев в гараже Брета – разворачивали и склеивали сотни коробок из-под молока, чтобы потом сделать из них корпус. Соревнование, в котором участвовали друзья, организовала местная ассоциация молочных фермеров. Каждый год оно проходило на озере.

– Послушай, – сказал Брет, – соперники в этом году у нас совсем слабые, поэтому, как только дадут сигнал, нам надо грести изо всех сил и не снижать темп, пока мы не пересечем финишную черту.

– Договорились, – ответил Тод и посмотрел на конкурентов. К этой гонке ребята построили самые разные и подчас очень смешные лодки. Тод внимательно глядел на соседнюю шлюпку, в которой сидел невысокий мальчишка, наверное, не старше восьми лет. В гонке участвовали ребята, которым уже исполнилось восемь. У этого парня была совсем плохонькая лодка, которая так и норовила уплыть куда-нибудь в сторону.

– Брет, смотри, – сказал Тод, показывая веслом на мальчишку, – видишь того парня? Он совсем один.

– Он, наверное, сам свое корыто и построил. Глянь какое! На нем точно далеко не уплывешь!

«Действительно, – подумал Тод, – лодчонка у него хлипкая», – и покачал головой, представив, как много часов ушло у мальчишки, чтобы ее сделать.

Раздался сигнал к началу гонки. Тод опустил весло в воду и принялся грести. Брет, сидевший на носу лодки, тоже греб изо всех сил. Мальчики уверенно вырвались вперед, оставляя позади конкурентов.

– Не снижай темпа! Греби! Мы всех опередили! – возбужденно кричал Брет товарищу.

«Ничего себе, мы выигрываем! – подумал Тод, оглядываясь по сторонам. – Мы вырвались вперед!»

Впереди замаячила линия финиша. До нее было еще далеко, но их лодка шла с большим отрывом от остальных. Тод на секунду перестал грести и повернулся, чтобы посмотреть, как идут дела у мальчика, который был рядом с ними на старте.

– Брет, – крикнул Тод приятелю, – тот мальчишка практически вперед не продвинулся, его лодку сносит в сторону. Он вообще не умеет ей управлять!

– Ну и что? – не оборачиваясь, ответил товарищу Брет. – Нам-то какое дело? Мы же выигрываем!

«Да, мы выигрываем», – подумал Тод. Но он никак не мог выбросить из головы воспоминания о том, как они с Бретом в первый раз участвовали в этой гонке. Тогда им обоим было по девять лет. Они не умели грести, и их лодка была очень плохо сделана. Судно так и не доплыло до финиша и затонуло где-то на полпути к нему, а друзья, вернувшись на берег, расплакались.

– Ему надо помочь! – прокричал Тод.

– Ты что, с ума сошел?! – Брет настолько удивился, что вытащил весло из воды и обернулся. – Давай не отвлекаться. Мы выиграем эту гонку, если продолжим грести. Кто нам этот мальчишка? Сам виноват, что не умеет управлять лодкой!

– Я вспомнил времена, когда мы с тобой были такие же, как он, – ответил Тод, – я собираюсь ему помочь, даже если ты откажешься.

Тод откинул весло и свесил ноги с бортика, готовый в любую секунду броситься в воду и плыть к мальчишке в неуправляемой лодке.

– Эй, постой! – остановил его Брет. – Если ты уплывешь, я один точно не выиграю!

– Если ты мне поможешь, то мы сможем пересечь финишную черту вместе с ним, – ответил другу Тод. Брет с удивлением посмотрел на Тода, а потом на догонявшую их лодку ближайшего конкурента.

– Ладно, – ответил он, – ерунда все это, но у меня нет выбора. Давай плыть к тому парню.

Брет с Тодом быстро развернули лодку и поплыли в сторону мальчика-неудачника, чью шлюпку сносило к центру озера и у которого вообще не было шансов дойти до финиша.

– Кидай нам свой швартовый канат! – закричал Тод мальчику, когда они приблизились к нему.

Малец со слезами в глазах бросил канат. Тод поймал веревку и привязал к крюку на корме.

– Все, плывем назад! – крикнул он Брету.

Тод начал грести и, повернувшись к мальчику, прокричал:

– Мы дотянем тебя до финиша на буксире!

– Ну и мысли тебе в голову приходят! – ворчал Брет. – Мы бы выиграли, если бы ты не придумал всей этой ерунды. А теперь точно проиграли. – Он показал рукой на десяток лодок, находившихся гораздо ближе к финишу, чем они. Тод посмотрел на мальчишку в неуклюжей лодке, которая наконец двигалась в нужном направлении.

– Спасибо, – сказал мальчик Тоду, – без вас у меня бы ничего не получилось. Мне очень жаль, что теперь вы не выиграете.

– Не переживай, – ответил ему Тод, – прийти первым – не самое главное.

Мальчик улыбнулся и кивнул. Тод был рад тому, что они с Бретом помогли ему.

Хитер Классен

Ангел-хранитель

Забудь раны и сложности; никогда не забывай доброты.

– Гляди, новенькая опять на нас смотрит! – сказала моя лучшая подруга Шерри.

Я обвела взглядом заполненную шестиклассниками столовую и увидела, что новенькая сидит за одним из столов в полном одиночестве. Она повернулась в нашу сторону, и я помахала ей.

– Перестань! – воскликнула Шерри и схватила меня за руку.

– Представь, каково бы тебе было, если бы ты сама только-только пришла в чужую школу, – сказала я, – между прочим, я за ней уже неделю наблюдаю и скажу тебе, что она почти ничего не ест.

Я снова помахала девочке, а потом жестом позвала ее к нам.

Она медленно встала и подошла. Ее джинсы были, казалось, на два размера больше, чем нужно, а жесткие немытые волосы падали на лицо. Она подошла к нашему столу и уставилась на свои поношенные шлепки.

– Привет, – сказала я, – меня зовут Кейти, а это Шерри.

– Привет, – тихо ответила девочка, – а меня – Шарлота.

– Хочешь с нами поесть? – спросила я ее. – Присаживайся!

Шарлота подняла голову, и на ее лице проявилась улыбка.

– Мама дала мне сегодня два бутерброда, – сказала я, – она считает, что мне надо поправиться. Но я никогда не съедаю два бутерброда во время обеда. Если хочешь, бери.

– Ты действительно не будешь? – уточнила Шарлота.

Вместо ответа я пододвинула бутерброд к ней.

После школы я пригласила Шарлоту к себе домой. Я показала ей стоявшие в моей комнате фотографии, а потом похвасталась коллекцией украшений. Шарлоте очень понравились серьги с золотыми ангелами. – Никогда в жизни не видела ничего красивее! – восхищенно произнесла она.

– Это мои ангелы-хранители, – объяснила я.

Потом я сбегала в кухню и вернулась уже с тарелкой салата.

– Нет, спасибо, – смущенно забормотала Шарлота, – мне пора домой.

И кинулась к двери.

– Постой, подожди! – воскликнула я и бросилась за ней.

– Увидимся завтра в школе! – прокричала Шарлота, убегая по тротуару.

– Меня завтра не будет! – закричала я ей вслед. – Увидимся в четверг! Если хочешь, принесу тебе бутерброд.

Она остановилась и повернулась ко мне.

– Спасибо, Кейти, – ответила она, – несколько недель назад моя мама потеряла работу, поэтому у нас сейчас с деньгами большие проблемы.

Потом она повернулась снова и поспешила прочь.

Следующим утром я увидела Шарлоту в школе.

– Подожди! – крикнула я ей.

Вид у нее был смущенный.

– А я думала, что ты сегодня не придешь… – пробормотала она.

– Мама хотела отвести меня к зубному, но планы поменялись, – объяснила я.

– Ну, ладно, мне пора, – сказала Шарлота и уже собралась уходить, но я ее удержала.

Взяла ее за руку, повернула к себе и просто застыла от шока. У нее в ушах были мои золотые сережки с ангелами. Она вырвалась и бросилась от меня по коридору.

Я вся кипела от негодования.

«Да что же это такое! Как такое может быть? – думала я. – Хотела с ней дружить, а она у меня сережки украла!»

Когда я пришла домой после школы, зазвонил телефон. Я сняла трубку и услышала на другом конце провода всхлипы.

– Кейти… – сказал в трубке голос Шарлоты.

– Чего тебе надо? – раздраженно спросила я.

– Прости, что я взяла твои сережки, – ответила она срывающимся голосом.

– Значит, так ты мне отплатила за то, что я хотела с тобой дружить! – прокричала я.

– Извини.

Шарлота долго молчала, а потом сказала: «Я не могу долго говорить: звоню из уличного автомата. У меня не получится привезти тебе сережки. Но может быть, ты сможешь забрать их сама? Я живу с мамой в парке трейлеров в Медоуленд, в вагончике номер пятьдесят четыре».

Я не ответила и повесила трубку. Но тут я вспомнила то, что Шарлота ходит в обносках, а еды ей на обед не дают, и почувствовала, что моя злость исчезла. Передо мной был выбор: я могла продолжать на нее злиться, а могла попытаться помочь попавшему в беду человеку.

Я взяла кое-что из своих вещей и попросила маму отвести меня к Шарлоте.

Трейлер-парк был не очень далеко. Мы нашли вагончик под номером 54, и я увидела старый трейлер с облупившейся краской, одно из окон которого было заколочено фанерой.

Шарлота открыла нам дверь.

– Прости, – снова сказала она.

– Не расстраивайся, – ответила я и отдала ей большой пакет, – я тебе кое-что привезла. Надеюсь, что ты не будешь возражать.

И без того всегда ярко-голубые глаза Шарлоты в этот момент просто засветились. Она заглянула в пакет и увидела, что в нем лежит еда, одежда, пара туфель и даже сережки.

– Конечно, я не буду возражать! – воскликнула она. – Я очень тебе благодарна!

Она крепко обняла меня и так долго держала в объятиях, что казалось, уже никогда не отпустит. Потом она достала из кармана мои сережки с ангелами и отдала мне.

– Когда я их увидела, – объяснила она, – подумала, что мне ангел-хранитель нужнее, чем тебе. Но получилось так, что у меня он уже есть… И это ты.

Кейти Дафилд

Маленькие самаритяне

Любое доброе дело, пусть самое маленькое, никогда не проходит бесследно.

Когда мне было восемь лет, моя семья жила в небольшом старом доме. Нас было девять человек: я, мои родители, две сестры, двое братьев, сводный брат и сводная сестра. Как вы понимаете, это была большая семья.

Одним жарким летом мы увидели рядом с нашим домом старую худую женщину в простом синем платье и коричневых башмаках. Она проходила мимо нашего дома каждый день. Вместе с моим братом Кирби мы стали присматриваться к ней и обратили внимание, что ее взгляд постоянно устремлен в землю. Было видно, что она очень мало ест и, скорее всего, голодает. К тому же мы ни разу не замечали, чтобы она носила что-то другое, кроме синего платья. Наша многодетная семья не была обеспеченной, но мы, наверное, были богачами по сравнению с этой женщиной.

Нам захотелось ей помочь. Мы с Кирби собрали всех братьев и сестер и разработали план действий. Вытащив мелочь из копилок, мы рассказали матери, что хотим помочь старой женщине. Мама не только поддержала нас, но и дала нам несколько долларов!

Несмотря на то что незнакомка была бедной, держалась она с достоинством. Поэтому мы собирались не просто подойти к ней и дать деньги – у нас был другой, более хитрый план: мы хотели разбросать деньги на дороге, по которой эта женщина проходила около нашего дома.