Омский горячий твой

Алёна перестаёт вырываться. Просто зажмуривается и дрожит, лежит неподвижно. Я отпускаю её руки и стаскиваю с неё трусики. Очень красивые, нежно-фиолетовые. Она снова в чулках. Это потрясающе!

Перед моим взором предстаёт её нежная розовая плоть. Гладкая и мокрая – слюни текут. Нервно сглатываю их и приникаю ртом к её киске. Алёна вскрикивает и хватается руками за мои волосы. У неё потрясающий вкус. Такой свежий и бодрящий, как первый снег!

– Глеб, пожалуйста, не надо! – громко стонет она.

А сама извивается под моим языком. Её сок уже выплёскивается через край и стекает тонкой вязкой струйкой по бедру. Когда мой язык проникает внутрь неё, она бьётся в экстазе, сжимая коленями мою голову так сильно, что я опасаюсь за свою жизнь. Сейчас лопнет моя башка. Алёна так сладко и быстро кончает, что мне не верится. Впервые подо мной такая страстная девочка. Соскучилась побольше моего?

Я тут же расстёгиваю ширинку и вытираю мокрые губы и бороду рукой, нависая над ней. Вот он, мой триумф! Все мои прошлые победы, неважно где, меркнут перед осознанием того, что сейчас произойдёт.

Я утыкаюсь лицом в её томно пахнущую цветами шею, приспускаю джинсы и трусы и достаю свой член. Алёна кладёт свои ладони на мою грудь, и от её прикосновений меня снова затапливает волной эмоций.

Я уже упираюсь головкой в её узенькое лоно, готовое принять меня, как вдруг Алёна изо всех сил начинает отталкивать меня от себя.

– Нет, Глеб, прекрати! – верещит она. – Ты же обещал только потрогать!

– Заткнись, – шиплю я ей в лицо. Какого хера она меня снова динамит? Я же вижу, что хочет. – Теперь моя очередь!

– Глеб, пожалуйста! – уже вовсю истерит девчонка. Я вижу, как она закусывает губу. Не просто закусывает, до крови закусывает. Под её остреньким резцом проступает капелька крови, а слёзы текут по её вискам. – Пожалуйста, не надо! Я прошу тебя!

Она так яростно мне сопротивляется, что я понимаю, что это не игра. Она не хочет проникновения. Не готова? Боится? Я не знаю, что и думать, но я готов к насилию. Готов взять Алёну силой, вопреки её желаниям. Готов преступить закон. Пусть меня посадят! Да нет, я же адвокат, не посадят! К чёрту всё! Лучше жениться, чем срок мотать.

У меня падает сердце. Я не могу смотреть на её слёзы. Да что не так-то? Опять заведёт пластинку про ЗАГС? Я так хочу в неё войти, что готов ей наобещать с три короба.

– Милая, – шепчу я Алёне, снова прижимая её руки к кровати. – Завтра мы подадим заявления в ЗАГС. Потом поженимся, как ты хочешь. Утром поедем и подадим, – Боже, что я несу? Я уже сам не понимаю, что происходит. Мне просто нужно войти в неё. Утолить свой голод. Мой член уже раздвигает её лепестки без помощи рук. Сейчас я втиснусь в эту мокрую тесноту или сойду с ума. – Алёна, ты станешь моей женой, обещаю, позволь мне сейчас сделать это. Мы поженимся. Клянусь!