Стаи хищников в сфере экономики

Примерно через три часа работы напарник спросил у Нещадимова:

– А что, «седьмой флот» уже закончил свою работу?

– Да нет, еще продолжает трудиться.

И он кивком головы показал на даму, безучастно стоявшую с безразличным видом рядом с толпой.

– Кончай прикалывать. Она просто зашла сюда поглазеть, увидев очередь на входе.

После окончания мероприятия в кабинете напарник все же вернулся к этому вопросу.

– Валерий Михайлович, та дама, которую ты мне показывал, была действительно из «наружки»?

– Да.

– Ну надо же так прикидываться, никогда бы не подумал.

В настоящее время используемая специальная техника не сравнима с ранее имевшейся на вооружении у оперативных служб, но человеческий фактор все же остается наиболее приоритетным.

Купленную аппаратуру спекулянты складывали в скоростные по тем временам автомобили марки «ВАЗ-2103» либо «ВАЗ-2106», стоявшие неподалеку во дворах домов. У сотрудников УБХСС служебный автотранспорт был менее скоростным, в основном новые «ВАЗ-2111» преимущественно василькового цвета. О специфической цветной гамме знали даже некоторые спекулянты. После загрузки очередной автомашины аппаратурой она выезжала на улицу и сливалась с потоком машин. Через 300–400 метров за ней пристраивался экипаж службы скрытого наблюдения и без проблем доводил до адреса. На спецавтомобилях стояли форсированные двигатели и по два бензобака, так что скрыться от них было практически невозможно. У лиц, осуществлявших контрнаблюдение за отъезжавшими машинам с аппаратурой, пока работала «наружка», никаких подозрений не возникало.

Когда спекулянты в очередной раз загрузили радиоаппаратуру в автомашину и она выехала со двора, все экипажи наружного наблюдения разъехались, и пришлось за ней посылать служебный транспорт василькового цвета. Чтобы не упустить из виду, оперативники выехали за ней почти сразу. Молодой человек, осуществлявший контрнаблюдение, заметил слежку и стал по рации связываться с уехавшим сообщником. Но тот его скорее всего не слышал. Тогда он, рискуя попасть под колеса проезжавших автомобилей, остановил попутную машину, что-то сказал водителю, и они на большой скорости уехали за ним. Инициатор проведения операции по рации сообщил опергруппе:

– Второй – двадцать первому. Будьте предельно внимательны. За вами выехал пассажир. В случае беспокойства объекта возвращайтесь на базу.

– Двадцать первый – второму. Понял.

У преступников еще не было таких мощных раций, как у оперативников. Прибыв в управление, сотрудники, преследовавшие спекулянта, сообщили, что он дважды проезжал на красный свет, а затем проверялся, не поехал ли кто за ним. Оперативники, зная примерный маршрут его следования, не нарушая правил, держались от объекта на безопасном расстоянии и дважды его догоняли, не вызывая подозрения. Затем по указанию инициатора разработки прекратили наблюдение. К этому времени многие адреса складирования радиоаппаратуры уже были установлены.

В бытность Советского Союза за спекуляцию людей отправляли в места не столь отдаленные от Заполярного круга, а сейчас это называется бизнесом. Тем не менее здесь не все так просто, как может казаться, поскольку прослеживается явное стяжательство за счет ущемления интересов других граждан, в том числе производителей продукции. Можно понять, когда прибыль от подобных действий составляет 25–30 %, но когда она превышает несколько сотен процентов, такой дикий бизнес подрывает экономику страны и опустошает кошельки граждан. Здесь налицо монополия и картельный сговор.

Достаточно привести один яркий пример: до мирового финансового кризиса в 2008 году у некоторых строительных организаций, работавших в московском регионе, прибыль достигала более 300 %. В условиях рыночной экономики было бы противоестественно вводить уголовную ответственность за подобный «бизнес». Однако в переходный период ограничительные меры, определенная предельно допустимая планка повышения цен хотя бы на ряд товаров и в первую очередь на детские, должны иметь место. Такой порядок регулирования цен на отдельные товары существует во многих цивилизованных странах.

В тот период в организованных формированиях стали происходить качественные структурные изменения, которых раньше не было. Совершаемые ими преступления все чаще начали приобретать межрегиональный и межотраслевой характер. Наметилась тенденция консолидации общеуголовных элементов с дельцами теневой экономики. Наибольшее распространение получили организованные экономические преступления.

Весной, в середине 1980-х годов, третьим отделом управления БХСС города Москвы (направление деятельности – промышленная торговля и легкая промышленность) проводилась оперативная разработка преступной группировки, состоявшей из работников универмага «Березка», расположенного в гостинице «Россия». В результате которой было установлено, что заведующие торговыми отделами, их заместители, администраторы, кассиры и продавцы при помощи хитро придуманных операций в ущерб государственным интересам присваивали иностранную валюту. По оперативным данным, часть валюты заведующие отделами передавали директору универмага Зиминой Маргарите Васильевне по прозвищу Марго.

Руководство третьего отдела приняло решение начать реализацию полученных материалов с задержания всей смены работников универмага «Березка» после его закрытия. При этом возник вопрос о выборе дня проведения масштабной операции, от которого во многом зависел успех запланированного мероприятия. Одни предлагали начать ее в пятницу. Другие – в начале недели, дабы до выходных успеть завершить все неотложные следственные действия.

Выбрать нужный день помог его величество случай. Нещадимову, инициатору разработки, стало известно, что в ближайшее время управление «Росинвалютторга» планирует проведение проверки универмага. Как правило, перед такого рода мероприятиями любая проверяемая сторона старается навести порядок на рабочих местах, убрать все лишние документы, предметы, которые могут быть обнаружены проверяющими. Сотрудники УБХСС решили воспользоваться представившейся возможностью и операцию начать накануне проверки.

Спустя три дня, в теплый майский день, на Петровку, 38, прибыли два туристических автобуса с двадцатью пятью внештатными сотрудниками. Среди них находились и симпатичные девушки, которые своим видом отвлекали внимание некоторых морально неустойчивых сотрудников. С прибывшими молодыми людьми и оперативными сотрудниками Нещадимов провел инструктаж в присутствии начальника отдела Юрия Павловича Колесова по прозвищу Колесо, внешне похожего на актера Каневского, на котором подчеркнул:

– Торговый люд, к сожалению, как показала практика, имеет низкий уровень воспитания, и от них можно ожидать всяких нежелательных эксцессов. Поэтому в ходе мероприятий будьте предельно внимательны.

На что Колесов, скорее всего для присутствующих гражданских лиц, глубокомысленно заметил:

– Не все работники торговли маловоспитанные, многие из них порядочные, воспитанные люди.

Раньше, как правило, в день проведения операций не принимались строгие меры конспирации, считалось излишним занятием. Но впоследствии выяснилось, что напрасно пренебрегали требованиями предосторожности.

В восемнадцать часов пятнадцать оперативных сотрудников третьего и других отделов управления БХСС вместе с внештатными сотрудниками выехали к гостинице «Россия». В настоящее время ее и в помине нет. Сейчас на этой территории располагается ландшафтный парк «Зарядье». Через двадцать минут вся бригада уже находилась недалеко от универмага «Березка». Один автобус поставили внизу при спуске на набережную, около кинотеатра «Зарядье», рядом с остановкой городского транспорта. Второй – недалеко от дороги, ведущей к метро. Оперативники вместе с представителями общественности перекрыли возможные маршруты движения из универмага. Все группы обеспечили современными рациями немецкого производства. Мобильных телефонов в то время еще не существовало.

К девятнадцати часам участники операции были расставлены по местам и стали ждать выхода работников из магазина. Две группы, в составе которых для пущей маскировки находились и три девушки, изображавшие из себя праздношатающихся, слившись с прогуливающимися парочками, вели визуальное наблюдение за людьми, выходившими из универмага.

Как часто бывает в подобных случаях, основной фигурант по причине беспечности стражей порядка обходит ненароком все расставленные «барьеры». Так произошло и на этот раз. Оперативники рассчитывали, что работники торговли начнут выходить из магазина только после окончания рабочего дня, то есть после двадцати часов. Поэтому не обратили внимания на хорошо одетую даму бальзаковского возраста, хотя и не похожую на покупательницу, которая вышла из «Березки» до ее закрытия. У женщины с собой находились небольшая сумка и пакет. Она села в ожидавшее ее такси и быстро уехала. Останавливать машину никто не пытался, поскольку группа, перекрывавшая данное направление, не получила от наблюдавших сигнал на задержание.

Как потом выяснилось, это была одна из основных соучастниц преступлений, заведующая ювелирным отделом. Но самое главное заключалось в том, что она даже не подозревала о проводимой операции. Сейчас бы такая случайность, говоря киношным языком, рассматривалась не иначе как появление в отделе «крота». На самом деле причина была самая банальная: дама, ни о чем не догадываясь, попросту ушла раньше домой. Впоследствии возникшее непредвиденное обстоятельство создало много проблем и могло негативно сказаться на всей проводимой операции.

Спустя примерно час от групп, осуществлявших наблюдение за универмагом, по рации стала поступать информация:

– Второй – четвертому. Две девушки вышли из «Березки» и идут в твою сторону. Одна одета в синие джинсы и светлую кофту, вторая в голубом платье, задерживайте.

– Понял.

– Первый – третьему. В вашу сторону идет дама в серой юбке и светлой кофте с темной сумкой, берите.

– Возьмем непременно.

– Второй – пятому. В вашу сторону движется такси «Волга» серого цвета, номер не вижу. В ней три женщины, которые вышли из универмага. Одна в красной кофте, вторая в белой, третья… они отъезжают. Останавливайте такси и пассажиров задерживайте.

– Понял.

Задержания происходили в отдалении от «Березки» с таким расчетом, чтобы выходившие работники универмага небольшими группами и по одному не могли видеть, как их коллег останавливают люди в штатской одежде и сажают в рядом стоящие автобусы. Если это не удавалось сделать, то задерживали сразу по две-три небольшие группы с целью исключения возможности предупреждения работников торговли, остававшихся в универмаге. Через полчаса в автобусах под присмотром находились двадцать пять работников универмага. С каждым из них рядом сидел оперативник или внештатный сотрудник. Предпоследней из магазина вышла симпатичная девушка, которую ожидал молодой человек.

В рации послышалось:

– Первый – третьему. Задержите даму в короткой синей джинсовой юбке, идет в сторону метро с молодым человеком, одетым в серые брюки и светлую футболку. Берите обоих. Парню скажите, что через полчаса его отпустят, пусть не сильно возмущается.

Последней из универмага, закрыв двери на замок, вышла администратор магазина, достойная дама на вид сорока пяти лет.

– Первый – четвертому. Снимаемся с вахты, идем за дамой бальзаковского возраста, сейчас приведем ее к вам.

В это время некоторые, сидевшие в автобусах работники «Березки», начали возмущаться по поводу их задержания. Нещадимов обратился к ним:

– Не волнуйтесь, это формальное мероприятие. Сейчас мы поедем на Петровку, 38, и через час-полтора всех отпустим.

Они успокоились. Подойдя к служебной машине, Нещадимов увидел в салоне симпатичную девушку, которую задержали с молодым человеком. Вокруг нее, как мухи, увивались два больших любителя женского пола.

– Андрей, почему дама не в автобусе и без присмотра? Что за вольные беседы вы невовремя устроили? – спросил он у оперативников.

– Нам ведь нужны будут общественники, вот ее и можно задействовать. Она, по всей видимости, кажется, не при делах, – ответил Андрей.

К такому поведению этих бездельников сподвигло отсутствие у молодой продавщицы сумочки, где могла находиться валюта. На использование дамы в качестве представителя общественности разрешения от старшего группы они не получили. Как потом выяснилось, доллары она прятала в нижнем белье, поэтому чувствовала себя уверенно.

После того как вся смена работников универмага вместе с оперативниками и внештатными сотрудниками, наблюдавшими за «подопечными», расселась по местам, автобусы направились в управление. В процессе следования Нещадимов обратил внимание на администратора универмага и еще одну женщину Как потом выяснилось, это была заместитель заведующей продовольственным отделом. Они вели себя как-то беспокойно, постоянно нагибались, вертелись из стороны в сторону, толкали локтями рядом сидевших внештатных сотрудников. По их поведению и внешнему виду нетрудно было догадаться, что они скорее всего поняли, зачем их везут на Петровку. Другие, менее искушенные в валютных делах, сидели спокойно и скорее всего не предполагали, какие неожиданности им уготовила судьба.

Прибыв к корпусу, в котором находилось управление БХСС, работники «Березки» стали выходить из автобусов строго по порядку, в сопровождении оперативников или внештатных сотрудников. На шестом этаже их разместили в разные кабинеты, некоторые расположились в коридоре под наблюдением. К неподдельному удивлению оперативников, при осмотре опустевших автобусов под сиденьями в двух местах были обнаружены доллары. Как раз на тех, на которых сидели заместитель заведующей отделом и администратор, то есть самые матерые жулики. Они сразу сообразили что к чему и выбросили валюту. Где располагалась администратор, обнаружили 95 долларов. Под другим сиденьем находилось 150 долларов.

По нынешним меркам, незначительные суммы. Но в то время, для возбуждения уголовного дела по статье 88 достаточно было незаконно приобрести 27–28 долларов США. С помощью представителей общественности установили, кто сидел на этих местах, и составили соответствующие протоколы.

В служебных кабинетах в процессе досмотра в присутствии понятых у 22 из 27 задержанных оперативники обнаружили валюту. У четырнадцати из них сумма превышала тридцать долларов, что соответствовало признакам состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом. У восьмерых работников «Березки» изъяли менее 25 долларов, и они подпадали под административную ответственность. Только у пятерых немолодых продавцов валюты при себе не было. В общей сложности сотрудники БХСС изъяли около двух тысяч долларов. Сумма небольшая, но если учесть, что ее получили незаконным путем в течение одной-двух смен работы универмага, фактические объемы вырисовывались немаленькие даже по нынешним временам.

Распределив оперативников для проведения в отношении доставленных дальнейших процессуальных действий, Нещадимов как инициатор оперативного дела выбрал себе тех, у которых обнаружили крупные суммы валюты. В процессе опросов, все как сговорились, рассказывали похожие истории. Кассиры упорно твердили, что доллары нашли на полу возле кассы. Продавцы рассказывали о неожиданных находках в отделах, возле прилавков. Администратор, у которой после сброса валюты в автобусе обнаружили 23 доллара, также случайно их нашла возле администраторской стойки в торговом зале и собиралась утром передать руководству для оприходования как находку. Заместитель заведующей продовольственным отделом Раиля Сабирова, хитрая по природе, у которой было всего двадцать долларов, заявила:

– Валюту нашла на полу около витрины с винно-водочными изделиями и готова показать это место.

Чувствовалась многолетняя подготовка на случай задержания правоохранительными органами. Время шло, наступила полночь. Заканчивался срок административного содержания доставленных граждан, а правдивых показаний ни от кого так и не было получено, несмотря на все старания и использование оперативных премудростей для убеждения подозреваемых. С целью как-то расположить работников «Березки» к откровенным разговорам сотрудники угощали их бутербродами, чаем, растворимым кофе, конфетами. После скромной трапезы настроение у них поднималось, но откровенничать не спешили.

В это время руководители отдела и управления хотя и не находились в здании, но постоянно были на телефонной связи и торопили с получением доказательств. В случае несвоевременного возбуждения уголовного дела по факту задержания всей смены работников одного из крупнейших универмагов «Березка», не говоря о худшей ситуации, вся ответственность в первую очередь ложилась на Нещадимова как инициатора разработки и его группу. Затем на начальника отделения Вишнякова и на руководство отдела. У оперативников стала проявляться нервозность.

Создалась, по сути, патовая ситуация. С одной стороны, у работников торгового предприятия «Березка» обнаружены большие суммы валюты. С другой – согласно их показаниям, все доллары ими были не иначе как найдены, а подобные действия не подпадали под уголовную статью. В этот момент Вишнякову позвонил начальник отдела:

– Владимир Семенович, ну что, удалось получить от кого-нибудь правдивые показания?

– Пока нет. Работаем.

– Если до часу ночи не будут получены доказательства незаконного получения валюты, составьте административные протоколы и всех на служебном автобусе и дежурных машинах развезите по домам.

Что бы сейчас ни говорили недоброжелатели, а законность в Советском Союзе в тот период времени, во всяком случае органами внутренних дел, соблюдалась.

В процессе опросов оперативники пытались убедить работников торговли в абсурдности выдвинутой ими версии о массовых находках всей сменой в один день потерянной иностранцами валюты. Создавалось впечатление, что в этот день «Березку» посещали исключительно рассеянные иностранные туристы, которые то и дело теряли доллары. Однако ничего не помогало.

Сотрудники УБХСС понимали, что стоит только расколоть одну из продавщиц и узнать настоящую схему незаконного приобретения валюты, как большинство из них «поплывет». Нещадимов решил поговорить с Татьяной Васильковой, немолодой продавщицей из продовольственного отдела, у которой не было валюты. Из-за своей честности или по причине правопослушности либо из боязни она не принимала участия в незаконных сделках. При этом неодобрительно относилась к происходившим нарушениям в универмаге. В доверительной беседе Василькова только слегка приоткрыла завесу над совершаемыми махинациями с валютой, поскольку не была включена в эту схему и не могла знать всех подробностей, но о многом догадывалась и поделилась своими соображениями.

Проанализировав полученную информацию, оперативники решили использовать ее в процессе дальнейшей работы. По мнению Васильковой, вывести на откровенные разговоры заведующих отделами, их заместителей или администратора было нереально. Поэтому выбор пал на четырех молодых продавщиц, еще не искушенных в такого рода противоправных делах.

В процессе проводимых бесед сотрудники давали понять, что способы совершаемых махинаций им стали известны. Однако на самом деле они их не знали, а разговоры без конкретики не достигали цели. Для дальнейшего общения из четверых выбрали двух, наиболее лояльно настроенных, и стали угощать их кофе, бутербродами, предпринимая попытки вести откровенные разговоры. В результате все же удалось получить хотя и слабую, но конкретную информацию в отношении заведующих продовольственным и ювелирным отделами.

К этому моменту оперуполномоченный Игорь Ивлев при досмотре сумки, принадлежащей заместителю заведующей продовольственным отделом, обратил внимание на небольшой свернутый лист бумаги. На всякий случай он взял его и развернул. В нем содержался, по сути дела, весь расклад, кому и сколько передано долларов. «Света – 115 дол., Лена – 46 дол., Валентина Сергеевна – 175 дол., Катя – 75 дол., Лера – 80 дол., Зина – 35 дол., мне – 150 дол.».

– Раиля, это ваша записка? – спросил Игорь

– Нет, не моя.

В это время зашел Нещадимов. Игорь показал ему обнаруженный листок. Он мельком посмотрел на него и все понял. «Имея такой аргумент, будет легко разрушить выдвинутую легенду о массовой находке валюты, стоит только показать эти записи колеблющимся продавцам, и они расколятся», – подумал он. Но на самом деле оказалось не так все просто.

– Раиля, что означают указанные здесь имена, цифры и кто их писал? – спросил Нещадимов.

– Этот листок не мой. Я его вижу впервые.

– Если не ваш, как он мог оказаться в вашей сумке?

– Может, его подбросили ваши сотрудники.

– Но сумка в пути следования и здесь, в управлении, находилась при вас, и ее никто не изымал. Каким образом мы могли в нее что-то подложить?

– Значит, это сделал кто-либо из продавцов отдела.

– С указанными в нем именами в вашем отделе работают продавцы, а заведующую зовут не иначе как Валентина Сергеевна. Так что означают указанные суммы долларов напротив имен? И слова «мне 150 долларов»? Это кому?

– Записку я не писала и что означают содержащиеся в ней записи, не знаю.

– Раиля, мы проведем почерковедческую экспертизу и установим, ваш это почерк или нет.

– Проводите, я ничего не писала.

Тем временем около часа ночи наступил кульминационный момент. Одна из молодых продавщиц, у которой в процессе досмотра нашли пятьдесят долларов, согласилась рассказать о способах получения иностранной валюты по своему отделу в обмен на изменение в протоколе указанной суммы на двадцать долларов. Оперативники, оценив ситуацию, согласились на ее предложение и взамен получили информацию о совершаемых правонарушениях в продовольственном отделе. Только после этого момента лед тронулся. Еще две продавщицы, у которых было обнаружено менее 25 долларов, дали показания, раскрывающие способы незаконного присвоения валюты в отделах, где они работали. Настроение у сотрудников, в особенности группы Нещадимова, сразу поднялось.

Из следственного управления вызвали дежурного следователя. Прибыл капитан юстиции Гайдуков с украинским акцентом. Со скептическим многозначительным видом в течение часа он не спеша изучал полученные материалы, лениво опрашивал некоторых работников «Березки», но уголовное дело возбуждать не спешил. Время шло, а уголовное дело так и не было возбуждено. Нещадимов, в присутствии начальника отделения Вишнякова, не скрывая своего раздражения, спросил у следователя:

– Сергей, что мешает тебе возбудить уголовное дело?

– Не вижу достаточных оснований.

– А валюта, превышающая в несколько раз минимальную сумму, подпадающую под уголовную ответственность, найденная почти у всей смены универмага, это тебе не аргумент?

– В материалах нет ни одного признательного показания от работников торговли, у которых обнаружено более тридцати долларов. Как вам известно, найденная валюта в любых суммах не подпадает под уголовную ответственность. В этом и заключается вся проблема.

– Ты сам когда-нибудь находил хотя бы один доллар? Уверен, что нет, а почему практически вся смена магазина, торгующего на иностранную валюту, за один день нашла около двух тысяч долларов?

– Если будет получено хотя бы одно признательное показание от продавцов, у которых обнаружено более тридцати долларов, уголовное дело будет незамедлительно возбуждено.

В разговор включился Вишняков:

– Задержаны с поличным работники «Березки». Установлена примерная схема незаконного получения валюты. Изъята записка, в которой указаны имена продавцов отдела и напротив каждого значится конкретная сумма долларов. Эти аргументы напрочь разбивают придуманную пресловутую легенду о найденной валюте.

– Все равно я пока не вижу достаточных оснований для возбуждения уголовного дела.

– Ты их и не увидишь, если не захочешь, – сказал он.

Посовещавшись, сотрудники пришли к мнению, что причиной такого поведения следователя явилось не отсутствие оснований для возбуждения уголовного дела, а банальное нежелание после дежурства принимать его к своему производству и проводить кропотливое расследование. Поэтому стали думать, кому из руководства в начале третьего часа ночи лучше всего доложить о сложившейся непростой ситуации. В ночное время проще было позвонить заместителю начальника отдела или начальнику. Но оперативники предположили, что они не смогут решить данный вопрос, а обращаться в это время к руководству управления, навлекая на себя гнев разбуженного начальника, попросту не захотят. В случае если начальник отдела сразу не решится звонить руководству управления, тянуть до утра с возбуждением уголовного дела станет весьма проблематично.

В итоге пришли к выводу, что лучше всего самим сейчас позвонить заместителю руководителя УБХСС подполковнику Саранцеву, который раньше работал начальником отдела в следственном управлении. Он был в курсе проводимой операции.

– Володя, придется тебе звонить Саранцеву, другого варианта нет. С маленького начальника и спрос небольшой, – сказал Нещадимов.