Опасный нарцисс. Книга пятая. Романтические отношения с нарциссом

О сексуальности нарциссов: почему нарциссы смотрят порно?

(видео 108)

Для нарцисса физическая привлекательность романтического партнера быстро утрачивается. Поэтому нарциссы любят смотреть порно, даже когда они находятся в постоянных отношениях. Это очень сильно огорчает жертву нарцисса, это воспринимается как измена; и правда, это очень унизительный вид измены. Однако, рассматривание порно-фотографий или посещение порносайтов для нарциссов является наиболее безобидным вариантом стимуляции, потому что измена совершается не физически, а ментально, в воображении. Чаще всего это происходит с наиболее застенчивыми или наиболее «сознательными» из них. Но так или иначе, нарцисс начинает искать все новые и новые стимулы, чтобы чувствовать сексуальное возбуждение, которое он не способен испытывать с постоянным партнером.

Одна моя клиентка говорила, что ее любимый делал ее фотографии в обнаженном виде, когда она спала, а потом удовлетворял себя сам, глядя на эти фотографии. Она была потрясена, наблюдая это: «Я лежу перед ним живая и настоящая. А он удовлетворяется моей фотографией!» Она не могла понять, что это значит. А значит это то, что нарцисс любит только себя, и всю свою энергию, в том числе и сексуальную, не готов отдавать никому, кроме самого себя. Девушку же он использует просто как стимул для возбуждения, для удовольствия, которое он дает только себе.

При этом про ее поведение в сексе сей молодой муж говорил с отвращением: «Эти охи, вздохи, ты неискренна!» Здесь очевидно нарушение сексуальной функции, нормального сексуального поведения у мужчины: жена его привлекает, но реального секса с ней он избегает. Чтобы защитить свой собственный образ Я, он, используя механизм проекции, считает, что это с его партнершей что-то не так, что это она недостаточно искренна.

Один мой клиент, с нарциссическим расстройством личности, гордился тем, что он может заниматься сексом с молодыми девушками, а к жене-ровеснице сексуальный интерес у него пропал. Гордиться-то тут нечем. Это говорит о сексуальной слабости, а не о силе. «Казановы» и «Донжуаны», которые бравируют своей повышенной сексуальностью, на самом деле расписываются в собственной слабости, в неспособности к возбуждению с одним партнером.

У здоровых людей развитие отношений идет в направлении глубины. Партнеры все больше раскрываются, познают друг друга и становятся друг для друга все более привлекательными. Секс становится все более качественным, потому что соединение происходит на более глубоком духовном уровне. Такой секс не надоедает.

Нарцисс любые отношения, в том числе и сексуальные, строит поверхностно, не может соединиться с партнером, видимо, из-за избегающей привязанности, сложившейся в детстве, когда был эмоционально отвергнут родителями. Он не может достичь глубинной близости ни в чем: ни в отношениях, ни в сексе. Быстро пресыщается, теряет эрекцию и начинает искать все более необычных стимулов, сексуальных извращений, оргий, чтобы восстановить свою потенцию и самооценку. Ему нужны новые и новые партнеры для своих затей. Таким образом, повышенные пороги и сенсорная адаптация нарциссов объясняет их страсть к порнографии и сексуальному использованию людей в своих интересах.

Возможно, такие расстройства в ощущениях у нарциссов вызваны тем, что в детстве они подвергались насилию, и их защитный механизм – это диссоциация, разотождествление со своим телом, как попытка перестать чувствовать боль, как физическую, так и эмоциональную. Только сильные и новые стимулы возвращают их в свое тело, и дают возможность ассоциироваться с ним и пережить хоть какие-то ощущения.

Насколько серьезные масштабы приобретает эта проблема в обществе, становится ясно из одной статьи, которая недавно была опубликована в английской газете «Индепендент»:

«Согласно данным нового исследования, почти половина японцев и японок, которым исполняется 30 лет, не имеют никакого сексуального опыта.

В стране резко снижается численность населения, а молодежь все чаще воздерживается от секса и избегает романтических отношений.

Некоторые мужчины говорят, что считают женщин страшными. А в ходе одного опроса выяснилось, что 43% японцев и японок в возрасте от 18 до 34 лет являются девственниками и девственницами.

Одна женщина, когда ее спросили, почему такой большой процент людей не вступают в половые отношения, ответила, что, по ее мнению, мужчины не хотят приглашать женщин на свидания, потому что гораздо проще посмотреть порнофильм в интернете».

«Гораздо проще посмотреть порнофильм в интернете» – это типичная реакция нарцисса, который не желает давать свою энергию кому бы то ни было. У японского порно-рынка есть одна особенность: там очень популярны порнографические мультфильмы. Судя по всему, наблюдение за рисованным сексом с идеальными телами и немыслимыми позами начисто отбивает интерес к реальному, живому человеческому телу – отсюда и ответы некоторых мужчин, которым реальные женщины кажутся «страшными». Но если это так, то мы видим пример настоящей эпидемии нарциссизма, ведущий к национальной демографической катастрофе!

И еще раз о сексуальности нарциссов: случай Владимира

Обсуждая тему сексуальности нарциссов, хочется прокомментировать случай нарцисса Владимира, с которым вы знакомы по книге второй (глава 2) и книге четвертой (глава 1). В этой книге Владимир «отметился» выше в статье «Романтика смерти: как распознать за ней нарцисса».

В книге второй, в комментариях к самоанализу Владимира и к рассказам о его игрищах с соблазнением девушек, я написала: «На самом деле это банальный нарциссизм, со всеми его признаками, один из которых – это сексуальная слабость. Его не возбуждает одна женщина больше пяти дней, как здорового и сексуально сильного мужчину, у него через пару-тройку дней просто нет эрекции» (книга вторая, с.36—37).

Столь непочтительное отношение к своей эрекции Владимира явно задело, о чем он мне – среди прочего – и написал:

«Нет, ну простите, это совсем уж кота за хвост… Нет у меня проблем с эрекцией ни через тройку дней, ни через 150, ни вообще… Потому что меня возбуждает не женщина, а ситуация. Конкретно, например – BDSM. А какая женщина в этой ситуации – это, по большей части, всё равно: может быть одна и та же намного больше, чем три дня. Я остываю в другом плане – в плане романтики. Но сексуальный интерес у меня автономен, и вообще, зачастую, как я уже сказал, не связан с личностью женщины… Романтические и сексуальные интересы часто живут совершенно разной жизнью – я пишу любовные стихи одному типу женщин, а сплю с другим типом. И комбинаций много. Вот это я и имел в виду».

Что интересно: Владимир, похоже, не осознает, что этим признанием он лишь подтверждает сказанное и о нем, и обо всех нарциссах вообще. То, что у Владимира, которому не исполнилось и тридцати, пока еще сохраняется нормальное либидо, говорит лишь о том, что он в этом отношении ничем не отличается от прочих молодых людей. А вот то, на что либидо направлено – в этом и проявляется сексуальное здоровье и сила.

У психологически здоровых людей либидо направлено на партнера, на то, чтобы достичь обоюдного наслаждения, в том числе и от того, что ты смог подарить радость другому человеку. Такое либидо остается устойчиво высоким очень долго, иногда на протяжении всей жизни, и дарит людям долгие десятилетия полноценной любви, здоровья и счастья.

У нарциссов либидо направлено на себя. Когда «возбуждает не женщина, а ситуация» – это ничем не отличается от мастурбации, при котором женщина или ситуация выступает лишь в качестве внешнего стимула для удовлетворения себя. Прежние стимулы-ситуации нарциссу быстро надоедают, и он придумывает себе все более необычные, все более «романтические» ситуации, используя весь пыл своего воображения. Но и это приедается («я остываю в плане романтики» – говорит Владимир), для возбуждения требуются все более сильные стимулы – и вот нарцисс уже практикует BDSM, т.е. садомазохизм. У здорового человека картина истязаний вызывает отвращение, но нарциссу мало обычных стимулов – ему для возбуждения нужны уже извращенные. Это однозначный и несомненный признак сексуальной слабости.

У неполноценного либидо нарциссов короткая жизнь. Они, как безумные, гонятся за новыми партнерами и стимулами, потому что подсознательно чувствуют – век их недолог, наслаждение куда-то уходит (Владимир пишет о «неизбежной скуке», которой заканчивается каждая короткая связь), и туда же неизбежно уйдут их силы и либидо. И они пытаются компенсировать перед собой и окружающими отсутствие глубоких и сильных ощущений все новыми и новыми похождениями.

Кстати, Владимир и сам в своих откровениях признавался, что «мастурбация проще». Но ему, как нарциссу, живые люди нужны для другой цели – для ощущения власти, для высасывания из них энергии в процессе их разрушения, уничтожения. Так сказать, два в одном. В письме матери, фрагменты из которого я публикую с его разрешения, он пишет:

«Еще одной моей идеей является сексуальное всесилие. Именно потому тема либидо и потенции так параноидально волнует меня. У меня должно быть не меньше тысячи женщин, и каждую я должен удовлетворить. Я помешан на теме эрекции и на любви женщин – я сам их не люблю, но я питаюсь их любовью. Мне нужны их любовь, восхищение, обожание, преклонение, чтобы чувствовать себя живым и нужным, хотя я одновременно и завидую их способности любить, и сам же разрушаю отношения.

Ах, ты ведь не знала, что я садист, да? Ну, и мазохист в придачу тоже… Мне доставляет особое удовольствие ломать то, что сам построил, дать надежду, и перечеркнуть ее, спасти человека от смерти, а потом предать его – и посмотреть в его глаза, в их застывшие и сцепленные в трагическом союзе ужас, отчаяние и недоумение. Есть что-то сладостное в этом: быть одновременно и благородным, и порочным, и героем, и предателем, гладить одной рукой и бить другой. Причем, многие женщины ведутся на эти эмоциональные качели, главное – ввести их в недоумение, в состояние, когда они не понимают, что происходит. Это же первое правило гипноза: когда они в растерянности, в смятении, когда они не понимают – затем им можно внушить любые мысли. Далее заставить их пережить целый спектр полярных эмоций – от величайшей благодарности, умиления и радостного удивления до страха, отчаяния и боли. Они привяжутся к этим эмоциям и их источнику, как к наркотику, они вслед за ними пойдут даже в пропасть. Поверь, я хорошо знаю женщин.

Так же я выбираю и сексуальных партнеров: меня интересует их внешность, в первую очередь, ум, эрудиция и совпадение наших ценностей, но меня совершенно не отталкивает, скорее даже привлекает репутация «стервы», «динамщицы», «шлюхи». «Порядочных», «хороших» девочек я хочу лишь совратить, «хорошим» парням наставить рогов и выставить полнейшими лузерами и идиотами (коими они в жизни и являются)».

Сексуальное всесилие – идея-фикс для Владимира. Потому-то, видимо, ему было так обидно прочитать комментарий о своей сексуальной слабости. Но в приведенном выше отрывке он со всей откровенностью подтверждает именно признаки своей неполноценности в этой области. Во-первых, он жаждет множества партнерш («тысяча, не меньше»). Во-вторых, он признается, что завидует их способности любить. В-третьих, он мстит им тем, что разрушает их, и наслаждается своим садизмом. В-четвертых, для усиления сексуальных стимулов он щекочет себе нервы всеми видами извращений. В-пятых, он мстит всем «порядочным» и «хорошим», потому что сам факт их существования не дает ему покоя. Все это – признаки слабости, неполноценности в сфере интимных отношений. Можно предположить у него такой тип парафилии как сексуальное садистическое расстройство, согласно DSM-5, или садомазохизм согласно МКБ-10. При этих расстройствах достижение сексуальной разрядки без использования насилия невозможно.

Мстить можно только тем, кто тебя обижает или раздражает. Нарцисс пытается принизить тех, кто лучше его – ему невыносима сама мысль, что он может быть хуже кого-то. И он пытается доказать и себе, и другим собственное всесилие.

Сильный и самодостаточный человек не нуждается в том, чтобы утверждать свою силу, свое господство за счет других. Тот, кто пытается самоутверждаться таким образом, изначально в глубине души понимает свою слабость и ущербность, и пытается компенсировать это местью окружающим, пользуясь тем, что эмпатичные люди просто не ожидают от него такой низости. Фактор внезапности гадящего кота, так сказать…

Причем Владимир догадывается, что до всесилия ему на самом деле далеко:

«Я умею соблазнять. Я окружал себя только соблазненными – сплошной аутизм».

То есть тех, кто его раскусил (а их, как можно догадаться, было гораздо больше), он из своего круга общения исключил – иначе они бы сломали ему всю картину его власти над душами. Зато в окружении, которое состоит только из соблазненных и брошенных им женщин, он мог чувствовать себя властелином мира.

Но все имеет свою цену.

«Если бы ты знала, до какой степени меня ранило осознание того, что… у меня сбилось либидо. Это состояние иначе, как паническим, не назовешь», – пишет Владимир матери об одном из эпизодов своей жизни. Со здоровьем и либидо у Владимира, по его словам, пока все в порядке – откуда же такая паника?

Еще одна цитата из того же письма: «Моим главным чувством, самым базовым, которое я испытываю перманентно, в явной или скрытой форме, является стыд. Стыд и страх. Именно эти чувства, как самые яркие, приобрели у меня отчетливо сексуализированную форму. Меня возбуждают состояния стыда и страха, как свои собственные (мазохизм), так и спроецированные – чужие (садизм)». И Владимир в красках расписывает, как он компенсирует свой страх и стыд, издеваясь над другими, в том числе и сексуально.

Зачем нарциссу это надо? Пытаясь объяснить матери проблемы нарциссов, Владимир пишет: «…базовой чертой пограничных (в том числе и нарциссических) пациентов является базальная неуверенность в полноте своего существования, хрупкость их тщательно выстроенной идеальной идентичности. Именно поэтому подобная самоуверенность часто соседствует с глубинным и непреходящим бичом тревоги».

Вот она, причина параноидальной зацикленности нарцисса на своем либидо: ему страшно и стыдно, и он выворачивает свой страх и стыд наизнанку, чтобы через сексуальные оргии доказать себе свое всесилие – но в глубине души продолжает страшно бояться, что в какой-то момент это все рухнет, и все будут смеяться над его ничтожностью и бессилием – и еще больше пускается во все тяжкие, чтобы заглушить и компенсировать свой страх и стыд.

Нарцисс подобен плохому велосипедисту, который вынужден ехать по прямой все дальше и дальше, чтобы не упасть, и любая необходимость притормозить или сделать маневр может закончиться для него падением и полным крахом. Малейшее сомнение в себе, любое осознание необходимости пересмотреть свое поведение, критически отнестись к себе и изменить способ жизни закончится для него крахом своей идентичности.

По этой же причине, малейшее сомнение в собственном сексуальном всесилии может закончится для нарцисса банальной импотенцией. Страх бессилия и стыд своей ничтожности, если они победят хрупкий грандиозный образ, попросту раздавят нарциссическое либидо, не оставив от него и следа.

Сексологи хорошо знают, что в подавляющем большинстве случаев причина сбоя либидо кроется в психологии пациента, и заключается в страхе оказаться «не на высоте». Тело реагирует на укоренившийся в подкорке страх, и выдает болезнь в соответствии с этим страхом. В таком случае, по идее, пациенту надо проходить психологическую терапию: болезнь, созданная силой мысли, силой же мысли может быть исцелена. Однако в случае нарцисса, подобного Владимиру, корни болезни находятся в том самом нарциссизме, который он так в себе любит. Избавиться от страха стать импотентом можно только вместе с избавлением от зацикленности на идее сексуального всесилия – эти две мысли тесно связаны, поскольку страх бессилия является лишь отражением, обратной стороной жажды всесилия. Но для Владимира его бредовые идеи всемогущества и власти над смертными – это стержень его нарциссической личности, и избавление от этого стержня он считает своей смертью.

А потому Владимир, балансируя на тонкой грани, изо всех сил пытается удержать от падения свой грандиозный образ и доказать, что «я еще могу быть сверхчеловеком». Сверхчеловеком в своем понимании. В понимании здоровых людей – обыкновенным сексуально озабоченным нарциссом, трясущимся над своим мнимым сексуальным всесилием и эрекцией, и готовым изгадить жизнь людям вокруг себя.

Женская аноргазмия в отношениях с нарциссом

(видео 127)

Я получила письмо от Алины, она пишет:

«Здравствуйте, Татьяна! Слежу за Вашими видео и, посмотрев „Сексуальность нарцисса“, поразилась, насколько все похоже на бывшего мужа. Пишу Вам просто для того, чтобы Вы знали, какого плана еще бывают нарциссы. Этот „ТОВАРИЩ“ по профессии программист, но имеет послушание в церкви (алтарник) и очень религиозен (не путайте с верующим)».

Как складывались их сексуальные отношения?

«До венчания секса не было („не положено!“), хотя брак был и у него, и у меня не первый. Думала, что, раз у него была уже жена, то ТАМ все в порядке. В первую брачную ночь я стеснялась и немного оттягивала момент, а он, в сущности, применил силу (потом перевел все в шутку). Секс ему был не интересен, если я была инициатором. А вот если он знал, что я больна, неважно себя чувствую, или „женские“ дни, или просто после конфликта опустошена и очень обижена, то ему очень было надо. Доходило до физической силы (очень сильный был). Знал, что я откажусь, и будет конфликт, и будет основание меня наказать. Он тем самым как бы провоцировал конфликт, так как в остальном ко мне негде было придраться. Он, принуждая меня к сексу, мог, например, цитировать Апостола Павла: „Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа.“ Вот такие выкрутасы могут происходить в человеческом сознании, чтобы оправдать свое насилие. Я развелась как раз в тот момент, когда поняла, что мое тело мне не принадлежит, у меня даже голос и походка изменились».

Сексуальное насилие – самый тяжелый вид насилия, когда жертве не принадлежит свое тело, когда поруганы ее самые глубинные природные потребности.

«Ходили перед разводом к сексологу по причине моей аноргазмии (муж называл меня „тупая фригида“), тот велел мужу принимать антидепрессанты» – очевидно, врач оказался грамотным и разобрался в ситуации. — «Муж сказал, что я „хочу посадить его на колеса“, и мы развелись по моей инициативе. Долго мстил. До сих пор срывается (общий ребенок, приходится общаться). Такая история. Очень грустная, так как я хотела построить православный брак, видела, что человек не пьет, не курит, не „гуляет“, ходит в церковь, а в итоге получила „кота в мешке“, хуже не бывает. Монстр».

Алина приводит примеры поведения своего супруга:

«После кесарева сечения мне нельзя было долго, а ему прям так не терпелось, так уговаривал, настаивал. Я, конечно, не согласилась. Дулся. Я, дура, еще и вину испытывала.

Еще говорил, что женился на старухе (он на пять лет меня младше), что я «сердешница и печоношница» (у меня в детстве операция на сердце была)».

И еще Алина, глубоко верующий и интеллигентный человек, приводит свои наблюдения и размышления:

«Может, моя история кому-нибудь поможет. Можете, если желаете, привести мой пример у себя в работе, так как стали учащаться случаи, что женщины вступают в брак с, якобы, считающим себя православным мужчиной, который на самом деле, больной на всю голову. Надо искать доброго и трудолюбивого, а вера придет сама…

Я поняла, что, прежде чем вступать в близкие отношения, нужно человека знать минимум год. Я же вышла замуж через три месяца после знакомства. Его мама оказалась моей учительницей, я решила – этого достаточно, она же приличная женщина, интеллигенция… блин! То, что я знала свекровь с юности, повлияло на поспешный поход в ЗАГС».

Это не первый случай в моей практике, когда женщины, оказавшиеся в ситуации домашнего насилия, жалуются на то, что у них пропадает сексуальное влечение. В чем тут дело?