- -
- 100%
- +
- Не буду больше…, - я видела, как ему плохо, как он тоже страдает.
- Обещаешь? – мне хотелось, как в детстве, прижать его к себе, подуть на больное место, чтобы оно больше не болело, только так теперь не работает, ребёнок вырос и всё уже понимает.
- Обещаю… мам, я тебя люблю, очень-очень, ты у меня самая лучшая, знай это, - я сейчас точно зареву, только делать этого нельзя, надо держаться, ради него держаться, ради моего мальчика.
Это признание от сына дорогого стоит, уже года четыре целовать за ушком себя не даёт, а тут… люблю.
Так! Хватит киснуть! Улыбаюсь так весело, как только смогла, потрепала его вихры и на разрыве развернула машину в другую сторону.
- Мам, ты куда, мы же почти домой приехали.
- А поехали себе что-нибудь вкусненького купим, а? Или нет, давай лучше в кафе пообедаем?
- Лучше в кафе! Наше любимое.
Наше любимое… туда мы любим ходить втроём… любили.
- Ну нет, сегодня попробуем что-нибудь другое, то с морепродуктами, помнишь, ты краба хотел попробовать?
- О, круто, поехали! – мы посмотрели друг на друга и непроизвольно протянули руки, крепко сжали… мы сильные, сынок, и мы сейчас это делаем, смотрим боли и подлости в глаза и пытаемся жить и не сломаться, мы сможем, мы такие.
Домой вернулись в четыре, уставшие, но уже какие-то успокоившиеся.
- Мам, спасибо… я к себе, завтра же мы на соревнования едем на два дня, ты помнишь?
- Конечно, отдыхай, я вечером помогу тебе собраться.
Никита ушёл к себе, щёлкнул замком и через минуту из его комнаты послышалась музыка…, ничего, сынок, мы справимся, мы сможем, всё, что нас не убивает – делает сильнее, это истина непреложная.
Я зашла на кухню… на столе стояла кружка Бориса, обычная синяя кружка со щербинкой на боку. Я сколько раз хотела её выбросить, а он не давал.
- Женьк, не трогай. Любимая.
Сволочь! Я взяла его любимую кружку в руки и медленно их разжала, наблюдая, как она летит на пол и разбивается на мелкие кусочки…, точно так же, как моя семейная жизнь, как моя любовь, разбитая вдребезги его изменой.
Отошла на метр, тихо сползла по стенке на пол и вот тогда только заплакала, тихо, жалобно, зажимая рот ладонью. Слёзы текли ручьём, так мне было больно и плохо.
Мне тридцать семь, мужу – сорок восемь… мы прожили вместе столько лет, что я себя без него уже и не помню…
Телефон рядом завибрировал… Борис. Я смотрела на экран, пока звонок не прекратился.
Через несколько секунд пришло сообщение.
- Вы дома? Как Никита? – я вдруг перестала плакать, вытерла лицо рукой, хотелось написать в ответ.
- А Дина твоя как? Не сильно испугалась после аварии или ты её уже утешил? Красная машинка ремонту подлежит?
Пальцы уже легли на клавиатуру, набрала первую букву, потом стёрла и тут в голове всплыли слова моей матери.
- Женька, никогда не принимай решений, пока ревёшь. Сначала вытри сопли, потом считай деньги!
Тогда я рассмеялась, а сейчас встала с пола, умылась холодной водой, поймала своё отражение в тёмном стекле кухонного шкафа.
- Сначала деньги… где же ты, Борюся, взял эти семь миллионов?
Впервые голова начала трезво мыслить… Борис руководил отделом закупок… зарабатывал очень прилично. Я заведовала частным языковым центром и тоже на шее у него не сидела.
Семейными финансами последнее время в основном занимался он, мне было удобно, и я ему полностью доверяла… пришло время проверить семейные финансы.
И не дай бог там будет не хватать, Боря… я разнесу тебя вместе с твоей девицей и её красной машиной, банка краски вам детской шалостью покажется, дорогой!
Я открыла банковское приложение, сначала свой счёт, потом общий и нахмурилась.
Сумма была намного меньше, чем я ожидала увидеть… открыла историю операций… пятьдесят тысяч снятие, семьдесят, сто пятьдесят… много не снимал, чтобы заметно не было, но на эти деньги машину за семь лямов точно не купишь… сейчас будем искать…
Глава 5
Когда я примчался на место аварии, у меня сердце через раз удар пропускало.
Женька сказала машина красная, а меня током прошибло до низу.
Да нет, быть этого не может, что в городе машин красных больше нет? Давил на газ, а сам звонил Дине… твою мать, абонент не абонент. Я набирал ещё, ещё и ещё, та же песня.
Хвост машины, съехавшей в кювет, я сразу увидел издалека, красной, её, тут и гадать не надо.
Припарковался напротив и минуту просто смотрел на разбитую машину. Передняя часть была смята, бампер перекошен, и всё лобовое, крыша и часть капота залито белой краской.
- Сука!
Я выскочил из машины, даже дверь нормально не закрыл, и сразу же увидел Дину, она стояла у скорой и на лбу у неё смешно был приклеен пластырь.
Слава богу живая, на своих ногах, только глаза её прекрасные заплаканы и нос красный, испугалась маленькая моя.
Я рванул было к ней, но вовремя вспомнил, что сюда меня вызвала жена… Никита, где этот гадёныш?
А, вот он, смотрит прямо мне в глаза, во взгляде ни страха, ни раскаяния, поганец! Я так долго Динке на машину собирал, всё подгадывал к дню рождения, даже в кредит немного залез, а этот щегол одним движением всё испортил?
Он знал. Я это увидел в его глазах, но откуда? Я был очень осторожен…
- Боря! – Женя шла мне навстречу от полицейской машины. – Наконец-то.
- Что произошло? – я еле сдерживался, чтобы не отлупить своего сына, руки так и чесались, как подумаю, что моя малышка могла погибнуть, ну и машину тоже жалко просто дуть как.
- Ваш сын облил мою машину краской! – закричала Дина, подходя ближе. – Я ехала, а он выскочил неизвестно откуда, я испугалась, машину занесло!
Я смотрел на неё и делал вид, что впервые её вижу. На любимую, с которой ещё вчера вечером лежал в одной постели. На любимую, которая утром прислала мне фото, где она в моей рубашке.
А сейчас она стояла в стороне и прижимала к груди телефон, глаза красные, подбородок дрожит. Мне хотелось подбежать к ней, прижать к себе такую родную, спросить, где у неё болит. Испугалась, это было видно по её глазёшкам.
Но я не мог подойти, здесь Женька и сын.
- Ты что творишь? – я был сейчас такой злой, поэтому сразу кинулся к Никите и схватил его за шкварник, тряхнул со всей силы, а хотелось прям в нос заехать, чтобы красной юшкой захлебнулся.
- Борис! – жена меня остановила, иначе я бы не сдержался, особенно когда перед глазами убитая в хлам машина, которая была ещё вчера, как лялечка, красивая и блестящая. – Ты вообще понимаешь, что ты сделал?
Смотрит на меня, как зверёк, и глаза не отводит.
- Понимаю и что?
- Ты машину видел? Она же новая, только с салона, семь миллионов ты платить будешь? – ору на него.
- Кому платить? Тебе? – у меня дыхание сбилось… он и про машину знает, этот щенок что за отцом следит?
- А ну-ка прекратить! – хорошо, что патрульный подошёл, иначе бы я дел наделал. – Вы кто?
- Я отец этого разгильдяя…, - вытащил из портмоне паспорт и отдал ему.
- Пройдёмте в машину, - указал он мне на машину с мигалкой. – А вы, мамаша, можете ехать домой вместе с сыном, вас вызовут в отдел.
Ну слава богу, пусть они уже уедут, тошнит меня и от жены, и от сына.
- Боря, мы останемся, - Женя начала возмущаться, а мне хотелось её схватить и в машину запихать, чтобы уехали уже.
- Нет, увези Никиту отсюда, иначе я за себя не отвечаю!
- Борь, поговори с девушкой, пусть она заявление не пишет, - я на неё глаза вылупил, этот идиот машину мою разбил, а она пусть заявление не пишет?
- Не буду я никого уговаривать, пусть пишет, - глаза у жены взволнованные, но мне её сейчас вообще не жалко, это её воспитание, и нечего мне здесь сопли распускать.
- Но его же посадят!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.