Любить можно, Касаться нет

Чертыхнувшись, я бросил эту неблагодарную затею и достал из кармана телефон. Час ночи.

Блять!

Убрав телефон, я снова посмотрел на окно Евиной спальни. Она меня не простит.

Мало того, что я не пришел на ужин, так еще и не предупредил ее, что задержусь. Хотя я до последнего свято верил, что часам к девяти буду дома. Я так и сказал своим друзьям, когда мы собрались в баре:

– Простите, пацаны, но сегодня у меня семейный ужин, так что я ненадолго.

Мужики понимающе покивали и заказали бутылку абсента. Предатели.

После третей рюмки этого крышнесносного пойла я всё еще поглядывал на часы, но уже не так внимательно. А когда мы познакомились с компанией девушек, отмечающих девичник своей подруги, то я и вовсе потерял счет времени.

Только когда одна из красоток потащила меня в сторону женского туалета, я встряхнулся и вспомнил про Еву и ее праздничный ужин.

Прижав новую знакомую к стене, я наклонился и прошептал ей на ухо:

– Прости, подруга, меня дома ждут.

– Жена что ли? – скривилась девушка.

Я ухмыльнулся. К жене бы я, возможно, так не спешил…

Пробежавшись голодным взглядом по аппетитной фигурке, я с тяжелым вздохом отстранился от девушки и пошел к выходу. Меня слегка пошатывало от выпитого, но образ Евы в голове не давал свернуть с истинного пути.

Во что бы то ни стало я должен был оценить кулинарные таланты девчонки. Даже если мне придется давиться селедкой под шубой в час ночи на темной кухне.

Но до селедки еще нужно было добраться. А я застопорился уже возле подъезда. Ключей-то у меня не было. А надеяться на то, что какая-нибудь старушка выйдет посреди ночи выгуливать своего пуделя, было глупо.

Мда…

Набирая номер квартиры на домофоне, я даже не знал, чей голос хотел больше услышать – разозленной Евы или невозмутимого Рината. Девушка-то побухтит и забудет, а друг еще долго будет вспоминать мне свой прерванный сон.

– Да.

Услышав хрипловатый голос Евы, я выдохнул. Селедка под шубой стала еще на один шаг ближе.

– Это я, открывай, – почему-то шепотом проговорил я.

Как школьник, блин, который ночью с дискотеки возвращается!

Ничего не ответив, Ева разблокировала дверь.

Поднявшись по лестнице, я подошел к квартире. Через щель приоткрытой двери падал свет. Приятно все-таки, когда тебя дома кто-то ждет.

Вот только в коридоре никого не было, и мне пришлось разуваться в гордом одиночестве. Пройдя в темный зал, я прислушался.

Дверь в комнату Рината была плотно прикрыта. Из закрытой спальни Евы тоже не доносилось ни звука. Обиделась.

Устало потерев лицо ладонями, я прошел в ванную. Быстро приняв прохладный душ, я натянул домашние шорты и на цыпочках прокрался на кухню. Весь вечер мы пили один абсент, и теперь я чертовски проголодался.

Открыв холодильник, я присвистнул. Ева постаралась на славу – несколько мисок с салатами, противень с моим любимым мясом по-французски и даже шоколадный торт, правда значительно уменьшившийся в первоначальных размерах. Кто-то сегодня знатно психанул.

Разогрев запеканку в микроволновке и отрезав кусок торта, я присел за стол. Не успел я взяться за вилку, как в комнате Евы раздался какой-то шум. Я прислушался.

Черт, а если там этот ее Алёшенька?! Интересно, Ринат позволяет ему оставаться у Евы на ночь?

Сжав вилку в руке, я превратился в одно большое ухо. Но больше никаких подозрительных звуков из комнаты девушки не доносилось.

Помедлив, я подхватил тарелку и направился в спальню Евы. Если девушка не спит, посижу с ней. А если она там не одна, смогу воспользоваться вилкой. Да и горячей едой тоже можно нанести травмы.

Но Ева была одна. Лежа под одеялом, она копалась в своем телефоне.

Увидев меня, Ева опустила руку с телефоном и удивленно хмыкнула.

– Я уже ела, спасибо, – ехидно протянула она, заметив тарелку в моей руке.

Вот же язва!

– Прости, но это не тебе, красавица, – заявил я, нагло присаживаясь на ее кровать.

Ева подтянула под одеялом ноги, и я сел поудобнее, опираясь спиной о стену.

– У тебя кровать другая, побольше, – заметил я, взявшись за вилку.

– Ты только на это обратил внимание? – насмешливо спросила девушка, кладя телефон на тумбочку возле кровати.

Я огляделась. Как приехал, я еще не заходил к Еве. И теперь, вглядываясь в полумраке в очертания комнаты, обратил внимание, что от прежней обстановки ничего не осталось. Теперь это была уютная, красиво обставленная спальня молодой женщины.

Я вдруг подумал о том, что завалился к Еве посреди ночи в одних шортах. Надо будет в следующий раз футболку что ли приодеть…

– Что, неужели, и от постеров Рамштайна избавилась? – хмыкнул я, склонившись над тарелкой.

Ева всегда была бунтаркой, даже в музыкальных предпочтениях.

– Да вот теперь думаю фото Лёши над кроватью повесить, – поддела она меня, мечтательно уставившись в потолок.

Подавившись картошкой, я закашлялся.

– А помнишь, я дарил тебе набор дартса? Можно совместить.

Глаза Евы сверкнули в темноте улыбкой.

– Я хочу вас познакомиться. Он тебе понравится.

Чтобы не отвечать сразу, я засунул в рот порцию запеканки побольше.

Ева терпеливо ждала, пока я прожую. Чувствуя на себе ее взгляд, я слегка напрягся. Все-таки надо было футболку надеть.

Потянувшись, я поставил тарелку на стол возле кровати и повернулся к Еве.

– У вас с ним всё серьезно? – спросил я, расслабленно откидываясь на стену.

Глаза начали привыкать к темноте, и силуэт девушки прорисовывался четче. Я даже смог разглядеть ее нежное личико без косметики.

– А что в твоем понимании – серьезно? – наконец, спросила она, слегка поведя плечом.

От неосторожного движения одеяло сползло вниз, и я увидел уже знакомый домашний топик из чертовски тонкой ткани…

– Это значит, что вы планируете совместное будущее, проводите всё свободное время вместе, у вас общая компания друзей, и вы знаете пароли от телефонов друг друга.

Говоря всё это, я смотрел Еве прямо в глаза, запрещая себе спуститься взглядом ниже.

Девушка не спешила мне отвечать. Приподнявшись повыше, она подложила под спину подушку и вытянула под одеялом свои длинные ноги. Ее ступни уперлись мне в бедро, и я автоматически положил на них ладонь, сквозь легкое одеяло ощущая тепло кожи.

– Нет, у нас пока не настолько всё серьезно, – усмехнулась Ева, задумчиво покусывая губы.

Эта привычка осталась у нее с детства. Помнится, раньше мне постоянно приходилось покупать в аптеке заживляющие бальзамы.

– Он твой первый парень? – спросил я, рассматривая девичьи губы. Теперь заживляющий крем ей был не нужен. От легких покусываний нежные губки только раскраснелись и слегка припухли.

– Ну если не считать нескольких детских увлечений, то да – первый, – как-то нервно усмехнулась Ева.

Я почувствовал повисшую в воздухе неловкость и посмотрел Еве в глаза. Этот перекаченный хорёк стал ее первым мужчиной?!

– Мне не терпится с ним познакомиться, – медленно проговорил я, пытаясь подавить вспыхнувшее внутри неприятное чувство.

Может, этот Алёшенька действительно хороший парень, что я в самом деле.

– Если бы ты вернулся к ужину, то познакомился бы, – недовольно пробурчала Ева, скрещивая руки на груди.

Я опустил голову и усмехнулся себе под нос. Всё-таки позвала его, упрямая!

– Прости, мелкая, встретился с друзьями в баре и потерял счет времени, – сказал я, бросив на Еву быстрый взгляд исподлобья.

Девушка, сверкая глазами, смотрела на меня. Злится. Может, пощекотать ее, как в детстве? Скользнув взглядом по белевшим в темноте обнаженным плечам, полной груди, затянутой в шелковый топик, плоскому животику, наполовину скрытому одеялом, я понял, что не стоит.

Больше всего я сейчас боялся подумать о чем-нибудь лишнем. А извивающаяся подо мной и хохочущая от щекотки Ева этому точно не поспособствует.

– Ладно, Ев, – я решительно встал с кровати и прихватил со стола тарелку. – Давай спать, уже поздно.

Ева помолчала, наблюдая, как я направляюсь к двери.

– Жень, – тихо позвала она, и у меня отчего-то ёкнуло внутри.

– Что? – резковато спросил я, разворачиваясь к лежащей на кровати девушке.

– Спокойной ночи, – улыбнулась Ева.

– И тебе, мелкая… – тихо ответил я, выходя из спальни.