Уши

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Меня считают большим шутником и мастером на розыгрыши.

И когда я прихожу в компанию, все, заранее улыбаясь, ждут, что я расскажу какую-нибудь смешную и интересную байку.

А после всех моих баек и шуток обязательно просят рассказать, как и куда пропало мое левое ухо и что у меня вместо него. Остаток от уха или нечто другое?

Иногда я уступаю просьбам и, поглаживая то место, где у меня когда-то росло мое замечательное ухо с тремя волосками и веснушками, рассказываю леденящую кровь историю.

Люди, как правило, надолго замирают после моего рассказа, но потом, видя, что я улыбаюсь в усы, вздыхают облегченно и, подмигивая друг другу, перешептываются: «Сочинил, придумал. Ну и разыграл же он нас! И все-таки куда у него делось ухо?»

А в последнее время встречаются такие, которые божатся, будто сами видели, как я его – свое-то ухо! – сам себе откусил, хоть и не до конца.

И даже пытаются показать, как я это сделал.

Правда, только теоретически.

Но беда в том, что некоторые из близких моих знакомых начинают верить этим бредням и даже восхищаются: «Ну, ты артист!» И когда я, уступив в очередной раз настойчивым просьбам, начинаю рассказывать трагическую правду про расставание с родным ухом, люди начинают перешептываться и подмигивать – мол, рассказывай, знаем, мол…

Мне эти намеки вконец надоели.

Вот поэтому я и решил рассказать эту жуткую историю вам, своим читателям.

Вы же знаете – вам я не совру ни на йоту.

Сколько уже историй я вам поведал, и все они были исключительно правдивы. Прочитав ее, вы ответите этим Фомам неверующим, что ухо свое я не сам себе откусил во время развеселой встречи друзей-соратников, а расстался с ним по решению коллектива…

Впрочем, я забегаю вперед.

Своего левого уха я лишился при весьма причудливых обстоятельствах.

Было, мне в ту пору двадцать лет, и я заканчивал службу в армии.

Дослужился я до старшины роты.

До отъезда домой оставалось меньше месяца, и вся моя служба сводилась к усиленной подготовке на дембель.

Я сам и два моих каптерщика трудились денно и нощно над моей парадной формой и дембельским фотоальбомом.

Вот и в этот роковой день мы с младшим каптерщиком гладили мои яловые сапоги.

Технология этого процесса очень проста.

Берутся новые яловые сапоги. Набиваются портянками, чтобы придать надлежащий объем.

Обильно смазываются черной ваксой.

Потом берешь обыкновенный утюг, нагреваешь и осторожненько, с любовью начинаешь прохаживаться – снизу вверх – по нафабренным сапогам.

После этой процедуры сапоги становятся мягкими, нежными и блестящими, словно лайковые.

Так вот, гладим это мы с моим младшим каптерщиком по фамилии Халтус мои дембельские сапоги, нюхаем гуталиновую вонь из-под утюга, как вдруг вбегает старший каптерщик, ефрейтор Вася Войтенко, и физиономия у него сияет, как бляха на моем парадном ремне.

Естественно, увидев своего товарища в таком возбужденном состоянии, мы оторвались от нашего важного дела и замерли с утюгом и сапогами в руках, вопросительно глядя на него.

А ефрейтор Войтенко обращается ко мне, дрожа от энтузиазма:

– Товарищ старшина, я поросенка поймал, розового, жирненького. Тут в лесу, недалеко. Какой-то бесхозный. Болтался около ракетной зоны, я его и накрыл бушлатом. – И он показал нам свой бушлат.

Мы с рядовым Халтусом заглянули в бушлат, но никакого поросенка не обнаружили.

Заметив наше недоумение, ефрейтор даже засучил от нетерпения ногами в огромных кирзовых сапогах.

– Да я ж его спрятал, – объяснил он шепотом, пряча за спину свой никому не интересный бушлат. – Я его в шахту ракетную засунул, у нее люк был открыт.

Видя, что мы по-прежнему не въезжаем в ситуацию и молчим, он совсем разволновался.

– Товарищ старшина, поросенок-то маленький, только на нас троих и хватит. Возьмем котелок, соли, картошки, цибулю – и в шахту… Как я его приготовлю!

Он мечтательно закатил глаза и сглотнул от нетерпения.

Тут и мы поняли, что к чему.

Быстро свернули нашу гладильню, нашли котелок, лук, хлеб, пять картошин, щепотку соли. Закрыли каптерку и – бегом из части.

А часть наша стояла в глухих литовских лесах, рядом с какой-то ракетной точкой. Что это за точка и какие там в земле ракеты, мы не знали. Вокруг их было много.

Огорожены они были колючкой в несколько рядов и оборудованы охранными системами.

Очень редко, раз в два-три месяца, приезжали туда военные специалисты, проверяли что-то там, ставили новые охранные датчики взамен сломанных и растащенных нами и местными жителями.

Над землей в этих зонах возвышались, как правило, лишь бетонные купола с вечно задраенными люками.

Но, видимо, в тот момент, когда Вася Войтенко нашел поросенка, каким-то чудом очутившегося в лесу, один из люков оказался открытым. То ли его забыла задраить очередная команда проверяльщиков, то ли они вообще все были открыты по причине плановой проверки.

Вот туда и сховал бедного поросенка догадливый ефрейтор.

Наша секретная миссия не задалась с самого начала: буквально на выходе из КПП нас перехватил старший лейтенант Пищемуха – безобидный малый, хоть и службист, каких свет не видывал. Мы же прозвали его за редкую фамилию Пищикамар.

Так вот, увидел он нас, спешащих с котелком приличных размеров в неизвестном направлении, удивился и поинтересовался:

– Куда направляемся, старшина? – Это он ко мне так официально, поскольку рядом присутствуют мои подчиненные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.