Десерт для динозавра
- -
- 100%
- +
Рассердившись, я сконцентрировалась и всадила в него еще один заряд скверны, в несколько раз больше, чем я обычно отдавала Оружиям. Он ведь старый… опытный, у него, наверное, емкость больше. И ему просто не хватает.
И сама испугалась – ой-ой! Забыла, дура, что именно после хорошего толчка скверной мальчишки из академии подо мной вырубались… ржа! Топорик тоже дернулся так, словно я его ударила током от неисправной антикварной фиговины из отсталого технического мира, и тоже, кажется, вырубился. Ну ржа-а-а-а-а!
Уф, нет! Пришел в себя! Глаза открыл и смотрит. А главное, вполне осознанно так, изучающе. Ну и слава прародителю, а то я уже думала – опять облом, придется лекарей звать. А те папочке настучат… ладно, дальше я осторо-ожненько. Подцепить за связь… сплести потоки… притянуть сущность… а больше не сопротивляется, надо же. Н-ну-у-у… дальше можно просто получить удовольствие!
С этой мыслью я отпустила все инстинкты и впилась в губы Оружия жадным поцелуем.
– Тебе не стыдно, ребенок? – Он окинул меня странным, но вполне доброжелательным взглядом. Спокойным, я б даже сказала. Э, непорядок!
– Ни капли, – обрадовала его я, снова целуя и нетерпеливо ерзая так, чтобы интенсивнее и провокационнее потереться о некоторые… интересные… части тела.
– Ну, сама напросилась, – сделал вывод Топор, и в следующую секунду я почувствовала, что лечу. У-ух! Спиной на постель, а он сверху, и придавил, и… непривычно так. Разве не Мастер должен «руководить процессом»? Но как бы то ни было мне… это… почему-то… нравится!
Спустя час я снова сидела на маленькой кухоньке и весело болтала ногами, уплетая прямо с противня вкуснейшее миндальное печенье.
– А вещи когда заберешь, сразу или потом, когда в клане устроишься? – спросила, наблюдая, как он спокойно возится с духовкой – достает решетки, чистит их как в каменном веке – какой-то железной мочалкой.
– Хм… с чего ты взяла, что я перееду? – кинул Топор на меня заинтересованный взгляд.
– Утонуть мне в сладкой вате! – опешила я. – Ты что, не понял с перепугу? Я же тебя привязала, и теперь ты не бесхозный, а мое Оружие, – я гордо указала пальцем в небо.
– Да я и раньше бесхозным не был, – пожал он плечами, ополаскивая решетку.
Я подавилась печенькой.
– Как это?! Ты же сказал, что твоя Мастер ушла на перерождение… – я на всякий случай еще раз всмотрелась в его ауру и самодовольно хмыкнула, увидев там только слегка розоватую связь со мной, – и у тебя точно не было привязки к другому Мастеру в ауре, иначе бы у меня ничего не вышло!
– Ушла, – тяжело вздохнул он. – Но ты ж вроде не совсем малышка. Понимаешь, что Оружие вполне может и без привязки работать и сражаться.
– Так ну и что? – не поняла я его тяжких вздохов. – После привязки же всё меняется. – Я развела руки в стороны, держа в каждой по печенью. – Все прежние договоренности теряют смысл, кем бы ты там ни был. Новое имя – новая жизнь! Но не бойся, мне твое имя нравится. Оно тебе идеально подходит. – Я зажмурилась, снова откусывая печенье.
– Наивное существо. – Кекс вытер руки и взлохматил мне волосы. – Я благодарен за твой душевный порыв. Честно. Но поверь, со мной тебе лучше не связываться.
– Так, постой-постой, лакричный человечек. – Я выставила обе ладони в защитном жесте, а потом постаралась получше вглядеться в его лицо. – Хочешь сказать, тебя не отпустят какие-то злыдни, да? – Чуть ниже спины явно зашевелилось шило, предвкушая приключения. – Так ерунда, вместе со всем разберемся! Ну, точнее, я разберусь, я ж Мастер.
– Нет, Зефирка, никаких злыдней, – впервые назвал он меня по «имени». – Просто ты поступила достаточно… недальновидно. Не спрашивая, не предлагая, не узнав ситуации. Нагрезила чего-то…
– Какие, на фиг, грезы! – впервые рассердилась я и уперла руки в боки. – Я тебя спасала! Наглотался бы дряни и сгинул во ржу, как дурак!
– Дряни? Как… что? Ты что, «радужную пыль» нашла? – Его глаза непривычно округлились.
– Вот именно! – Я воинственно вздернула подбородок, чтобы этим самым подбородком доставать ему… ну хотя бы до груди. – Ты хоть понимаешь, что это за гадость? У Оружий к нему привыкание почти мгновенное! Разок бы попробовал – и пиши пропало!
– С чего ты взяла, что я ее употребляю? – строго спросил он.
– А зачем ты ее притащил, огурцы… или эти, как их… брамбрулеты на петеяровом масле солить?! На наркоторговца ты не похож, вот не настолько я маленькая, наивная и всё такое прочее, – я недовольно фыркнула. – Немножко, но чую. Особенно по привязке. Всë, не нужна тебе больше всякая фигня, чтоб не было одиноко, теперь у тебя есть я! – Я потянула его за рукав футболки на себя, намекая на поцелуй.
– Это для… работы, – ошалело пробормотал Кекс, глядя на меня большими квадратными глазами. И вместо губ чмокнул… в макушку. – Сегодня в клан передам.
– Чего? Какая еще работа с пылью-то? – опешила уже я. – Кланам с ней тоже запрещено! Слушай… ты не волнуйся, – прикинула я в голове дальнейшие действия. – Сколько там эта фигня стоила? Я заплачу и выкуплю тебя у тех гадов, которые заставляли такими темными делишками заниматься. А если надо будет – сдам их Хранителям, чтоб неповадно было наркотой торговать!
– Постой… ты что-то сделала с партией? – Он уронил на пол половник, который решил всё же домыть во время разговора.
– Уф-ф-ф… в унитаз смыла, – призналась я чуть виновато, но потом снова рассердилась: – Туда им и дорога. Кекс, ты ведь большой и умный… вроде. Понимаешь же, что это не шутки! Это приговор на перерождение и вообще очень поганая пакость. Не надо тебе ее.
– Ты… дите ты неразумное, – внезапно успокоился Топор, накладывая мне на тарелку еще печенек. – Если б я действительно этой дрянью торговал, то, уничтожив такую партию… эх…
– Ну вот поехали домой, там не достанут, – предложила я, облизывая пальцы. Эх… дома так не покайфуешь, там этике-е-ет за столом.
– Откуда ж ты на мою голову взялась, нахальная конфета, – вздохнул Кекс. – Вот не было печали, а грабля всё равно прилетела… Ладно, зато… впрочем, неважно. Посиди-ка тут пять минут, хорошо?
И с этими словами он вышел из кухни.
Я доела печеньки. Выпила приготовленный им кофе. Еще немного посидела и поняла – что-то не так. Пять минут давно прошло.
Вот я дура-а-а-а! И он дурак!
Записку оставил, идиот ржавый, на двери приколотую, как… как в мелодраме!
«Ты прелесть, малышка. Но, поверь, старый металлолом с кучей сколов, обязательств и проблем – это не то, что пригодится маленькой зефирной принцессе. За привязку не беспокойся, скверну мне в клане и так дают – пенсия очень даже неплохая. Да и с остальным я сумею справиться сам. А ты быстро найдешь себе молодого хорошего мальчика по руке, я искренне в это верю. Удачи. Кекс.
P.S. Ключи от квартиры на тумбочке в коридоре. Аренда оплачена еще на три цикла вперед – так что можешь пользоваться».
Глава 5
Кетцалькоатль– Кхм. – Я осторожно, без щелчка, прикрыл дверь в свою бывшую квартиру и задумчиво повел шеей сначала в одну сторону, потом в другую. Кости страдальчески затрещали, но плотный поток скверны тут же прошелся по позвоночнику, освежая и возвращая былую гибкость. М-да…
Это было действительно неожиданно. Не думал, что еще раз встречу на своем пути Мастера, который «кормит» Оружие таким насыщенным концентратом, да еще при обратном векторе… Вещь это, конечно, просто отличная… но надо иметь достаточно раскачанный резерв и непробиваемые каналы. Удивительно встретить подобную способность в соплюшке, еще, кажется, даже не окончившей обучения. На ком она тренировалась-то? Сейчас мелкота из Оружий настолько прокачана, что сходу умеет поглощать концентрат? Это хорошо, только удивительно, почему все вокруг жалуются на то, что молодежь пошла не та.
Самое смешное, что для меня это лучшая «еда», какая только может быть. И у розовой сладости это, похоже, врожденная особенность – выдавать концентрат. В других бы обстоятельствах… нет, лучше об этом даже не думать. Как бы то ни было – Мастер еще ребенок. Втягивать ее в самую клоаку нашего мира – не лучший способ снять достаточно милые и блестящие розовые очки. Тем более… они ей так идут. И мои сладости она уплетает так, что за ушами трещит. Весело и чуточку неуклюже.
Хм… века летят, а ощущения всё те же. Прародители отлично постарались с этой связью душ, но как же не вовремя! Потому я решил – пусть живет. Живет в своем пушистом и беззаботном мире. А я чуть позже объясню ситуацию ее родителям. Те подыщут ей молодое и свободное от обязательств Оружие по руке, которое сможет достаточно быстро раскачать резерв до нужного уровня. Я даже методику подкину, что раньше сам использовал.
Дети, они быстро переключаются и забывают обиды. Особенно при наличии рядом более интересной «игрушки». Да, решено.
А пока нужно заняться своими проблемами.
– Нат… вот скажи, с какой ржи мне этот пакет сунула? – начал я с нападения, выходя из портала в нашем обычном месте.
– Что? А… да просто забыла забрать потом, он мне мешал в руках. А что? Сдал уже? – Наталия расслабленно облокотилась на стойку бара.
– Утилизировал. Не спрашивай как – всё равно не поверишь, – взял я вину на себя.
– Так, погоди. – Мастер отставила стакан и чуть нахмурилась. – А расписку взял с утилизатора?
– Унитазы расписок не дают, – хмыкнул я.
– Ты совсем оржавел?! – вытаращилась она на меня. – Первый день в рейде, что ли?!
– Да давно весь на ржу изошел, а вы не верите. Может, отпустите, наконец? – индифферентно пожал я плечами. – Срок эксплуатации истек этак полвека назад.
– Так, ну-ка в глаза посмотри! – рявкнула вдруг она, но тут же успокоилась: – Уф-ф-ф, нет, сам не нанюхался. Ржа, нельзя меня так пугать. В то, что ты побежишь добычу продавать, я не поверю, а вот что сам от отчаяния мог обдолбаться… ладно. Рассказывать, куда пакет проржабал и где тот унитаз, всё равно ведь не станешь?
– Ну зачем тогда спрашиваешь, если сама знаешь. Ну так что, я свободен? – изобразил я радостное предвкушение.
– Щаз тебе. Будешь должен, Томагавк, – усмехнулась она, задирая рукав и набирая какое-то сообщение на браслете. – Будешь должен. Может быть, это и неплохо. А то так и бегал бы от меня, пока прародитель на горе свистнет.
– Экх… хе… Нат, ты только не волнуйся. Вдох-выдох. Тут такое дело… – я медленно-медленно приоткрыл самый краешек ауры.
– Ржебть твою мать! – рявкнула она снова на весь бар так громко, что народ начал оглядываться. – Кец! Ты… ты… ты во что вляпался, идиот?!
– Ну, понимаешь… кажется, меня слегка того, нежно изнасиловали, – продолжал я с серьезным видом издеваться над напарницей. – Причем всему виной, не поверишь, этот твой радужный пакет.
– К лекарям. Срочно, – решительно заявила Наталия. – У тебя не в порядке с мозгами, это ясно. Чем-то на тебя воздействовали. Узнали, на кого работаешь?
– Да просто пережрал, вот и ведет, – недовольно буркнул я, осаждая ее пыл.
– Кец, ты же в курсе, что с нашей работой всё не просто, – уже совершенно серьезно выдала Мастер, оглядываясь, видимо, в поисках своего Доспеха. – Надо сдаваться спецам из внутренних мозголомов. И понять, как на тебя воздействовали и чем это грозит.
– Не маленький, Нат. Поверь, работа тут ни при чем. И мозги мои в полном порядке. Просто… кажется, я нашел ее… – я грустно усмехнулся. – Она меня спасать полезла, представляешь? Увидела наркоту и решила, что это я ширяюсь. И тоже решила… мозги вправить… хех…
Ната оставила браслет, на котором опять собиралась что-то отстучать, и посмотрела на меня потрясенными глазами.
– Так, погоди… ты серьезно? Резонанс?! Второй раз? Так почему, ржа тебя возьми, ты здесь, причем один?!
– А ты сама почему Вильга сюда не притащила? – усмехнулся я, вспомнив, как разорялся ее повзрослевший сын, когда ему категорически запретили даже близко подходить к материнской работе.
– Потому что нехрен детям делать в этом дерьме, – резко отрубила она и тут же догадливо вскинула брови. – Ой, ржа-а-а-а…
– Она самая, – кивнул я, заказывая бармену сладкий ликерный шот. – Так что лучше пусть живет своей жизнью. Еще неделя-другая, привязка притупится, ощущения затуманятся, а там и вовсе – найдет себе другого напарника. – Передо мной поставили горящий зеленым огнем коктейль, который я, не глядя, опрокинул в горло. – И все счастливы! И я – ты больше приставать не будешь, и вы – в утиль меня теперь не списать. А начальство слишком любит кататься на моей шее.
– Мазохист, – буркнула Наталия, смакуя свой напиток, – и идиот.
– Есть такое, – не стал отпираться, заказывая уже целую бутылку. Отвлечься бы точно не помешало.
– Не торопись только нажраться. – Ната сумрачно вздохнула, отобрала у меня бутылку и налила из нее в свой стакан. – Задание пришло. За подробностями велено явиться на конспиративную точку. И у меня, знаешь, предчувствие… нехорошее какое-то.
– От начальства никогда ничего хорошего не прилетало, – вернул я свой трофей обратно.
– Ну тут, видать, особый сорт дряни предстоит. – Мастер заметила в дверях свой Доспех и вяло махнула ему рукой, подзывая. – И у меня впечатление, что правая сабля начальства не очень знает, что делает левая. Иначе с какого прародителя такая секретность даже от своих?
– Ты мою тактику знаешь. Я наверх не рвусь, и вообще… древняя развалина времен зарождения галактики, меня в политику звать – дело гиблое и бесперспективное.
– Да уж, древнее не бывает. Знаешь, повезло твоей… мелочи, что ты ее с собой не привел. Есть у меня желание сказать кое-какой «насильнице» пару ласковых. Ладно, забирай бутылку и двинули. Узнаем, в какую ржопу нас хотят запихнуть на этот раз.
Глава 6
ЖаннаСловами не передать, как я ненавидела весь мир следующие… ну, сутки, наверное. Меня… меня опять отбросили! Как ненужную тряпку! Как… как…
Что же я за Мастер такой, если от меня даже привязанное Оружие сбегает?!
А я еще из-за друзей-приятелей страдала, дура! А что с них взять, если я настолько никчемное существо, что даже… даже… ну вот, опять слезы сами текут, а разбивать уже нечего. Я тут за первые полчаса после ухода гадского Топора всë в хлам разгромила, душу отвести теперь просто не на чем.
Главное, и домой ведь не явишься! Хотя клановый ИД постоянно шлет срочные сообщения на браслет, но я их блокирую. У меня тут привязка в ауре светит как сверхновая над горизонтом, и как я объясню родителям этот феномен? Да и не только родителям… Позорище такое, хоть топись!
Я уткнулась опухшим лицом в рыбу-подушку и решила, что замуруюсь тут к рже до скончания галактики, и пусть вселенная катится к черту! От слез и приступов бешенства у меня еще и слабость накатила – устала буянить и реветь. Но только-только стала уплывать в тревожный и тяжелый сон, как звякнул портал доставки и мне прямо на голову свалился какой-то пакет.
Чего это?
Недоумевая, я вывалила на смятую постель какие-то тряпки. Ага… Теплая толстовка с капюшоном, по-моднявому драные джинсы, прикольные черные ботинки с клепками, на толстенной платформе. Это чего ваще?
Среди вещей оказалась впихнута плоская коробка со знакомым печеньем и надписью на картонной крышке: «Мои рубашки тоже в твоем распоряжении. Чувствуй себя как дома. И не сиди голодная!»
А-а-а-а-а-а-а!!!! И еще раз: А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!
Ух, щас разнесу! Щас разнесу всë, что не разнесла!
Гад такой! Топор ржавый!
Это что, он издевается так или решил, что я ребенок, сама о себе не позабочусь?! Да я… да я!
Сначала я что было сил зафигачила коробкой с печеньем в стену, а потом вскочила, чтобы еще ногами ее потоптать. Но коробка от удара раскрылась, несколько круглых печенек выкатились на ковер и распахлись на всю комнату так, что у меня рот мгновенно наполнился слюной.
Топтать их я передумала. Собрала с пола, угрюмо забралась с ногами и коробкой обратно в кровать и начала их хмуро хомячить всухомятку, злобно откусывая сразу по половинке, засыпая всю простыню крошками и сверля взглядом противоположную стену.
Значит, маленькая я, да? А он типа большой и древний. Ну погоди-и! Я тебе покажу! Еще посмотрим, кто кого недостоин и кто для кого недостаточно взрослый.
Печенье закончилось, а вместе с сытостью ко мне вернулся упрямый оптимизм. Видать, еще от недоедания меня так колбасило. Я давно заметила, что от голода всегда настроение портится. А теперь вот мозг, подкормленный вкусняшкой с сахаром и шоколадной крошкой, очнулся от комы и снова начал подавать сигналы.
Так, первым делом надо залезть в сеть и найти там всю информацию про этот ржавый колун. Это самое первое и самое простое. Сейчас и займусь. Если надо – по секретному коду подключу клановый ИД, ему можно одно такое слово сказать… после которого он меня родителям не заложит. Во всяком случае, сразу. Это я еще на третьем курсе в программках поковырялась… Так. Приступим!
Благо имя у моего Оружия достаточно необычно, так что, может, и в простом поиске повезет, без клановых полномочий.
Ну кто ж знал, что обычный поиск вначале выдаст всë что угодно, только не нужного мне мужчину.
Кетцалькоатль – бог-птица какого-то мира в желтой спирали, которому приносили сотни жертв. Кетцалькоатль – управляемая ракета из того же мирка. Кетцалькоатль – восстановленная недавно из остатков ДНК в «историческом» зоопарке призмы древняя летающая ящерица…
М-дэ… похоже, его прежняя Мастер явно с юмором была. Мало того что имя фиг выговоришь, так еще и что только этим именем не обзывали. Но логика видна – всë летающее и смертоносное. Летающий смертоносный топор? Она его во врагов что, кидала, получается? М-дэ…
А еще – этого сволочного топора не было ни в одной популярной ныне соцсети! Ни в Призма-чат, ни в Раду-гоу, вообще нигде! Да у меня даже дед там сидит периодически! А это совсем динозавр какой-то. Одно слово – древняя ящерица.
В конце концов, решила всë же воспользоваться клановым ИД для запроса информации именно по Оружиям.
Ну и нарыла. Такое, что сама обалдела и минуты три тупила в текст на экране:
«Первое и единственное Оружие Мастера Майи, героини „лазурного“ прорыва, ушедшей на перерождение около трехсот стандартных циклов назад. Точный возраст неизвестен, но по совокупности параметров причислен к ордену древних».
Я присвистнула… По ходу, мысленно ругаясь и обзывая его «ржавой развалиной», я невольно накаркала. Это ему… ему… сколько тысяч там в этих вот параметрах, я забыла? Не, на фиг, даже в справочнике смотреть не буду. Не хочу пугаться. Много. Лазурный прорыв был еще… Э, короче, это учебник истории прошлых эпох.
Неудивительно тогда, что я для него младенчик. С печенькой… «хрусть»… м-да… Младенчик, который его привязал и изнасиловал. Ох, нет, не надо, не представляй это! Бедный мой мозг и гребаное воображение!
Ладно, читаем дальше:
«На данный момент свободен от обязательств партнерства. Является высокооплачиваемым наемником.
Внимание! Насильственная привязка категорически не рекомендуется. В случае нанесения телесных, энергетических и моральных повреждений Мастеру, пытавшемуся осуществить принудительный аурный захват, иск удовлетворен не будет».
Ик! Это что получается, будь он недостаточно сонный или не считай меня просто милым надоедливым младенцем… Эм… м-да. Родителям лучше никогда, даже в пьяном бреду, не рассказывать историю нашей привязки. Голову оторвут и скажут, что так и было…
Но вообще странно. Привязка-то пошла на ура, то есть сначала было сопротивление, но ва-аще несерьезное, как мне кажется. Потому что… потому что… ах ты ржавая же ржа!
Я вскочила, отбросив пустую коробку от печенек, и забегала по комнате, то и дело натыкаясь на кровать и прочие предметы мебели.
Как же я сразу не заметила, дурында тупая?! Как же… у нас же резонанс был! А он бывает, только если совместимость больше… э, не помню, скольки там процентов, но чего-то до ржи много. И он мне теперь печеньки шлет и кеды, заботится потому что. Потому что… хм. Так.
Нет уж-ж-ж! От Жанны еще никто так просто не уходил. Надо сесть и подумать головой, где этого гада можно с гарантией отловить. Чтобы за привязку пощупать, паразита. Где у нас водятся древние с гарантией?
По идее, в совете. Но как-то странно, наверное, сидеть в засаде у шлюза на центральной станции и кидаться оттуда на мимопроходящих Топоров. Я, конечно, обожаю шокировать окружающих, но всë же не настолько.
А как тогда? Хм… ну, они же там не только советуются, на станции этой? Там еще целый комплекс – лекари, администрация, искатели. И полно всяких ресторанчиков и баров, где можно пообедать днем и расслабиться вечером после работы. Логично будет поджидать беглого Томагавка там? Логично!
Так, где там его прикольные кеды? Надеваем – и вперед. И еще он про рубашки чего-то говорил, ща мы ему тут устроим ревизию гардероба, сам напросился. Хочу вон ту… да! Со страшной рожей на спине, и с зубами!
А домой пока всë равно не пойду. Хотя узел привязки уже почти совсем сгладился с поверхности ауры.
Глава 7
Жанна– Что будете заказывать, Мастер? – склонился надо мной привлекательный молодой парень, сверкая улыбкой. Возможно, вполне искренней.
Я еще раз посмотрела в меню, полное множества настоящих сладких произведений искусства, весело плавающих в голограмме.
– Пусть будет вот этот, – ткнула я в сладость, детально изображающую какой-то газовый гигант в множестве колец из застывшего шоколада и карамели, – и каффа с пряными травами.
Официант-Оружие еще раз лучезарно мне улыбнулся, повторив заказ, и плавно заскользил по интерактивному полу на гравиботинках, оставляя за собой «кометный» ярко-зеленый хвост.
Понятно, искать Кекса в том баре, из которого я так эпично вывалилась ему почти под ноги, дело гиблое. Нарочно, да и нечаянно тоже, он туда явно не пойдет. Но где еще можно подкараулить древнего, еще и влипшего в какую-то мутную историю с наркотой?
Хм… в общем, такое дело… я решила, что лучшее кондитерское заведение в центральном секторе – не худшее начало поисков. Тем более у меня была важная улика! Наглый Топор в свое печенье явно одну травку интересную кладет, а я такую добавку только тут и встречала. Кажется, редкая она.
И вот эту чудо-травку, если верить сети, можно купить здесь же – в маленькой лавочке со специями и некоторыми приблудами для сложного приготовления офигительного десерта.
Это значит что? Значит, беглое Оружие тут бывает! На всякий случай я еще и всю сеть перерыла – не продают эту «киндззель» больше нигде, ни за какие кубы! Нет, есть, конечно, оптовые поставщики, но вряд ли моя новая доисторическая собственность закупается ею тоннами в фармацевтическом. В шкафу был маленький пакетик. Ага, фирменный пакетик с логотипом кондитерской. Я ж не цвирк без хвоста, я там устроила методичный обыск. После того как всё разгромила.
Будем надеяться, что печь сладости для него прямо сильно-сильно необходимое занятие и он прибежит за новой порцией ингредиента. Старую-то он всю в квартире оставил, вместе со мной.
Ну и вот. Третий день уже сижу, объедаюсь сладостями и улыбаюсь в ответ на кокетство Оружий-официантов. Ик! А сегодня они прямо очень стараются. Кажется, кто-то из мальчишек решил, что я тут ради него. Или они не поняли, кто именно мне нравится, и теперь соревнуются, стараясь понять мою реакцию? М-да… похоже.
Если бы не злость на Топора, которого непонятно где носит, и изжога от пятисуточной конфетной диеты (и Топорные сладости тут ни при чем! Это все от нервов!), то я б даже поддержала их игру. Всё-таки место тут очень приличное и абы кто не работает, все вполне боевые.
Я лениво ковыряла ложечкой шоколад в тарелке, когда возле двери, ведущей в лавочку специй, вдруг мелькнула знакомая вороная шевелюра и широченные плечи в кожаной куртке с бахромой. Я чуть не подавилась куском десерта и вытаращила глаза.
Да ладно?! Че, правда?! Я угадала?! Серьезно?! Прямо вот всë просчитала и оказалась права, как большая?! Ай да я!!!
Вот стул я зря уронила, он загрохотал, как целый оружейный склад, куда цвирк залез и там шурует. На меня всё кафе обернулось. Хорошо еще, что Кекс уже вошел в лавочку и дверь за собой прикрыл, то есть, возможно, грохота не слышал, ну, или не обратил на него внимания.
Вот сейчас я его там за рукоять и пощупаю! А то ишь! Сбежал он от своего Мастера, да сразу после привязки! Бегунок нашелся. Ничего, сейчас узнает, в каком месте самые сладкие ушкукули растут!
– Я так и знал, юная леди, что найду вас в кондитерской. И что за обноски вы на себя надели? Ваша матушка сойдет с ума, если увидит на вас это… непотребство, – раздался до боли знакомый голос за спиной.
А-а-а-а-а-а!!! Ну не-е-ет! Почему мне так не везет?! Только папочки тут не хватало!
Не оборачиваясь, я рванула в сторону лавки. Как же не вовремя! Лишь бы успеть! Схватиться за рукав, и достаточно! Прародители, услышьте меня!