Замуж за Татарина

Глава 1

Ануш

– Я не выйду за него замуж! Ни за что на свете! – выкрикнула моя подруга Лейла в пустоту комнаты, сжимая в руках черный платок.

– Но это твой жених! Твоя мама сказала, что он богатый и красивый! Ты такое счастье упускаешь! Твои родители столько старались, жениха искали.

– Ага, как же! Они жениха мне искали только из-за того, что я с Виталиком их познакомила. И знаешь, что им не понравилось? Национальность! Видите ли, русский муж мне не пара. А татарский как будто пара! Им только принеси, подай, иди на хуй, не мешай!

Голос Лейлы дрожал от всхлипываний, а карие раскосые глаза блестели так, будто она собралась утонуть в своей драме. Девушка плакала третьи сутки подряд, когда узнала, что замуж выходит. Точнее, у них это называлось никях, а штамп в паспорте поставят позже, как муж решит.

Я тяжело вздохнула, глядя на потускнеушю подругу. Ещё пару дней назад она была так счастлива со своим парнем, с сияющими глазами рассказывала о его щедрости и заботливости. Он и последний год обучения ей оплатил, и поздно вечером после пар забирал на машине, которую в лизинг взял недавно. Виталик и правда неплохой человек, но татарская консервативная семья вряд ли потерпит мужа другой национальности, и я понимала Лейлу.

Мои родители тоже достаточно консервативны, еле отпустили из Еревана в Москву, чтобы я достойное образование получила, и то под присмотром троюродной тетки Сирануш, которую я в последний раз видела в пять лет.

Чтобы их джаночка не пропала среди этих похотливых русских.

Но они зря беспокоились. Экзотика русских не волновала, им своих красоток подавай, да и замуж я не планировала.

Какая свадьба в двадцать два?

А парень… парней у меня не было, была когда-то влюблена лишь в друга своего старшего брата Арама, и то невзаимно. Но это другая история.

– Ты уже ничего не исправишь. Родители договорились, все подготовили, родственники твоего жениха приехали из Казани.

– Да на хрен мне сдался этот жених? У меня есть Виталик, понимаешь? Виталик! Он меня любит, он ждёт меня у вокзала! Мы уедем сегодня же, и никто нам не помешает!

– Как уедешь? Что ты задумала?!

– Я сбегу! Что угодно сделаю, но сбегу! Ануш, ты должна меня выручить.

Я смотрела на подругу и думала, что здесь срочно нужен психиатр. Или просто запереть её в комнате до окончания никяха? Но Лейла, вместо того чтобы смириться, вцепилась в мой рукав и зашипела:

– Что? Как выручить? – Я едва не выронила кружку, в которой плескался чай. Терпеть его не могла и мысленно мечтала о кофе.

– Надень это вместо меня, – она протянула сжатый в руках черный платок.

– Зачем?

– Это паранджа. Я попросила родителей надеть ее на свадьбу, чтобы жених меня увидел только во время брачной ночи, но я сбегу, а ее наденешь ты.

– Что-о? Ты с ума сошла? Хочешь, чтобы я невестой стала?

– Да, Ануш, да!

Кружка таки выскользнула из рук и приземлилась на мягкую кровать, чай растекся коричневым пятном по постельному белью. Но ни я, ни Лейла этого не заметили.

Мы дружили с первого курса, и за долгие годы разные религии не подорвали наше общение. Я готова была заступиться за лучшую подругу, прикрыть ее, спасти из безвыходной ситуации, но…

Свадьба с татарином…

– Ты вообще в своём уме? Я армянка, меня родители убьют, если узнают, что я участвовала в таком спектакле! Родители отрекаются навсегда, родственников не останется!

– Ну и что, что армянка? – отмахнулась подруга, будто это был пустяк. – Никто ничего не узнает. Ты просто наденешь паранджу, там сеточка, лица видно не будет. Посидишь церемонию, а потом свалишь.

– Свалю?! Вай, Лейла, это никях, а не пробник в «ЗАГС онлайн». Если родители договорились, то назад дороги нет. Даже у нас это серьезно, а у вас и подавно!

– Да никто не узнает! Штампа в паспорте не будет.

– А вдруг жених поймет, что под этой хренью я, а не ты? – Я махнула в сторону черной огромной ткани, которую Лейла назвала паранджой. – Я ни на что не намекаю, но узких глаз, как у тебя, у меня нет, и лицо вообще другое!

– Да он в глаза меня не видел, не узнает. А паранджа все скроет.

– Ты понимаешь, что мои родители и так еле переварили, что брат дружил с мусульманином в универе? Они месяц с ним не разговаривали! А тут их дочь станет женой татарина в парандже! Это будет катастрофа!

– Ануш, ахчик, выручай! Я не переживу, если меня выдадут замуж. А потом ты сбежишь со свадьбы и все. Никто ничего не заподозрит. Если я сейчас не сбегу, меня заставят выйти замуж за этого айтишника. А Виталик… он будет ждать. Ты же не хочешь, чтобы моя любовь умерла в зачатке?

Вай, мама, роди меня обратно! Это безумие какое-то. Да от меня родители отрекутся, пошлют куда подальше, а братья зарежут на шашлык на будущую свадьбу одного из них. Ладно, про шашлык я погорячилась, братья у меня добрые. Арам всегда относился ко мне как к взрослой и очень тепло, а Карен прикрывал перед родителями, потому что доверял. Он знал, что я по клубам тусоваться не пойду, по ночам гулять не стану, а с незнакомцами не разговариваю.

Но Лейла состроила настолько жалобную мордашку, что могла бы убедить даже каменного истукана, не говоря уже обо мне. Я любила подругу по-своему, и за эти пять лет она нашла способы надавить на мою жалость.

И у нее это получилось.

– Ладно. Но если меня убьют, это на твоей совести. И мне нужна гарантия, что я смогу сбежать.

– Да сможешь сто процентов. После никяха все разойдутся, вы с женихом одни останетесь, там и сбежишь.

Кажется, я подписала себе смертный приговор.

События развивались с пугающей скоростью. Еще утром я пила кофе в квартире у тети Сирануш и думала, как бы дотянуть последние месяцы до выпуска из универа. А сейчас сидела в чужом доме, закутанная в паранджу, словно подарочный набор «Жена в коробке с бесплатной доставкой из мусульманских стран» и слушала речь муллы.

Большая комната была обставлена богато. Много ковров, платков, а на столе лежал чак-чак, сладости, зеленый чай. А у них кофе не было? Лучше бы с собой в паранджу чашечку взяла. Я как заяц в свете фар – сидела на подушке и пыталась дышать сквозь ткань.

– Тсс, веди себя спокойно, – шикнула на меня какая-то тетка в бордовом платке. – Чего шеркаешься туда-сюда?

Потому что мне неудобно. Но что не сделаешь ради подруги? Надеюсь, та уже встретилась со своим Виталиком и держала курс на восток. Или куда там они собрались? Неважно. Лишь бы меня никто не спалил.

Мулла размеренно произносил молитву на мусульманском, его голос был низким и успокаивающим, но внутри меня клокотала паника. Я мысленно перекрестилась. По-армянски, естественно.

Господи, если выберусь отсюда живой, клянусь, я выйду замуж сразу же, как только родители засватают меня с достойным армянином.

Я старалась вообще ни на кого не смотреть, даже на жениха, который сидел неподалеку с отцом подруги. Лейла сказала, что лучше глядеть в пол, я и глядела. Но сейчас засмотрелась на мужчину сквозь черную сеточку паранджи. Лет тридцать, светлые волосы, острые черты лица, скулы выделены небольшой растительностью. Рыжеватой, я бы сказала. Через сетку плохо видно, да и глаза у него были закрыты, голова опущена. В костюме черном сидел, плечи широкие.

Хм… выглядит недурно, как на картинках в соцсетях.

И почему Лейла от такой партии оказалась? Красивый же. Может, мы с ним и договоримся, если мой план с побегом пойдет по одному месту?

– Теперь вы муж и жена, – произнесла женщина радостно, которая шикнула на меня. Фух, слава богу. Пара часиков, и все, домой поеду, а то тетя волноваться будет.

Гости радостно затрепетали, жених поднял глаза и посмотрел прямо на меня, а я…

Мое сердце забилось так, будто я пробежала марафон, перехватив взгляд серых глаз, которые помнила практически с детства.

Черт возьми!

Я знала его!

Это друг моего старшего брата, и зовут его Марат!

Глава 2

Ануш

– Ешь, доченька, ешь, – суёт мне тарелку, полную чак-чака, какая-то родственница жениха.

Я бы с радостью отказалась, но у армянских и татарских девушек был общий боевой навык: уговаривать так, что лучше сразу сдаться, чем сопротивляться. Только как мне есть, если кусок в горло не лез, а передо мной сидел лучший друг моего брата, который теперь стал моим мужем?

Мужем, Карл!

Марат учился вместе с Арамом, они снимали квартиру, жили как два холостяка. Мы с родителями даже в гости приезжали, и тогда я впервые увидела светлоглазого парня с необычной харизмой. Веселого и в то же время закрытого. Я тогда только школу окончила, и я тихо влюбилась в этого «порядочного татарина», у которого даже носки были сложены по цветам и пыль на ноутбуке не оседала.

Но кому об этом скажешь? Родители едва терпели его у нас в доме, когда он приезжал с Арамом в Ереван. Мать шипела: «Он татарин, Арам, держись от него подальше, эти тюрки и так нам кровь попили».

А я смотрела на высокого и статного Марата и думала, что хотела бы стать его женой. Понимала, что это невозможно, но…

…теперь я сидела в его доме в роли официальной жены. Пусть по ошибке, пусть в парандже, но жены!

Такое ни в одной комедии не покажут.

Черная ткань с сеточкой все еще закрывала меня от родственников и родителей Лейлы, но я чувствовала себя гостьей с планеты «Чужие армянские жены на свадьбе у тюрков». Все вокруг переговаривались, шутили, пили чай. А я молилась, чтобы Марат меня не узнал. Мы пересекались всего пару раз, но вдруг…

Когда уже закончится этот чертов никях?

– Какая у вас молчаливая дочка, – заметила женщина лет пятидесяти, которая сидела рядом с Маратом. – Такая скромная, тихая, в пол все время смотрит. Может, ты что-то поешь, дочка?

Я лишь помахала головой из стороны в сторону в надежде, что меня оставят в покое.

– Она у нас стеснительная. Непривычно быть замужней, да, Лейла? – довольно произнес папа Лейлы, который сидел справа от меня вместе с мамой подруги. Она, кстати, держала меня за руку сквозь ткань и, видимо, догадалась, что я не являлась ее дочерью, но не подала виду.

– Поэтому паранджу надела?

– Лейлочка очень хочет соблюдать традиции истинной мусульманки, – ответила мама Лейлы.

– Она быстро привыкнет к нашей семье. Будет нашему Маратику готовить, ухаживать за ним, рубашки гладить. Если помощь понадобится, я сразу же приеду из Казани, только позовите. Но не делай дырки на рубашках Маратика, я за сыночком своим хорошо следила, и ты следи, чтобы чистый и опрятный был.

– Не сделает. Иншаллах.

Я опешила, но виду не подала. Марат всегда был чистоплотным и аккуратным, в отличие от моего брата. Может, это и привлекло меня, семнадцатилетнюю девчонку?

Почему я сразу не догадалась, что та женщина – мама Марата? Может, потому, что она была темная и с узкими глазами. Я бы усомнилась в их родстве, если бы не видела такого же светловолосого и светлоглазого отца Марата, который сидел неподалеку и медленно пил чай.

– Ну что, молодые, время брачной ночи.

Что-о? Какой еще, к черту, брачной ночи?! Мне нужно быть дома через два часа!

– А еще родите как минимум пятерых деток! Будем племянников баловать. Сегодня можете начать первого малыша делать.

Каких пятерых детишек? Что за акция «пять по цене одного»? Я ещё никого не планировала, а нам тут еще и пять впихивают.

Но меня больше заботило, как избежать брачной ночи. Если меня спалят, я пропала, а Лейла и подавно.

Интересно, почему пышной свадьбы не было? Марат решил сэкономить? Проблемы с деньгами? Да вроде нет. Арам говорил, что его айти компания процветала и приносила миллионы. Впрочем, неважно. Мне нужно свалить, и как можно скорее.

Пока родственники прощались, а Марат провожал всех до машин во дворе, ко мне подошла мама Лейлы и прошептала:

– Не снимай при нем одежду. Как отойдет в туалет, быстро выбегай из комнаты. Я буду в соседней квартире, позвонишь туда, пока мужа нет, и я тебя отвезу домой к тете.

Боже! Вот и помощь пришла! Главное – не облажаться.

Придя в квартиру, Марат сразу повел меня в «комнату для брачной ночи». Словно под конвоем вели. А что вы хотели? У меня поджилки тряслись от одной только мысли, что у меня будет брачная ночь. Даже не так. Я поцелуюсь со взрослым мужчиной и проведу с ним время. Черт возьми, я ни разу не целовалась. Ни с кем. Никогда. До брака себя берегла.

А теперь стояла в просторной комнате с огромной белой кроватью, зашторенными окнами, разнообразием ковров и отдельной дверью. Она, видимо, вела в ванную.

И Марат стоял рядом…

Впервые за последние несколько часов я могла разглядеть друга своего брата ближе. Годы явно пошли ему на пользу. Маленькие морщинки в уголках глаз делали его мужественнее, челюсть стала более очерченная, острая, губы – чуть тоньше, но это из-за привычки постоянно их сжимать.

До сих пор помнила эту привычку, хотя видела мужчину всего несколько раз в жизни. Даже в соцсетях за ним не следила. Почему? Потому что у него их не было.

И запах. Он остался неизменным. Восточные нотки, похожие больше не на парфюм, а на масло со вкусом бахура.

– Заходи, не бойся.

Ой, правда? А ты не съешь меня там? Вай, мама, зачем я пошла на поводу у Лейлы? Когда мы встретимся в следующей жизни, обязательно припомню ей эту подставу и попрошу килограмм золота на свою свадьбу за моральный ущерб.

– Не волнуйся, сегодня ничего не будет, если ты к этому не готова, – произнес спокойным тоном Марат. Его голос остался таким же низким и бархатным, каким я его помнила. Еще одна неизменная деталь.

Сердце колотилось так быстро, будто готово было выпрыгнуть в то самое занавешенное окно. Паранджа душила, и я хотела как можно скорее ее снять, но нельзя, не сейчас. Да и подрагивающими от волнения пальцами я бы мало что сделала.

Хлопок. Дверь закрыли.

Вай, мама…

Марат развернулся ко мне и таким же, но более деловым тоном произнес:

– Спать мы будем отдельно в разных квартирах. Мне нужна удобная и преданная жена. Твоя задача – рожать детей и воспитывать их, материально я вас обеспечу. У меня много работы, так что на отношения времени нет. Проверять тебя я не буду, но если узнаю об измене, то…

– Вай, мама, я куда попала…

Что? Я это вслух произнесла? Черт возьми, да! Он услышал меня, речь свою пламенную прервал и пригляделся к моим глазам через сеточку в парандже. Лейла утверждала, что они не виделись вживую, но вряд ли типичная татарка будет говорить с армянским акцентом «Вай, мама!»

Боже, боже, боже! Я попала…

– Стоп… – он прищурился и подошел ближе, я сделала шаг назад. – Ты армянский знаешь?

– Я? Н-нет!

Зачем я вообще голос подала! Лучше бы как на никяхе вела себя смирно. Марат снова преодолел расстояние между нами, и я не заметила, как он занес руку надо мной и стянул паранджу.

Все, приплыли.

Может, он меня не узнает?

– Ануш?! Какого черта ты здесь делаешь?! Где Лейла?!

Узнал…

– Это… длинная история… – промямлила я, пятясь.

– Нет, ты объясни! Почему вместо моей невесты я вижу младшую сестру моего друга? Вот только не говори, что… – Марат осекся и схватился за голову, как в спектакле. – Я только что женился на сестре лучшего друга? Ты хоть понимаешь, что натворила?! Аллах, Аллах…

– Думаешь, я в восторге? Я, вообще-то, собиралась сегодня к экзамену готовиться, завтра сдача, а вместо этого я на татарской свадьбе оказалась! Да еще и невестой!

– И в этом ты винишь меня?

– Я виню обстоятельства и еще…

Я не успела договорить. Марат резко подскочил ко мне и, прижав к стене, прорычал:

– Где Лейла?!

– Сбежала! Она не хотела выходить замуж против воли и сбежала от тебя со своим парнем.

– С каким еще парнем?

– Неважно. Она сбежала, куда именно – не знаю.

– А ты как здесь оказалась?

– Лейла – моя лучшая подруга, мы в одной группе учимся. Она сказала, что посижу в этой тряпке черной, а потом тихонько свалю. И вообще, это формальность, штампа же не было.

– Формальность?! Ты хоть понимаешь, что у нас это не шутка? Это никях! Это брак! Его нельзя отменить! Мы женимся один раз, строим семью! У нас в роду так заведено.

– Правда? А жениться на женщине, чтобы она рожала, как инкубатор, в отдельной квартире без мужа, тоже у вас заведено?

– Так, все! Я звоню твоему брату.

– Нет! – Я перехватила его руку, все еще прижатая высоким и твердым татарским телом к стене.

Мы стояли так близко. Я чувствовала его тепло. Сердцебиение. Жар. Энергетику. Ярость в серых глазах. Губы снова поджал.

Боже…

Черт, ко мне еще ни один мужчина так близко не подходил, кроме братьев, и я почувствовала трепет в груди. Но он ушел на второй план, когда наши взгляды сцепились, а Марат пытался пожаловаться брату.

– Пойми, я не могла ей отказать. Вай, ты бы видел ее лицо, ара.

– Свои армянские загоны оставь брату. А ему я позвоню, пусть сам решает, что с тобой делать.

– Пожалуйста, не надо. Это худшая идея, нам обоим прилетит!

– За что? За то, что случайно и по незнанию на его сестре женился? – выкрикнул он, а затем нахмурил русые брови и громко вздохнул. – Ты права, прилетит по самое нехочу. Но я уважаю Арама, он мой друг, а я… женился на его сестре!

– Ты думаешь, я этого хотела?! Лейла сказала: «Штампа нет, всё можно будет отменить», – передразнила я ее голос. – Черт, а я поверила, дура!

– Никях – это серьёзно, даже если штамп поставят позже. Если я выйду отсюда один, ни одна женщина за меня не выйдет, а я семью хочу.

– Ага, я слышала, как ты семью хочешь. Жить отдельно и навещать, «когда душа пожелает, а ты рожай, женщина».

В ответ Марат лишь вздохнул и отошел подальше. Он ходил из стороны в сторону в своем костюме, который так выгодно подчеркивал его широкие плечи и грудь. Не будь я в такой отвратительной ситуации, полюбовалась бы другом своего брата и вспомнила бы те подростковые чувства, одолевающие меня ночами.

– Ладно, давай поступим так. Я посплю на полу, ты – на кровати, а завтра решим, что делать на свежую голову.

Что? Я с мужчиной в одной комнате спать буду? Перед ним в сорочке ходить? Да, видела, она на кровати лежала. Белая и почти прозрачная.

Марат поймал мой взгляд и закатил глаза.

– Ладно, я в ванной перекантуюсь, чтобы ты себя спокойнее чувствовала. Завтра все решим.

– А что я тете скажу? Мне дома надо быть.

И эту проблему мы решили. Я позвонила тете и сказала, что переночую у Лейлы, чтобы вместе подготовиться к экзамену. Это не в первый раз, когда я отпрашивалась. На первом курсе она с тревогой относилась к нашим посиделкам, но теперь более-менее успокоилась.

Когда Марат скрылся в ванной, я переоделась в ночную сорочку подруги и легла спать в надежде на здравые мысли с утра. Все же я доверяла Марату, он был умным и перспективным, иначе бы не построил многомиллионную империю.

Только утром нам не дали и шанса на размышления. Я не спала всю ночь, часто ворочалась и сомкнула глаза только к рассвету, но почти сразу проснулась сначала от стука, а затем от громкого женского визга у двери.

– Это еще кто такая? Где Лейла?

Глава 3

Марат

– Марат, это что такое? Где Лейла?! Это кто такая вообще?! – визг матери разнесся по квартире, будто сюда бомбу подбросили.

Я зажмурился, потому что знал: если Айгуль апа начала визжать, никакой мулла не перекричит. Моя мама в гневе могла остановить поезд, а тут всего лишь её сын, женившийся непонятно на ком. Ладно, не непонятно на ком, а на сестре моего лучшего друга, что усугулбяло ситуацию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.