Чужая жена
- -
- 100%
- +
– Не надо, – шепотом обжигаю нежную кожу, берусь за кончик собачки молнии платья и медленно тяну его вниз. Целую самый верхний позвонок, заставляю ее опустить руки, чтобы платье упало к ногам.
У Беллы красивая фигура в форме песочных часов, аккуратная небольшая грудь, длинные волосы перекинуты на одно плечо. Ласкать ее тело мне нравится. Очень. Возможно, в будущем мы найдем общий язык и станем прекрасными мужем и женой, но сейчас против моей воли перед глазами восстает совершенно другая фигура.
– Дани, сегодня ведь не суббота, – в голосе Беллы недоумение из-за несоблюдения мной договоренности. Я прижимаюсь к ее спине, обхватываю ладонями груди. Слегка сжимаю. Несильно, чтобы не испугалась еще больше, но и не слабо.
– Расслабься, моя хорошая. Позволь сделать тебе приятное.
Тело девушки покрывается мурашками, когда мои пальцы трогают ее соски. Интересно, насколько Жасмин отзывчивая на ласки? Скромно молчит или не скрывает свои стоны?
– Ты очень красива, – произношу полушепотом, осторожно разворачиваю к себе лицом Беллу. В полумраке не видно выражения ее лица, только чувствую обреченную покорность. Она не будет протестовать, сопротивляться. Она позволит мне все, что я захочу.
Прижимаюсь губами к раскрытому рту жены. Целую с напором, пытаюсь добиться ответа, но Белла безучастна. Временно. Спустя пару секунд она идет навстречу нашему будущем, целует меня нежно, трепетно. Злюсь. Прежде всего на себя, потом на Жасмин. Потому что перед глазами восстает образ красивой брюнетки с небесными глазами. Из-за нее у меня сейчас едет крыша, и я превращаюсь в животное, которому важные инстинкты.
Ярость и грубая похоть – огнеопасный коктейль. Контроль выскальзывает из рук, хочется грубо прижать к стене податливое тело послушной жены и взять ее сзади. Однако остатки разума останавливают меня от опрометчивого поступка. Так нельзя поступать с Беллой. Нельзя. Эта мысль пытается пробиться сквозь пелену вожделения.
Жадно, по-хищному втягиваю запах жены, прижимаюсь горячими губами к тонкой шее, опускаю голову ниже, оставляя россыпь влажных поцелуев. У Жасмин другой запах, цветочный – мелькает мысль и растворяется под напором желания.
Тяну Беллу за руку в сторону кровати, усаживаю. Она смотрит на меня с широко распахнутыми глазами, следит за каждым моим движением. Расстегиваю рубашку, ремень. В тишине комнаты отчетливо слышно “вжик-вжик” ширинки брюк. Нависаю над девушкой, обхватив пальцами ее подбородок. В последнее мгновение большой палец замирает возле открытых губ. Полных. Красивых. Смотрю в темные девичьи омуты, в которых мелькает толика страха.
“Нет, не делай этого!” – шепотом умоляет голос рассудка.
– Ложись на спину, согни колени, – произношу едва слышно.
– Дани…
– Доверься мне. Ничего не бойся.
Белла неуверенно выполняет мои указания, стаскиваю с нее трусики, слегка касаясь сухих складок. Красивые. Она сама очень красива. Я должен постараться добиться отклика. Должен.
Наклоняюсь к ней и прижимаюсь губами к клитору, вожу языком вверх вниз, иногда позволяю бить плоть из стороны в сторону, вслушиваясь в дыхание жены. Белла напрягается. Чувствую, как прислушивается к своим ощущениям. Прикрыв глаза, позволяю своему воображению взять вверх над разумом. О подмене никто не узнает, а мне жизненно необходимо совместить фантазию и реальность.
Представляю на месте жены Жасмин. Это оказывается достаточно, чтобы сделать приятное Белле. Губы трогает еле заметная улыбка, когда слышу сдавленный стон, ее прохладные пальцы зарываются в мои волосы, а бедра приподнимаются навстречу моему языку.
– Боже… – выдыхает Белла, содрогаясь всем телом от полученного удовольствия. Я стараюсь продлить агонию её первого оргазма, почувствовав облегчение, что не все потеряно. Между нами могут быть какие-то чувства. О том, что вместо Беллы представлял Жасмин, стараюсь не думать.
Нависаю над женой, прижимаюсь к ее полуоткрытым губам, толкаюсь в ее податливое тело мощным рывком. Опять прикрываю глаза, образ жены Орлова вновь всплывает передо мной. Это ненормально, но ничего поделать с собой не могу. Потом буду думать, как с этим жить, как это лечить в себе, а сейчас Белла обнимает меня за талию, тяжело дышит мне в губы, едва постанывает.
Интересно, как бы стонала Жасмин? Тихо-тихо, как в туалете с мужем, или кричала бы в порыве страсти и просила бы еще? Она бы выгнулась, если бы я сжал коричневый сосок между пальцами? Снова она. Снова этот идеальный образ чужой женщины.
Движения учащаются, кровать непривычно громко скрипит, воздух в спальне становится плотным и пропитан запахом секса. Настоящего секса с взаимной отдачей. Я резко меняю положение наших тел, Белла оказывается сверху. Судя по распахнутым глазам жены, новая поза ей непривычна, но нравится. Она сама приподнимается и опускается на моем члене, я ласково покручиваю твердые соски. Полумрак комнаты, волосы скрывающие лицо позволяют мне обманываться до конца. Сжимаю крепче бедра Беллы, сильнее ее прижимаю к себе, она вскрикивает, я зажмуриваю глаза, запрокинув голову назад.
Да. Да. Да. Это было невероятно.
Белла ложится рядом, впервые кладет свою ладонь мне на грудь в области сердца. Ее губы прижимаются к моему плечу, чувствую ее мокрые щеки. Плачет? Твою ж мать!
– Белла? – поворачиваюсь к ней, приподнимаю подбородок. Ни черта ничего не видно. Лишь губы становится солеными, когда ими прижимаюсь к ее щеке.
– Все хорошо, Дани. Все хорошо.
Я не спорю с ней. На самом деле ничего хорошего. Мы просто позволили друг друга обмануть. Она представляла Казима, а я… а я представлял Жасмин.
Глава 8
Максим крепче сжимает мою талию, наращивает амплитуду, смотрит в глаза. Его зрачки расширены, дышит тяжело. Я чуть подаюсь вперед, опираюсь ладонями о крепкую мужскую грудь, ощущая ее жар. Сама двигаюсь бедрами навстречу ему. Как же хорошо. Даже слишком.
Еще чуть-чуть…
– Давай, Жасмин, кончи для меня красиво, – хриплым голосом требует Максим, поднимая руки к груди, сжимает соски.
Морщусь, мне немного больно, но неприятные ощущения постепенно отступают. Стараюсь расслабиться, посмотреть в любимые глаза. Надо кончить сейчас, надо постараться. Он любит смотреть на мое лицо в момент оргазма. И я люблю наблюдать, как он напрягается и через пару мгновений расслабляет каменное лицо. Люблю ощущать крепкость мышц под ладонями.
Еще чуть-чуть…
– Поласкай себя.
Выпрямляюсь, теперь откидываюсь назад, опускаю руку на низ живота. Нахожу чувствительный бугорок нервов, который жаждет ласки больше всего на свете. Мягко давлю на него и начинаю массировать.
Еще чуть-чуть....
Прикрываю глаза, но не совсем закрываю. Максим всегда ловит мой взгляд во время секса, требует, чтобы смотрела только на него, но сейчас мне хочется погрузиться в свой мир. В порочный. Запретный. О котором стыдно даже подумать.
Мир, в котором есть место только для одного мужчины…
Чувствую, как дрожь эйфории поднимается с кончиков пальцев ног, усиливаю трение наших тел, но чего-то не хватает, чтобы желанное наслаждение окатило мощной волной.
Еще чуть-чуть....
Дыхание Максима отвлекает, никак не могу сконцентрироваться. Закрываю глаза и сразу перестаю слышать звуки вокруг себя. Выгибаюсь в пояснице, обхватываю рукой грудь, трогаю сосок.
Еще чуть-чуть…
Становится горячо, я улыбаюсь, сильнее сжимаю набухшую вершинку, задерживаю дыхание. В какой-то момент перед глазами появляется другая картина. Не менее порочная, чем наяву, но более желанная и возбуждающая.
На меня в упор смотрят темные глаза. Они жадно ловят каждую мою эмоцию, ласкают тело, обжигая своим желанием подобно огню. Смотрят так, что не надо никаких прикосновений, от самого взгляда у меня между ног становится слишком влажно, а сердце учащается в сердцебиение.
– Ты прекрасна, Жасмин, – слышится азербайджанская грудная речь.
Буквально чувствую, как сильные руки впиваются в бедра, как упругий член заходит глубоко, достает до всех нужных точек.
Совсем немного…
– Кончи для меня.
Черный взгляд впивается в мою руку, ласкающую клитор. Вспыхивают жгучим желанием. Я усиливаю давление, тело становится легким и, как перед важным прыжком, напрягается. Меня пробивает крупная дрожь. С губ слетает громкий крик, откидываю голову назад. Сильнее сжимаю грудь, прикусываю губу. Все еще содрогаюсь в конвульсиях, в голове шумит. Стараюсь выровнять дыхание, не сразу получается.
Это невероятно.
– Да, детка, – проникает в мой затуманенный мозг голос Максима. Он подхватывает меня за бедра и в несколько мощных толчков кончает упругой струей.
Открываю глаза, впускаю реальность в свою голову. Точнее не так. Она сама залетает в мой разум, не спросив разрешения войти. На груди мужа красные полосы от моих ногтей, на моих бедрах в скором времени появятся синяки, а в голове… Неразбериха. Иначе это не назовешь.
Как еще назвать присутствие в постели с мужем чужого мужчины?
Стыд опаляет сначала лицо, спускается на грудь, а потом вниз. Чувствую себя так, словно совершила преступление перед Максимом. Мысленно я находилась в другом месте. В других объятьях, в другой вселенной. Несуществующей. Я кончала не для него.
– Я люблю тебя, солнце, – обхватывает мой затылок, проталкивает язык в рот. С готовностью отвечаю, словно так могу искупить свою вину перед ним. Но это утопия.
Отстраняется, заглядывает в глаза своими голубыми омутами. Мне стоит огромных трудов их не отвести. Поглаживает большим пальцем нижнюю губу, рассматривает лицо. Смотрит так пристально, будто только что побывал в голове и узнал о моем позоре. О том, кто был вместо него несколько минут назад. Догадался? У Максима отличная интуиция, его очень сложно обмануть.
– Жасмин? – темная бровь выразительно изгибается, я понимаю, что в этот раз промолчала в ответном признании любви. Так нетипично для меня. Черт!
– Я люблю тебя, – заученно ласковым голосом произношу и сразу же ложусь к нему на грудь, чтобы он не смотрел на меня таким проникновенным сканирующим взглядом.
Максим аккуратно гладит меня по голове, рука медленно скользит к шее, вдоль позвоночника. Я смотрю перед собой и пытаюсь осознать, как так получилось, что в самый интимный момент между мной и мужем возник совершенно другой мужчина. Я ведь о нем не думаю… Почти не думаю.
С ужина прошел месяц. Иногда меня посещают мысли о Дани Азизовиче, я вспоминаю наше уединение. Я помню его дыхание на своем лице, его запах, который проникал в меня со вздохом, задерживался в легких. Мое сердце странно замирало и неохотно отмирало. Жар от его присутствия преследовал еще очень долго. Максим для меня все, но что-то, видимо, пошло не по плану.
Я вижу его везде. В торговом центре, перед ноутбуком, когда перевожу для компании мужа, во сне. Дани везде. И время не лечит. Оно наоборот усугубляет ситуацию и превращает меня в параноика. Только в объятьях Максима я чувствовала себя комфортно и не видела призрак Дани.
До сегодняшнего дня.
– Послезавтра я улетаю в командировку в Нью-Йорк, – вздрагиваю от неожиданности, когда Максим заговаривает. Хорошо, что я не смотрю на него.
– Надолго?
– Думаю недели на две, максимум на три.
– Так долго, – вздыхаю, приподнимаюсь, заглядываю в любимые серо-голубые глаза. – Я буду безумно по тебе скучать. Я уже скучаю, – целую его губы, прикусываю нижнюю. Максим улыбается. А я пытаюсь запомнить ее. Улыбку. Пытаюсь отложить в голове минуты нашего счастья, чтобы они не дали возможности просочиться ненужным фантазиям в голову.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.