- -
- 100%
- +
– А зарплата?
– Тоже.
– Тогда чего ты сопли развела из-за этого выскочки? – Маша своим возмущенным воплем не только заставила Милену поднять на нее взгляд, но и обратила на себя внимание других коллег, обедающих за соседними столиками. На удивление, бухгалтерша такому вниманию не смутилась, продолжая буравить взглядом поникшую Милену. – Ответь ему тем же, – предложила женщина. Эта мысль возникала в голове девушки каждый раз, стоило Анатолию Сергеевичу раскрыть свой рот в ее сторону. Однако она улетучивалась моментально, стоило ей вспомнить об ипотеке. И о высокой зарплате, которую предлагали только здесь. И вся эта цепочка мыслей прокручивалась в голове вновь и вновь. Практически каждую их встречу. Невыносимо.
– Вряд ли Даниил Андреевич обрадуется, что я хамлю его правой руке, – обреченно озвучила свои мысли Милена. Теперь не только влажные глаза выдавали ее отчаяние, но и хрипловатый голос. Не такой веселый, каким его привыкли слышать коллеги.
– А ты не груби. Намекай. Помнишь, как ты отшила того курьера? Действуй так же, – видимо, Мария воодушевилась гораздо больше идеей отомстить придирчивому начальнику, чем сама пострадавшая. Да, тот дотошный курьер из доставки еды, который никак не хотел уходить без номера телефона Милены, заставил не только разозлиться, но и послать его на все четыре стороны, намекая на несоответствие их внутренних миров.
И тут ее осенило. Тогда, на собеседовании, она явно задела брюнета, хоть и не так сильно, как хотелось бы. Намекнула на его несостоятельность как заместителя, который отвлекается от обязанностей на своих коллег противоположенного пола. Это первое, что пришло ей в голову, к тому же она не представляла, на что еще можно надавить. Не владела достаточной информацией об этом человеке. Так почему же ей не изучить все, что касалось Анатолия Сергеевича, начиная от глупых привычек, заканчивая слухами? Она отвечала на его подколки не так часто, а точнее, не тем. Ей нужно действовать иначе. Нужно загнать его в угол, как тогда, на собеседовании. Заставить понять, насколько его существование бесполезно. Выскочку нужно ставить на место. Как там говорилось, на войне все средства хороши? Так и будет.
С того момента все и началось. Битва между двумя соперниками началась. И ни один из них не подозревал , насколько жестокими окажутся бои за уважение не только самого себя, но и окружающих , насколько один из них почувствует собственную ничтожность, а другой – превосходство. Да, никто не догадывался о финале этой беспощадной гонки, не мог представить, как именно развернутся события. Насколько их отношения изменятся, причем, за очень короткое время. Никто не знал и не узнает, кроме самих участников битвы.
Идея Маши пришлась по вкусу не только самой жертве интриг начальства, но и другим коллегам, подвергшимся нападкам зама. Конечно, все происходило не в таких масштабах и не с такой частотой, как у Милены, однако отомстить за потрепанные нервы желали многие. В свободные от дел минуты или во время перерыва на обед девушка собирала информацию о своем оппоненте, расспрашивая то секретарей разных отделов, то помощников руководителей. В такие моменты внутри возникало ощущение попадания в какой-то детектив, где необходимо раскрыть очередное преступление, хотя в какой-то мере так это и выглядело. Анатолий Сергеевич преступил закон. Моральный. Воспользовался своим положением ради собственной выгоды. Почему? Причина до определенной поры была скрыта от всех, только легкие подозрения периодически возникали, пока за дело не взялась Милена. И то, что она узнала, ее очень удивило. Мягко говоря.
Постепенно Милена разузнала все об увлечении мужчины своими секретаршами. Дошло до того, что, по настоянию Даниила Андреевича, девушек-секретарш сменил парень – выпускник МГИМО. О трепетном отношении к своей внешности. И, конечно, о жене. Бывшей. Периодическое появление статной блондинки с ярко накрашенными губами алого оттенка в свое время пришлось пережить практически всем работникам компании, и теперь, завидя ее, они заранее морально готовились к испорченному дню и задержке на работе. За это Милена и зацепилась. За прошлое. Болезненное, учитывая мерзкое настроение зама после посещений бывшей жены. Причина развода пары была неизвестна, однако девушка больше не пыталась ее узнать: нарытой информации оказалось предостаточно.
Первая встреча Милены с Анатолием Сергеевичем после начала осуществления продуманного плана случилась как раз через пару дней, когда Даниил Андреевич попросил отнести экземпляр контракта на застройку нового района своему заму. Сказать, что блондинка не волновалась, все равно что ничего не сказать. Такое с девушкой случалось довольно редко. Дрожь в коленях, неуверенные шаги и пробравшийся под блузку ниоткуда взявшийся холодок были непривычны. Милена всегда считала себя уверенной девушкой, добивающейся нужного результата любой ценой. В пределах разумного, конечно. До того момента, как ступила впервые в офис этой компании.
И теперь она не была морально готова встретиться с мучителем лицом к лицу, с вызовом посмотреть в его стальные глаза и высказать все, что скопилось на языке. Не была готова зайти к нему в кабинет. Не была готова услышать его властный голос с нотками презрения. Но, если рассуждать объективно, то она никогда бы и не подготовилась к этому, если бы продолжала избегать этих встреч. Что она и собиралась проделать сейчас.
– Здравствуйте, Милена Викторовна, – поздоровался худощавый паренек-секретарь слегка взволнованным голосом. Видимо, его уже успел запугать Анатолий Сергеевич. Максим Киселев проработал на этой должности всего ничего, от силы месяц, зато успел прийтись по сердцу многим коллегам. Да, попал он сюда неслучайно, по связям, зато не шатался где попало вместе со сверстниками, растрачивая средства родителей в увеселительных заведениях.
– Можно просто Милена. Мне не сорок лет, Максим, – с небольшим, почти невесомым нажимом проговорила девушка, всматриваясь в напугано-смеющиеся голубые глаза парня. Он сам не любил, когда к нему обращались по отчеству, теперь была его очередь привыкать. – Шеф у себя?
– Да, – тихо, практически одними губами прошептал Максим, взглядом намекая, что Его Высокопревосходительство сегодня явно не в духе. В принципе, этому факту Милена не удивилась: привыкла за несколько месяцев к резким переменам настроения, стоило ей появиться перед ним.
– Передашь контракт от Даниила Андреевича?
– Вы не отнесете сами? – вопросительно приподнял бровь. Видимо, парнишка до сих пор не знал о странных отношениях девушки с его начальником. Не успели наши сплетницы донести нужную информацию молодому поколению.
– И правда, Милена Викторовна, – как гром среди ясного неба раздался грубый мужской голос, лишая девушку возможности мыслить здраво. – Почему вы не принесли мне лично в руки? Насколько я знаю, Даниил Андреевич не любит, когда перечат его приказу, – зоркий взгляд темно-серых глаз, сжатые до предела челюсти, с трудом скрываемый хищный оскал. Сложенные на груди руки. Его привычная стойка, намекающая на еще одну неприятную для Милены стычку. Девушка постаралась взять себя в руки как можно быстрее, не давая возможности окружающим понять, что ее застали врасплох.
– Простите, Анатолий Сергеевич, – ангельским голосом пропела Милена, хотя в нем слышалась неподдельная фальшь, которую не услышать мог разве что глухой.
– Максим, принеси нам кофе, – жестко отрезал зам, жестом приглашая девушку пройти в кабинет.
И тут Милена поняла: сейчас или никогда. Она чувствовала, что вновь будет подвергнута оскорблениям, ей вновь придется либо отмалчиваться, либо защищаться, приводя не подкрепленные доказательствами факты. Она должна дать ему отпор, должна заставить ответить за всю неприязнь, за испорченные нервы, за устроенный личный ежедневный ад. За все. Просто обязана высказать ему все, что давно собиралась, даже если морально не готова. Даже если провалится. Должна.
Надо сказать, кабинет у Анатолия Сергеевича был довольно просторным и светлым: большой стол со стеклянной крышкой, вмещающий все необходимое, поодаль небольшие диваны для неофициальных приемов гостей. Милена никогда не обращала внимания на размер рабочего места заместителя генерального директора компании, однако сейчас мысленно стремилась зацепиться за что угодно, лишь бы не думать о накатившем высокой волной волнении.
– Что за цирк ты устроила? – он уселся за стол и по-хозяйски развалился в кресле. Взгляд вновь стал звериным, диким. Устрашающим. Первое время он пугал девушку, выбивая из колеи, но спустя время пугающий эффект перестал действовать. Выработался своеобразный иммунитет.
– О чем вы? – самая правильная реакция. Несомненно, в светлую голову девушки приходили разные варианты ответов, однако разумнее всего сейчас было состроить из себя непонятливую дурочку. Вновь. Нужно понять, с чем предстоит иметь дело.
– Думаешь, я совсем идиот и ничего не замечаю?
«Ох, какой правильный вовод!!» – подумала про себя Милена, однако ответ ее звучал иначе:
– Думаю, вам лучше не знать мое мнение о вас. – Она наблюдала за ухмылкой на жестком лице мужчины, больше похожей на хищный оскал.
– Интересно, и какое же мнение могло сложиться у секретутки с явным отсутствием мозгов? – вновь пренебрежение в его голосе. Даже грубость. Вот и настал момент, когда мужчине придется ответить за свои слова. Секретутка. Перебор. Причем сильный. Эти слова вылетели из его уст так легко, будто они обсуждали переменчивость погоды. Он не должен так говорить. «Он ответит», – решила Милена, готовясь высказать все, что так долго обдумывала.
– Наверное, такое же, как и у вашей жены, – последовал ответ, и лица обоих собеседников изменились. Практически одновременно. Они будто поменялись местами. Ухмылка с лица Анатолия Сергеевича исчезла, взгляд стал более острым в тот момент, когда Милена хищно улыбнулась. Победно. Наверное, на такой эффект она и не смела рассчитывать. Не предполагала, что настолько точно попадет в цель. – Вы ведь предпочли ей компанию других, как вы выразились, «секретуток», – улыбка на лице девушки сверкала ярче, чем елочные огоньки, а взгляд мужчины говорил о том, что он готов порвать всех и вся, кто попадется ему на глаза.
– У нашей пташки прорезался голосок! Не боишься, что тебе подрежут крылья? – мужчина изо всех сил старался скрыть истинные чувства и степень своего негодования, однако Милена отчетливо осознала: он зол. Очень зол. – Насколько я знаю, твое положение полностью зависит от этой работы, а после рекомендации, которую тебе составят по моему требованию, тебя вряд ли возьмут даже в самую маленькую адвокатскую фирму. – Угрозы. Они всегда возникают, когда больше нечем ответить. Когда козыри, до сих пор бывшие на руках, уже все выложены на стол. Милена не сразу усвоила этот урок, но сейчас, вглядываясь в лицо противника, явственно поняла это. Они молчали. Недолго. Просто испепеляли друг друга взглядами: Анатолий Сергеевич – хмурым, а Милена – победным. В этот момент она осознала одну важную вещь. Что бы сейчас ни сказала, какое бы предположение, вертевшееся в голове долгое время, не выложила на стол, – игрок будет повержен.
– Мы так сильно похожи? – произнесла Милена. С вызовом. С той самой, свойственной ей, непоколебимой уверенностью в своих словах. Она давно думала о такой причине его резкой неприязни, но всегда отмахивалась от нее, сомневаясь в собственных выводах. Но сейчас, увидев, насколько ее слова задели Анатолия Сергеевича, она поняла, куда нужно бить.
– В смысле? – непонимающе переспросил мужчина. Милена заметила, что даже его голос звучал не так грозно, как до этого момента. Видимо, такой поворот его сильно озадачил, а тема явно была не по вкусу.
– С вашей бывшей женой. Мы сильно похожи?
– Ни капли, – врет. Нагло. Не моргая. Пытается остаться на плаву. Поздно. Слишком поздно. Бомба замедленного действия запущена. Остается только ждать, когда произойдет взрыв.
– Правда? А я считаю иначе. Светлый цвет волос, яркий взгляд карих глаз, пухлые губы. Неужели я настолько напоминаю вам ее, что вы получаете удовольствие, каждую нашу встречу задевая и оскорбляя меня? Я думала, вы не настолько отчаявшийся человек, – широкая ухмылка, довольный взгляд, сложенные на груди руки. Теперь она приняла позу победителя. Его позу.
– Ты слишком самоуверенна, – очередная отчаянная попытка повернуть ситуацию в свою пользу. И она провалилась. Вновь.
– Просто вы слишком слабы, чтобы признать очевидное. – Железное терпение мужчины готово было лопнуть в тот самый момент, когда Милена встала со своего места, плавной походкой подошла к нему и аккуратно положила конверт на стол прямо перед его носом. Собственно, если бы не важные документы, она не явилась бы сюда ни под каким предлогом. – Ваш договор, – она сомневалась, что ее слова дойдут до собеседника, учитывая то, каким тихим голосом она говорила. Но они дошли, и теперь явно прокручивались в его голове.
Милена ушла, оставив за собой этот раунд. Вцепившись зубами в победу. Она показалась ей легкой, а уверенность взлетела до небес, в то время как поверженный противник негодовал, хотя это мягко сказано. Да, девушка полной грудью вдыхала запах победы, даже не подозревая, насколько глубоко ранила Анатолия. Как нещадно растоптала его самолюбие. Как заставила его задуматься об истинности своих выводов. Ведь они были верны.
Глава 3. Слабая
– Сука! Шалава! – выкрики из кабинета заместителя генерального директора разносились, казалось, на весь этаж. – Максим! Почему кофе нет на столе? Сколько можно ждать? – рявкнул Анатолий Сергеевич по громкой связи. Возможно, появление мальчишки с кофе могло бы повернуть ситуацию в другое русло, но судьба распределилась иначе. Совсем иначе. Оставила его с этой чертовой стервой с глазу на глаз.
– Что-то еще, Анатолий Сергеевич?
– Свободен, – фраза кинута чересчур грубо, чего Максим не заслужил. Хотя после того как он спасовал перед одной важной миссией. И теперь его такой тон не удивил. Секретарь не смог остановить бывшую жену шефа, которую тот ненавидел всей душой, и она прорвалась в его кабинет. Вновь скандал, вновь разговор на одну и ту же тему. Вновь злость, охватившая его при виде этой женщины. И с этим, к сожалению, ничего нельзя было сделать
– Мне нужны деньги, – с порога заявила красивая блондинка, скользя по кабинету легкой походкой, не лишенной грации, с протянутой за купюрами рукой. Сегодня она не выглядела так ослепительно, однако чувство стиля ей было не занимать. Светская дама в белой шубке и такого же цвета меховой шапочке должна была блистать на обложках глянцевых журналов, однако этому помешало одно непреодолимое препятствие. Анатолий Сергеевич. И, надо сказать, своевременно.
– Что, твой хахаль больше тебя не спонсирует? – в его голосе присутствовала изрядная доля ехидства. Оно всегда звучало во время их редких, но довольно продолжительных разговоров. Он ожидал, что она придет именно сегодня, как и всегда, но не думал о таком наглом нарушении его рабочих планов. Эта женщина никогда не переставала удивлять. В плохом смысле слова.
– Дашь или нет? – игнорируя его сарказм, спросила женщина.
– Я выплатил тебе алименты за этот месяц. Что тебе еще нужно?
– Этого мало, – видимо, не на всю новую коллекцию туфель хватило, хотя деньги всегда переводились вовремя. Несмотря на неприязнь к бывшей жене, Анатолий Сергеевич считал, что своевременные перечисления она заслужила, но иногда мужчина думал иначе, например, сейчас.
– Жопе твоей мало силикона! – прокомментировал он.
– Перестань, Толь. Я до сих пор не отошла от развода, – манерно закатила глаза женщина.
А вот это не столько удивило мужчину, сколько позабавило, да настолько, что вызвало истерический смех. Вновь игра слов. Они оба знали, что получили от этого брака все необходимое. Каждый для себя извлек свою выгоду, но, кажется, кому-то этого было недостаточно.
– Да неужели? С новым трахалем настолько плохо трахается, что ты вспомнила о своем переживании? – эти слова дались ему с большим трудом, учитывая непрекращающийся смех. «Не отошла от развода! Вот насмешила!» – подумал Анатолий, кое-как восстанавливая дыхание.
– Да пошел ты! – ее лицо скривилось от негодования так, что теперь женщина больше походила на Бабу-Ягу из детских сказок, чем на светскую львицу. Она вышла из кабинета так же внезапно, как и вошла. И так же эффектно, хотя раньше получалось гораздо лучше.
Между ними не было ни любви, ни страсти, только голый расчет. И решение о разводе они приняли практически одновременно – с разницей в один день Анатолий не скрывал, что он не испытывает никаких эмоций к жене. А вот любила ли Эвелина своего мужа? В какой-то степени. Как-то по-своему. Поначалу она пыталась сделать из их союза нормальный человеческий брак: встречала с работы, накрывая каждый вечер стол, заводила разговоры о будущем потомстве. Мечтала, что когда-нибудь они заживут нормальной жизнью без игры и фальша. Что же этому препятствовало? Анатолий. Его интересовала лишь работа и, как выяснилось позже, жена ему не была нужна. Возможно, дело было в неготовности к семейной жизни или в неверии в добропорядочности современных представительниц прекрасного пола. Да, Анатолий Сергеевич был мужчиной со сложным внутренним миром, а железный характер предпринимателя отпугивал претенденток на сердце завидного холостяка. Всем нужны были деньги. Ей они тоже были нужны.
Эвелине.
Хотя нет. Она больше нуждалась в свободе от родительского контроля и возможности жить по своим правилам. Только она не подозревала, что из одной тюрьмы попадет в другую. До последнего момента, пока еще не все нервные клетки погибли в организме, она пыталась сохранить остатки достоинства и фальшивого брака. Бесполезно. Что в самом начале, что через год или пять лет. Ничего не изменилось. Он не изменился. Ему это не было нужно. Только деньги ее покойного отца, который вложил капитал в начинающую строительную фирму.
Все это осталось в прошлом. После развода Анатолий с головой ушел в работу, , периодически развлекаясь с доступными девушками, а Эвелина, обретя не только свободу, но и немаленькие средства для безбедного существования, жила в свое удовольствие , хотя имела наглость периодически вламываться к бывшему мужу. Почему? Считала своим долгом испортить его жизнь так же, как и он ее, хотя бы таким примитивным способом. Эвелина знала, как раздражала бывшего мужа одним своим появлением, и этот процесс вызывал у нее эйфорию. Да, мысль о том, что Анатолий будет весь день ходить мрачнее тучи, веселила ее постоянно.
Но сегодня все было иначе. Ему вдруг стало плевать на разрушенную семью, на женщину, которая когда-то считалась его женой. Из головы не выходила эта наглая девчонка, осмелившаяся раскрыть свой поганый рот и перейти на личности. Напомнить о ненавистной бывшей жене, а главное – об их сходстве. Несмотря на попытку отрицать очевидное, каждый раз, стоило девчонке появиться в поле его зрения, он понимал: они действительно похожи. Та же походка, та же уверенность в себе, тот же взгляд, способный разозлить в одно мгновение. Она не просто бесила его, раздражала своей ангельской внешностью, которая наверняка скрывала дьявольскую сущность. Все они такие. Дьяволицы, думающие, что весь мир должен лежать у их ног. Но с ним это не пройдет. Он не даст ей жить спокойно после этого инцидента. После ее слов. Она не посмеет более так с ним разговаривать. Дядя вряд ли с ней что-то сделает, но вот сам он осложнить ее положение сможет и без его помощи. Она заплатит. Заплатит за унижение. За само свое существование в его мире.
Она пожалеет, что сунула свой маленький носик не в свое дело…
***
Очередное собрание акционеров. Как же он ненавидел эту пустую трату времени, когда можно было заняться изучением новых заказов и чертежей. Вновь придется отсиживать попу в течение полутора часов. К сожалению, ничего нельзя было поделать, такова была его работа. Хорошо хоть, что бывшая на этот раз не заявится как акционер, а займется более приятными для нее делами. Ему бы так. Наверное, впервые в жизни он хотел быть на месте Эвелины.
Еще не все акционеры успели подъехать. Впрочем, некоторые уже успели заскочить к Даниилу Андреевичу, в то время как Анатолий Сергеевич занимался подготовкой к заседанию, а точнее, следил за процессом. В конференц-зале он сидел один, справа от кресла главы корпорации. На своем привычном месте. Пока не зашла она. Эта наглая выскочка. Он не думал, что дядя пошлет ее готовить зал к собранию акционеров, оставит возле себя. Но он не мог не ухватиться за предоставленную возможность потрепать ей нервы, как она ему накануне.
Девушка пыталась его не замечать, заниматься своими прямыми обязанностями. Она настолько усердно старалась не думать о самом факте присутствия не самого приятного для нее человека, что не почувствовала на своей стройной фигуре его пристальный взгляд, который в другое время заставил бы ее сначала замереть, а потом врезать по морде наглецу. Скользящий то вверх, то вниз. Прожигающий буквально насквозь. Останавливающийся то на подоле платья, то на вырезе у груди. «Возможно, не будь она такой стервой, трахнул бы. Жестко. До дрожи в ее ножках. Слушая ее стоны. Но нет. Она не достойна такой чести. Не доросла малышка еще до того, чтобы прислуживать королю», – гуляли в его голове шальные мысли.
Наконец Милене волей-неволей пришлось подойти к нему, чтобы опустить на стол папку с отчетом и бутылку воды. С того момента как она нахамила заму в его собственном кабинете, они больше не встречались. Анатолий, старался передавать все необходимые бумаги через своего помощника Максима, она тоже не горела желанием видеть его каждый божий день. Он предполагал, что девушка уже жалела о своих словах. Скорее всего, она отрицала этот факт, однако ее поведение, игнорирование зама лишь утверждали его в этом выводах. Ей просто было стыдно. И он был уверен в этом. Видел по ее милому личику, по взгляду, который старательно скользил мимо него. Или она так усердно занималась своими обязанностями?
– Не предложишь мне кофе? – он нарушил давящую тишину, поймав Милену за руку, как только она попыталась отступить на шаг. На лице Милены буквально на пару секунд проступило удивление наравне со страхом, однако эти чувства быстро скрылись за маской безразличия.
– Конечно, Анатолий Сергеевич, – тихо проговорила девушка, отворачиваясь к кофе автомату. Да, в их компании такие автоматы стояли буквально на каждом шагу в каждой переговорной и приемных, дабы не бегать постоянно с места на место, снося все вокруг. Это все была удачная идея Анатолия.
Милена не торопясь готовила напиток, давая возможность заму вновь понаблюдать за ее действиями. Причину такой слежки со своей стороны мужчина понять не мог. Скорее всего, это было обычное человеческое любопытство. Странно. Очень странно для него. Обычно Анатолий не интересовался дамами настолько серьезно. Наверное, никто до этого не выводил его из себя так сильно, как она, даже бывшая жена. Да, именно в эту гипотезу верил Анатолий, рассматривая ровные ножки в черных лайкровых чулках. Каждый изгиб тела. Даже маленькую родинку на запястье.
– Смотри не разлей, – кинул как бы невзначай, как только Милена опустила чашку с кофе на стол.
– Вы так боитесь меня? – осмелев, вызывающе спросила она. Опять открывает свой ротик, когда этого делать не нужно. Вновь смотрит на него хищно, будто готовится к прыжку на свою добычу. Только она не учла одного: этот мужчина для нее не добыча. Скорее, все наоборот.
– Ты всегда такая дерзкая?
– По сравнению с вами, я просто ангел, – девушка произнесла эти слова с неким укором. В них не было ничего особенного, однако Анатолий воспринял их как вызов. Он понял ее намек.
Анатолий и сам не заметил, как вскочил со своего места и притиснул к столу наглую девчонку. Что именно сподвигло его на такой резкий шаг, мужчина не задумывался. Ему необходимо было любой ценой заткнуть наглую девчонку. Припугнуть, чтобы в следующий раз думала о своих словах, прежде чем проговаривать вслух. Он смотрел в перепуганные глаза цвета молочного шоколада, впитывал цитрусовый аромат ее духов. Боится. Вся трясется. А главное, ему это нравится.
– Прикрой свой ротик, красавица, – шепнул мужчина едва слышно, опаляя ее лицо горячим дыханием. – Иначе останешься не только без работы, – он прижался к ней практически вплотную, вдавливая в столешницу. Мужчина ощущал азарт, предвкушение развития этой стычки. Немного странные чувства, но Анатолий Сергеевич не обратил на это никакого внимания, глядя только на девчонку.
На самом деле она легко могла сбежать, оттолкнув его, или хотя бы отодвинуться. Он бы не стал держать ее силой: легкого шока было вполне достаточно. Но Милена продолжала стоять на месте, глядя на мужчину во все глаза. Тяжело дышит. Даже губы приоткрыла. Что же ее так взволновало? Нарушение личного пространства? Или что-то другое?