- -
- 100%
- +
Север обернулся и увидел около пятнадцати парней лет семнадцати, идущих за ним. У некоторых были молотки, у некоторых палки, у шестерых были полулитровые стеклянные бутылки. У одного за спиной и вовсе висела воздушка. Север узнал троих. Он вспомнил, как неделю назад вечером эти трое приставали к девушке лет пятнадцати. В тот день у Севера «чесались кулаки», он напал на этих троих, делая вид, что защищает девушку. Избив их до почти бессознательного состояния, он ушёл, даже не поинтересовавшись состоянием спасённой, ему было всё равно. Кабан, Штырь и Децел тоже встречались с некоторыми из них. Вообще у бойцов с местными парнями сложились вражеские отношения, отчасти потому что местные девушки были в восторге от загадочной четверки. К тому же Штырь с Децелом охотно отвечали на внимание девушек, что особенно злило местных.
– Слышь, урод. А где остальные уроды? – Спросил один из них, по-видимому, старший.
– Это ты мне? – Спокойно уточнил Север.
– Ты видишь тут ещё уродов?
Один из парней, самый мелкий, стал снимать всё на телефон.
– Сейчас я замешу тебя, а потом друзей твоих, – продолжил самый крупный, парень около двух метров ростом, перекладывая из руки в руку молоток. – Мы в том году мужика уложили. Хочешь, покажу, где он теперь, рядом ляжешь.
– Ну покажи, – сказал Север, скидывая куртку, под которой была только футболка.
Амбал бросился на Севера, но тот подпрыгнул, в прыжке ударил парня в грудь двумя ногами, и оттолкнувшись, сделал сальто назад. Амбал упал. Вскочив, он метнул в Севера молоток. Но он поймал орудие в полёте.
– Кто точнее попадёт? – Сказал Север, поняв, что простой дракой здесь не кончится и противников придётся дезактивировать,
Неожиданно Север метнул молоток и попал в правое плечо, так, что парня развернуло. Он заорал, схватившись за сломанное плечо.
– Братва, бей его! – Крикнул старший.
Все, кроме снимавшего и амбала, бросились на Севера.
Север разбил рукой одну из бутылок. Из раны быстро побежала кровь. он начал применять свои боевые навыки. Один из парней нанёс удар осколком бутылки по лицу Севера. На левой щеке его тут же образовалась широкая рана от края глаза до губы. Север стал пропускать удары, так как противников было слишком много и отбить каждую атаку просто невозможно.
Из леса выбежал белобрысый подросток лет четырнадцати, с двумя большими ножами для разделывания туш крупных животных. Парень бросил один из ножей Северу, и сам бросился в бой, размашисто полоснув по спине одного из парней.
Севера учили, как обращаться с таким серьёзным оружием, но при этом не убивать противника. Но Север стал терять контроль над собой. Он старался бить тупой стороной ножа. Наподдавшие вместо отступления, наоборот, стали биться ещё яростней, словно звери, крича и норовя ударить в голову. Одного из парней Север ударил обратной стороной ножа под коленку с такой силой, что тот едва не перевернулся на живот. Тот лежал на боку, ревел и матерился во всё горло, держась за сломанную ногу. Вскоре он начал терять сознание. Снимавший парнишка уже cтал отговаривать, снимая трясущимися руками:
– Пацаны, хорош цапаться. Поубиваете друг друга.
Судя по голосу, он стал серьёзно бояться. В кадр всё больше попадали пятна крови на снегу и покалеченные товарищи, что, едва удерживаясь в сознании, пытались встать или кому-то позвонить.
Вскоре Север почти всех вырубил, остался один. Помогавший Северу бросился на него и пронзил насквозь его ногу ножом. Парень закричал от боли. Север подошёл к нему и нажал на шее особую точку. Тот потерял сознание. Кровь из раны быстро изливалась на снег. Снимавший стал убегать. Север догнал его в два прыжка и, отобрав телефон, ударил парня ногой под колено так, что тот приземлился на лопатки. Парень, стоная, пытался встать, но ноги отсушило, и парень лишь полз на четвереньках.
– Ты кто? – Спросил Север у своего союзника.
– Дрон.
Капли крови падали на снег с лица и руки Севера.
Бойцы ушли с поля боя.
– Ты чё полез? – Спросил Север.
– Тот, которому я ногу проткнул, бил меня каждый день с семи лет. А на днях к моей девчонке… приставал, короче. Удачный момент, чтобы расщитаться. Вот только не помер бы, разошёлся я что-то.
– Ну, а родители.
– Родители, – усмехнулся Дрон, накинув капюшон оранжевой куртки и подняв высокий воротник водолазки до носа, отчего его речь стала менее разборчива.. – Пахан алкаш проклятый, лупил с пелёнок. Как выпьет, вообще зверь, а пьёт постоянно. Мать тоже пила, пока совсем не спилась. Им всё равно, есть я или нет.
– А ножи откуда взял?
– Спёр. Давно. Зря ты с ними связался. В прошлом году они мужика завалили и в лесу закопали. Бич какой-то. Завалили ради прикола. Да и менты тебя искать будут, столько людей покалечить.
– Я никто, и найти меня поэтому не смогут, а вот тебя запросто. Ты откуда знаешь про бича? – Скептически спросил Север.
– Они меня очередной раз когда пинали, говорили: «Щаз замочим, как того бича, и рядом в лесу закопаем».
Темнело. Север с друзьями колол дрова, которые недавно завезли. Раненая левая рука была забинтована, а щека заклеена пластырем. Кажется, что Севера не волновала вероятность быть арестованным, но на самом деле он был готов бежать..
– Мне надоел этот колхоз! – Сказал Штырь, метнув топор в пень и расколов его надвое. – Надо отчаливать. Отсиделись, и хватит.
– Нет, ты видишь, погода какая? Подождём, – возразил Кабан.
Во двор вбежал Веня.
– Не-не-не, ребятки, езжайте, горелым запахло. Кого-то вы чуть не убили. В реанимацию парня забрали. За переломы остальных промолчу уж.
– Чего такое? – Спросил Децел.
– Менты едут. По вашу душу.
Бойцы вбежали в котельную, надели форму с «Т-2», вернув Вене его фуфайки и сапоги. Север отдал деду телефон и попросил показать видео полиции.
– Всё, бегите, бегите, – поторопил дед.
Бойцы перескочили через забор и скрылись в сумерках. Дед перекрестил убегавших, пожелав удачи. Он уже успел привыкнуть к парням. Как сыновья они ему, конечно же, не были, но провожать их всё же было тоскливо.
Через пару минут во двор котельной въехал полицейский УАЗ. Из машины выскочили четверо полицейских с автоматами.
– Здорово, мужики, – добродушно поздоровался Веня.
– Где они? – Строго спросил сержант.
– Ушли куда-то, – развёл руками дед.
– Открывай, проверим.
Полицейские проверили котельную.
– Надо по посёлку искать, – сказал один из полицейских.
– Они сказали, вернутся через час, – сказал дед, садясь на топчан.
– Тогда мы их тут подождём, – кивнул один из полицейских, сняв солдатскую шапку и присев на табурет.
– Да. А пока ждёте, посмотрите, – сказал Веня и дал им телефон. – Отличный фильм. На «Оскар» тянет.
Полицейские внимательно посмотрели запись несколько раз.
– Да, Вениамин Семёнович. Я так понимаю, наша четвёрка уже не вернётся, – сказал сержант. – Ну, тут самооборона превышена, конечно, но… иначе бы парня завалили. А мы лучше про место в лесу спросим. Так, найди Воронова, он, гнида, мне всё расскажет, – сказал сержант одному из полицейских.
Они вышли. Дед разлёгся на топчане и с облегчением выдохнул.
Тем временем у железнодорожных путей в километре от посёлка.
С обеих сторон вплотную к путям подобрался лес. Торчащие корявые сучья выглядели в сумерках жутко. Тишина расстелилась вокруг, только хруст снега под ногами.
– Эй, пацаны, подождите, – послышалось позади.
Друзья обернулись, это был Дрон.
– Я с вами, – сказал Дрон сквозь воротник, догнав их.
– Чё? Пошёл вон отсюда. Тащить тебя ещё, – сказал Штырь словно приблудившейся дворняге.
– Не, это свой тип. Просто окружали его одни уроды, – вступился Север.
Вдали послышался гудок поезда.
– Чё, Север, подружку себе нашёл? Ладно, – согласился Штырь, махнув рукой. – Мне всё равно, только ты её тащить будешь.
– Смотрите, чё взял, – сказал Дрон, видимо привыкший к подобным высказываниям и достал из-под куртки два ножа, те самые.
– Круто, – с сарказмом ответил Децел и, выхватив пистолет, ткнул им Дрону в лоб. – А вот чё мы взяли, – сказав это, он сделал хлопок губами, имитируя выстрел.
– Всё, заглохните, отходим. Поезд едет. По моей команде цепляем, – сказал Штырь. – Смотри, малой, не обделайся.
Все отошли.
– А ты чё свалил? У тебя же девчонка, – спросил Дрона Север.
– До утра мне всё равно здесь не дожить. Или менты возьмут, или эти убьют, что скорее всего. С ней я попрощался, но, может быть, когда-нибудь вернусь и заберу из этой дыры.
– Как сопливо. Тоже мне, Ромео, – подколол Штырь, и все заржали.
Дрон покраснел от смущения и отвёл взгляд в сторону, натянув капюшон посильнее.
Грузовой поезд неторопливо катился по рельсам. Друзья выскочили из укрытия и ухватились за поручни вагонов. Север ухватился за поручень, но не успел он залезть наверх, как его зацепил толстый сук и сбросил с вагона. Состав был коротким, к тому же друзья цеплялись почти за последние вагоны. Север встал, мимо проехал последний вагон.
Он бежал по шпалам, догоняя поезд. Он не испытывал страха, что не догонит, поезд ехал медленно, он представлял, какие насмешки в его адрес выдаст Штырь. Север всё же уцепился за лестницу и залез наверх. Все вагоны были доверху гружённые щебнем, и только последний был загружен наполовину, в нём друзья и собрались.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Ничего сверхъестественного
«Мир не таков, каким кажется он».
Стояло ясное холодное утро. Яркое, но в то же время холодное солнце приподнялось над горизонтам. Сырой ветер, казалось, продувал насквозь. Поезд неспеша проезжал через самую окраину Ростова-на-Дону, стуча колёсами и гулко гудя. Звук гудка отражался от стен и заборов, покрытых старым грязным снегом.
Дрон высунулся из вагона. С обеих сторон железной дороги стояли предприятия, заводы, гаражи. Из высоких труб густыми столбами, поднимающимися в небо, валили дым и пар. Вдали торчали многоэтажки, окнами отражающие свет молодого солнца.
– Пацыки, – сказал Дрон. – Кажись, приехали.
Остальные встали.
Проезжая под трубами теплотрассы, состав принял нового пассажира. Парень лет двадцати спрыгнул с труб на один из вагонов. Приземлившись на идущий состав, он едва не упал меж вагонов. потеряв равновесие. Он не был похож на экстремала, по крайней мере внешне. Солнечные очки, козлиная бородка, татуировка на правой кисти в виде абстракции, кожаная куртка с торчащим поверх неё горлом свитера и камуфляжные штаны, за спиной спортивная сумка. Он прошёл к последнему вагону, раскидывая щебень высокой подошвой горных ботинок.
– Приветствую, неожиданные попутчики, – начал он, сев напротив ребят. – Закурить не будет?
Все пятеро молча переглянулись и только Дрон неуверенно ответил: – Нет.
– Меня Вован звать, – представился он. Дрон представился в ответ.
– Вы бы рожи попроще сделали. Я с вами как с людьми, проявите приличие, не быдлите.
– Экстремал, значит… острые ощущения любишь, – поднявшись, заговорил Штырь. Кабан одёрнул того за рукав.
Поезд замедлил ход. Впереди показался переезд. Попутчик смотрел на Штыря с готовностью, не испытывая опасений.
– Сходим, – сказал Штырь и вылез наружу вагона.
– Вы уже? Ну, удачи.
Друзья висели на поручнях вагона, ожидая места, чтобы можно было спрыгнуть. Поезд проехал переезд. Друзей заметил работник. Штырь помахал ему рукой, а потом выкрутил фигу. Спустя почти полгода после побега с «Т-2» к нему стала возвращаться его наглая улыбка. Через несколько сот метров друзья спрыгнули. Север, Кабан, Штырь и Децел спрыгнули удачно – перекатившись, они встали на ноги, в отличие от Дрона, который не устоял на ногах и упал, вспахав лицом жёсткий снег. Новый знакомый проводил их взглядом.
Снега здесь было меньше, чем в Подгорном, да и выглядел он иначе. На оживлённых улицах и вовсе лежал в виде бурой слякоти.
Друзья шли по улице. У Дрона было отличное настроение, он разглядывал многоэтажные дома, многочисленные магазины, плакаты, вывески, в общем, всё то, на что городской человек не обращает внимания. Дрон был в городе первый раз, он вообще никогда не выезжал из Подгорного. Остальным же было всё равно до сырых улиц да огней магазинов.
Друзья уже несколько раз замечали группы людей по 5—10 человек, одетых одинаково: белые кроссовки, камуфляжные штаны, чёрные кожаные куртки с волчьей мордой на всю спину. Группы были из молодых людей, некоторым было лет по шестнадцать.
Проходив несколько часов по городу, друзья сели на лавочке в одном из дворов.
– Всё это, конечно, хорошо, но надо думать, где жить и чё есть, – рассудил Север.
– Да. Темнеет рано, но нужно искать конкретное место, чтобы не искать каждый день новое, – сказал Кабан и, оглядевшись, добавил: «И потеплее. Лето нескоро».
К друзьям подошла девчонка лет тринадцати.
– Штырь? Колян? Пацаны?! – Восторженно воскликнула она.
Друзья переглянулись и встали.
– Вика? – Сказал Штырь, узнав её.
– Пацаны! – Радостно закричала она, бросившись им на шеи.
Эмоций у парней было гораздо меньше, Север и вовсе даже не попытался сделать вид, что рад. Ему по большому счёту было всё равно. После эксперимента они почти перестали выражать какие-либо эмоции, лица их выражали в основном угрюмость и суровость. Лишь на лице Штыря изредка проскакивало подобие прежней наглой ухмылки.
Дрон и вовсе не понимал, кто это.
– Вы как-то изменились, как будто и не вы, – заметила Вика, разглядывая бойцов с ног до головы. – Раскабанели, форму какую-то нашли. Хотя прошло всего чуть больше полугода.
– А ты куда пропала? – Спросил Штырь.
– Я? Это вы куда пропали? Я посмотрела назад, а когда обернулась, вас уже не было.
– А выбралась как? – Спросил Децел.
– Там было искажение времени…
– Чё было? – Перебил Север.
– Короче. За полчаса пролетели сутки. Потом встретился один дед и вывел. Лучше о себе расскажите.
Только Децел хотел что-то сказать, как Вика перебила:
– А, подождите. Вечером расскажите. Есть одно дело как раз по вам…
Она казалась серьёзной, даже повзрослевшей, так сразу и не узнаешь мечтательную девочку.
– Какое? – Поинтересовался Север, которого наличие реального дела заинтересовало куда больше каких-то там искажений.
– Вы, наверное, слышали о «Серых псах».
– Ну.
– Там людей не хватает, – продолжила Вика. – Пойдёте к ним, деньги на еду искать не придётся, скучно не будет. Короче, всё то, для чего с интерната валили.
– Ну а что, можно и пойти. При деньгах будем. И руки «чесаться» перестанут, – сказал Штырь. – Не на стройке же бетон месить.
– Отлично. Я вас с Лёхой Волком познакомлю, он вас устроит. Потом ещё кое-куда заскочим.
Спустя два часа они оказались почти в центре города.
Двор был чистый, тротуары очищены от снега, все дома выкрашены в яркие цвета, площадки перед подъездами выложены жёлтой тротуарной плиткой. Большая парковка с нумерацией мест (1/34; 1/35…), также имелись съезды на подземные её уровни.
Они стояли около подъезда 25-этажного дома. Вика позвонила в домофон.
– Кто? – Послышался мужской голос из домофона.
– Свои.
Друзья вошли в подъезд. Стены выкрашены синей краской, на полу плитка, на подоконниках цветы, в подъезде было тепло. Одним словом, элитный дом. Вика вызвала лифт.
– Может, бегом, кто быстрее? – Предложил Децел. – На каком он этаже?
– Последнем, – ответила Вика.
Двери лифта открылись, Вика вошла. Дрон хотел было войти, но передумал. Двери лифта закрылись, и бойцы тут же рванули, Дрон за ними. Децел уже шёл на этаж впереди, Штырь и Север шли наравне, отталкивая друг друга назад. Дрон бежал позади, тяжело дыша. В конце концов Дрон выбился из сил на десятом этаже, и дальше поехал в лифте. Север и Штырь прибежали наравне, Кабан отставал всего на несколько ступеней. Децел обогнал остальных на три этажа.
Вика и бойцы ждали Дрона у приоткрытой двери квартиры Алексея. У бойцов не было даже одышки, будто они на лифте поднимались.
– Вы сильно изменились, – заметила Вика. – Подняться бегом на двадцать пятый этаж, обогнав лифт, – это мощно.
Из лифта вышел Дрон, уже немного отдышавшись.
– Ты на каком этаже выдохся? – С насмешкой поинтересовался Север.
– На десятом, – сознался Дрон.
– Доходяга, – сказал Север и зашёл в квартиру.
В квартире их встретил худощавый парень лет двадцати пяти, в клетчатой рубашке и в серых джинсах. Это был Алексей Волков. Под прозвищем «Волк» Север ожидал увидеть более внушительную личность. Но прозвище он получил в связи с фамилией.
Трёхкомнатная квартира была довольно уютной. В зале по всему полу расстилался тёмно-синий ковёр. Удобные кожаные кресла с диваном стояли полукругом. Около стены стоял большой домашний кинотеатр с колонками, расставленными по всей квартире.
Все вошли в небольшую комнату, по-видимому, его кабинет. Тёмный паркет на полу. На белых обоях висели пара картин с волками и один большой плакат с тем же рисунком, что на куртках «Серых псов», волчьей мордой, смотрящей серьёзно и строго. Окна закрывали жалюзи. На натяжном потолке мягко светили точечные лампы, встроенные по одной в каждом углу. На просторном столе, стоящем у окна, так, чтобы хозяин, сидя за ним, смотрел на дверь, стоял ноутбук. На столе лежала раскрытая общая тетрадь, которую Алексей сразу закрыл, ежедневник и пара папок. В углу лежал десяток скрученных в трубочку ватманов. На полках около окна аккуратно лежали десятки дисков и несколько флешек. На тумбочке у стола стоял принтер.
Алексей Волков был программистом и работал дома. Но он был творческим человеком. Он отлично рисовал, две картины, висевшие на стене, он написал сам. Также он писал стихи и музыку. Он выпустил два сборника стихов, а несколько его треков звучали по радио.
Алексей сел в своё кресло за столом.
Из зала в комнату вошёл Вова, тот, что встретился с утра. Он распространял крепкий запах кофе. Тёмные очки его были подняты на лоб, не скрывая наполовину прикрытых глаз.
– Как тесен мир, – проговорил он и сел на диван. – И снова приветствую… и снова тишина в ответ. Вот невежи. Волк, когда ты интеллигентных людей набирать станешь?
– Приветствую, – язвительно ответил Штырь.
– Похоже, с Доком вы уже знакомы. Так что, хотите присоединиться к группе? – Спросил Волков.
– А поподробнее, чем вы занимаетесь? – Спросил Север.
– Серый пёс, это кто? Это волк. А волк, это кто? Санитар. Мы пытаемся избавить хотя бы этот город от всякой грязи. Мы не бандиты, которые делают это ради наживы, прикрываясь благими намерениями. Я искренне хочу сделать этот мир лучше. А название никак не связано с моей фамилией, просто этот вариант лучше остальных подходил. Так что не подумайте…
– Видимо, об этом часто спрашивают, – ухмыльнулся Штырь.
– Да, частенько, – признался Волков.
– Ну, пацаны на улицах дерутся, а что ты делаешь? – Поинтересовался Север.
– Я? У меня много связей, и если бы не я, то всех уже развезли бы по зонам, и никто бы не знал о нас. Я улаживаю большинство вопросов с полицией, руковожу всем, чтобы «Серые псы» не стали обычными бандитами.
– А зачем вы форму придумали? Ведь это палево, – спросил Север.
– Вот именно. Чтобы привлечь внимание общества, и быстрее пополнялись ряды нашей «армии». Мы не прячем лиц и не нападаем со спины. Торговцы и те, кто против нас, сразу выдают себя, завидев наших. А вам зачем понадобилось присоединиться?
– Мы видели, во что превращает молодёжь наркота, – начал Штырь. – Хотим помочь прекратить это.
– Чтобы эта дрянь больше не убивала пацанов, у которых вся жизнь впереди, – поддержал Кабан.
– Вы понимаете, что это не игра? Это не фильм про крутых гангстеров. Тут нет никакой романтики, только ежедневный риск. Они вооружены и могут убить. Люди гибнут в этой войне, и порой не от пули в голову… вы-то сами не боитесь погибнуть молодыми, когда всё ещё впереди? – Уточнил Алексей. – Я не пугаю, но это может испортить вам жизнь.
– Смерти я не боюсь, а портить мою жизнь дальше уже некуда, – сказал Север. – Вот только я видел среди ваших пацанов, которым ещё нет восемнадцати…
– На самом деле несовершеннолетних у нас единицы, просто многие выглядят юно, – включился в разговор Вова. – А малолетки лет по пятнадцать-шестнадцать сами покупают форму и причисляют себя к группе. Их приходится принимать, когда они натворят чего-нибудь. К счастью, многие, купив форму, боятся её носить, ведь можно получить, в том числе и от наших. Ну а вы-то не боитеь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.