Повелительница Дикой Охоты

Подождав, пока тошнота чуточку спадёт, я медленно пошла дальше. Повелитель обнаружился у перевёрнутой на бок повозки с крытым верхом. Нахмурившись, он рассматривал выдернутую с петлями дверь, валявшуюся у него под ногами. Повозка крышей лежала на обочине, одно уцелевшее колесо торчало над дорогой, второе валялась в паре метров впереди, а двух других вообще было не видно.

Заметив меня, Рейнар подал руку, помогая перебраться через взрытую кем-то землю. Лёгкая улыбка тронула его губы, когда он заметил, как я боязливо принюхиваюсь, опасаясь наткнуться на очередное тело.

– Отряд попал в западню бильвизов, – сказал повелитель, кивком указав на след на дверном полотне повозки. – Это лесные духи, их пальцы становятся клинками-секирами. Злобные, кровожадные, охочие до людского мяса.

Я присмотрелась к двери. И правда, нарисованный герб пересекали глубокие царапины, как от закруглённых острых когтей.

– Почему ты думаешь, что это была ловушка? – спросила я, рассматривая отпечатки мощных трёхпалых лап на снегу вокруг повозки. – Вдруг кто-то Призвал этих духов нарочно?

– Судя по следам, бильвизы напали одновременно с обеих сторон. И произошло это в один момент с Призывом. – Рейнар снова оглядел сосны, стеной стоящие по обе стороны дороги. – Когда ты Призывала тайный народ – случайно или намеренно – всегда ли они отзывались в тот же миг?

– Кажется, нет… – Я нахмурилась, припоминая те немногие разы, когда по незнанию звала защитников. – Но я неважный образец: кого бы я не Призывала, это всегда было в панике.

– Тогда поверь мне: Призыв так не работает. Задержись бильвизы хоть на какое-то время, и мы бы застали здесь разгар бойни.

Я сглотнула сухой комок в горле. Не хотелось бы встретиться с теми, кто так быстро сумел расправиться с целым вооруженным отрядом.

– Тебе знаком этот герб? – вдруг спросил Рейнар, кивнув на дверь у себя под ногами.

Я присмотрелась ещё раз. По чёрно-синему полю бежал косматый медведь. Его горящий золотом глаз перечеркнула глубокая царапина, но контур животного всё равно остался узнаваем. Покачав головой, я ответила:

– Ты же знаешь, что нет.

– Это герб дома Харт. Твоего дома, Агата.

По коже пробежал мороз – и вовсе не от ветра, бросившего в лицо пригоршню снега.

– Моего дома? Но это значит…

– Повелитель! Сюда!

Мы одновременно оглянулись. Раздавшийся откуда-то из лесу крик спугнул чернокрылых птиц, подбиравшихся к телам павших. Стейн выскочил из-за повозки, вопросительно посмотрел на Рейнара, но тот покачал головой.

– Ты останешься с Агатой.

Всадник кивнул. Иногда мне казалось, что он вообще не умел разговаривать.

Убедившись, что я в безопасности, Рейнар углубился с дороги в лес. Его умению тихо ходить даже по скрипучему снегу можно было только позавидовать, но вот он шагнул в густомщ подлесок, и я потеряла его из виду.

Минуты тянулись каждая на целую вечность. То и дело поглядывая в ту сторону, куда ушёл повелитель, я нервно вышагивала туда-сюда вдоль повозки. Стейн успевал одновременно следить за мной и поглядывать на тёмную громаду леса. Если моё беспрерывное хождение его и раздражало, то он ни взглядом, ни вздохом не дал мне это понять. Острие меча всадника то и дело чиркало по снегу, оставляя лёгкие следы.

Вдруг вдали раздался короткий вскрик. Мы, не сговариваясь, обернулись туда, где над верхушками деревьев снова взвились потревоженные птицы. Звук шёл с противоположной стороны от места, где исчез в лесу Рейнар. Что если это кто-то из людей лорда Эдвина? Вдруг он ещё жив и сможет рассказать о произошедшем?

– Пошли, – велела я, обходя повозку.

– Нельзя, повелительница, – нахмурившись, ответил Стейн, догоняя меня, но схватить за руку не посмел. – Повелитель велел охранять вас.

– Повелитель велел тебе остаться со мной, – парировала я, решительно перешагивая через припорошенный снегом куст. – А я иду туда. Вдруг, нужна наша помощь?

Всадник обогнал меня в два счёта и замер на пути, как вкопанный.

– Это не безопасно.

Стейн снова попробовал вразумить меня, но тянущее чувство внутри резко усилилось, стоило сделать первый шаг в сторону леса. Я попробовала обойти всадника, но он оказался проворнее, снова перегородив путь.

– Давай договоримся: мы отходим не далеко, и в случае чего, возвращаемся обратно? – предложила я.

Подумав, Стейн кивнул. То ли ему тоже было любопытно, то ли не захотел со мной препираться в и без того нервной обстановке. Всадник пошёл первым, я, чуть поотстав, следом.

Мы не успели отойти и на метр от дороги – ещё виднелась крыша перевёрнутой повозки, – как наткнулись на цепочку следов. Кто-то бежал вглубь леса, оставляя за собой следы крови. Стейн молча указал на чёрный отпечаток ладони, выделявшийся на жёлто-коричневой сосновой коре. Беглец обнял ствол, чтобы отдышаться, а потом продолжил двигаться вперёд, то и дело проваливаясь в сугробы. Чем дальше мы шли, тем больше кровавых следов отмечали путь. Жестом я велела Стейну ускориться: человек потерял много крови, надо найти его до того, как станет поздно. Световой день стремительно скатывался в сумерки, а под деревьями темнело ещё быстрее. Вглядываясь в следы, я натянула рукава дублета пониже, стараясь отогреть заледеневшие пальцы, как вдруг чуть не врезалась в замершего на пути Стейна. Он преградил мне дорогу мечом и первый сделал осторожный шаг на занесённую снегом поляну, посреди которой лежал человек в меховом плаще.

Стоило мне шагнуть следом, как беспокоящее чувство магического зова резко прекратилось. Выдохнув, я обошла тело по кругу, держась позади всадника.

– Эй, вы живы? – чуть осипшим от волнения голосом, спросила я – и тут же укорила себя за тупость вопроса.

Мужчина не ответил. Его окровавленная ладонь, которой несчастный цеплялся за снег, не дрогнула, когда Стейн осторожно прикоснулся кончиком меча к плечу. Похоже, мы опоздали.

Видимо, Стейн решил так же. Осмелев, он шагнул к телу, клинком подтолкнул его, заставляя перевернуться с живота на спину. Я ахнула, зажав руками рот. Это был лорд Эдвин. Его пепельно-русые волосы слиплись чёрным пятном, на подбородке запеклась густая кровь. Как он выбрался из повозки и сумел дойти сюда? Впрочем, его это не спасло.

Заворожённая страшной картиной, я шагнула к старому лорду. Меня не связывали с ним родственные узы, я знала от него лишь холодность, но такой вид человека, которого когда-то видела, внушал ужас, не сравнимый с пустотой у погребального костра Хейдрека.

Снег хрустнул под моим сапогом. Старик вдруг распахнул глаза и захрипел. Стейн отреагировал мгновенно. Не долго думая, он замахнулся мечом, намереваясь прикончить лорда.

– Нет!

Я успела схватить всадника за локоть в последний момент, когда клинок уже летел в грудь мужчины.

– Ты с ума сошёл?! Он ещё жив!

Мы вдвоём уставились на старика. В его взгляде будто отражалась вся серость зимнего неба. Но вот он моргнул раз, другой, глаза нашли меня, а губы тронула слабая улыбка.

– Доченька… – прошептал еле слышно лорд Эдвин.

Стейн, больше не церемонясь, отодвинул меня назад, встав между нами. Я попыталась выглянуть из-за его плеча, но всадник оттеснил меня ещё на шаг назад.

– Да что с тобой? – возмутила я, раздражённо ткнув кулаком ему в плечо, но чуть не отбила руку об броню.

– Он может быть драугом, – невозмутимо ответил тот. – Возвращайтесь обратно, повелительница, я покараулю его.

– Драугом? – Не сразу поняла, что он имеет в виду нежить. – Это можно как-то проверить?

– У них не бьётся сердце.

Лорд Эдвин, кажется, не понимал, что происходит. Его взгляд блуждал между нашими лицами, он попытался что-то сказать, но на губах выступила розовая пена. Мужчина закашлялся, его глаза закатились, стали видны только белки. Я внимательно оглядела его, ища раны.

– Гляди!

В животе у лорда торчал кинжал. Мужчина цеплялся за него скрюченными пальцами, между которых сочилась кровь. Стейн, нахмурившись, присмотрелся к ранению.

– Не знаю, как выглядят эти ваши драуги, но из трупов так кровь не течёт, – постановила я, заставив всадника подвинуться. – Да и от таких ранений умирают медленно и мучительно. Поэтому ты идёшь за помощью, а я попробую его разговорить. Да иди же, это приказ!

Только после окрика Стейн всё-таки подчинился. Он быстрым шагом скрылся в лесу, а я осталась на поляне рядом с умирающим человеком. Лорд Эдвин дышал хрипло, но ровно, и я опустилась на колени у его головы. Ничего лучше снега под руками не оказалось, пришлось топить его в ладонях, чтобы хоть чуть-чуть накапать мужчине на губы.

Кажется, это помогло.

– Дитмар сказал, что ты больше не моя дочь, – прохрипел лорд Эдвин, с трудом сфокусировавшись на моём лице.

Я замялась, не зная, как проще всё объяснить. Да и надо ли?

– Я знал… Что-то с тобой было не так. Моя Агата никогда бы не смогла сбежать… Но я не хотел верить.

Я прикусила язык. Злые слова о том, что его дочь решилась утопиться, остались не произнесёнными. К чему всё это? Прежнюю Агату не вернуть, а я не испытывала к лежащему передо мной человеку ничего, кроме презрения. Он позволил сыну издеваться над дочерью, а затем сплавил её Хейдреку, отправив на этот опасный отбор. Рейнар говорил, что все девушки знали, на что шли, становясь невестой повелителя – и моя предшественница в том числе. Но она не захотела лечь в постель к нелюбимому, а к любимому не смогла. Уж не знаю, что пообещал ей тайный народ, но окунулась в тот пруд она наверняка по собственной воле.

Подавив раздражение, я снова набрала в ладони снега. Он таял неохотно: пальцы замёрзли, и пришлось дыханием превращать его в воду. Осторожно пролив драгоценные капли умирающему в рот, спросила:

– Вы можете рассказать, что произошло? Кто на вас напал? И где Дитмар?

Старый лорд жадно хватал пересохшим губами воду, пока силы вновь не оставили его. Он смотрел на меня из-под полуприкрытых век, его шёпот был так тих, что мне пришлось наклониться ещё ниже.

– Это была ловушка. Кто-то повалил деревья поперёк дороги. А потом они появились из леса, как тени, незаметные, но смертоносные. Но Дитмар… Он отлучался перед этим. И он знал.

Речь лорда Эдвина прервал тяжёлый кашель. Когда приступ прошёл, у старика совсем не осталось сил. Густая чёрная кровь потекла из его рта, заливая и без того бурый снег под моими коленями. Глаза закатились, тело обмякло.

Проклятье, не хватало, чтоб он умер прямо сейчас!

– Кто знал? Дитмар? Он знал о нападении? – Я крепко ухватила мужчину за ворот дублета, но встряхнуть не сумела, таким тяжёлым он оказался. – Что случилось с Дитмаром, отец?

Последнее слово оказало нужный эффект. Старый лорд очнулся, невидящим взглядом посмотрел мне в глаза.

– Да… Он знал. Он сказал, что мы должны вернуть себе силу… Когда я не согласился, он Призвал…

Старик отчаянно потянул вверх кинжал, торчащий из живота, но не сумел. Его глаза снова закрылись, в этот раз – навсегда. Предчувствие чего-то нехорошего набатом ударило по нервам. Медленно, как загипнотизированная, я ухватилась за рукоять кинжала и дёрнула.

Это оказался вовсе не кинжал. В моей ладони был зажат изогнутый коготь, чёрный, словно из обсидиана. Острый край поблескивал не хуже высококачественной стали. Дитмар сумел Призвать самую опасную часть бильвиза. Его дом – наш дом – владел Призывом сотни лет, но не мог им пользоваться из-за подчинения Дикой Охоте. И из-за нас с Рейнаром братец, похоже, сумел найти лазейку. Но зачем убивать отца, пусть даже он и не согласился с ним?

Надо найти повелителя.

Эта мысль прошила меня насквозь. Только сейчас я поняла, что сижу в стремительно темнеющем лесу, одна, рядом с телом почти отца, убитого почти братом. Меня затрясло от холода и страха одновременно.

Коготь выпал из моих скрюченных пальцев. От ощущения крови, плёнкой стянувшей кожу, замутило. Захотелось немедленно вымыть руки и переодеться. Не думая, я отвернулась от тела лорда Эдвина, чтобы окунуть ладони в снег. А когда за плечом послышалось хруст суставов, бежать было уже поздно.

Медленно, как в кошмарном сне, я повернула голову.

Тело, некогда бывшее человеком, стремительно менялось. Кожа пошла чёрными пятнами, ногти стремительно менялись на когти, острые как клинки, в раззявленом рту виднелись острые клыки. Вновь открывшиеся глаза загорелись золотым блеском.

Не успела я пикнуть, как рука существа с молниеносной реакцией ухватила меня за запястье. Драуг не поднялся на ноги, а скорее взлетел, презрев все законы физики. Отпустить меня он и не подумал, дёрнув на себя с такой силой, что показалось, будто намеревался выдернуть руку из сустава.

– А вот и ты, Призванная.

Потусторонний сиплый голос царапал по ушам, проникал в мозг, рождая сонм неясных видений. Меня парализовало от страха и боли, а мертвец нависал надо мной, продолжая выворачивать запястье. Закусив губу, чтоб не расплакаться, я всё же попыталась выдернуть руку, но драуг даже не заметил моих усилий.

– Думала, можно получить себе дар нашего народа и предать его? Думала, за это нет наказания? Ты должна была освободить Богиню в день своей свадьбы, а не примыкать к роду убийц! Ты поплатишься за это жизнью, Призванная.

Рука с когтями сомкнулась на моей шее. Я попыталась разогнуть его пальцы, но безуспешно. Драуг легко вздёрнул меня в воздух. Ноги больше не дотягивались до земли, а освободиться, как я ни брыкалась, не выходило. Перед глазами заплясали чёрные мушки, мне отчаянно не хватало воздуха. Лёгкие горели огнём, сознание поплыло. Всё кончено, я проиграла.

– Подчинись!

Громкий приказ словно плетью ударил по моему мучителю. Лицо драуга яростно оскалилось, но я почувствовала, как один за другим разгибаются пальцы на моей шее. Наконец-то получилось вдохнуть полной грудью – и в следующий момент я кулем рухнула на снег. Уткнувшись лицом в ледяной сугроб и содрогаясь от кашля, я не подняла голову, когда послышался треск выворачиваемых суставов и звук разрываемой плоти.

Заскрипел снег под ногами, горячие руки Рейнара обхватили за плечи. За моей спиной разгорался огонь, пожирая драуга. Повсюду раздавались голоса всадников, их тени казались гигантскими на фоне тёмного леса.

– Всё хорошо, Агата, я здесь, – шептал повелитель, гладя меня по голове. Его губы скользнули по виску, пальцы ощупали шею. На миг он отстранился, чтобы взглянуть на меня, а потом снова притянул к себе. – Я здесь. Всё закончилось.

И только сейчас я поняла, что реву в голос от ужаса.