Три мушкетера
- -
- 100%
- +
– В половине первого ночи королева сидела со своими придворными дамами…
– Где именно?
– В своей спальне…
– Так…
– …как вдруг ей передали платок, посланный кастеляншей…
– Дальше!
– Королева сразу обнаружила сильное волнение и, несмотря на то что была нарумянена, заметно побледнела…
– Дальше! Дальше!
– Поднявшись, она произнесла изменившимся голосом: «Подождите меня десять минут, я скоро вернусь», затем открыла дверь и вышла.
– Почему госпожа де Ланнуа не сообщила вам немедленно обо всем?
– У нее не было еще полной уверенности. К тому же королева ведь сказала: «Подождите меня». И она не решилась ослушаться.
– Сколько времени королева отсутствовала?
– Три четверти часа.
– Никто из придворных дам не сопровождал ее?
– Одна только донья Эстефания.
– Затем королева вернулась?
– Да, но лишь для того, чтобы взять ларчик розового дерева, украшенный ее монограммой, с которым она и удалилась.
– А когда она вернулась, ларчик был при ней?
– Нет.
– Знает ли госпожа де Ланнуа, что находилось в ларце?
– Да. Алмазные подвески, подаренные королеве его величеством.
– И вернулась она без этого ларца?
– Да.
– Госпожа де Ланнуа полагает, следовательно, что королева отдала ларец герцогу Бекингэму?
– Она в этом убеждена.
– Почему?
– Днем госпожа де Ланнуа как камер-фрейлина королевы всюду искала ларец, сделала вид, что обеспокоена его исчезновением, и в конце концов спросила королеву, не знает ли она, куда он исчез.
– И тогда королева?..
– Королева, густо покраснев, сказала, что накануне сломала один из подвесков и отправила его в починку к ювелиру.
– Нужно зайти к королевскому ювелиру и узнать, правда это или нет.
– Я уже был там.
– Ну и что же? Что сказал ювелир?
– Ювелир ни о чем не слыхал.
– Прекрасно, Рошфор! Не все еще потеряно, и кто знает, кто знает… все, может быть, к лучшему.
– Я ни на мгновение не сомневаюсь, что гений вашего высокопреосвященства…
– …исправит ошибки своего шпиона, не так ли?
– Я как раз собирался это сказать, если бы ваше высокопреосвященство позволили мне договорить до конца.
– А теперь… известно ли вам, где скрывались герцогиня де Шеврез и герцог Бекингэм?
– Нет, монсеньер. Мои шпионы не могли сообщить ни каких точных сведений на этот счет.
– А я знаю.
– Вы, монсеньер?
– Да. Во всяком случае, догадываюсь.
– Желает ли ваше высокопреосвященство, чтобы я приказал арестовать обоих?
– Поздно. Они, должно быть, успели уехать.
– Можно, во всяком случае, удостовериться…
– Возьмите с собой десять моих гвардейцев и обыщите оба дома.
– Слушаюсь, монсеньер.
Рошфор поспешно вышел.
Оставшись один, кардинал после минутного раздумья позвонил в третий раз.
В дверях появился все тот же офицер.
– Введите арестованного! – сказал кардинал.
Г-на Бонасье снова ввели в кабинет. Офицер по знаку кардинала удалился.
– Вы обманули меня, – строго произнес кардинал.
– Я? – вскричал Бонасье. – Чтобы я обманул ваше высокопреосвященство!..
– Ваша жена, отправляясь на улицу Вожирар и на улицу Лагарп, заходила вовсе не к торговцам полотном.
– К кому же она ходила, Боже правый?
– Она ходила к герцогине де Шеврез и к герцогу Беккнгэму.
– Да… – произнес Бонасье, углубляясь в воспоминания, – да, верно, ваше высокопреосвященство правы. Я несколько раз говорил жене: странно, что торговцы полотном живут в таких домах – в домах без вывесок. И каждый раз жена моя принималась хохотать. Ах, монсеньер, – продолжал Бонасье, бросаясь к ногам его высокопреосвященства, – вы и в самом деле кардинал, великий кардинал, гений, перед которым преклоняются все!
Сколь ни ничтожно было торжество над таким жалким созданием, как Бонасье, кардинал все же один миг наслаждался им.
Затем, словно внезапно осененный какой-то мыслью, он с легкой улыбкой, скользнувшей по его губам, протянул руку галантерейщику.
– Встаньте, друг мой, – сказал он. – Вы порядочный человек.
– Кардинал коснулся моей руки, я коснулся руки великого человека! – вскричал Бонасье. – Великий человек назвал меня своим другом!..
– Да, друг мой, да! – произнес кардинал отеческим тоном, которым он умел иногда говорить, тоном, который мог обмануть только людей, плохо знавших Ришелье. – Вас напрасно обвиняли, и поэтому вас следует вознаградить. Вот, возьмите этот кошель, в нем сто пистолей, и простите меня.
– Чтобы я простил вас, монсеньер! – сказал Бонасье, не решаясь дотронуться до мешка с деньгами – вероятно, из опасения, что все это только шутка. – Вы вольны были арестовать меня, вольны пытать меня, повесить, вы наш властелин, и я не смел бы даже пикнуть! Простить вас, ваше высокопреосвященство! Подумать страшно!
– Ах, любезный господин Бонасье, вы удивительно великодушны! Вижу это и благодарю вас. Итак, вы возьмете этот кошель и уйдете отсюда не слишком недовольный.
– Я ухожу в полном восхищении.
– Итак, прощайте. Или, лучше, до свиданья, ибо, я надеюсь, мы еще увидимся.
– Когда будет угодно вашему высокопреосвященству! Я весь к услугам вашего высокопреосвященства.
– Мы будем видеться часто, будьте спокойны. Беседа с вами доставила мне необычайное удовольствие.
– О, ваше высокопреосвященство!..
– До свиданья, господин Бонасье, до свиданья!
И кардинал сделал знак рукой, в ответ на который Бонасье поклонился до земли. Затем, пятясь задом, он вышел из комнаты, и кардинал услышал, как он в передней что есть мочи завопил: «Да здравствует монсеньер! Да здравствует его высокопреосвященство! Да здравствует великий кардинал!»
Кардинал с улыбкой прислушался к этому шумному проявлению восторженных чувств мэтра Бонасье.
– Вот человек, который отныне даст себя убить за меня, – проговорил он, когда крики Бонасье заглохли вдали.
И кардинал с величайшим вниманием склонился над картой Ла-Рошели, развернутой, как мы уже говорили, у него на столе, и принялся карандашом вычерчивать на ней линию знаменитой дамбы, которая полтора года спустя закрыла доступ в гавань осажденного города. Он был целиком поглощен своими стратегическими планами, как вдруг дверь снова раскрылась и вошел Рошфор.
– Ну, как же? – с живостью спросил кардинал, и быстрота, с которой он поднялся, указывала на то, какое значение он придавал поручению, данному им графу.
– Вот как обстоит дело, – ответил граф. – В домах, указанных вашим высокопреосвященством, действительно проживала молодая женщина лет двадцати шести – двадцати восьми и мужчина лет тридцати пяти – сорока. Мужчина прожил там четыре дня, женщина – пять. Женщина уехала сегодня ночью, а мужчина – утром.
– Это были они! – воскликнул кардинал и, взглянув на стенные часы, добавил: – Сейчас уже поздно посылать за ними погоню – герцогиня уже в Туре, а герцог Бекингэм в Булони. Придется настигнуть его в Лондоне.
– Какие будут приказания вашего высокопреосвященства?
– Ни слова о случившемся. Пусть королева ничего не подозревает, пусть не знает, что мы проникли в ее тайну. Пусть предполагает, что мы занимаемся раскрытием какого-нибудь заговора… Вызовите ко мне канцлера Сегье[42].
– А что ваше высокопреосвященство сделали с этим человеком?
– С каким человеком? – спросил кардинал.
– С этим Бонасье?
– Сделал с ним все, что можно было с ним сделать. Я сделал из него шпиона, и он будет следить за собственной женой.
Граф Рошфор поклонился с видом человека, признающего недосягаемое превосходство своего повелителя, и удалился.
Оставшись один, кардинал снова опустился в кресло, набросал письмо, которое запечатал своей личной печатью, и позвонил. В четвертый раз вошел все тот же дежурный офицер.
– Позовите ко мне Витре, – произнес кардинал, – и скажите ему, чтобы он был готов отправиться в дальнюю дорогу.
Через несколько минут перед ним уже стоял вызванный им человек в высоких ботфортах со шпорами, готовый отправиться в путь.
– Витре, – сказал Ришелье, – вы немедленно помчитесь в Лондон. Вы ни на одну секунду нигде не остановитесь в пути. Вы передадите это письмо в руки миледи. Вот приказ на выплату двухсот пистолей. Отправьтесь к моему казначею, он вам вручит наличными. Вы получите столько же, если вернетесь через шесть дней и хорошо выполните мое поручение.
Не отвечая ни слова, гонец поклонился, взял письмо и чек на двести пистолей и вышел.
Вот что было написано в письме:
«Миледи! Будьте на первом же балу, на котором появится герцог Бекингэм. На его камзоле вы увидите двенадцать алмазных подвесков; приблизьтесь к нему и отрежьте два из них.
Сообщите мне тотчас же, как только подвески будут в ваших руках».
XV. Военные и судейские
На следующий день после того, как разыгрались все эти события, д’Артаньян и Портос, видя, что Атос не появляется, сообщили г-ну де Тревилю о его исчезновении.
Что касается Арамиса, то, испросив отпуск на пять дней, он, как говорили, отбыл в Руан по семейным делам.
Г-н де Тревиль был отцом своих солдат. Едва успев надеть форму мушкетера, самый незаметный из них и никому не известный мог так же твердо надеяться на помощь капитана, как мог бы надеяться на помощь брата.
Поэтому де Тревиль немедленно отправился к главному уголовному судье. Вызвали офицера, командовавшего потом у Алого Креста, и, сверяя последовательно полученные сведения, удалось установить, что Атос помещен в Фор-Левек.
Атос прошел через все испытания, которым, как мы видели, подвергся Бонасье.
Мы присутствовали при очной ставке, устроенной обоим заключенным. Атос, до этой минуты умалчивавший обо всем из опасения, что станут беспокоить д’Артаньяна и лишат его необходимой свободы действий, теперь утверждал, что зовут его Атос, а не д’Артаньян.
Он объявил, кроме этого, что не знает ни господина, ни госпожи Бонасье, что никогда не разговаривал ни с одним из них. Около десяти часов вечера он зашел навестить своего друга г-на д’Артаньяна, но до этого часа находился у г-на де Тревиля, где он обедал. Не менее двадцати свидетелей могут подтвердить это обстоятельство. И он назвал несколько громких имен, среди прочих также и герцога де Ла Тремуля.
Второй комиссар был, так же как и первый, смущен простыми и твердыми показаниями этого мушкетера, над которым он между тем жаждал одержать верх, что всегда заманчиво для судейского чиновника в борьбе с человеком военным. Но имена г-на де Тревиля и герцога де Ла Тремуля смутили его.
Атоса также повезли к кардиналу, но кардинал, к сожалению, находился в Лувре, у короля.
Это было как раз в то время, когда г-н де Тревиль, выйдя от главного уголовного судьи и от коменданта Фор-Левека и не получив доступа к Атосу, прибыл к королю.
В качестве капитана мушкетеров г-н де Тревиль в любой час мог видеть короля.
Мы знаем, как сильно было недоверие короля к королеве, недоверие, умело разжигаемое кардиналом, который по части интриг значительно больше опасался женщин, чем мужчин. Одной из главных причин его предубеждения против Анны Австрийской была дружба королевы с г-жой де Шеврез. Обе эти женщины беспокоили его больше, чем войны с Испанией, недоразумения с Англией и запутанное состояние финансов. По его мнению и глубокому убеждению, г-жа де Шеврез помогала королеве не только в политических интригах, но – что еще гораздо больше тревожило его – в интригах любовных.
При первых же словах кардинала о том, что г-жа де Шеврез, сосланная в Тур и, как предполагалось, находившаяся в этом городе, тайно приезжала в Париж и, пробыв пять дней, сбила с толку полицию, король пришел в неистовый гнев. Капризный и вероломный, король желал, чтобы его называли Людовиком Справедливым и Людовиком Целомудренным. Потомки с трудом разберутся в этом характере, который история пытается объяснить, приводя многочисленные факты, но не прибегая к рассуждениям.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Людовик XIV (1638–1715) – французский король с 1643 г. (Легенда приписывает Людовику XIV изречение: «Государство – это я»).
2
Бастилия – укрепленный замок, служивший тюрьмой для политических заключенных.
3
Людовик XIII (1601–1643) – сын Генриха IV и Марии Медичи, французский король с 1610 по 1643 год; находился целиком под влиянием своего первого министра кардинала Ришелье.
4
Анна Австрийская – французская королева, жена Людовика XIII, дочь испанского короля Филиппа III и Маргариты Австрийской.
5
Ришелье (1585–1642) – Арман-Жан дю Плесси, кардинал, видный политический деятель; с 1624 по 1642 год – первый министр Людовика XXII.
6
Аббат Анкетиль (1723–1806) – автор многотомной истории Франции.
7
«Роман о розе» – знаменитая средневековая поэма (XIII век). Поэма начата Гильомом де Лоррисом, вторая часть создана Жаном Клопинелем (Менгским).
8
Гугеноты – сторонники кальвинистской (протестантской) религии во Франции. Во второй половине XVI – начале XVII века гугенотами были главным образом дворяне и часть феодальной знати, недовольные политикой централизации, которую проводила королевская власть.
9
Ла-Рошель – крепость и город на берегу Атлантического океана, оплот гугенотов, взятый после упорной осады кардиналом Ришелье в 1628 году.
10
Гасконь – область (провинция) на юге Франции. Гасконские дворяне обычно служили в гвардии короля.
11
Беарн – область (провинция) на юге Франции у подножия Пиренеев.
12
Генрих IV Бурбон (1553–1610) – французский король с 1583 по 1610 год, родился в Беарне. До вступления на престол был вождем гугенотов. Впоследствии из политических соображений перешел в католицизм. В 1598 году издал Нантский эдикт (указ), по которому гугенотам была предоставлена свобода вероисповедания и некоторые политические права.
13
Мушкетеры – один из привилегированных отрядов французской гвардии.
14
Мы знаем, что выражение «Миледи» употребляется не иначе, как перед фамилией дамы; но так мы нашли его в рукописи и не хотим изменять его.
15
…цапля в басне… – имеется в виду басня Лафонтена «Цапля».
16
Отец Жозеф – Жозеф дю Трамбле (родился в 1577 году). Известен под именем «отца Жозефа» или «серого кардинала». Был доверенным лицом кардинала Ришелье по самым интимным делам. Честолюбивый, энергичный, жестокий, отец Жозеф не имел никакого официального звания, тем не менее пользовался большим влиянием и властью.
17
Лувр – королевский дворец в Париже.
18
Лига (или: Святая Лига) – название католической конфедерации, созданной в 1576 году герцогом де Гизом с целью защиты католической религии и борьбы против кальвинистов.
19
Верный и сильный (лат.).
20
Бассомпьер Франсуа (1579–1646) – маршал Франции и дипломат. Участвовал в дворцовой интриге против Ришелье и после ее провала просидел по приказу всесильного кардинала двенадцать лет в заключении.
21
Многим не равное (лат.).
22
Анри де Талейран, маркиз де Шале (1599–1626) – фаворит Людовика XIII; казнен по подозрению в заговоре против кардинала Ришелье.
23
Капуцины – монашеский орден. Основан в 1525 г.
24
Бекингэм Джордж Вилльерс, лорд (1592–1628) – английский политический деятель, фаворит королей Якова I и Карла I.
25
Госпожа де Шеврез (1600–1679) – имела большое влияние в оппозиционных кругах, участвовала в заговорах против Ришелье и Мазарини.
26
Нарцисс – персонаж древнегреческих мифов. Влюбившись в свое отражение в воде фонтана и не в силах оторвать от него глаз, он бросился в воду и погиб. Имя его стало нарицательным для человека самонадеянного и самовлюбленного.
27
Великий Помпей проиграл Фарсальскую битву, а король Франциск Первый… бой при Павии. – Имеется в виду римский политический деятель и полководец Гней Помпей (106–48 гг. до н. э.) и его битва с войсками Юлия Цезаря около города Фарсала в Фессалии. Силы Помпея были разбиты, сам он бежал в Египет к царю Птолемею, где был убит, не успев вступить на берег.
Франциск I – (1494–1547) – французский король из династии Валуа. В сражении при городе Павия (1525) был побежден и захвачен в плен испанцами, откуда написал в письме ставшую впоследствии знаменитой фразу: «Все потеряно, кроме чести».
28
Соломонов суд – выражение подразумевает: суд мудрый и скорый. Оно основано на библейском предании (3-я Книга Царств, 3, 16–28).
29
Пре-о-Клер – луг перед церковью Сен-Жермен-де-Пре, место студенческих прогулок и поединков.
30
Карл Великий – Карл I Великий (742–814), король франков, с 800 года – император Запада.
31
Августин, Аврелий (354–430) – религиозный философ, автор сочинений «О граде Божием», «Исповедь» и др.
32
…победа… столь же полная, как у Сэ. – Речь идет о столкновении в 1620 году между армией короля и войсками мятежных феодалов, засевших в Анжере. В политических целях успеху королевских войска придавали характер шумной победы.
33
Крёз (595–546 до н. э.) – последний царь Лидии. Богатство Крёза вошло в поговорку. Крёз (в переносном смысле): богач.
34
Бонифаций – «делающий добро» (от лат. bonus – «хороший, добрый» и facere – «делать»).
35
Люксембург – имеется в виду Люксембургский дворец в Париже. Построен в 1615–1620 годах для Марии Медичи.
36
Генрих III (1207–1272) – английский король с 1216 г., из династии Плантагенетов. При Генрихе III был созван первый английский парламент.
37
…Атос представлялся ему Ахиллом, Портос – Аяксом, а Арамис – Иосифом. – Ахилл и Аякс в древнегреческой мифологии – герои Троянской войны, знаменитые своей силой и доблестью; Иосиф – один из библейских персонажей, идеальный юноша.
38
Жан Моке (1575 – после 1617) – французский путешественник, автор книги «Путешествия в Африку, Азию, восточную и западную Индию».
39
…тень Самуила явилась Саулу… – Самуил – пророк и последний судья израильтян при переходе к эпохе царей. Его именем в Библии названы две книги (Первая и Вторая книги Царств), в которых изложена история Самуила. Саул, первый царь всего Израиля (XI век до н. э.), помазанный на царство Самуилом. Однажды Саул, когда стал неугоден Богу, пришел к чародейке Аэндоре, попросил ее вызвать дух Самуила, который предсказал поражение Израиля, смерть Саула и его сыновей.
40
Изваяние Самаритянки – речь идет о скульптуре, изображавшей евангельский эпизод – Христос и самаритянка у колодца Иакова. Оно служило украшением гидравлического насоса, установленного в 1603–1608 годах в Париже.
41
Трагуарский крест – с XIII века крест с таким названием находился в Париже на одном из уличных перекрестков. Был снесен в 1778 году.
42
Сегье, Пьер (1588–1672) – канцлер Франции при Короле Людовике XIII и Людовике XIV.