В погоне за женой, или Как укротить попаданку

Пролог

Вот кто меня заставлял встречаться с девушкой моего бывшего? Никто. Дура и есть дура. Ну рассталась с этим козлом, так надо было плюнуть и растереть. Нет, приняла звонок от змеи, под названием “девушка, моего бывшего”. Вот что я хотела услышать от неё? Что он меня любит и она ревнует ко мне? Да мне было уже абсолютно по барабану, любит ли он. Мы жили с ним вместе год и он все это время изменял с этой лахудрой. Вы скажете, нельзя ругаться? А что мне остаётся делать сейчас, когда я стою вся такая белая, нет не пушистая! БЕЛАЯ, ПРОЗРАЧНАЯ И МЕРТВАЯ!

Вы спрашиваете, как же так получилось? Ну, так слушайте!

Утро воскресного дня началось с моей счастливой улыбки. Я бросила своего, теперь уже бывшего и хотела отметить это замечательное событие валянием в постели, комедийными фильмами, но для начала, походом по магазинам, с красивым нижним бельём, туфельками, сумочками, косметикой, книгами и заходом в кафе с мороженым. В общем оторваться по полной.

Вы думаете что я ненормальная? Только рассталась с любимым человеком и уже счастлива? Возможно, вы правы и это не хорошо! Я действительно думала что люблю и любима. Но оказалось – только думала. А вот он нашёл удобную дуру, которая смотрела ему в рот, готовила, стирала, убиралась, ублажала в постели. Это просто удивительно, как провидение помогло мне раскрыть глаза на этого… Нет, нет я не ругаюсь, всё-таки я приличная девочка, да и он не стоит моих слез и нервов.

Я оказалась одной из тех дурочек что верят, и вот одна случайность изменила мою жизнь. Какая? Сейчас все расскажу. Он никогда не оставлял без присмотра телефон, даже когда уходил мыться, брал с собой, аргументируя тем, что в любой момент могут позвонить с работы. Да я и не имела привычки лазить по чужим вещам.

В тот дождливый вечер мы сидели и смотрели кино, его телефон лежал на диване. И вдруг… Обожаю эту фразу, с неё всегда начинается новая жизнь, новая история. Ну, так вот… И вдруг у него скрутило живот. Когда он подхватился бежать в туалет, телефон провалился между диванных подушек и никак не хотел находиться. Махнув на него рукой, этот кобель сбежал к фаянсовому другу, а я решила достать смартфон, чтобы потом не тратить время.

Тут-то и раздался “клик” сообщения. Экран ожил и я прочла: “Любимый, надеюсь твоего бревна рядом нет. Я соскучилась”. Мозг не сразу воспринял написанное на дисплее. Слова, вроде, все знакомые, а в понятные предложения не складывались. И вдруг до меня дошло… Это я-то бревно?! После такого принципиально прочла всю переписку, открывшую мне глаза. Когда этот засранец, во всех смыслах, освободил сан узел, его вещи были уже собраны и готовы к транспортировке.

Вот так я осталась одна, абсолютно счастливая. Сразу после ухода этого гадёныша у меня как гора упала с плеч. Стало легко и спокойно. Надо же, совершенно не думала, что он так давил на меня. А на следующее утро проснулась с полным осознанием того, что я и не любила его. Нет, конечно, он мне нравился, да и ухаживал красиво, а вот любви, как оказалось, и не было.

Вот как-то так и вышло, что в то утро я была счастливой.

Мои такие радужные планы нарушил звонок его “крошки”, ага, я значит бревно, а она – крошка и малышка. Ладно, будем честными, в глаза он меня так не называл, но и эту лахудру не одёргивал. Так вот, эта дрянь настаивала на личной встрече, совершенно не желая говорить что-либо конкретное по телефону. Она так достала, что я согласилась встретиться в кафе. И пришла к назначенному времени.

На первый взгляд девица казалась приятной. Но общаться с ней, честно говоря, у меня не было желания. Она держалась спокойно, я бы даже сказала, покровительственно, словно я малое дитё, а она строгая учительница, которая будет мне выговаривать за ошибки. Как у неё так получалось, не знаю. Мы же с ней, в общей сложности, даже парой фраз не обменялись. Прямая спина, лёгкая снисходительная улыбка, она начинала меня раздражать. Ну что она мне может сказать хорошего? Да ничего! И зачем я вообще пришла сюда? Зря… Я уже хотела распрощаться с ней, когда раздался шум, звон разбитого стекла и крики в общем зале.

Странно, ну мало ли разбилась посуда, но я подскочила с нарастающей паникой в душе. Отчего-то захотелось спрятаться или убежать со всех ног. Выглянув, увидела людей с оружием. Плохое предчувствие сжало горло костлявыми пальцами, и я попятилась назад. Крик: “Всем на пол! Лежать…”, – и в этот момент меня с силой толкнули в спину. Я лишь успела заметить вскинутый пистолет одного из бандитов и что-то горячее обожгло мою грудь.

И вот я стою и тупо смотрю как на моей белой нарядной блузке расползается уродливое красное пятно от аккуратной дырочки, напротив сердца.

– Ну и долго ты собираешься любоваться на это тело? – вопрос, заданный холодным равнодушным голосом, заставил меня поднять глаза на спрашивающего и замереть испуганным мышонком. Могла бы, потеряла сознание.

Передо мной стояла классическая Смерть: балахон, коса и костлявые руки.

– Ну, что уставилась? Пойдём, раба Божья Виолетта.

– А?! Я не… не Виолетта я, – промямлила, рассматривая эту страсть и не понимая, из чего сшит балахончик. Ну и мысли у меня в такой момент!

– И кто же ты? – хохотнули в ответ, – Мальвина? Жозефина?

– Ннет, – даже облизать, по ощущениям пересохшие губы, не получалось, – я Ммаша.

– Какая Мамаша?

– Ммария Иванова, – из-под капюшона на меня сверкнули яростным огнём два нечеловеческих глаза.

Фигура поплыла и вот уже передо мной стоит пожилая женщина вся в черном. Она была как из детских страшилок, в которых рассказывается, что когда приходит женщина в черном, после неё всегда остаётся покойник. Многие её видят, но найти не могут, даже если бегут сразу за ней. Я её вот именно такой и представляла. Ага, мои мысли опять куда-то не туда ускакали…

Женщина достала из кармана записную книжку, начала листать и что-то найдя, тихо выругалась, перечитала и убрала обратно. Потом долго и мрачно разглядывала меня, о чем-то думая. Все это время я стояла не дыша, благо теперь этого и не требовалось. Наконец, что-то решив она произнесла:

– Значит так, Мария Иванова, умерла ты не своей смертью. Тебе ещё жить и жить было… Правда, ничего серьёзного ты бы не принесла в мир и не совершила. Вышла бы замуж, родила, счастливо прожила свою жизнь и умерла в кругу внуков. Вот они нужны были миру… – я воспряла духом и перебила её.

– Так может быть меня как-нибудь вернуть можно? Реанимировать? Я даже боль согласна потерпеть…

– Ты-то согласна, да вот эта дырка, – она показала пальцем на пулевое отверстие на моём трупе, – не совместима с жизнью, – и опять задумалась.

А я… А что я? Я тут уже ничего не решаю. Было себя жалко до слез, но и их не было. Кажется, что-то решив Смерть тяжело вздохнула:

– Ну, раз мой недогляд, мне и исправлять. Ты уж извини, девица, но в этом Мире ты умерла. Но есть у меня одно тело, оно живое, души в нем нет и не спрашивай куда она подевалась, не твоего ума дело. Так вот, другой мир – это твой второй шанс. Сможешь – будешь счастлива, – я открыла рот, пытаясь спросить.

Но Смерть щёлкнула пальцами, и я потеряла сознание.

Глава 1

Меня трясли! Кто-то безбожно тряс моё тело и при этом не говорил ни слова. Совершенно некстати вспомнился мультик "При-при-приехали" про трех лягушат путешественников. Вот примерно так я себя сейчас и чувствовала. Нет, ну как так можно с умершим человеком? Точно! Я же умерла, значит тела нет и тряски быть не может. От воспоминаний распахнула глаза и… Что это за дрянь перед глазами? Передо мной было что-то светлое загораживающее весь обзор. Пару раз моргнула, прежде чем поняла: первое – это оказалось белой кружевной вуалью, что закрывала мне лицо; второе – на мне было пышное белое платье; и третье – я не могла пошевелиться, тело не слушалось.

Паника накатила от осознания последнего, а следом вспомнились слова старушки в черном: “Есть у меня одно тело, оно живое, души в нем нет”, – похоже, тут не только души нет, но и тело не дееспособно. Да и тряска была от того, что меня привязанную к коляске катили по мощёной булыжниками мостовой. Колеса явно были без амортизаторов, поэтому трясло нещадно. Хорошо хоть зубы не клацали, а то бы язык себе откусила ненароком.

При очередной неровности голову мотнуло, и я увидела куда меня везут. Что там ещё говорила Смерть? “Другой Мир” и “второй шанс”, да, что-то такое. Это точно был другой мир, у нас нет таких величественных и монументальных построек. Даже в Европе, я уверена в этом. Храм! А это точно был Храм, никаких сомнений. Да и других мыслей не могло прийти в голову, настолько это было величественное строение.

Храм возносился ввысь, теряясь где-то в облаках. Это была смесь готики с её тяжёлыми, большими и высокими зданиями, и лёгкой невесомой, мистической притягательностью. Со стрельчатыми окнами и ажурными нишами, а также барокко с его изгибами, скульптурами и общим ощущением пирожных со взбитыми сливками. Возможно, тут был и Ампир, помпезный и пафосный. Жаль, я все-таки не архитектор и оценить феерию стилей и эпох не могла.

Он производил величественное, завораживающее, какое-то мистическое и в то же время гнетущее впечатление. Хотелось встать на колени и молиться или бежать от него без оглядки. Больше всего поражала необычная двойственность, словно здание разделили ровно пополам, так как одна его половина была абсолютно черной, а вторая светилась чистым белым светом. Возможно, именно это сочетание инь и ян так давило и угнетало.

Коляску со мной неуклонно катили по мощёной дорожке прямо к открытым настежь двустворчатым дверям. Меня передёрнуло от ассоциации: словно еду в раззявленную пасть чудовища. Пришлось давать себе мысленный подзатыльник. Иногда моя не в меру буйная фантазия мешала жить. Пока же я никак не могла понять: что происходит, где я и почему в таком странном состоянии. Неужели мой "второй шанс" – это тело калеки? Не знаю даже что лучше: прожить жизнь парализованной или умереть?

Внутри храм оказался ещё необычнее. Мы словно попали в туман, который клубился и перетекал с места на место. Центр зала оставался свободен от него, но стены терялись в пелене. Становилось непонятно, есть они там или нет, и ты, попав в туман, навеки останешься бродить в одиночестве. Странное впечатление оставлял о себе этот Храм, очень странное, я бы сказала, пугающее… Напротив входа, у дальней стены на возвышении, клубилась тьма, перетекая в свет, а свет растворялся во тьме. На ум опять пришло сравнение нашего инь и ян: тьма и свет никогда не смешивающиеся, оставляющие чёткие границы своих владений, но при этом дополняющие друг друга. Это зрелище завораживало и гипнотизировало. Кое-как оторвав взор от… даже не знаю, как это назвать, но точно не игра света и тени, и не голограмма. Нет! Создавалось впечатление, что тут, в этом странном Храме танцуют свой вечный танец Изначальная Тьма и Первозданный Свет. Уж больно это зрелище походило на магию.

Тот кто вёз мою коляску обошёл и встав передо мной на одно колено, стал заботливо поправлять наряд и вуаль. А я во все глаза рассматривала этого мужчину. Он был в возрасте. Определить сколько ему лет могла только примерно, мешала вуаль, да и я, если честно, не большой спец в этом. Редко угадывала реальный возраст собеседника. Тут же, мне кажется, мужчине было за пятьдесят. Держался он строго, с достоинством, да и лицо, как говорят было породистым. Аристократ в двадцатом поколении, не меньше. Фигура крепкая и плотная, про таких говорят – заматерел. Именно так, никаких "рюкзаков" и свисающих щёк. В волосах проскакивали серебристые пряди. Наверное, точно «за», но выглядит для своего возраста достойно.

Только потому что я его пристально разглядывала, увидела как он украдкой смахнул набежавшую слезу. Стало и грустно, и тревожно одновременно. С какой заботой он помогал этому телу принять более достойный вид после тряски. Было очевидно, девушка ему дорога. Дочь? Очень надеюсь, что не жена, хотя знаю, что у аристократов принято брать в жёны молоденьких девиц. Да нет, не верится, мне кажется все-таки дочь. И подтверждая мои мысли, мужчина поднялся и произнёс:

– Моя дочь… – он запнулся и чуть прочистив горло, продолжил – Мариса готова к церемонии.

– Тогда не будем тянуть, – от этого голоса мурашки пробежали по спине табунами, никогда не думала, что испытаю подобное.

Всегда читая в книгах такое описание реакции на мужские голоса посмеивалась и вот поди ж ты. Вся кожа покрылась пупырышками, а волоски встали дыбом. Я так жаждала увидеть обладателя этого притягательного голоса, что получилось чуть повернуть голову. Я даже не обратила на это внимание, потому как увидела его. Нет не так ЕГО!

Это был неописуемо красивый мужчина. Не знаю кому как, а для меня это была сбывшаяся фантазия. Вот прям как в фильмах показывают. Один взгляд и мир вокруг больше не существует. Есть только Он! Это был "снежный эльф", нет, ещё красивее и притягательней. Передо мной предстал высокий, стройный молодой мужчина. Широкий, как говорят умный лоб, хищные высокие скулы и волевой, но не квадратный подбородок. Его светлые, отливающие сталью брови вразлёт, придавали лицу строгости. Короткая стрижка, с косой длинной чёлкой светло пепельных волос, что спадала ему на лицо усиливая загадочный и опасный вид. Красота этого мужчины была не смазлива, а притягательно опасна. Как стальной клинок, работы умелого мастера. Убийственная красота!

Вот меня она и поразила в самое сердце. Один удар и я готова идти за ним хоть на край света. Что я там говорила, что думала: “люблю” и “любима”? Ха! И ещё три раза ха-ха-ха. Я не любила и не знала что это такое до сего момента. Радость, надежда озарили мою душу и… Я вспомнила что нахожусь в теле калеки и чуть не расплакалась от досады и обиды на несправедливость обоих миров. Там я умерла, а тут…

Коляска опять покатилась, но уже без тряски, мы двигались к тому возвышению. Я пыталась панически сообразить, что происходит и как мне быть. Но тут прямо из переплетения тьмы и света начала формироваться женская фигура, это было так странно, дико и пугающе, что на минуту забыла о своих переживаниях. Я во все глаза смотрела на эту магию. Это точно магия или волшебство, просто другого объяснения происходящему не находила.

Она становилась то белой, то черной, как будто не могла решить какой наряд сегодня надеть. Истинная женщина. Наконец, к нам вышла Смерть во всей своей красе “Женщины в черном”, той, что я видела на Земле. Вот только там она была старушкой, а тут перед нами предстала величественная и красивая, как божество женщина лет сорока. Отец испуганно охнул за моей спиной, а до моего уха долетело еле слышное: “Богиня Судьбы, за что ты так…”.

Так вот ты какой, северный олень! Тьфу ты, Маша, совсем умом тронулась? То есть, перед нами предстала сама Богиня и не какая-то там, а Судьбы. Удивительно! В этом мире она одна? У нас, вроде, во всех мифологиях их было три. Вот у греков было три мойры: Клото пряла нить человеческой жизни, Лахесис определяла судьбу, а Атропос эту нить обрезала. В Скандинавии тоже было три. Боги, ну почему, когда не надо, я все это вспоминаю? Богиня смотрела на меня с какой-то снисходительной улыбкой, как на малое и неразумное дитя. Под этим взглядом стало так неудобно, словно я натворила дел и должна получить строгий нагоняй, но… Пока я все это обдумывала, вперёд вышел мой "снежный эльф" и будто загораживая меня от богини, произнёс:

– Она жива! – с таким, не терпящим возражения нажимом и тоном. – Мы пришли обвенчаться! – столько уверенности слышалось в его голосе, что не было сомнений, он будет отстаивать своё.

А у меня сердце затрепетало в груди, "венчаться"? Он хочет взять меня в жёны? О, боги, да я не смела мечтать о таком! Но тут же пришло понимание, что не меня он хочет в жёны, а девушку в чьём теле я сейчас оказалась.

– Лорд Ксадас Снежный, – медленно растягивая слова, со снисходительной улыбкой, пропела богиня, – вы решили поспорить с судьбой?

За спиной послышался сдавленный вздох, похоже отец, как же странно даже думать "отец", меня растили мама и бабушка. Так вот, похоже тот пожилой мужчина, что назвал меня дочерью, решил что Смерть заберёт его дитятко. А вот я, наоборот, не переживала, мне обещан был второй шанс. И если этот шикарный мужчина будет моим мужем… Да я все сделаю, чтобы использовать этот шанс по полной. В груди разливалась теплом уверенность: да, сделаю все, чтобы он был счастлив со мной и полюбил меня, а не ту девушку в чьём теле я находилась. А вот в моем воображении тараканы на сцене плясали канкан, напевая голосом Никулина песню про зайцев, ага, ту самую: "А нам всё равно!". Да, воображение у меня всегда было дурным и очень ярким.

Мой жених молчал и буравил своими неповторимыми небесно-сапфировыми глазами Богиню. А та, похоже, наслаждалась ситуацией. Чуть отклонившись в сторону, она взглянула на меня и могу поклясться, подмигнула мне.

– Ну, Мария, тебе решать, – улыбка на лице этой женщины была такая предвкушающая, что мысли о подставе промелькнули где-то на краю сознания и тут же пропали в ожидании чуда. – Свадьба? Или… – чуть изогнутая бровь и лёгкая улыбка.

А что я? Я что больная от такого мужика отказываться? Конечно, свадьба! Так громко подумала, что даже эхо услышала в полностью пустой голове, так ошеломил меня вопрос.

– И незачем так орать, – чуть сморщилась она, – свадьба так свадьба, – резкий звонкий хлопок в ладоши, от которого я вздрогнула всем телом.

– Ну, что встал, – взгляд, с лёгкой снисходительной улыбкой, на моего "снежного эльфа", – возьми невесту за руку как подобает.

Ксадас, повторила в уме, какое странное и романтичное имя у моего будущего мужа. От одной мысли о том что я стану его женой замирало сердце. Так вот, Ксадас неуверенно глянул на меня и на богиню, эти минуты промедления стоили мне пары седых волос. А ну как сейчас откажется… Но нет, он одним слитным движением опустился рядом с моей коляской на одно колено и взял мою холодную ладошку в свои горячие руки.

– Мариса, я обязательно найду способ тебя излечить. Верь мне, если ты меня слышишь, – его горячие пальцы прошлись по руке чуть поглаживая и сжимая, а я млела от этих прикосновений, от взгляда, что сейчас лучился неповторимым цветом морского аквамарина и того тепла, что распространялся по всему телу.

Горло перехватило спазмом, это было так нежно и трогательно, и в то же время он говорил это не мне, а несчастной Марисе, что уже никогда не вернётся. И это оказалось больно. На мгновение в голове промелькнули сомнения, а правильно ли я поступаю? Вот только пронзительно сапфировые глаза манили и заставляли забыть все на свете. Эту девочку уже не вернуть, а я тут и могу быть счастлива.

Мой "снежный эльф" развернулся лицом к Богине, его правая рука нежно держала мою правую. Богиня тоже как-то приосанилась, будто ещё выше и величественнее стала.

– Дети мои, серьёзны ли ваши намерения, по своей ли воле вы решили соединить свои судьбы? Согласен ли ты, лорд Ксадас Снежный, по доброй воле взять Марию себе в жёны? – я забыла как дышать, ну же, что ты молчишь?

– Богиня, но мою дочь зовут Мариса, – послышался удивлённый и чуть обеспокоенный голос из-за спины.

На лицо женщины упала тень, будто резко наступили сумерки и с прищуром она посмотрела на стоящего за спиной мужчину.

– Ты считаешь, смертный, что я не знаю чьи судьбы связываю? – отец оказался не лишён смелости, надо запомнить.

– Нет, Великая! Нет, конечно нет, прости, такой день, за дочь свою переживаю, – под конец, фразу произнёс совсем тихо, но видимо Богиня гневаться была не намерена.

– Не переживай, – отмахнулась она от него, – так, на чем я остановилась? Ах, да! – опять приняв величественную позу, продолжила. – Согласен ли ты, лорд Ксадас Снежный, по доброй воле взять Марию себе в жёны?

– Да! – гора с плеч упала, нельзя же так долго заставлять девушку ждать ответа. Да и воздух нужен, а то лёгкие уже огнём горят.

– Согласна ли ты, Мария, выйти замуж за Ксадаса Снежного? – и вот клянусь, она мне снова подмигнула. – Ой! Не отвечай дитя, я прошлый раз чуть не оглохла. Помню, что ты согласна, – и такая хитрая улыбка, аж мороз по коже.

– Согласна? Вы уверены? – снова влез в церемонию бледный, как мел, отец. Когда он подошёл к нам, я даже не заметила.

– Соединяю вас как мужа и жену! – будто не слыша вопрос, продолжила Богиня. – Две судьбы, две разные дороги соединяю в одну, но как вы по ней пройдёте только вам решать, – лёгкий взмах руки и на наших запястья проступает рисунок парных браслетов.

Магия в чистом виде! Я во все глаза смотрела на проявляющийся узор и никак не могла понять какого он цвета. То черным вспыхивал, то белым почти незаметным становился, как морозный узор на стекле, то озарялся голубым сиянием.

– Уф! – воскликнула Богиня. – Как же приятно! Ну все, детки, дальнейшая ваша судьба в ваших руках. Сможете – будете счастливыми, – она развернулась уходить и чуть оглянулась на повороте, подмигнула, и я услышала. – Я же обещала! Дерзай!

Мой отец и муж, о боги, муж – это даже звучит волшебно, будто и не слышали последние слова богини. А может так и было, и они предназначались только мне? Ксадас поднялся, аккуратно и нежно положил мою руку мне на колени. И меня повезли в обратный путь. У меня было время обдумать все случившееся. Богиня как и обещала, перенесла мою душу в другой мир, магический, волшебный мир. И я, как говорится, с корабля на бал, попала сразу на собственную свадьбу. И волей Судьбы или так сложилось, но он покорил моё сердце с первого взгляда.

Но я калека? Даже не знаю что и думать, то ли Ксадас так любил эту Марису, надо же, даже имена похожие, то ли… Нет, он же обещал там перед Богиней найти способ исцелить, значит влюблён. С другой стороны, он даже не поцеловал жену. Хм… У нас принято целовать невесту, точнее уже жену на церемонии, а тут? Может здесь другие нравы? Я же ничего не знаю про этот мир.

Мы подъехали к воротам и впереди меня ждала тряска по булыжной мостовой. Вот только выехав из храма моя коляска сразу остановилась и я услышала то, что совершенно не вязалось с тем, что было внутри Храма.

Богиня же никем не видимая, сама себе под нос бурчала: “Это будет интересно, нет, это будет весело!”, – и задорно хихикала, словно провернула какую-то грандиозную шалость.

Глава 2

Коляска остановилась, как только мы выехали за ворота. Муж, шедший сбоку от неё по инерции сделал ещё пару шагов и обернулся, ожидая нас. Отец оставив меня подошёл к нему.

– Я выполнил свою часть сделки, – проговорил он, а Ксадас иронично улыбнулся и его бровь чуть изогнулась, так красиво и необычно…

– Что, прям у Храма Богини хотите получить назад расписки? – в голосе стояла стужа. – А если не верну? Что вы сделаете? – он словно насмехался над отцом.

Хотя какое мне дело до их разборок? В данный момент меня занимали мысли о моей дальнейшей жизни. Но следующие слова выдернули меня из хоть и грустных, но радужных мыслей.

– У нас уговор, вы выкупаете мои долги, а я вам отдаю дочь в жёны, – отец злился, это было отчётливо слышно в интонациях голоса.

– И? – прохладно поторопил Ксадас. – Вы считаете меня лжецом? Или думаете, что я взял расписки с собою в Храм?

– Нет, – как-то неуверенно ответил отец.

А я впала в ступор, он продал меня за долги? Или я что-то не так поняла?

– Лорд Лионар Иворский, не забывайтесь, – его голос стал высокомерным, а выражение лица – ледяным. Сейчас передо мной стоял жёсткий и властный мужчина. – Мы теперь родня и будьте так добры держать себя в руках, – как мальчишку отчитывал он пожилого лорда. – Покрывать ваши проигрыши в карты я не намерен более, расписки оставлю у себя, как гарант, что вы не вернётесь к пагубной привычке.

Я во все глаза смотрела на мужчин. Карты? Меня что, в карты проиграли? Продали за долги? А мой "снежный эльф", такой нежный и заботливый там в Храме изменился, сейчас от него веяло холодом и властью. Отец, хотя какой он мне “отец” на самом деле, да ещё и продал? Но все же тоже лорд и явно старше, стоял и пристыженно молчал. Не мог он постоять за себя, да и за меня не сможет. Тем временем мой муж махнул рукой и к нам подоспели слуги, он отдал быстрые распоряжения. Мою коляску подхватили с двух сторон и легко понесли к карете. Не знаю как называются открытые повозки, но именно к такой меня несли. Ну хоть язык себе не откушу, мелькнула мысль.

Не знаю с кем я приехала сюда, но вот обратно ехала в одной повозке с мужем. За всю дорогу он не произнёс ни слова, сидел, рассматривая обручальное тату и хмурился. А я пыталась собрать свои мысли воедино. Мы, женщины, глупый народ, если полюбили, то ищем оправдания всем поступкам избранника. Оказывается, я тоже не исключение, всю дорогу пыталась найти рациональное объяснение всему услышанному и увиденному. Вот только выходило плохо. Да и что я знала-то?