- -
- 100%
- +
Но даже в этом царстве принуждения девочка сумела найти крохотные, но все же островки свободы. Когда прихожане вставали на колени и склоняли головы в молитве, Эни украдкой поднимала глаза к витражам и любовалась, зачарованная игрой света. В этой игре она видела что-то, на что другие не обращали внимания: цветные лучи в преломлении создавали на каменном полу узоры, напоминающие то ли фракталы, то ли карты неизвестной земли. Иногда ей казалось, что эти узоры, преломляясь сквозь свет, указывают путь в какие-то иные пространства, и стоит только захотеть — можно перенестись туда… Солнечные лучи, отражающиеся от ее ресниц, проникающие сквозь стекла, несмотря ни на что, играли на ее лице маленькими разноцветными солнышками.
И вот однажды, был особенно душный воскресный день, похожий на все, казалось бы, другие, когда проповедь священника о грехах и наказаниях казалась нескончаемой, и запах ладана смешивался с ароматом пота многочисленных прихожан — Эни заметила нечто странное.
Один из витражей, изображавший ангела с пылающим мечом, вдруг словно ожил. Крылья существа дрогнули, а глаза, состоящие из кусочков синего стекла, повернулись и встретились с взглядом девочки.
«Ты видишь меня,» — прозвучало в её голове, хотя никто не произносил этих слов вслух.
Эни чуть не подпрыгнула от неожиданности, но только годы тренировки в неподвижности помогли ей сохранить внешнее спокойствие. Только учащённое дыхание могло выдать её волнение.
«Кто ты?» — мысленно спросила она, не уверенная, что получит ответ.
«Я — Страж Порталов. Один из многих. Мы наблюдаем за теми, кто способен видеть сквозь Завесу.»
«Завесу?»
«Границу между мирами. Между тем, что люди называют реальностью, и другими измерениями бытия.»
Священник резко, как назло, повысил голос, говоря о наказании грешных душ, и Эни вздрогнула, на мгновение вернувшись к церковной службе. Но когда она снова посмотрела на витраж, ангел был неподвижен, как и прежде.
Девочка была поражена, чувствуя восторг и какое-то незнакомое чувство — приближение к чему-то, пока непонятному ей, до конца — ощущению того, что реальность уже — это не полугроб церкви и строгость родителей, помноженная на равнодушие — а то, что мир вокруг и правда
д р у г о й.
И мир реальности — поменялся. Эни осознала, что произошло что-то совершенно невообразимое. Что-то, что буквально разорвало привычную ткань бытия. Что уже не было теми сказками из детства, лейтмотивы которых, хоть глубоко отпечатались в душе крохи, но оставались… Лишь сказками.
И, с того дня изменилось многое. Взору Эни открылись странные вещи, которых раньше она не видела никогда: тени, что двигались против источника света; шёпот неизвестных, которых она слышала в пустых комнатах, мимолётные отражения неизвестных существ в зеркалах и оконных стёклах. Но, вместо того чтобы пугаться, она чувствовала странное родство с этими явлениями, как будто бы наконец-то обнаружила мир, к которому на самом деле принадлежала.
И Эни поняла, что слово мир — больше чем просто слово.
Мир — полон того, о чем она только грезила или смутно догадывалась.
Но девочка не имела и малейшего понятия о том, что об этом нельзя говорить людям так называемого мира в кавычках…
Глава 5. «Особенная»
Стояло лето, ласковое и теплое. Даже строгие родители немного оттаяли и перестали так часто водить Эни в церковь, давая девочке больше свободы, потому что даже им что-то говорило, что никакой «дьявольщины» в ней не было.
Лучики солнца, пробиваясь сквозь листву, рисовали на земле узор из света и тени.
Шестилетняя Эни, с косичками, заплетёнными в виде двух маленьких солнышек, сидела на качелях, раскачиваясь всё выше и выше, пока не коснулась неба. Она была счастлива, её мир был полон света, радости и дружбы. То время, когда она погружалась в темные бездны неизведанных миров, которые ее тянули в непостигаемую глубину, как будто растворилось в простых радостях детства.
Её первые друзья, Лили и Том, всегда были рядом. Они играли в прятки, рисовали на асфальте цветными мелками, строили замки из песка и делились секретами. Эни любила их больше всего на свете, они были её семьёй. До тех пор, когда Эни, поделившись с ними своими тайнами, не подозревала, что тот мир, который она носит в себе, они не примут…
И так однажды — всё изменилось. Лили и Том, обычно полные веселья, стали злыми и равнодушными. Они перестали разговаривать с Эни, избегали её взгляда, а когда она подходила к ним, отворачивались. Эни пыталась понять, что случилось, но они не давали ей объяснений, лишь отстранялись — с холодом.
Однажды, во время игры в прятки, Эни, спрятавшись за большим дубом, услышала их разговор.
«Ты знаешь, что она особенная, правда?» — спрашивала Тома Лили.
«Да» отвечал Том, «она странная. Она говорит о вещах, которых мы не понимаем.»
«Она говорит, что видит Бога и всяких существ,» — добавляла Лили, «она думает, что они с ней разговаривают.»
«Да, именно,» подтверждал Том. «И это пугает. Мы не должны были с ней дружить.»
«Может, она притворяется?»
«Да, она же разыгрывает нас, думает, что мы дураки и идиоты, а она — особенная»
Эни, ненароком услышав их слова, была в шоке. Она не понимала, почему её друзья так говорят. Она ведь просто делилась с ними тем, что она чувствовала, тем, что было в её сердце.
Слезы предательски подступали к ее глазам, пока она смотрела на своих лучших друзей, ставших вдруг чужими.
— Лили, Том, я никогда не притворялась, -дрожащим голосом проговорила Эни — Это правда. Я действительно вижу…
— Что именно ты видишь? — перебила ее Лили, и её зеленые глаза потемнели от презрения. — Призраков? Бога? Или просто придумываешь истории, чтобы быть особенной?
Том молчал, но его молчание ранило больнее всего. Он просто стоял с опущенными глазами, будто не мог смотреть на Эни.
— Вы же были моими друзьями… — прошептала Эни. — Я доверяла вам…
— Друзья не лгут друг другу, — холодно отрезала Лили.
Луч солнца, пробивающийся через окно, словно разделил их троих невидимой чертой. В воздухе повисла тяжелая тишина, наполненная несказанными словами и разбитыми надеждами.
— Я никогда… — начала Эни, но осеклась. Что толку объяснять тем, кто не хочет слышать?
И, охваченная болью от их непонимания, Эни пошла домой, слёзы градом катились по её щекам.
Дома её ждала мама. Эни рассказала ей о случившемся, но мама, пожав плечами, ответила:
«Детская глупость. Они просто не понимают тебя.»
Но Эни не могла поверить, что это всего лишь «детская глупость.» Она чувствовала, как кинжал предательства вонзили самые близкие, что они ее предали, что ее друзья ее больше не любят.
Она долго не могла понять, почему она не нужна своим друзьям. Она не знала, что есть зло и несправедливость, что люди могут быть жестокими — даже те, кто сначала казались друзьями.
Анджелика:
О школьных годах Эни мы расскажем немного. Нам в тот момент не давали вмешиваться в ход событий.
Джереми:
Это были скучные, будничные, совершенно не волшебные, строгие и серые времена.
Анджелика:
Душа Эни тогда не вспоминала ничего, что было раньше.
Она не общалась с существами Света, с ангелами, с Богом. Она прилежно училась, помогала учиться своему брату. Друзей у нее не было. Она была слишком ранена тем, что ее самую важную тайну — так обесценили.
***
Межпространственный дом, пространство вне времени
Рассказчик и рассказчица
Мы чувствуем, что происходит что-то странное, что-то непредвиденное. Перед нами стоит выбор. Если мы сейчас перепишем канву реальности собственного рассказа, будущее его станет неизвестно. Мы же присутствуем в настоящем моменте. В этой Вечности Историй. В нашем Межпространственном Доме. И он может быть под угрозой.
У нас нет полномочий Творцов, но мы слышим, как Эни зовет нас, хочет, чтобы мы пришли…
Анджелика:
— Что-то должно случиться. Что-то страшное и переломное в ее судьбе. Мы должны предупредить ее. Джереми, мы можем рискнуть и попробовать ей передать ключи, которые нужны.
Джереми:
— Это выбор без Выбора, Энжи. Мы должны понимать, что это принесет искажение в Линии, судьбе Эни. Но если мы не вмешаемся — это повлияет не только на нее. Это повлияет на всех, кого мы курируем, самым страшным образом.
Анджелика:
Да, я прекрасно осознаю все риски. Мы должны ей рассказать…
Джереми:
Как мы свяжемся с ней сейчас?
Анджелика:
Мы что-нибудь придумаем. Обязательно. Получается, нам нужно отправиться в собственный рассказ?
Джереми:
По всей видимости, да. Другого выбора просто нет.
Глава 6. «Пауки и бабочки»
Эни закончила школу с отличием, ей исполнилось 17 лет.
Она гуляла по новому, большому городу, в котором раньше не была.
Слышала пенье птиц, вдыхала аромат цветов…
Гладила котов. Больших, пушистых, ласковых. Дышала запахом кардамона и шафрана в городских кофейнях, слушала выступления живых скрипачей, блуждала в садах этого города, в нем было свободно, легко, чудесно.
— «Это лучшая моя весна» — мечтательно, почти блаженно, подумала Эни. Она ещё не представляла, какие испытания, какое горе её ждёт впереди.
По напитанному солнцем городу Эни пробиралась, и наконец, подошла к многоэтажке, самой обычной и простой на вид, но девочка увидела, что на крыше есть сфера. Эта сфера… Она была в форме огромного кристалла, переливающегося голубым, фиолетовым и розовым.
С неясным наитием, внутренним чувством, что ей туда нужно — Эни зашла на первый этаж. Пространство изменилось. Оно стало каким-то давящим, воздух стал высоко разреженным. Ей стало немного страшно. Но вокруг нее кружилась маленькая серебристая сфера, и как бы направляла ее вперед.
Лифта в доме — не было. Только лестница. На стенах была… Паутина и засушенные бабочки. Некоторые — ещё живые.
Эни попыталась их освободить… Но они рассыпались, только она протянула к ним руку.
Лампы на последнем этаже стали гаснуть. Эни почувствовала, как за ней что-то ползет, ей стало тревожно.
Девочка увидела, как люк, ведущий на крышу — открылся. Сам собой.
Серебристая сфера превратилась в мотылька, и поманила Эни на крышу дома.
Девочка вышла, и увидела… Нечто невообразимое. Это не был просто Город. Он изменился. И многоэтажка — уже не была просто многоэтажкой. Эни стояла на крыше почти самой высокой башни города.
А город над ней — раскинулся многоуровневым пространством. Башня была настолько высокой, что под ней были облака.
Закатное солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого.
— Почему… Я пришла сюда? Меня же… Кто-то звал?
— Да.
Хором сказали 2 голоса.
Эни почувствовала в груди тепло, незнакомое ей ранее. Пространство зазвенело, как хрусталь — и Эни ощутила какую-то очень родную, волшебную энергию, которую чувствовала только иногда — во снах.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.