Разбитый Корабль

Глава 7

Посидев еще немного неподвижно, Сэм устало вытянул ноги и подложил себе под голову какую–то коробку. Затем посмотрел на бледное лицо Эрны и закрыл глаза. Теперь мысли его потекли в другом направлении. Сэм думал о том, стоит ли ему хоронить Раймона, Норта и останки экипажа, или оставить их там и забыть об их существовании. Последний вариант устраивал Сэма намного больше первого, и он хотел уже было согласиться на него, но потом ему в голову пришла мысль, что, возможно, завтра или послезавтра придется вернуться к обломкам рубки управления, а за это время солнце и микроорганизмы, как известно, сделают свое дело, и Сэм не чувствовал в себе уверенности, что сможет выдержать ожидавшее его зрелище, а главное, запаха разложившихся трупов. Живо представив себе подобную картину, Сэм с отвращением скривился и решил сходить завтра к рубке управления, чтобы похоронить их всех, или вытащить их из корабля и отнести подальше. Пусть микроорганизмы и животные (если они есть на этой планете) сделают свое дело не у него на глазах.

С подобными мыслями Сэм осторожно прилег на полу рядом с Эрной и, не выпуская из рук бластера, уснул.

На следующее утро Сэм проснулся от ощущения, что на него кто–то неотрывно смотрит. Сэму это никогда не нравилось, и он, невольно сжав в руке оружие, медленно открыл глаза. Это была Эрна. Она полулежала на здоровой руке и смотрела на него широко открытыми глазами. Несколько мгновений они выжидательно смотрели в глаза друг другу, затем Эрна покраснела и смущенно отвела взгляд в сторону. Сэм тоже обрел способность к движению и с шумом сел. Чувствовал он себя сегодня на много лучше, и в голове уже не шумело, как это было вчера.

Потерев свободной рукой глаза, Сэм посмотрел на бластер, затем перенес все свое внимание на молчавшую Эрну и охрипшим голосом спросил:

– Есть хочешь?

Эрна сдвинула плечами и посмотрела на свои забинтованные пальцы.

– Не знаю, – ответила она.

– Мгг, – Сэм кивнул головой и принялся из оставшихся запасов сооружать бутерброды для себя и для нее. Эрна молча следила за его действиями, не выказывая желания ни помочь ему, ни дать совет, что лучше всего взять из продуктов для бутербродов. Так же молча она взяла протянутый ей бутерброд и, только откусив маленький кусочек, тихо спросила:

– У нас нет воды?

Сэма чрезвычайно удивило это ее « у нас», но вида он не подал и молча протянул ей открытую  вчера банку.

– Вот, осталось немного, – сказал он и неторопливо принялся жевать свой бутерброд.

Есть ему не хотелось, но, вспомнив о своих намерениях на счет мертвых товарищей, решил, что силы ему еще понадобятся.

– Как вас зовут? – спросила Эрна после нескольких минут, заполненных звуками работающих челюстей и плеска напитка, который время от времени доносился из банки.

– Сэм, – буркнул Сэм и принялся за второй бутерброд.

– Меня – Эрна, – представилась Эрна и попыталась пошевелить забинтованными пальцами. Это усилие отозвалось болью и она, охнув, оставила свои попытки.

– Я знаю, – ответил Сэм, наблюдая за ее усилиями. – У тебя один палец сломан, а два выбиты. Но теперь все в порядке, – добавил он, увидев, как лицо Эрны побледнело еще больше. А рот перестал жевать. – И нога тоже, – неизвестно для чего сказал он.

– Сломана?– Эрна вся напряглась и готова была, кажется, расплакаться.

– Нет, – поспешил успокоить ее Сэм. – Простой вывих. Но я его вправил и теперь все в норме, – он взял у нее из рук банку с тоником и сделал большой глоток.

– Мне пора, – проговорил он, отложив банку в сторону.

– Куда? – Эрна вся встрепенулась и подняла на него голубые глаза с густыми ресницами.

–Есть одно дело. Мне нужно успеть сделать его, пока…пока не поздно.

– А я?

– Ты останешься здесь. Вот…Возьми, – Сэм вытащил пистолет и бросил на кровать Эрны, – если что стреляй.

– Ты вернешься? – с надеждой в голосе спросила Эрна, неумело взяв оружие здоровой рукой.

– Да, вот только похороню Раймона и Норта и вернусь.

– Это твои… – Эрна не договорила и благоразумно замолчала.

– Друзья, – не глядя на нее, бросил Сэм, поднимаясь на ноги.

Проверив бластер, он пристально посмотрел на стену, затем крутнулся и ударом ботинка открыл дверь с зияющей дырой. Эрна смотрела ему в спину, но ничего не говорила. Она устало опустила голову на какой–то пакет и закрыла глаза. Нога болела, и ей на все было наплевать.

Выбравшись из–под обломков корабля, Сэм, не выпуская оружия, внимательно осмотрелся по сторонам, а затем прислушался. Откуда–то сверху доносились какие –то невнятные звуки и тихий шелест. Время от времени раздавался тонкий писк, вслед за которым до слуха Сэма доносилось какое–то бульканье и негромкие шлепки. Все это было довольно странно, но Сэм решил обнаружить источник этих звуков после того, как сделает самое главное.

Перепрыгнув с валуна на валун, Сэм спрыгнул вниз и почувствовал, как у него под ногами что–то слабо шевельнулось. Мгновенно отпрыгнув в сторону, он выбросил вперед руку с бластером, но ничего, кроме зеленевших листков травы, не увидел. Удивленно хмыкнув, он осторожно наступил на один из таких листков и почти сразу же почувствовал, как тот обмяк, словно из него выпустили воздух, и попытался спрятаться в почву. Но как только Сэм убрал ногу, он принял свою прежнюю форму и ничем не отличался от остальных.

Промычав себе что–то под нос, Сэм, прищурив глаза, посмотрел вдоль ущелья и убедился, что почти все оно покрыто точно такой же травой. составляли только валуны и камни, которые хоть сколь–нибудь торчали над землей. Но так как прыгать с камня на камень Сэм не собирался, а трава вроде бы никакого вреда ему не причинила, Сэм решил не обращать на нее никакого внимания и, не спеша, направился к месту, где находилась рубка управления.

Но не обращать внимания совсем он просто не мог, особенно в те моменты, когда листья начинали увядать и прятаться в землю. От этого он слегка скользил и не мог избавиться от неприятного ощущения, что вот–вот грохнется на землю. Но какого же было удивление Сэма, когда,  добравшись до рубки управления, он присел на обломок обшивки и решил осмотреть подошвы своих ботинок. Еще во время путешествия у него возникло ощущение, что подошва сделалась намного тоньше, и ступнями ощущаются мельчайшие камешки. Когда же он снял правый ботинок и перевернул его, то едва удержался от желания отшвырнуть его подальше: вся подошва была чем–то изъедена и сделалась в два раза тоньше, чем это было в начале путешествия.

Но ботинок Сэм все же не выбросил. Во–первых, у него не было желания ходить босиком, а во–вторых, что было самым главным, подошва больше не разъедалась, и Сэм сделал вывод, что чем меньше он будет наступать на траву, тем лучше для него. Но серьезно заняться этой проблемой он решил после того, как похоронит своих товарищей и осмотрит рубку управления.

Пробравшись через завалы, образовавшиеся во время крушения, Сэм проник в рубку управления и замер от неожиданности. Вместо мертвых тел Раймона и Норта, он обнаружил обглоданные до бела кости, валявшиеся на полу. Также нигде во всей рубке управления не осталось и пятнышка крови. Только с ботинка Норта торчала ступня с остатками плоти и кусками кожи. Все остальное таинственным образом исчезло, и можно было подумать, что эти кости лежат здесь не один уже год подряд.

– Ничего себе, – ошарашено пробормотал Сэм и с бластером в руке внимательно осмотрел стены и углы рубки управления. Там никого не было. Ни животных, которые моли бы так расправиться с останками его друзей, ни растений (Сэм допускал и такую возможность).

Потоптавшись немного на месте, он поддел носком ботинка берцовую кость и, когда та перевернулась, перевел взгляд на пульт управления. Что он надеялся там увидеть, Сэм и сам не знал. Пульт был на половину расплавлен, на половину разбит.

Побродив немного среди сорванной со своих мест аппаратуры и человеческих костей, Сэм отыскал два бластера, а в куртке одного офицера – лазерный пистолет. Все это вместе он сложил на дно перевернутого кресла и стал думать, что ему делать со своей обувью. После одной еще походки к Эрне он подозревал, что придет туда босиком или, что было еще хуже, останется без ступней. Вот, если бы обмотать чем–нибудь ботинки, тогда он, возможно, и доберется до Эрны. Мысль эта понравилась Сэму, и он еще раз обвел взглядом рубку управления, теперь уже с определенной целью.

Сперва он решил было отрезать от кресла металлическую спинку, покрытую мягким материалом, и вырезать тонким лучом лазерного пистолета две подошвы, и прикрепить их к своим ботинкам. Но потом Сэму пришла в голову мысль, что растения этой планеты, возможно, уже встречались с железом и другими металлами в свободном виде, и не исключено, что они прожигают его их не хуже подошв ботинок.

Поэтому после продолжительных размышлений, Сэм остановил свой выбор на пластике и его разновидностях. Уж его–то точно нет на этой планете.

Присев на пол, Сэм взял с кресла лазерный пистолет и залез вместе с ним под правое крыло пульта управления, которое было в относительной сохранности. Нижняя часть корпуса состояла из ровных листов пластика, а Сэму этого как раз и требовалось.

Глава 8

Устроившись поудобней, Сэм расставил ноги в стороны таким образом, чтобы расплавленные капли не попали на них, и отрегулировал лазерный пистолет на минимальную мощность излучения. Затем представил его ко дну пульта управления и нажал на пуск. Тонкий луч в несколько секунд вырезал квадратный лист, и тот, еще дымя расплавленными краями, с шумом упал на пол.

Выждав пока он остынет, Сэм вместе с ним выбрался из–под пульта управления и тем же лучом вырезал из него себе новые подошвы. Они пришлись как раз впору, и Сэм аккуратно приварил их лучом к изъеденным подошвам ботинок. Также он вырезал подошвы и для Эрны, но размерами поменьше. Засунув их за пояс, он собрал оружие и, не спеша, покинул обломки корабля.

Выбравшись наружу, Сэм отыскал раздутые листья, и так сказать, в качестве эксперимента, наступил на них. Зеленые листья сразу обмякли и попрятались в землю. Когда же Сэм секунд через тридцать поднял правую ногу (на больше у него терпения не хватило) и посмотрел на подошву, то с удовлетворением отметил, что пластик успешно выдержал воздействие агрессивным веществом, и только немного посветлел. Но по сравнению с тем, что стало с настоящими подошвами, это был сущий пустяк. Посчитав, что проблема с листьями решена и больше не существует, Сэм перестал обращать на них внимание и размеренным шагом направился к Эрне.

Минут через пятнадцать ударом ноги открыл дверь с выжженной дырой и вошел в помещение, где оставил Эрну. Она полулежала на импровизированной кровати и, не спеша, ела приготовленный ею самой бутерброд. Неожиданное появление Сэма испугало ее, и она едва не подавилась очередным куском.

– Это я, – сказал Сэм, не сдержав улыбки.

– Можно было предупредить, – Эрна перевела дыхание и отложила недоеденный бутерброд. Есть ей больше не хотелось.

– О чем? – спросил Сэм, выкладывая на какую–то коробку два бластера и лазерный пистолет.

– О том, что вы идете, – раздраженно пояснила Эрна. Она, кончено, рада была снова видеть Сэма, но почему–то старалась не показывать своей радости.

– А–а, – понимающе протянул Сэм. – Я забыл.

– Еще бы, – Эрна незаметно осмотрела его с ног до головы, и взгляд ее остановился на его ботинках. – Ну как, сделали ваше дело? – спросила она.

– Не успел.

– Как это?

– Местные твари сделали все за меня, и я застал одни только кости.

– О, Господи! – Эрна охнула и почти целую минуту ни о чем не спрашивала. Этого времени Сэму вполне хватило для того, чтобы утолить жажду и сделать себе сэндвич.

– А что с вашими ботинками? – Эрна, наконец – то, пришла в себя и снова была в состоянии говорить.

– Это целая история, – устало проговорил Сэм, усаживаясь по удобней рядом с ней. – За то время, пока я прошелся пару раз к рубке управления и обратно, какие–то растения с толстыми листьями прожгли мне подошвы.

– И что? – напряженно воскликнула Эрна, живо представив себе, как все это выглядело.

– Ну, не то, чтобы прожгли, но почти – Сэм поднял правую ногу и показал ей подошву. – Это я уже потом вырезал из пластика новые и наварил их себе на ботинки, – пояснил он. – Пока держится.

– А как же я? – с чисто практической стороны поинтересовалась Эрна после того, как изучила ботинки Сэма.

– Все в порядке, – успокоил он ее. – О тебе я тоже подумал и сделал такие же. Где твоя обувь? – Сэм доел сэндвич и вытащил из–за пояса пластиковые полоски.

– Один на ноге, а другой не знаю где, – Эрна пожала плечами и склонилась с кровати. – Наверное, закатился куда–нибудь, – предположила она.

– Наверное, – Сэм запил сэндвич тоником и отыскал ее маленький ботинок, валявшуйся среди ящиков с продуктами.

Пока Эрна расспрашивала о том, что он еще видел снаружи, Сэм взял лазерный пистолет и тончайшим лучом аккуратно приварил пластиковые заготовки к ее ботинкам.

– Ну вот, – удовлетворенно проговорил он, поворачивая их у себя перед глазами, – теперь можно ходить, ничего не опасаясь.

Эрна на это ничего не ответила и только кивнула головой. То ли в знак благодарности, то ли соглашаясь с его утверждением.

Несколько минут они молчали, и каждый думал о своем. Сэм – о том, что пора, наверное, выбираться из ущелья и посмотреть, что находится наверху. Возможно, что и в остальных частях развалившегося корабля кто–нибудь уцелел и тогда, сообща, они, возможно, придумают, что им делать дальше.

– Сэм, – тихо позвала его Эрна, когда он после принятия определенного решения собирался вздремнуть.

– Чего? – Сэм посмотрел на нее и увидел, что глаза Эрны красные. Видно, она плакала или только собиралась это сделать.

– Я хочу домой, – запинаясь, проговорила Эрна, и по ее щекам покатились слезы.

– Куда? – переспросил Сэм, как–то сразу и не въехав, о чем это она говорит.

– Домой, – всхлипывая, повторила Эрна и принялась размазывать по лицу остатки губной помады.

– Хм, – Сэм заворочался на своем месте и посмотрел на нее, как на дуру, – об этом можешь и не мечтать, – холодно отрезал он. – То есть… Мечтать можешь, – после секундной паузы добавил он.

– Разве ничего нельзя сделать?! – с отчаянием воскликнула Эрна.

– Можно, наверное, – не совсем уверенно пробормотал Сэм.

– Так почему мы сидим?

– А что, мне летать по–твоему? – огрызнулся Сэм, которому подобные разговоры не очень–то были по душе.

– Нет, но ведь можно что–то сделать? – Эрна больше не плакала и принялась дожевывать свой бутерброд.

– Можно, наверное, – повторил Сэм и повертел в руках бластер. – Но для начала нам нужно выбраться из ущелья и отыскать обломки грузового отсека. Думаю, что там уцелело достаточно полезных вещей, с помощью которых мы и вправду можем кое–что сделать, – Сэм на секунду замолчал, а затем с уверенностью повторил. – Думаю – смогли бы.

– А где он? – спросила Эрна, заметно оживившись.

– А черт его знает, – ответил Сэм, нисколько не заботясь, что этими словами напрочь уничтожил возникшую было у нее надежду на спасение. – Будем искать, Эрна. Но с твоей ногой далеко мы не уйдем.

– Я могу ходить, – горячо заверила Эрна, сильно опасаясь, как бы он не ушел без нее. – Я уже пробовала.

– Что ты пробовала?

– Ходить.

– Тебе нужно лежать, – холодно заметил Сэм. – Иначе мы проторчим в этой дыре не одну неделю, а продуктов у нас не так–то много.

– Мне нужно было… По своим делам, – Эрна покраснела и отвела взгляд в сторону.

Сэм хотел было поинтересоваться, какие это у нее дела на этой планете, но потом до него дошло, и он только спросил:

– Ногу не повредила?

– Нет, Сэм. Все в порядке, – Эрна улыбнулась и добавила: – Из тебя вышел бы неплохой врач.

– Много ты понимаешь, – буркнул Сэм, тем не менее, польщенный ее похвалой.

– Я серьезно, Сэм.

– Ладно, – Сэм махнул рукой и шумно вздохнув, поднялся на ноги. – Ты лежи, а я поднимусь наверх и немного прогуляюсь.

– Сэм…

– Если что – стреляй, – прервал он ее.

–Я помню.

– О чем?

– О приказе стрелять, – Эрна улыбнулась и вытащила пистолет.

– Так и делай, – Сэм едва заметно улыбнулся в ответ и с бластером в руке покинул каюту, ставшую их временным пристанищем.

Остановившись между двух валунов, Сэм некоторое время смотрел вверх, разглядывая несколько деревьев, видневшихся на краю ущелья. Убедившись, что ничего подозрительного там нет, и никто не прячется, он вскарабкался вверх по сыпучему склону и, находясь еще на четвереньках внимательно прислушался. Когда шум сыпавшихся за его спиной песчинок стих, а новых звуков не прибавилось, Сэм поднялся на ноги и неподвижно замер.

Глава 9

Одними только глазами, даже не поворачивая головы, Сэм обследовал место, где он очутился и только потом подошел к ближайшему дереву.

Слово «дерево» подходило к тому, возле чего он находился на расстоянии нескольких шагов. Перед ними высилось нечто разлогое, с розоватой корой и ветками, растущими горизонтально. Иногда они переплетались, образуя между собой петли, и Сэму пришла в голову вполне своевременная мысль, что там может кто–то прятаться. Но стрелять он не стал. Вместо этого Сэм зашел с другой стороны и посмотрел, что там. Ничего особенного там не оказалось, кроме редкой травы с какими–то желтыми то ли ягодами, то ли семенами на кончиках, и зеленых листьев, сделавших попытку оставить его без ботинок.

Все еще не решаясь войти в этот довольно диковинный лес, Сэм поднял голову и проследил за толстой веткой, которая местами едва заметно сжималась, создавая впечатление, что если не она сама живая, то внутри у нее обязательно что–то находится. Желтые листья, свисавшие с веток, тоже особого доверия к себе не внушали, и Сэм провел под этим деревом немало времени прежде, чем на что–то решился.

Конечно, к чему–либо прикасаться он пока не собирался, и после некоторых колебаний решил для начала пройтись по краю ущелья и посмотреть, что там. Шагов через пятьдесят Сэм пришел к выводу, что рано или поздно им с Эрной все равно придется в этот лес войти, как бы ему или ей этого не хотелось. В конце концов, деревья – они повсюду деревья. Правда…Сэм не стал развивать эту мысль и осторожно вошел под редкую крону деревьев.

От охватившего его напряжения, он был похож на сжатую пружину и готов был открыть огонь при любом подозрительном движении или шорохе. Но лес жил своей жизнью, и пока что никак не реагировал на его появление. Только ветки деревьев, под которыми он проходил, немного поднялись вверх, а образованные ими петли, наоборот, опустились. Но, возможно, все это Сэму просто мерещилось. Нервы есть нервы…

Так продолжалось до тех пор, пока он, чисто случайно и ни о чем не подозревая, не наступил на небольшой коврик травы, который несколько выделялся своим более темным цветом среди остальных. В тот же миг «трава» под его ногами ожила, и он сделал попытку сбросить ее с себя и убежать. Сэм с молниеносной реакцией отпрыгнул назад, но споткнулся о какую–то корягу и едва не выронил бластер. Секунды через две он лежал на животе и, учащенно дыша, держал на прицеле «траву», которая медленно от него уползала. Прорычав что–то сквозь зубы, Сэм вскочил на ноги и всадил в темно–зеленый коврик заряд бластера. Нервы его были на пределе, и накопившимся эмоциям нужен был выход.

Охваченный огнем коврик, чего Сэм уж совсем от него не ожидал, подпрыгнул вверх и прицепился чем–то к стволу дерева. Затем быстро свернулся в трубку и попытался потушить огонь. Это ему почти удалось, но Сэм, охваченный непонятной волной раздражения, быстро вскинул руку и выстрелил несколько раз подряд.

Пылающий, как факел, коврик свалился на землю, а за одно и срезанная верхушка дерева, сопровождаемая треском и каким–то бульканьем. Из обгорелого среза, шипя и паруя, начала вытекать жидкость, которая быстро образовала несколько светловатых луж. На краю одной из них лежал обуглившийся коврик, который несколько минут назад вполне удачно прикидывался травой. Поверхность его больше не была зеленой и покрылась неглубокими бороздами, которые, словно тонкий слой краски, сами по себе отслаивались и осыпались на землю. Когда же мертвое существу с сухим треском раскололось на части, Сэм вздрогнул от неожиданности, и бластер дернулся у него в руке. Срезы от выстрелов тем временем затянулись каким–то клейким на вид веществом, и вытекание жидкости прекратилось как на дереве, так и на срезанной кроне.

– Ничего себе, – удивленно пробормотал Сэм, вытирая рукой вспотевшее лицо. Все, что произошло за последние минуты, ему совершенно не понравилось, особенно деревья, которые мало были похожи на те, к которым он привык. И что это за жидкость, которая, словно по трубам, в огромном количестве перегоняется по веткам неизвестно откуда и куда?

Этого Сэм не знал, как не знал и того, что собой на самом деле представляло существо, прикидывавшееся травой. Но в том, что местные деревья были чересчур живыми и подвижными, он убедился, и других доказательств ему не требовалось. Но, что с того! Если он не знал, опасны они для человека или нет. Конечно, можно было в целях эксперимента срезать ветку и дотронуться до нее или засунуть палец в лужу, образованную вытекшей из веток жидкостью. Но Сэму почему–то не хотелось делать ни того, ни другого.

Подождав, пока вся жидкость впитается в почву, Сэм осторожно приблизился к мертвому существу и принялся внимательно его разглядывать. Но ничего интересного он так и не увидел. Существо полностью выгорело, и ничего из внутренних или наружных органов не осталось. Тогда Сэм подошел к срезанной кроне дерева и выстрелом из бластера отрезал ветку толщиной с палец. Когда она упала на землю, из обугленного среза сразу начала вытекать светловатая жидкость и тоненькой струйкой стекать в траву. Но минуты через полтора срез начал затягиваться каким–то полупрозрачным веществом, и вскоре на месте среза образовалась темно–зеленая выпуклость.