Мифы и легенды восточных славян

3. Мокошь

Мокошь – единственное женское божество в древней славянской мифологии. Она покровительствовала семейному благополучию, рождению детей и всем типичным женским занятиям, а особенно прядению и ткачеству, которые в течение многих веков были главным делом любой женщины. В древности одежду для всех членов семьи хозяйка должна была сшить сама. Сначала обработать лен, потом сделать из него пряжу, из этой пряжи спрясть нитки, а из ниток на самодельном ткацком станке выткать полотно. И уже из этого полотна пошить одежду. Сколько времени и сил на это уходило! Вот и сидели женщины долгими зимними вечерами за прялками, чтобы спрясть побольше ниток, ведь семьи раньше были большие и полотна требовалось много. Поэтому и поклонялись Мокоши исключительно женщины и просили ее, чтобы она помогла им в их нелегких хозяйственных делах. Из дней недели Мокоши была посвящена пятница – в этот день женщины не пряли и не стирали, чтобы не оскорбить свою покровительницу. Во многих местностях России этот запрет сохранялся до XX века. Мокошь заведовала также подземной частью мира и источниками воды.

Еще много веков после принятия христианства женщины продолжали почитать Мокошь, несмотря на суровые запреты и наказания. Это почти единственное языческое божество, память о котором долго сохранялась в живых народных верованиях. Женщины поклонялись Мокоши, тайно собираясь вместе, а руководили ими посвященные жрицы, которых христианские книжники называли «бабами-идоломолицами» (то есть молящимися идолам). Об этом свидетельствует рукопись XVI века: «Мокоши не явно (то есть тайно. – Е. Л.) молятся, да, призывая идоломолиц-баб, то же творят не токмо худые люди, но и богатых людей жены». О почитании Мокоши свидетельствуют и вопросы, которые священники задавали женщинам на исповеди: «Не молилась ли вилам и Мокоши?» или: «Не ходила ли к Мокоши?».

В более позднюю эпоху Мокошь воспринимали не как богиню, а как демоническое существо, связанное с ткачеством и прядением. Во многих современных русских говорах слово мокоша означает или привидение, или вообще нечистую силу. На Русском Севере еще в XIX веке такое существо называли Моко́шей или Моку́шей и представляли ее в виде женщины с большой головой и длинными руками, которая без спроса приходит в дом и прядет пряжу, оставленную хозяйкой без молитвы. Поэтому строго-настрого в русских деревнях запрещалось оставлять на ночь в избе прялку с недопряденной пряжей, а то придет Мокоша и спрядет. В крайнем случае такую прялку накрывали куском полотна или выносили в сени. Если пряха дремлет, а веретено само вертится, говорили, что за нее Мокоша прядет.

А кто же из христианских святых после утверждения христианства заменил собой Мокошь? Покровительство женским занятиям перешло к святой Параскеве, которую в народе стали называть Параскевой Пятницей (ранее мы говорили, что запреты на все женские работы в языческую эпоху приходились на пятницу). Образ святой Параскевы в народных рассказах приобрел языческие черты. Часто ее образ уже почти не соотносили с христианской святой, а называли просто Пятницей, олицетворяя этот день недели. В деревнях рассказывали, как Параскева Пятница ходит и смотрит, кто из женщин нарушает запрет работать в пятницу – стирает белье, белит печь, расчесывает волосы. Особенно строго она наказывала тех женщин, которые в этот день пряли. Она заставляла их напрясть за одну ночь большое количество пряжи. Вот как об этом рассказывали.

Прядет хозяйка накануне пятницы. Дело уже за полночь. Слышит, какая-то женщина под окно подходит и спрашивает: «Прядешь?» – «Пряду», – отвечает хозяйка. – «Вот тебе сорок веретен. Напряди их до рассвета. Как напрядешь, выкинь веретена в окно. А не напрядешь – пеняй на себя!» А хозяйка уже догадалась, кто к ней под окно подходил. Испугалась она, а делать что-то надо! Схватила она моток ниток и стала на веретена наматывать. Намотает и в окно выбрасывает. Выбросила в окно все сорок веретен и стала Богу молиться, чтобы избавил ее от опасности. На рассвете приходит Пятница и видит, что под окном сорок намотанных веретен валяются, а женщина Богу молится. «Счастье твое, что ты такая догадливая! – Схватила веретена и разорвала их на куски. – Так бы и с тобой было, если бы полные веретена не напряла. Смотри не работай больше по пятницам!» Женщина попросила прощения у Пятницы и обещала больше в пятницу не прясть.

В XIX–XX веках такие истории рассказывали о Параскеве Пятнице. Но раньше, в эпоху язычества, считали, что в ночь на пятницу сама Мокошь заглядывает в окна и смотрит, кто из женщин прядет, нарушая запрет.

Чтобы умилостивить свою грозную покровительницу, в давние времена женщины приносили Мокоши жертвы. Позже, по языческому обычаю, Параскеве Пятнице стали жертвовать пряжу и еду. В жертву Пятнице женщины бросали пряжу в колодцы, потому что культ Мокоши был связан с водой и источниками. Еще в XIX веке на Украине существовал обычай кормить Пятницу, который тоже являлся отголоском культа Мокоши. В ночь с четверга на пятницу хозяйки застилали стол чистой скатертью, клали на него хлеб, соль, ставили горшок с кашей, ложку, миску и думали, что Пятница придет к ним ночью ужинать.

4. Хорс-Дажьбог

Среди идолов богов, которых Владимир поставил недалеко от своего терема, был один с двойным именем – Хорс-Дажьбог. Зачем богу два имени? А может быть, это были два разных бога? Одно имя вполне понятное, в его основе лежит повелительная форма глагола «дать»: дажь – «дай». Значит, Дажь-бог – это «Дай-бог», то есть бог, который дает людям благо и богатство. А каков же на земле самый главный источник блага? Да ведь это солнце! Ведь именно солнце дает земле наиболее важное благо – свет и тепло. От него зависят жизнь и благополучие всех живых существ – человека, животных, растений. Никто на земле не может жить без солнечного света. Дажьбог был божеством солнца, подателем тепла и света, а значит, и всего земного благополучия. В «Слове о полку Игореве» Ярославна, жена князя Игоря, именно солнце просит о спасении ее мужа, попавшего в половецкий плен. С почтением и любовью она обращается к нему: «Светлое и тресветлое Солнце…» «Тресветлое» – значит трижды светлое. Ипатьевская летопись за 1144 год прямо называет Дажьбога Солнцем: «Солнце же царь… есть Дажьбог». Очевидно, в Древней Руси солнце очень почитали, потому что автор «Слова о полку Игореве» называет древних русичей внуками Дажьбога. Имя этого бога сохранилось в поздних украинских песнях. В одной из них прилетевший из теплых стран Соловушка рассказывает, что он не сам прилетел, а его выпустил из своей правой руки сам Дажьбог и послал замыкать зиму и отмыкать лето.

Но почему Дажьбог в «Повести временных лет» назван вторым и загадочным именем – Хоре? Очевидно, что древнерусские летописцы не понимали этого имени, так как постоянно искажали его и писали по-разному. Гурс, Гус, Гурк – вот как именуется Хоре. Напомним, что имена «своих» богов, в которых действительно верили в Древней Руси (Перуна, Волоса, Мокошь), летописцы, как правило, не искажали. Хорсом Дажьбога называли только в Киеве. В Новгороде и других восточнославянских землях о таком имени вообще ничего не было известно. Славяне ничего не знали о Хорее. Он был широко известен в Иране, где Хоре почитался как бог Солнца – собственно, имя Хоре означает «сияющее солнце». Но ведь у восточных славян уже был свой бог Солнца – Дажьбог. Зачем им еще один, иранский? А может быть, князь Игорь Дажьбога назвал дополнительным, иранским именем? Загадка какая-то!

А решается эта загадка очень просто. Киев времен князя Владимира был многонациональным городом. Помимо славянского населения в нем жили и представители других народов, и среди них иранские воины из Хорезма, земли которого располагались вокруг Аральского моря. А в Хорезме Солнце было очень почитаемым божеством: оно входило в официальный государственный культ. Даже само название «Хорезм» в переводе с иранского означало «солнечная земля». Вероятно, князю Владимиру было очень важно заручиться поддержкой воинственных иранцев и наладить с ними хорошие отношения. Поэтому он ввел Хорса, иранское божество, в число славянских богов по чисто политическим причинам. Но ведь у славян уже был свой собственный бог Солнца. Вот и получил очень важный и для славян, и для иранцев бог Солнца двойное имя – Хорс-Дажьбог.

Однако некоторые историки считают, что поскольку киевляне вели оживленную торговлю в Приазовских степях, заселенных иранцами, они могли заимствовать у иранцев и представления о Хорее. Ведь в «Слове о полку Игореве» место обитания Хорса-Солнца как раз связано с Приазовьем: князь-оборотень Всеслав, который оборачивался волком и за ночь добегал до Тмутаракани (города, который был расположен в Приазовских степях), великому Хорсу «путь прерыскаше», то есть перебегал.

5. Стрибог

В списке богов князя Владимира в «Повести временных лет» рядом с именем божества Солнца Дажьбога стоит имя Стрибог. Но об этом божестве в древнерусской летописи ничего не сказано. Ученые могут только строить догадки по поводу того, чем же занимался этот бог. Может быть, если попытаться расшифровать его имя, удастся понять, каковы были его функции?

Идолы, обнаруженные археологами, дают представления о том, как выглядели изображения богов, которым поклонялись наши предки

По своей структуре имя Стри-бог очень похоже на Дажь-бог. Но если дажь – это повелительная форма глагола «дать», то что такое стри- ? Есть ли у этого имени в современном русском языке родственные слова? Есть! Это слово пространство. А почему пространство так называется? Потому что оно простирается, то есть распространяется, расширяется во все стороны. Какова же будет повелительная форма от глагола простираться? Правильно: простри! Значит, Стри-бог – это такой бог, который занимался распространением, распределением. Но только чего именно? Есть два мнения ученых, расшифровывавших загадку Стрибога. Первое – что этот бог раздавал, распределял на земле благо, которое приносил людям Дажьбог. Второе – что Стрибог – это божество ветра.

Четырехгранный идол, поднятый в середине XIX в. со дна реки Збруч, и другие древнерусские идолы

К «Слове о полку Игореве» внуками Стрибога названы ветры. Какая из этих двух теорий верна, сказать трудно, так как нет возможности их проверить.

6. Симаргл

Среди богов времени князя Владимира, которых упомянул Нестор-летописец, есть одно совершенно загадочное. Это Симаргл. Сведений о нем в славянской культуре нет. А его имя было настолько непонятно для древнерусских летописцев, что они его коверкали и переиначивали даже больше, чем имя Хоре, у которого все-таки был славянский двойник. В разных летописях Симаргла называли то Семарьглом, то Сеймаркелом, а то и вовсе разделяли его имя на две части, именуя Симом и Реглом («и веруют и в Сима, и в Регла, и в Мокошь», – сказано в рукописи XIV века «Слово некоего Христолюбца и ревнителя по правой вере»).

Как полагают ученые, этот непонятный жителям Древней Руси бог был тоже иранского происхождения. Одним из наиболее популярных персонажей иранской мифологии была сказочная птица Симург, которую изображали то в виде грифа, то в виде полусобаки-полуптицы и которая даже одно время была государственной эмблемой Персии. Вероятно, князь Владимир ввел это иранское божество в пантеон своих богов по той же причине, что и «солнечного» бога Хорса, – чтобы сделать приятное иранцам, жившим в Киеве. Таким образом, можно сделать вывод, что князь Владимир не очень-то и стремился отобразить реальные религиозные верования своего народа, а устанавливал богов исходя из политических и дипломатических соображений.

7. Сварог (Сварожич)

Совершенно точно известно, что у восточных славян было по крайней мере еще одно божество, которое Нестор-летописец не упомянул в пантеоне богов князя Владимира, но которое было весьма почитаемо в Древней Руси. Про него рассказывают древнерусские поучения, направленные против язычества. Это божество огня Сварог или Сварожич. В Ипатьевской летописи он именуется отцом Солнца-Дажьбога: «Солнце же царь, сын Сварогов». Это и понятно, если учитывать, что Сварог – бог огня вообще, а Дажьбог – лишь только солнечного огня.

Сварог пользовался почтением у жителей Древней Руси: ему поклонялись и приносили в жертву кур. Православные книжники, порицая тех, кто продолжал придерживаться языческих обычаев, писали, что они «куры режут и огню молятся, зовя его сварожичем» или: «огню-сварожицу молятся». Может быть, Сварог был в народном представлении скорее одним из духов природы, чем верховным божеством, поэтому его идол и не был установлен на киевском холме князем Владимиром.

Представления о боге огня Свароге-Сварожиче исчезли из памяти народа, но почитание огня как чистой и священной стихии сохранилось до сих пор. Славяне считали огонь живым существом, которое требует к себе бережного и почтительного отношения и жестоко мстит тем, кто относится к нему неуважительно. В огонь нельзя было плевать и бросать мусор, чтобы не осквернить его. До огня нельзя было дотрагиваться ножом, чтобы не «поранить». В русских заговорах его называют «царь-огонь».

Особенным почтением пользовался домашний огонь, горящий в печи или в очаге. Он был символом счастья семьи, ее жизненного благополучия. Недаром печные угли раньше называли «богатье, богач». И они действительно были богатством, поскольку спичек не было. Еще в XIX веке огонь сохраняли в печи, сгребая угли в кучу и закрывая сверху горшком для сохранения жара. Утром этот жар раздували и подбрасывали туда дрова. Это называлось «вздуть огонь». А если у нерадивых хозяев угли за ночь потухли, они шли к соседям «просить огня». Но им давали неохотно, боясь, что вместе с «богатьем» из дома можно отдать достаток и счастье. Неудивительно, что при переходе в новый дом в первую очередь туда переносили горячие угли из старого очага. Глава семьи клал угли в горшок и нес их в новый дом. Там он обходил с горшком вдоль всех стен, останавливался в каждом углу. Потом ставил горшок около печи и разжигал дрова углями из старого дома. Только после этого можно было вносить в дом все имущество.

Домашний огонь нуждался в «еде» и «питье». Поэтому в негорящую печь заботливые хозяйки клали полено дров – «еду» для огня и сосуд с водой – «питье» для него. Это было отголоском древних жертвоприношений огню. Зажигали огонь всегда с молитвой. Утром, затапливая печь, хозяйка говорила специальные слова: «Встань, царь-огонь! Царю-огню не иметь воли в моем доме, а иметь волю в одной вольной печи». Это делали для того, чтобы укротить опасную стихию – огонь, который может вырваться из печи и пожаром разгуляться по всей избе.

В случае эпидемий, мора скота, длительной непогоды и других опасностей огонь добывали трением двух кусков дерева друг о друга, как это делали в глубокой древности первобытные люди. Позже огонь, добытый таким способом, считался наиболее чистым и благотворным. Он назывался «живой» или «новый» огонь. Считалось, что с помощью такого огня можно было очистить оскверненную болезнью местность и остановить распространение эпидемии. Перед тем как его добывать, во всей деревне гасили все огни без исключения: печи, костры, лучины, даже лампады перед иконами, так как старый огонь считался оскверненным. После этого мужчины приступали к добыванию нового огня: они терли один кусок сухого дерева о другой, пока дерево не начинало тлеть. Тогда подкладывали мох или бересту и разводили «новый» огонь, от которого заново зажигали печи во всех домах и лампады в церкви. Называлось это «вытирать огонь». Через разведенный от «живого» огня костер перешагивали сами и перегоняли скот, чтобы предохранить себя и животных от заразы.

Вот так древнее славянское поклонение божеству огня Сварожичу в течение веков преобразилось в почитание огня и сохранялось в виде многих обычаев и ритуалов.

Глава II

СИЛЫ ПРИРОДЫ

Кроме высших богов, отвечавших за очень важные области жизни, но все-таки далекие от каждодневной жизни простых людей, у восточных славян были божества более низкого ранга. Это стихии и силы природы. От них зависели благополучие хозяйства, урожай на полях, плодовитость скота, здоровье людей, рождение детей, своевременная смена времен года, благоприятная погода. Духи природы были гораздо ближе нуждам человеческой жизни, чем далекие и не всегда понятные боги. Наши предки наделяли душой не только человека, но и все элементы природы: землю, огонь и воду, деревья и камни. Все природные стихии считались живыми. Они могли быть благосклонны к почитавшему их человеку, но могли и сурово отомстить тем, кто относился к ним без должного внимания. Даже в XV–XVI веках принято было приносить жертвы силам природы. В церковных поучениях против язычества об этом говорится так: «А другие к колодцам приходят и в воду мечут… жертву принося. А другие огню, и камням, и рекам, и источникам… Не только прежде, в язычестве, но многие и ныне это творят». А в уже упоминавшейся грамоте 1534 года митрополита новгородского Макария говорилось: «Многие христиане молятся по скверным своим мольбищам деревьям и камням», и он предписывал «в селах и в лесах те скверные мольбища, каменья и деревья везде разорять и истреблять и огнем жечь».

Но несмотря на грозные предписания церковников, в народе сохранилось почитание и обожествление элементов природы, поскольку на добрых отношениях с природными стихиями – землей, водой, деревьями, камнями, духами весны и плодородия – строился весь цикл жизни человека, его хозяйственной деятельности.

1. Ярило

В древнерусских письменных источниках не сохранилось никаких свидетельств о Яриле, но по календарным обрядам поздних веков можно судить, с чем было связано это божество у восточных славян.

От чего в первую очередь зависит жизнь человека? От плодородия природы. От весеннего тепла, приходящего на землю, дающего ей энергию и побуждающего землю к цветению, растения и животных к плодоношению. Ведь если земля не принесет урожая, если коровы и овцы не дадут приплода, если иссякнет производящая сила земли, человек не сможет выжить. Именно поэтому так важно было иметь божество, которое бы побуждало природу к плодоношению. Покровителем всех плодородных сил природы у восточных славян был Ярило. Его имя восходит к древнему корню яр-, означавшему весну, состояние любви, готовность произвести потомство. В современных восточнославянских языках есть много слов с этим корнем. Например, прилагательное ярый означает «горячий, сильный, энергичный», а глагол яриться значит «горячиться, пылать». Яровая пшеница – это пшеница, посеянная весной; ярые пчелы – это первый рой пчел, появившийся в улье за лето; яровик – молодое животное, рожденное в текущем году. В украинском языке слово ярь означает весну, а прилагательное ярий – «весенний».

Восточные славяне справляли обряды, посвященные Яриле, вплоть до начала XX века. Такие празднества приходились на весну и начало лето (с апреля по июнь) и назывались Ярилиными гуляньями, Ярилиными игрищами или ярилками. Обычно их приурочивали к какому-нибудь церковному празднику. Однако шумный и разгульный характер Ярилиных игрищ мало соответствовал христианскому поведению.

В XVIII веке на одном из таких празднеств в Воронеже был и описал их преосвященный Тихон Задонский. На традиционное место Ярилиных игрищ «множество мужей и жен старых и малых детей собралось». Они выбрали парня, который должен был изображать Ярилу, нарядили его в одежду, обвешанную бубенчиками и колокольчиками, убрали его голову цветами, а в руки дали колотушку. Он возглавлял шествие, за ним шли все остальные, колотя в барабаны и печные заслонки. Женщины плясали и громко пели песни.

В других местностях такие гулянья справляли ночью. Неженатые парни и девушки собирались на холме, разжигали костер, пели, плясали и устраивали буйное веселье. В некоторых местах России еще в XIX веке был известен обряд под названием «погребение Ярилы»: из деревянного обрубка женщины вырезали куклу, которую закапывали в землю с разными причитаниями. Это делали для того, чтобы побудить землю к плодородию.

Нательные крестики из листового серебра (X в.)

В христианскую эпоху некоторые черты Ярилы были перенесены на святого Юрия. Этому способствовали созвучие и смысловое сходство имен Ярила и Юрий. Слова с корнями яр- и юр- имеют близкие значения и связаны с общей идеей плодородия и природных сил. Поэтому многие черты Ярилиных игрищ можно найти в весенних календарных обрядах, связанных с Юрьевым днем (6 мая)[3]. В этот день принято было выходить в поле до восхода солнца, кататься с боку на бок по полю и кувыркаться попарно – парень с девушкой, чтобы после свадьбы они были счастливы в супружестве. Отголоском древних ярилок можно считать и обряд, совершавшийся в России весной в этот же день. Сначала выбирали красивого парня, украшали его зелеными ветками и травами, а на голову клали большой круглый пирог. С этим пирогом он шел в засеянное поле, а его сопровождал хоровод девушек, которые пели песню:

Святой Юрий по полям ходилДа жито родил.А где он ногою —Там жито копою.А где он ни глянет —Там колос зацветет.

Трижды обойдя поле, участники обряда разделяли пирог на всех и съедали. Этот обряд совершали ради хорошего урожая.