- -
- 100%
- +
С утра, за завтраком, я всё же решила поговорить с мамой насчёт Вари.
– Мам, Варька опять в деревню поедет? – начала я.
– Да, а почему ты спрашиваешь?
– Хотела поговорить с тобой по этому поводу. Понимаешь, ну не хочет она туда ехать, по крайней мере, на полтора месяца.
– Почему не хочет?
– Скучно ей там. У неё там нет ни друзей, ни подруг. И не потому, что она у нас такая тихая и скромная девочка и ни с кем не общается, нет, просто там действительно нет детей её возраста, с кем ей было бы интересно.
– Она сама тебе об этом сказала?
– Да я это и так знаю. Но о своём нежелании туда ехать она говорит мне уже не первый год.
– Да я это тоже вижу…
– Ну вот. Пусть остаётся дома, ну или хотя бы не на полтора месяца отправьте её, а на неделю-две, вполне достаточно.
– Вик, я рада, что ты так беспокоишься о своей сестре.
– Ну а как без этого? – улыбнулась я.
– Хорошо, я поговорю с отцом на эту тему. Честно говоря, у самой сердце кровью обливается, когда оставляем её там.
– Мамуль, ты у нас самая лучшая.
– Ну ладно уж, – заулыбалась мама. – Расскажи лучше, как вчера прошёл вечер у Ильи?
Не хотелось говорить на эту тему, хотя даже если я сейчас попробую избежать её, вечером всё равно придётся отчитаться по этому поводу. И я прекрасно понимаю, какой именно вопрос интересует маму. За этим туманным – как прошёл вечер, она имела в виду – что решили насчёт вашей свадьбы.
– Нормально, – отмахнулась я в привычной форме.
– Вика, это не ответ. Я жду подробностей.
– Мам, я опаздываю сейчас, мне бежать нужно. Вечером Илья зайдёт.
Этот аргумент на несколько секунд усыпил мамину бдительность, а мне хватило этого времени, чтобы, чмокнув её в щёку, выскочить из-за стола и поехать на работу, где меня ждал отчёт.
– Викуся, привет, – прощебетала Анюта в трубку телефона. – Занята?
– Да, есть немного. А что ты хотела?
На самом деле я была занята достаточно сильно, отчёт – дело не из лёгких. Но найти пару минут для подруги я всегда готова.
– Мне починили мою машинку, – Анечка издала радостный звук, похожий на писк.
– Я рада за тебя.
– Да, спасибо. Вик, мне тут Ксюша звонила, представляешь, они с Даней расстались. Она тебе не говорила об этом?
– Нет, не говорила, – удивилась я. – А когда они расстались?
– Значит, просто ещё не дозвонилась тебе. Она мне вот минут пять назад звонила.
– А почему расстались-то?
– Не знаю, стандартная схема – не сошлись характерами. Я тебе о другом хотела сказать.
Аня замолчала, стало понятно, что она никак не может подобрать правильные слова, либо ждёт, что я всё сама пойму. В принципе, я догадываюсь, о чём она хочет мне сказать, и следующая её фраза подтвердила мои догадки.
– Вик, у вас с Ильёй всё нормально?
– Да, всё нормально, сегодня встречаемся. Почему ты спрашиваешь?
– Да нам всем уже давно понятно, что Ксюша запала на твоего Илью. Я понимаю, что она наша подруга, близкая подруга, но…
– Анют, спасибо, что ты так беспокоишься, – перебила я её, – но не стоит, поверь мне. Мы с Ксюхой говорили на эту тему, и друг друга поняли, так что не волнуйся.
– Правда? Ой, как здорово. Ну ладно тогда, не буду тебя больше отвлекать. Чмоки-чмоки.
Ответив на это ненавистное мне «чмоки-чмоки» вполне стандартным «пока», я положила трубку. Но не успела поднять свой взгляд на компьютер, как телефон зазвонил снова. На дисплее высветилось «Ксюша». Понятно, хочет рассказать мне о своём расставании с Даней, о котором я уже наслышана от Анюты.
Мои догадки подтвердились, именно об этом поведала мне Ксюха. Говорила она без какого-либо сожаления по этому поводу, даже наоборот, мне показалось, что она рада, хоть и старалась это скрыть, но, скажу честно, у неё это плохо получалось. Меня это совершенно не удивило, так как я прекрасно видела её отношение к Дане, она, что называется, позволяла себя любить, но не любила сама. Естественно, мы об этом ей никогда не говорили, но прекрасно всё знали и видели. Согласитесь, четыре человека не могут ошибаться одновременно. И вот теперь, словно тяжёлый груз, Даня упал с плеч Ксюши. Тут же она заинтересовалась тем, как поживает Илья. Это вызвало у меня улыбку.
– Ксюх, не поверишь, сегодня собираюсь ему сказать о тебе, – выпалила я на одном дыхании.
Надо было слышать её восторженный возглас. Будто осуществилось её самое заветное желание. Конечно, и она и я понимали, что этот разговор может ни к чему не привести, но всё-таки некая призрачная надежда у Ксюши была. И я пообещала со своей стороны сделать всё возможное, что смогу. Это обрадовало её ещё больше, и на этой позитивной ноте мы с ней распрощались. Так, надеюсь, теперь я доделаю этот отчёт, от которого у меня уже голова идёт кругом.
Вечером, как и обещал, пришёл Илья. Настроение у него было приподнятое, куда лучше, чем вчера. Мои родители встретили его весьма положительно. Ещё бы, всё-таки будущий зять, а не кто-то ещё. Мама тут же постаралась усадить его за стол, отказываться было неудобно, поэтому мы решили быстренько перекусить и удалиться в комнату, либо прогуляться, учитывая, что останься мы в комнате, будет слышно, о чём мы будем говорить, а этого нам никак не надо. Поэтому, чтобы избежать так ненавистного нам разговора о свадьбе, но только теперь уже с моими родителями, мы с Ильёй буквально через пять минут практически пулей выскочили из-за стола и ушли на улицу, прогуляться по участку дома.
– Ну что, ты как? – спросила я первым делом.
– Да нормально вроде. Ты сама-то как?
Я пожала плечами и улыбнулась:
– Да тоже нормально.
– Я думал, нас сейчас ожидает повторный вчерашний разговор, но только уже с твоими родителями.
– Он бы вполне мог состояться, вот поэтому-то я так быстро и увела тебя из дома. Сам понимаешь, в моей комнате говорить на тему, на которую мы собираемся, небезопасно. Там и родители могут услышать, да и Варька тоже, так что лучше прогуляемся. Не возражаешь?
Илья отрицательно покачал головой, а я всё-таки решила задать волнующий меня со вчерашнего вечера вопрос:
– Только для начала позволь у тебя поинтересоваться, то, что ты вчера мне говорил, ты сейчас думаешь также?
– Ты о чём? О моём предложении реально нам с тобой пожениться?
– Да.
– Да я даже не знаю, – засомневался он.
– Фух, – выдохнула я, – раз сомневаешься, значит, уже так не думаешь. Вот и замечательно. Тогда второй вопрос, о том, что ты только вчера увидел во мне девушку, а не друга, это ты как-то можешь сейчас объяснить?
– Вик, ну ты реально красивая девушка. Кстати, у тебя кто-нибудь есть?
– Илюх, мы сейчас не об этом.
– Ты не ответила.
– Так, Светлов, не переводи стрелки, ответь мне сначала на мой вопрос, а потом задавай свой.
– Ладно, ладно, – засмеялся он. – Значит так, давай по порядку, я считаю тебя красивой девушкой, но всё-таки ты для меня друг. Вчера какое-то наваждение просто было, сам не понял, почему тебе это сказал, наверно сказался разговор за ужином. Ты не обижаешься?
– Наоборот, только рада, что ты это понял. Отлично, решили и этот вопрос.
– Вик, при любом раскладе, я надеюсь, мы останемся друзьями?
– Само собой. Это даже не обсуждается.
– Тогда ты ответишь на мой вопрос?
– Относительно того, есть ли у меня кто-нибудь? Интересно, почему тебя это интересует? – я взглянула на Илью, и мы не выдержав, захохотали. – Ладно, отвечу – нет, у меня никого нет, кроме тебя естественно.
Последние слова я сказала, едва сдерживая смех, но было понятно, что они сказаны с юмором. Значит, вчера я оказалась права, Илюха говорил мне всё это просто от безысходности, не зная, что дальше делать. Ну да ладно, хорошо, что всё выяснилось, осталось решить самый главный вопрос, и рассказать ему про Ксюху.
– Так что мы будем делать с нашей свадьбой? – прервал он мои мысли.
– Придётся всё рассказать, по-другому никак. Тянуть всё это дальше невозможно, будет только хуже. Ну а дальше будем решать по ситуации. В любом случае, если мы сейчас всё не расскажем, наши родители будут всё чаще задавать вопросы о свадьбе, предполагаю, что каждый день. И в итоге дойдёт до того, что они нас за ручку отведут в загс, и не будут слушать наши вопли по поводу того, что мы не готовы и ещё рано. Ну, что скажешь?
– Ты права. Я вчера полночи ворочался, думал об этом, всё равно выходит так, что надо рассказать. Только предлагаю не говорить всю правду о наших отношениях, ну я в том плане, не рассказывать, что мы всё это время только притворялись, будто встречаемся. Можно просто сказать, что мы расстались.
– Поддерживаю. Чувствую, нас и так ждёт скандал, даже не один, а если мы ещё и расскажем, что у нас была фикция все два года, вот тогда я даже боюсь представить, что будет.
– Это точно. В общем, говорим, что решили расстаться, потому что поняли, что не подходим друг другу, ну стандартная отмазка, но при этом остаёмся друзьями.
– Точно. А если расспросы будут и дальше, что да как, скажем, что разлюбили и относимся друг к другу только как друзья. Больше мне в голову ничего не лезет. Вот только давай скажем это не по отдельности ты своим, а я своим, а вместе и твоим и моим?
– Боишься?
– Есть немного. Да что там немного, ещё как боюсь, а с тобой хотя бы не так страшно будет.
– Давай так, поддержим друг друга.
С этим делом решено было не затягивать, а прямо сейчас придти и с порога сказать об этом моим родителям, а затем и родителям Ильи. Ох, что будет, даже не представляю.
– Вик, ты там вчера ещё о чём-то хотела мне сказать, – напомнил Илья.
– Да, хотела. Не знаю, насколько это сейчас будет уместно, но всё-таки скажу, чтобы хотя бы разрядить немного атмосферу. Помнишь Ксюшу?
– Это одна из твоих подруг?
– Ну да. Она такая среднего роста, примерно как я, с кудряшками, – попыталась я описать Ксюху, чтобы напомнить Илье как она выглядит.
– А, помню такую. И что она?
– Она-то собственно ничего. Короче, скажу прямо, нравишься ты ей.
– Оп-па, какой поворот, интересно. Она тебе об этом сказала?
– Да я это сама вижу, причём уже давно, с того момента, как познакомила тебя с ней.
– Ну, и дальше?
– А что дальше? Всё, дальше ничего нет.
– И что ты сейчас от меня хочешь?
– Илюх, ну ты ж не тупой. Ну, я не знаю, поговори хотя бы с ней.
– Вик, о чём?
– Понимаешь, когда я тебя знакомила со своими подругами, я не представляла, что кто-то из них может в тебя влюбиться. Но по Ксюхе сразу стало заметно, что она на тебя запала, мы это все заметили, девчонки мне потом ещё намекали на это, типа, смотри, а то собственная подруга парня уведёт. Ну, естественно при наших с тобой отношениях, я на эти слова даже внимания не обращала. Но при этом Ксюша постоянно о тебе спрашивала, интересовалась как ты, что ты, да и сейчас спрашивает, даже несмотря на то, что у неё есть парень, вернее был, она с ним вчера рассталась. Ну, парень этот, так, лишь бы был, нет, он-то её любил, конечно, а она его нет, она всё тобой интересовалась постоянно. Мы с девчонками подумали, что она этого парня себе завела, именно завела, для отвода глаз. А в прошлый раз, когда мы были в зоопарке, ты мне ещё тогда позвонил и сказал, что родители твои меня на чай пригласили. Помнишь? Так вот, пока я с тобой разговаривала, оказалась, что Ксюха случайно услышала наш разговор и всё поняла, отмазаться у меня не получилось, пришлось рассказать всю правду о нас. Вернее даже не рассказать, а просто подтвердить, потому что она сама всё мне рассказала и в конце лишь спросила, так ли это. Что мне оставалось делать? Естественно я сказала, что, да, так оно и есть. Но это сейчас не так важно, важно то, что ей ты действительно нравишься.
– Очень интересный рассказ, Вик, но я не понял, от меня ты чего хочешь? Я, честно говоря, эту Ксюшу вообще смутно помню, видел её пару раз всего.
– Встреться с ней хотя бы один раз. А кто знает, вдруг ты неожиданно влюбишься в неё и женишься.
– Ага, как же, мне сейчас от одной свадьбы как-нибудь отвертеться бы, а ты мне уже вторую предлагаешь. Между прочим, ещё неизвестно, чем закончатся сегодняшние наши разговоры с родителями, а то вдруг нам ещё с тобой реально придётся пожениться в итоге. И что тогда?
– Илья, ты опять за своё, мы, вроде, обсудили этот вопрос?
– Да нет, сейчас как раз не за своё. Понимаешь, наши отцы вполне могут нас заставить пожениться, только чтобы объединить свой бизнес. И им будет глубоко наплевать, что мы не хотим, и так далее. Они просто возьмут, и как ты выразилась, отведут нас за ручку в загс. Разве не знаешь, как всё это делается?
– Да знаю. Но я сейчас тебе о другом говорю.
– Я понял, про твою подругу Ксюшу. Но Вик, серьёзно, мне сейчас вообще не до этого. Давай как-нибудь решим сначала нашу проблему, а уже потом и об этом поговорим, хорошо?
Я понимала, что Илья прав. Нужно сначала поговорить с родителями о нашей свадьбе, которой не будет, но которую они так хотят организовать, и Илюха прав, ещё неизвестно, чем этот разговор закончится. Нас действительно вполне могут поженить и без нашего согласия, хотя верить в это совсем не хочется. Ну, мы же не в каменном веке, в конце концов, у нас есть свобода выбора. Конечно, сейчас это звучит не совсем оптимистично, но хочется верить в лучшее. А вот когда мы разрулим этот вопрос, тогда уже можно будет вернуться к разговору о Ксюше. Главное, что я ему сейчас о ней сказала и теперь он знает о её симпатии.
Глава 5
– Что? То есть, как это решили расстаться? – папа смотрел на нас непонимающим взглядом.
Мама стояла рядом и тоже ничего не понимала. Они только молча смотрели на нас с Ильёй и ждали объяснений.
– Пап, понимаешь, ну мы с Ильёй разлюбили друг друга, поэтому свадьбы не будет.
– Что значит разлюбили? Вчера любили, а сегодня разлюбили? Молодой человек, может быть, Вы потрудитесь объяснить мне, что происходит?
Илюха посмотрел на меня, но в его взгляде я не увидела какого-то страха или чего-то подобного, наоборот, он был полон решимости. «Ничего себе» – промелькнула у меня мысль.
– Без проблем, сейчас всё объясню, – начал он весьма спокойно. – Мы с Викой разлюбили друг друга не вчера, и не позавчера, а гораздо раньше, просто не сказали об этом, а теперь, когда и вы и мои родители начали настаивать на нашей свадьбе, мы решили всё сказать.
– То есть вот так всё просто? – папа буквально испепелял Илью своим взглядом.
– Да. Или Вы хотите, чтобы мы поженились без любви? С Викой мы теперь просто друзья, и не более того.
– Да, пап, мы просто друзья, – поддержала я. – Ведь друзья не женятся.
Моя слабая попытка надавить на этот аргумент не возымела совершенно никакого действия. Папа только ещё больше разозлился, он кричал, что-то убедительно доказывая. Естественно не обошлось без упоминания о бизнесе, ведь это главное, ради чего собственно и должна была состояться наша свадьба. Мы с Ильёй молча выслушали всё это, не перебивая, и в итоге окончательно заявив, что свадьбы не будет, вышли из дома под неодобрительные крики папы с просьбой вернуться назад, хотя звучало это даже не как просьба, а скорее, как приказ. Ну, правильно, он же начальник, любит всем приказывать, только сейчас это было бесполезно.
Конечно, я понимала, что как только вернусь обратно, разговор продолжится, но сейчас нужно было немного остановиться, притормозить. Надо было немного остыть, отойти и успокоиться от этого скандала, как мне, так и родителям. А позже можно будет снова поговорить, но только, надеюсь, не на таких повышенных тонах.
Как минимум час мы с Ильёй просто бездумно ездили по городу, переваривая весь разговор каждый в своей голове. Мы не проронили ни одного слова за всё это время. Не знаю как Илюха, но я параллельно с этими мыслями готовилась к ещё одному такому же разговору, но только уже с его родителями. Откладывать его было бессмысленно, так как мои наверняка уже позвонили родителям Ильи и всё рассказали. И словно подслушав мои мысли, у Ильи зазвонил телефон, судя по всему, звонила его мать, либо отец.
– Да, – ответил он. – Да, мам. Понял. Да, сейчас будем. Да, вместе с Викой.
Положив трубку, он посмотрел на меня.
– Поехали, – произнесла я, поняв его без слов.
Доехав до дома Ильи, мы ещё минут пять решили посидеть в автомобиле. Хотя, честно говоря, мне было уже не так страшно, всё-таки с моими родителями мы уже поговорили, и я понимала, что в данной ситуации родители Ильи будут требовать объяснений от него, нежели от меня. Но само собой одного я его не оставлю, и если что вступлю в разговор. Наконец, окончательно собравшись с мыслями, мы пошли в дом. Там нас уже ждали такой же разгневанный, как и мой, отец Ильи и его мать.
– Итак, молодые люди, что вы нам скажете?
– Пап, не ломай комедию, прекрасно знаешь, что мы хотели сказать. Вам же позвонили Викины родители.
– То есть это я ломаю комедию? – Алексей Викторович резко перешёл практически на крик.
– Давайте спокойно обсудим, без крика, – Мария Сергеевна попыталась усадить своего мужа, что у неё не получилось.
– Спокойно? Как это можно обсуждать спокойно?
– Ну разлюбили мы с Викой друг друга, что в этом такого?
– Нет, ты это слышала? – отец Ильи повернулся к своей жене. – Они оказывается, разлюбили.
– Да, разлюбили.
– Не перебивай отца!
На этих словах я содрогнулась. Ещё бы, ведь было от чего. Алексей Викторович не то, что сказал или повысил голос, он просто прокричал, и прокричал достаточно жёстко. Честно говоря, мне стало немного страшно, от чего я резко сжала Илюхину руку. По-моему, он этого даже не почувствовал.
– Разлюбили они, – продолжил Алексей Викторович, но уже чуть спокойней. – Как у вас всё просто, сегодня люблю, завтра не люблю. Два года вы о чём думали?
– При чём здесь это? Вас никто не просил сводить нас с Викой и заставлять жениться. Мы всё-таки в России живём, и здесь есть право выбора, папа, – Илья сделал акцент именно на последнем слове.
– О правах заговорил. Я тебе сейчас такие права покажу, всю жизнь помнить будешь!
– Не кричи так на ребят, – в разговор вступила Мария Сергеевна. – Неужели не видишь, они и так напуганы?
– Напуганы? Мать, ты слышишь себя, о чём ты? Они не напуганы, они просто издеваются над нами! Да-да, над нами с тобой и над твоими, Вика, родителями, – Алексей Викторович резко повернулся ко мне.
– Да почему издеваемся? – не выдержала я. – Если мы с Ильёй разлюбили друг друга, то в чём здесь издевательство?
– А вы оба не понимаете, да?
Тут же отец Ильи начал нам перечислять все, как он выразился, наши издевательства. Но выглядело это больше как перечисление того, что они с моим отцом потеряют в случае, если мы не поженимся. А точнее, что они потеряют в плане бизнеса. Говоря откровенно, слушать это было неприятно, но я понимала, что всё это правда. Но как же так? Как можно женить или выдавать замуж своего ребёнка только ради какой-то прибыли? Что за дурацкие принципы? Видимо, я этого никогда не пойму.
Кое-как свернув этот неприятный разговор, Илья поехал меня провожать. Притворяться нам теперь было не нужно, от этого было некое облегчение. Но напряг имел место быть и никуда не пропадал. Чем ближе мы подъезжали к моему дому, тем больше росло моё напряжение.
– Волнуешься? – спросил Илья.
– Есть немного. Хотя какое уж там немного, жутко волнуюсь. У меня аж руки трясутся, смотри, – я вытянула вперёд свои руки, и показала их Илье.
– Блин, не думал, что всё будет так сложно.
– Почему? Я же тебе говорила, что скандала нам не избежать, и явно одним дело не ограничится. Вот сейчас я уверена будет второй.
– Ну да. Я домой приеду, отец снова на меня насядет. Прям хоть не ехать туда. Слушай, а может, правда, сегодня домой не ехать? Переночевать где-нибудь в другом месте, а, Вик, может, ты со мной?
– Илюх, с ума сошёл? Этого ещё не хватало. Представляешь, что будет, если мы с тобой ещё и не явимся сегодня? Нет, я на это не согласна. Лучше уж всё до конца прояснить, чем бегать от этой ситуации. Не знаю как ты, а я домой.
– И как всегда ты права. Викуль, что б я без тебя делал?
Илюха улыбнулся и посмотрел на меня.
– Ой-ой-ой, не подлизывайся.
Таким образом, немного разрядив атмосферу, мы уже с весёлым смехом доехали до моего дома. Попрощавшись, я вышла из машины и решительным шагом направилась к двери. В доме горел свет, а значит, меня ждут. Подняв голову кверху, я увидела свет в комнате Вари. «Хорошо, что она у себя, не хочется, чтобы она видела это и слышала» – подумала я и вошла.
– Пришла наконец-то, – сразу же отреагировал папа.
Я только молча разулась.
– Родителям Ильи мы позвонили, они, мягко говоря, тоже в шоке.
– Я в курсе, пап, мы только что с ними разговаривали.
– Так, давайте пройдём в комнату, не будем стоять здесь на пороге, и там спокойно поговорим, – вмешалась мама.
Как ни странно, но папа спокойно отреагировал на это предложение и ушёл в комнату, следом за ним последовали мы. Папино спокойствие было напускным, в комнате он не присел, а начал ходить из угла в угол, явно ожидая от меня каких-то слов. Я же спокойно присела на диван, рядом села мама, и мы вдвоём уставились на отца, который похоже места себе не находил от нашей с Ильёй выходки.
– Ну, и что ты молчишь? Давай, объясни, я жду, – не выдержав больше тишины, проговорил папа.
– А что ты хочешь услышать от меня? Я всё объяснила, вернее мы с Ильёй всё объяснили. Разлюбили, решили расстаться и остаться друзьями. Всё.
– Всё? Вот так всё легко и просто?
– А как ещё?
– Вика, не дерзи отцу, – прошептала мне мама.
Папа, не услышав этих слов, продолжил свой допрос:
– Хорошо. Дочь, я всё прекрасно понимаю, но и ты пойми меня. На этот брак мы с отцом Ильи возлагали большие надежды. Понимаешь?
– Понимаю, но и ты пойми меня, папа. Я не могу выйти замуж за человека, которого не люблю. Я не смогу с ним жить под одной крышей, рожать от него детей. Неужели это так сложно понять?
– Вы вообще понимаете, как подводите нас?
– Пап, я что вещь?
– При чём здесь это?
– Нет, ты ответь, я вещь?
– Нет, конечно.
– Тогда почему ты меня сбагриваешь, как вещь? У меня что, нет права голоса, права выбора, я не могу сама себе выбрать парня, за которого выйду замуж? С твоих слов получается, что я просто какая-то вещь, которую ты хочешь, и главное можешь, выгодно продать в любой удобный тебе момент, при этом, не спрашивая об этом у меня.
– Вика, да пойми ты, не всё так просто. У меня процветающая и прибыльная фирма, руководителем которой ты, между прочим, станешь в будущем. У Алексея Викторовича, отца Ильи, не менее процветающий бизнес, если мы объединим два наших дела, ты представляешь, какая от этого будет прибыль и какие перспективы в дальнейшем?
– Я всё это слышала не один раз. Папа, но почему это всё надо решать за мой счёт, вернее за наш счёт с Ильёй, поженив нас? Ладно, Илья, но ты обо мне вообще подумал, хочу ли я этого? Может, оно мне на фиг не надо это всё? Я не хочу замуж за нелюбимого человека! Илья прекрасный парень, он замечательный, но он мне просто друг. Слышишь? Просто друг! Я не вижу его в роли своего мужа.
На этих словах я осеклась, моментально вспомнив о том, что мы договаривались не говорить всю правду о наших отношениях, официальная версия нашего расставания с Ильёй, это то, что мы друг друга разлюбили. Сейчас я в порыве гнева могу наговорить лишнего, поэтому лучше замолчать.
– Ты же сама говоришь, что он хороший и замечательный. Так почему бы вам не пожениться?
– Пап, ты вообще слышишь меня? Мы с ним остались друзьями, всё, любви нет! Какая свадьба, о чём речь? Ты совсем помешался на своём бизнесе, так же, как и отец Ильи! Думаете оба только об этом, и вам совершенно наплевать с кем будут жить ваши дети, лишь бы вам было от этого хорошо, лишь бы прибыль была, денежки капали. Папа, мы не на Востоке, где девушку можно выдать замуж, не спрашивая её согласия. Мы в России! Что за методы у вас? Ты себя слышишь, нет? Я так думаю, что нет. Подожди, не перебивай меня! Ты только прислушайся к своим словам, ты хочешь свою собственную дочь выдать замуж не важно за кого, лишь бы от этого тебе была какая-то выгода. Это даже звучит страшно! Неужели ты этого не понимаешь? Прости за грубость, но, говоря другими словами, тебе совершенно всё равно под кого подложить свою дочь, только бы объединить свой бизнес с ещё чьим-то, и от этого в дальнейшем были бы какие-то перспективы.
– Вика, ты что говоришь? – прервала меня мама.
– А что, разве не так? Мам, ну скажи мне, разве это не так? Обо мне вообще кто-нибудь подумает в этой ситуации? Каково мне? О моей жизни кто-нибудь думает? Конечно, нет! А зачем? Вика всё стерпит. За кого отдадут замуж, с тем и будет жить. Вы меня забыли спросить, хочу ли я. А я не хочу! И не буду! И вы меня не заставите! И да, папа, можешь другого жениха мне не искать, ситуация будет точно такая же! С той лишь разницей, что я тебе об этом сразу говорю. И раз уж на то пошло, скажу так, если вы отведёте нас с Ильёй в загс хоть за ручку, хоть под прицелом, хоть как, не важно, и заставите нас расписаться, предупреждаю, вместе мы жить не будем и всё равно разведёмся.