Гранатовый раф. Закрыто на убийство

Глава1. Рейс до Баку.

Турбины самолета оглушительно взвыли, закладывая уши, и тяжелый лайнер плавно покатился по взлетно-посадочной полосе аэропорта Гейдар Алиев. Елена судорожно выдохнула и наконец разжала пальцы, которыми весь полет намертво цеплялась в подлокотники кресла. Суставы побелели. Но больше всего её пугала не посадка, а мысль о том, как там, в багажном отделении, перенес этот многочасовой кошмар её пес. Марли был псом японской породы сиба-ину. Из-за средних размеров и веса почти в двенадцать килограмм правила авиакомпании были непреклонны: только жесткий пластиковый бокс и полет в специальном отапливаемом отсеке багажного отделения с другими такими же питомцами. Все три часа в воздухе Елена изнывала от чувства вины, представляя, как Марли пугался шума двигателей, вибрации и глухой темноты. Ведь даже шум от колес самоката мог напугать его до чертиков… Впрочем, этот полет был лишь финальной точкой в затяжном пике, в которое превратилась её жизнь.

Всего полгода назад у них с Эмином было всё. Два года изнурительного, но вдохновляющего труда, бессонных ночей и бесконечных трудов привели к созданию успешной компании по продаже различных товаров. Они строили этот бизнес по кирпичику, деля на двоих каждую маленькую победу и каждую крупную проблему. А потом случилась та роковая ночь. Пожар.

Елена до сих пор помнила этот удушливый, страшный звонок от начальника охраны. Пламя уничтожило центральный склад за считанные часы, превратив миллионные партии товара, контракты и их общее будущее в кучу обугленного пепла. Страховки едва хватило, чтобы закрыть обязательства перед клиентами и избежать судов. Бизнес, который должен был стать их билетом в безбедную жизнь, выгорел до основания в прямом смысле. После этого Эмин принял волевое решение. Он улетел на свою родину, в Азербайджан, где от дедушки ему досталось старинное каменное помещение в самом сердце Баку. Все эти месяцы он обустраивал кофейню, утопая в бумажной волоките, закупках оборудования и ремонте. Они созванивались каждый вечер. Вместе придумывали название, дизайн, логотипы и концепции. Елена составляла меню, а Эмин был по ту сторону и воплощал их идеи в жизнь. Ежедневно Эмин часами рассказывал ей про запах каспийского ветра, про то, как солнце ложится на древнюю брусчатку, и всегда повторял одну и ту же фразу: «Эта черная полоса закончится. Мы начнем заново. Здесь наше будущее». Он безумно скучал по ней — Елена слышала это в каждом его выдохе, в каждой заминке между словами. Он любил её. Безусловно, глубоко и бережно, хотя за два года партнерства они так и не перешагнули черту, боясь разрушить то хрупкое доверие, что держало их вместе. И сейчас он делал всё, чтобы вытащить её из депрессии и подарить им обоим новую жизнь.

Когда двери терминала разъехались, Елену оглушил чужой город. Вокруг звенела быстрая, гортанная, абсолютно непонятная для нее азербайджанская речь. Мужчины в строгих костюмах эмоционально жестикулировали, а указатели на стенах казались сложными ребусами. Кое-как получив свой огромный чемодан, Елена бросилась к зоне выдачи негабаритного багажа. Там, на специальной платформе, уже стоял большой пластиковый бокс. Сквозь металлическую решетчатую дверцу виднелся пушистый хвост ее собаки.

— Марли! Малыш! — Елена бросила чемодан и упала на колени перед клеткой. Пёс внутри закрутился волчком, издавая прерывистый, преданный скулёж. Она торопливо отщелкнула тяжелые замки и распахнула дверцу. Сиба буквально вывалился наружу, уткнувшись пушистой мордой ей в шею, шумно дыша и пытаясь облизать всё её лицо сразу. Елена обняла его за шею, чувствуя, как к глазам подступают слезы от пережитого стресса и глухого одиночества, которое накрыло её в чужом аэропорту.

— Салам, Марли! Салам, брат! — раздался над головой знакомый, бархатный голос с легким, едва уловимым южным акцентом. Сквозь толпу к ним быстро шел Эмин. В просторном кашемировом пальто, со слегка растрепанными темными волосами и неизменной теплой улыбкой. За эти месяцы разлуки он, кажется, еще больше возмужал, а его карие глаза светились такой искренней, неподдельной радостью, что у Елены перехватило дыхание. Эмин опустился рядом с ней на корточки и крепко прижал Елену к себе, одновременно трепля Марли по густой шерсти. От Эмина пахло дорогим парфюмом, бакинским ветром и свежеобжаренным кофе. Этот родной запах мгновенно подействовал на неё как успокоительное. Дрожь в коленях начала утихать.

— С приездом, партнер, — Эмин отстранился, но продолжал держать её за плечи, внимательно всматриваясь в уставшее лицо.

— Ты бледная. Очень перенервничала?

— Мне страшно, Эмин, — честно призналась она, пока пёс преданно крутился между ними, приходя в себя после полета.

— Я шла по терминалу и поняла, что я здесь абсолютно чужая. Я не знаю языка, не знаю правил. Наш прошлый бизнес сгорел дотла, а что, если и тут всё пойдет прахом? Если эта кофейня — огромная ошибка?

Эмин мягко улыбнулся, и в его взгляде мелькнуло то самое упрямое обещание счастья, ради которого она и прилетела. Он поднялся, легко перехватил её тяжелый чемодан и пустой бокс Марли одной рукой, а второй аккуратно взял Елену за ладонь. Его пальцы были теплыми и надежными.

— Посмотри на меня, — негромко попросил он. Елена подняла глаза.

— Ты — лучший сотрудник, которого я знаю. Без твоего таланта этот бизнес не взлетит. Язык — это просто набор звуков, ты выучишь базу за неделю. А со всем остальным справлюсь я. Я знаю этот город. И я не дам вас в обиду — ни тебя, ни этого пушистого парня. Мы пройдем это вместе, слышишь? Черная полоса осталась в Москве. Здесь начнется наша история.

Через полчаса такси привезло их к крепостным воротам Ичери-шехер — Старого города. Они шли пешком по узким, петляющим мощеным улочкам, а Марли на натянутом поводке с любопытством крутил головой, жадно впитывая новые запахи древнего известняка и близкого моря. Город дышал историей, солнцем и уютом.

— Пришли, — Эмин остановился перед массивной дубовой дверью и достал ключи.

— Тадам… Наша кофейня «Гранатовый раф».

Внутри кофейни вовсю шел ремонт, но концепт уже угадывался. Обнаженная каменная кладка стен девятнадцатого века идеально сочеталась с современными минималистичными стеллажами. В углу, укутанная в защитную пленку, высилась сияющая сталью двухгруппная итальянская кофемашина — их главная гордость. Из окон открывался потрясающий вид на Девичью башню. Марли сразу же принялся по-хозяйски обходить залу, цокая когтями по старинным плитам пола и заглядывая за коробки.

— Завтра открываем вакансии бариста, — Эмин с гордостью обвел руками зал, заглядывая Елене в глаза. — Пригласим людей на собеседования. Ты будешь главным судьей, Лен. Твой строгий взгляд на стандарты сервиса — это то, что сделает нас лучшими в Баку.

Елена подошла к окну, обняв себя за плечи, а Марли уткнулся носом в её лодыжку. Страх внутри неё постепенно сменялся робким азартом и долгожданным теплом. Ей действительно показалось, что кошмары прошлого отступили. Она еще не знала, что старинные стены этого здания станут свидетелями мрачных тайн. Что это место превратит их долгожданную

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.