- -
- 100%
- +
– Площадь Трех Вокзалов. Кафе "Транзит" в здании Казанского вокзала. Через полтора часа. Спросите у бармена "особый чай для друга Игоря". Телефон оставьте дома.
И снова тишина. Андрей отложил телефон, чувствуя, как адреналин начинает циркулировать по венам. Все происходящее напоминало шпионский триллер, и он не был уверен, что готов играть в эти игры. И все же…
Он быстро принял душ, побрился и надел относительно чистую одежду. Во внутренний карман куртки он положил флешку, а в рюкзак – ноутбук. Если информация Александра верна, то речь шла о корпорации, способной буквально похищать личности людей. С такими противниками лучше быть готовым к худшему.
Перед выходом Андрей еще раз позвонил Анне. Автоответчик. Он оставил еще одно сообщение, более настойчивое, затем вышел из квартиры, заперев дверь на все замки. Впервые за долгое время он чувствовал что-то, кроме апатии и усталости. Страх? Возбуждение? Любопытство? Возможно, все вместе.
Площадь Трех Вокзалов встретила его обычной суетой. Потоки людей с чемоданами и сумками, спешащие к поездам или от них. Уличные торговцы, таксисты, попрошайки. В этой круговерти легко было затеряться – возможно, поэтому "Посредник" выбрал именно это место для встречи.
Кафе "Транзит" оказалось неприметным заведением на втором этаже Казанского вокзала. Полупустой зал, несколько усталых посетителей с багажом, скучающий бармен за стойкой. Андрей подошел к нему и, чувствуя себя персонажем дешевого детектива, произнес:
– Мне нужен особый чай для друга Игоря.
Бармен, немолодой мужчина с залысинами, окинул его оценивающим взглядом, затем кивнул в сторону дальнего столика у окна.
– Вас уже ждут.
За столиком сидела женщина лет тридцати семи, с короткой стрижкой и в простых очках без оправы. Она была одета неброско – серый костюм, белая блузка, минимум макияжа. Типичный офисный работник среднего звена, из тех, кого не замечаешь в толпе.
– Мария? – спросил Андрей, подходя к столику.
Женщина кивнула и жестом предложила ему сесть.
– Андрей Соколов, я полагаю? Александр говорил, что может обратиться к вам.
Ее голос был мягким, с легкой хрипотцой, как у человека, недавно перенесшего простуду.
– Он говорил обо мне? – Андрей удивился. – Когда?
– Около месяца назад. Незадолго до того, как… – Она сделала паузу, подбирая слова. – Незадолго до того, как его личность была перенесена в тело вашего друга Михаила.
– Михаил не был моим другом, – машинально поправил Андрей. – Просто коллегой. Бывшим.
– Неважно. – Мария отмахнулась. – Важно то, что Александр считал вас достаточно надежным, чтобы доверить продолжение расследования. И что теперь вы в опасности.
Официантка принесла две чашки чая. Мария ждала, пока девушка отойдет, затем продолжила:
– Что именно рассказал вам Александр? И что вы успели узнать из его файлов?
Андрей кратко пересказал вчерашнюю встречу и свои утренние находки. Мария слушала внимательно, иногда кивая или хмурясь. Когда он закончил, она долго молчала, глядя в окно на снующих по площади людей.
– Это лишь верхушка айсберга, – наконец произнесла она. – "Новая Личность" представляет себя публике как медицинскую и косметическую компанию, предлагающую "улучшение" личностных качеств. В их рекламе говорится о "коррекции негативных черт характера", "усилении позитивных аспектов личности", "избавлении от травматических воспоминаний". Звучит как чудо-терапия, не так ли?
Она сделала глоток чая и продолжила:
– Реальность гораздо мрачнее. Они действительно разработали технологию для считывания и переноса основных компонентов личности – воспоминаний, эмоциональных паттернов, когнитивных особенностей. Но они используют ее не только для лечения или "улучшения". Они буквально торгуют личностями людей.
– Как это работает технически? – спросил Андрей, доставая блокнот. Старая журналистская привычка – всегда записывать ключевые моменты.
– Я не нейробиолог, так что могу объяснить только в общих чертах. – Мария нахмурилась. – Они используют комбинацию нескольких технологий. Сначала создается детальная карта нейронных связей в мозгу – своего рода "отпечаток" личности. Затем эта карта преобразуется в цифровой формат и может храниться на серверах компании.
– А перенос в другой мозг?
– Это сложнее. Они используют направленную стимуляцию определенных зон мозга, чтобы "перезаписать" нейронные связи согласно новому паттерну. Процесс занимает несколько дней и требует медикаментозного погружения пациента в контролируемую кому. – Она сделала паузу. – В теории, это обратимый процесс. В теории.
– А на практике?
– На практике оригинальные связи часто разрушаются безвозвратно. Особенно при полной замене личности. "Старая" личность сохраняется только в цифровом виде, и даже если ее снова пересадить в тело, результат может быть… неполным.
Андрей записал эту информацию, затем спросил о том, что беспокоило его больше всего:
– В файлах Александра я нашел упоминание о моей бывшей жене, Анне Соколовой. Она зарегистрировалась на процедуру "Ренессанс-3" две недели назад. Вы знаете, что это значит?
Мария заметно напряглась.
– "Ренессанс-3" – это полная замена личности. Высшая категория. Обычно такие процедуры проводятся для VIP-клиентов, готовых заплатить огромные деньги за "премиальную" личность. – Она понизила голос. – Или для "специальных субъектов" – людей, чьи тела корпорация использует для размещения личностей по запросу клиентов.
– Вы хотите сказать, что моя бывшая жена могла… добровольно отдать свое тело для чужой личности? – Андрей почувствовал, как внутри все холодеет.
– Возможно. Или ее могли обмануть. Многие клиенты подписывают контракты, не понимая всех последствий. Им обещают "улучшение" определенных качеств, но в мелком шрифте указывается возможность "более глубоких изменений личностного паттерна". – Мария нервно огляделась. – Я должна показать вам кое-что.
Она достала из сумки планшет и открыла зашифрованный файл. На экране появилась карта Москвы с отмеченными точками.
– Это объекты "Новой Личности". Официальные клиники отмечены синим. Красным – секретные лаборатории. Желтым – места содержания "субъектов" после процедуры, но до полной адаптации.
Андрей внимательно изучил карту. Точек было много – не меньше двадцати по всей Москве.
– Если ваша бывшая жена прошла процедуру "Ренессанс-3", то, скорее всего, сейчас она находится здесь, – Мария указала на желтую точку в районе Лосиного Острова. – Это реабилитационный центр "Березки". Официально – частная психиатрическая клиника. На деле – место, где "новые личности" адаптируются к своим телам, прежде чем выйти в мир.
– Я должен найти ее, – твердо сказал Андрей.
– Это опасно. Объект охраняется. И даже если вы проникнете внутрь, вы можете не узнать свою бывшую жену. Или, точнее, она определенно не узнает вас.
– Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке. – Андрей сам удивился своей решимости. Еще вчера Анна была лишь болезненным воспоминанием, а сегодня он готов рисковать ради нее.
Мария внимательно посмотрела на него, затем кивнула.
– Я понимаю. Но прежде чем бросаться в логово льва, вам нужно больше информации. И я знаю, где ее искать. – Она сделала паузу. – Вы сказали, что Анна проходила собеседование с доктором Деминым? Это хорошая зацепка. В его компьютере должна быть вся информация о ее случае – диагноз, рекомендованный протокол, возможно, даже место текущего содержания.
– Как я могу получить доступ к его компьютеру?
– У меня есть план. – Мария улыбнулась впервые за встречу. – Но сначала я должна рассказать вам кое-что еще. Кое-что, что вы должны знать о "Новой Личности" и о том, что они на самом деле делают со "старыми" личностями.
Она снова огляделась и наклонилась ближе к Андрею.
– Они не просто хранят их на серверах. Они продают их. Существует черный рынок личностей. Богатые клиенты заказывают конкретные типы – от гениальных ученых до харизматичных лидеров или привлекательных моделей. "Новая Личность" поставляет товар, а посредники организуют нелегальную имплантацию.
Андрей почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом.
– Вы хотите сказать, что где-то может ходить человек с личностью моей бывшей жены в чужом теле?
– Это возможно. Если ее личностный паттерн был достаточно "ценным". – Мария выглядела искренне сочувствующей. – Но чаще всего их просто хранят, пока не появится подходящий покупатель. Некоторые личности никогда не находят нового "носителя" и остаются в цифровом лимбе. Это… это хуже смерти.
Она замолчала, и в ее глазах Андрей увидел что-то похожее на страх. Или на вину.
– Откуда вы все это знаете? – спросил он, внезапно почувствовав подозрение. – Кем вы были в "Новой Личности"?
Мария долго смотрела в свою чашку, затем подняла глаза. В них читалась решимость человека, принявшего трудное решение.
– Я была руководителем лаборатории нейрокартографии. Одним из создателей технологии "Ренессанс". – Она сделала паузу. – И первым успешным экспериментом по полному переносу личности.
Андрей уставился на нее, не понимая.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду, что я не всегда была Марией Орловой. – Ее голос звучал теперь совершенно иначе, почти отстраненно. – Моя настоящая личность была… скопирована и перенесена в это тело пять лет назад. Тело принадлежало пациентке в коме после автокатастрофы. Идеальный "сосуд" для эксперимента – мозг без повреждений, но без активного сознания.
– И вы… согласились на это? – Андрей пытался осмыслить услышанное.
– Да. Тогда я верила, что мы делаем что-то великое. Продлеваем жизнь, спасаем умирающих. – Горькая улыбка скользнула по ее лицам. – Я была наивна. Когда я поняла, для чего на самом деле будет использоваться наша технология, было уже поздно. Я знала слишком много, чтобы меня просто уволили. Елена Северова предложила мне выбор – продолжать работу или стать следующим "экспериментальным субъектом". – Она сделала паузу. – Я выбрала третий путь. Инсценировала собственную смерть и исчезла. С тех пор я помогаю Александру и другим, кто пытается раскрыть правду о "Новой Личности".
Андрей откинулся на спинку стула, пытаясь переварить эту информацию. Реальность оказывалась страшнее, чем он мог вообразить. И если все это правда, то дело не просто в сенсационном материале. Речь шла о преступлении против самой сущности человека.
– Я помогу вам, – наконец сказал он. – Расскажите о вашем плане.
Мария кивнула и начала объяснять, как проникнуть в компьютер доктора Демина. Пока она говорила, Андрей не мог отделаться от ощущения, что вступает на путь, с которого уже не сможет вернуться. И что где-то в этом городе ходит человек в теле его бывшей жены, но с чужой душой внутри.
План Марии был одновременно прост и рискован. Доктор Демин, как и многие специалисты его уровня, вел прием не только в корпоративной клинике "Новой Личности", но и в собственном частном кабинете. По средам и пятницам он принимал пациентов в небольшом особняке на Остоженке – старом двухэтажном здании, переоборудованном под медицинский центр.
– Вам нужно записаться к нему на прием, – объяснила Мария. – Под легендой человека, интересующегося услугами "Новой Личности", но имеющего опасения. Он проведет стандартную консультацию, оценит вас как потенциального кандидата. В его кабинете будет компьютер с доступом к базе данных клиентов.
– И как я получу к нему доступ? – спросил Андрей. – Сомневаюсь, что он оставит меня наедине с компьютером.
– Не оставит. – Мария достала из сумки маленькое устройство, похожее на USB-накопитель. – Это эксплойт. Вставьте его в любой порт компьютера Демина, и он автоматически скопирует все файлы, касающиеся "Новой Личности", на защищенный сервер. Достаточно буквально пяти секунд подключения.
– И как я это сделаю под носом у врача?
– Создадите отвлекающий момент. – Мария пожала плечами. – Вы журналист, я уверена, вы сможете импровизировать. Главное – не вызвать подозрений до момента подключения устройства. Демин – не служба безопасности, но он настороже.
Она передала Андрею устройство и листок с номером телефона для записи к доктору.
– Звоните от имени Виктора Савельева. Скажите, что вас направил профессор Климов из Института неврологии. Это обеспечит вам быстрый прием.
– А если проверят личность?
– На приеме достаточно предъявить медицинский полис, обычно они не сканируют документы. – Мария встала, давая понять, что встреча заканчивается. – После того, как получите данные, свяжитесь со мной через Игоря. Тем же способом, что и сегодня.
Она уже собиралась уходить, когда Андрей задал последний вопрос:
– Вы сказали, что были "первым успешным экспериментом". Сколько было неуспешных?
Мария замерла, затем медленно повернулась к нему.
– Семнадцать. – В ее голосе звучала неприкрытая боль. – Семнадцать личностей, уничтоженных при переносе. Семнадцать душ, стертых из существования. – Она сделала паузу. – И это только в начале проекта. Сейчас счет идет на сотни.
С этими словами она быстро направилась к выходу, оставив Андрея наедине с тяжелыми мыслями и планом действий, который мог стоить ему не только карьеры, но и личности.
Глава 3: Корпоративная религия
Получить запись к доктору Демину оказалось неожиданно просто. Упоминание профессора Климова действительно сработало как пароль – секретарь сразу нашла "окно" в плотном графике психиатра и назначила прием на следующий день. Это давало Андрею немного времени на подготовку.
Он провел вечер, изучая публичную информацию о "Новой Личности". Официальный сайт компании пестрил восторженными отзывами клиентов, прошедших процедуру "частичной коррекции личностного паттерна". Бизнесмены, избавившиеся от социофобии; творческие работники, преодолевшие творческий кризис; бывшие жертвы насилия, стершие травматические воспоминания. Все они улыбались с профессионально отретушированных фотографий, рассказывая, как технология "Ренессанс" изменила их жизнь к лучшему.
Ни слова о полной замене личности, конечно же. Ни намека на существование черного рынка "бывших в употреблении" личностей. Только обтекаемые фразы о "революционном подходе к реализации человеческого потенциала" и "нейропластичности как ключе к самосовершенствованию".
На отдельной странице размещалось видеообращение Елены Северовой, основательницы и генерального директора корпорации. Стройная женщина лет пятидесяти с проницательным взглядом и безупречной осанкой говорила с экрана уверенным, почти гипнотическим голосом:
"Всю историю человечества мы были заложниками случайности рождения. Наши способности, наши черты характера, наши страхи и желания – все это определялось генетической лотереей и ранним окружением. Мы в "Новой Личности" верим, что каждый человек заслуживает шанса стать лучшей версией себя. Не той, которую предопределила случайность, а той, которую он сам выбирает. Наша миссия – дать людям эту свободу выбора. Свободу стать тем, кем они действительно хотят быть."
Андрей выключил видео, испытывая смешанные чувства. В словах Северовой была своя извращенная логика. Действительно, почему человек должен быть навсегда привязан к личности, сформированной случайными факторами? Почему нельзя "обновить" себя, как компьютерную программу, избавившись от ошибок и дефектов?
Но цена такой свободы… Если верить Марии и Александру, для "обновления" одних личностей корпорация безжалостно уничтожала другие. И кто решал, какая личность более "ценная" или "достойная" существования? Рыночный спрос? Прихоть богатых клиентов? Или амбиции самой Северовой?
На следующее утро, собираясь на прием к Демину, Андрей обнаружил, что его рука почти не дрожит, когда он бреется. Странно, но впервые за долгое время он не испытывал утреннего желания выпить. Вместо этого его наполняло странное, почти забытое чувство – целеустремленность. У него появилась миссия, нечто большее, чем очередная статья или расследование. Это было почти… духовно.
Клиника Демина располагалась в отреставрированном особняке дореволюционной постройки. Внутри царили покой и сдержанная роскошь – приглушенное освещение, мягкие кресла в зоне ожидания, тихая классическая музыка. Ресепшионистка с профессиональной улыбкой проверила его полис (как и предсказывала Мария, без сканирования) и предложила подождать несколько минут.
Андрей сел в кресло и взял со столика глянцевый буклет "Новой Личности". На обложке красовался слоган: "Ренессанс – возрождение истинного я". Внутри размещался анонс предстоящего события: "Приглашаем вас на публичную презентацию новейших достижений в области технологии "Ренессанс". Елена Северова и ведущие специалисты корпорации "Новая Личность" представят революционные методы самосовершенствования и поделятся историями успеха наших клиентов. Не упустите шанс узнать, как перезагрузить свою жизнь!"
Мероприятие должно было состояться послезавтра в главном офисе корпорации. Вход по предварительной регистрации, но бесплатный.
– Господин Савельев? Доктор Демин ждет вас. – Голос ресепшионистки вырвал Андрея из размышлений.
Он поднялся и, сунув буклет в карман, направился в кабинет.
Доктор Алексей Демин оказался высоким худощавым мужчиной лет пятидесяти с внимательным взглядом и аккуратно подстриженной седеющей бородкой. Он поднялся из-за стола, чтобы поприветствовать "пациента".
– Виктор Савельев? Рад познакомиться. Профессор Климов много о вас рассказывал.
Андрей напрягся, но постарался не показать этого.
– Надеюсь, только хорошее.
– Безусловно. – Демин улыбнулся и жестом предложил ему сесть в кресло напротив стола. – Он упоминал, что вы интересуетесь нашими технологиями, но испытываете некоторые опасения. Это совершенно нормально. Решение изменить аспекты своей личности – всегда серьезный шаг.
– Да, я… – Андрей сделал паузу, вспоминая легенду, которую придумал по пути. – Я страдаю от хронической депрессии и тревожного расстройства. Перепробовал множество традиционных методов лечения, но ничего не помогает долгосрочно. Друг рассказал мне о технологии "Ренессанс", и я решил… узнать подробнее.
Демин кивнул с понимающим видом и повернулся к компьютеру, стоявшему на столе. Именно к этому компьютеру Андрею нужно было подключить устройство, данное Марией.
– Депрессия и тревожность – одни из самых распространенных показаний для базового протокола "Ренессанс-1". – Демин начал что-то печатать. – Процедура включает избирательную модуляцию нейронных связей, отвечающих за негативные эмоциональные паттерны, без затрагивания основы личности. Это неинвазивно и полностью обратимо.
Андрей заметил, что на столе Демина, рядом с компьютером, стоит стакан с водой. План начал формироваться в его голове.
– Звучит многообещающе. Но я слышал… слухи о более радикальных процедурах. – Он сделал паузу. – О полной замене личности. Это правда?
Демин на мгновение замер, затем повернулся к нему с нейтральным выражением лица.
– Боюсь, вы стали жертвой дезинформации. "Новая Личность" не занимается "заменой" личности. Мы работаем только с существующим нейропсихологическим профилем пациента, модифицируя проблемные аспекты и усиливая положительные.
– Конечно, я понимаю. – Андрей изобразил смущение. – Просто прочитал что-то в интернете… Вы знаете, как бывает.
– Интернет полон мифов о современных технологиях. – Демин улыбнулся. – Позвольте мне показать вам реальные данные о нашей методике.
Он снова повернулся к компьютеру и открыл презентацию. Андрей знал, что должен действовать сейчас. Он незаметно достал из кармана устройство и приготовился.
– Доктор Демин, могу я попросить воды? У меня внезапно пересохло в горле.
– Конечно. – Демин поднялся. – Я принесу вам стакан. Минеральную или обычную?
– Минеральную, если можно.
Когда Демин направился к небольшому холодильнику в углу кабинета, Андрей "случайно" задел стакан на столе, опрокинув его на клавиатуру компьютера.
– О боже! Простите мою неуклюжесть! – Он вскочил, делая вид, что пытается помочь, и в суматохе вставил устройство в USB-порт на задней панели компьютера.
– Ничего страшного, такое случается. – Демин поспешил обратно с полотенцем. – Главное, чтобы вода не попала внутрь системного блока.
Пока психиатр промокал клавиатуру, Андрей украдкой посмотрел на устройство. Маленький светодиод на нем мигнул зеленым – копирование началось. Теперь нужно было выждать хотя бы минуту, прежде чем извлекать флешку.
– Я действительно очень неловкий, когда нервничаю. – Андрей изобразил смущение. – Эти разговоры о вмешательстве в мозг… они меня пугают и одновременно интригуют.
– Это естественная реакция. – Демин, похоже, не заметил устройства, сосредоточившись на спасении клавиатуры. – Любая новая технология сначала пугает. Когда-то люди боялись электричества и автомобилей. Сегодня они боятся нейромодуляции.
Он выпрямился, удовлетворенно осмотрев результаты своей работы.
– Кажется, обошлось без серьезных повреждений. Клавиатура быстро высохнет.
– Я готов оплатить ремонт, если что-то сломалось, – предложил Андрей.
– Не беспокойтесь. – Демин отмахнулся. – Давайте вернемся к нашей консультации. Я бы рекомендовал вам начать с диагностического обследования, чтобы определить точную природу вашей депрессии и тревожности. Это поможет нам выбрать оптимальный протокол лечения.
Андрей кивнул, поглядывая на устройство. Светодиод теперь горел постоянным зеленым светом – копирование завершено. Осталось аккуратно извлечь флешку.
– А сколько сеансов обычно требуется для… полного излечения? – спросил он, незаметно потянувшись к устройству.
– Все индивидуально. – Демин снова сел за стол. – Обычно базовый курс включает пять-семь сеансов нейромодуляции с интервалом в неделю. Затем мы оцениваем результаты и при необходимости корректируем протокол.
Андрей под столом нащупал устройство и аккуратно извлек его, быстро спрятав в карман.
– Звучит разумно. И… дорого?
– Страховые компании покрывают базовые протоколы для пациентов с клиническими диагнозами. В вашем случае, если диагностика подтвердит депрессию и тревожное расстройство, большая часть расходов будет покрыта.
Демин продолжал рассказывать о процедуре, стоимости и ожидаемых результатах. Андрей слушал вполуха, мысленно отмечая детали, которые могли бы пригодиться для расследования. Теперь, когда устройство было благополучно извлечено, он мог позволить себе расслабиться и даже проявить искренний интерес к технологии.
– У вас наверняка есть еще вопросы. – Демин завершил свой рассказ. – Может быть, вас интересуют потенциальные риски или побочные эффекты?
– Да, конечно. – Андрей сделал задумчивое лицо. – Существует ли риск… потери памяти или изменения важных аспектов личности? Я не хотел бы перестать быть собой, если вы понимаете, о чем я.
– Абсолютно понимаю. – Демин кивнул. – И это обоснованное опасение. Но позвольте вас заверить: при базовом протоколе "Ренессанс-1" мы работаем только с эмоциональными реакциями и когнитивными искажениями, вызванными депрессией. Ваши воспоминания, ценности, убеждения, привязанности – все это остается неприкосновенным.
Он сделал паузу и добавил с улыбкой:
– Вы останетесь собой. Просто собой без депрессии и тревожности.
– Звучит почти слишком хорошо, чтобы быть правдой, – заметил Андрей.
– Многие прорывные технологии так выглядят, пока не становятся обыденностью. – Демин посмотрел на часы. – Кстати, если вас действительно интересует наша технология, рекомендую посетить публичную презентацию послезавтра. Там вы сможете лично пообщаться с пациентами, прошедшими процедуру, и задать вопросы непосредственно основателю корпорации, доктору Северовой.
– О, я как раз видел объявление. – Андрей достал буклет. – Думаю, это хорошая идея.
– Отлично. – Демин встал, давая понять, что консультация подходит к концу. – Я могу зарегистрировать вас прямо сейчас, если хотите.
– Буду признателен.
Демин снова повернулся к компьютеру и несколько секунд что-то печатал.
– Готово. Я добавил вас в список гостей. Приходите к шести вечера, главный офис "Новой Личности" на Цветном бульваре.
Они обменялись рукопожатием, и Андрей покинул кабинет с чувством выполненного долга. Устройство с копией файлов Демина надежно лежало в его кармане. Теперь оставалось только дождаться связи с Марией и узнать, что именно удалось добыть.
А послезавтра ему предстояло погрузиться в самое сердце "Новой Личности" и, возможно, встретиться с главным архитектором технологии, превращающей человеческие души в товар.
Главный офис корпорации "Новая Личность" занимал все здание футуристического бизнес-центра на Цветном бульваре – двадцатиэтажную башню из стекла и металла, сверкающую в лучах заходящего солнца. Огромный голографический логотип компании – стилизованная буква "Р" (от "Ренессанс"), обрамленная силуэтом человеческой головы – парил над входом, меняя цвета от глубокого синего до ярко-фиолетового.