Голоса из пыли

— На основании перевода. — Она положила блокнот на стол. — Я вскрывала это послание слой за слоем. Верхний — мольба. Идеальная, я вам уже говорила почему. Но я не закончила. Под ней что-то есть. Структура, которую я ещё не прочла, но чувствую её вес. И пока я её не прочту, отдавать этим существам карту нашей галактики — это как отдать незнакомцу на улице ключи от дома, потому что он красиво плачет.

— Они не незнакомцы на улице, — сказал Оконкво тихо. — Они умирающий народ. И каждый день, что мы спорим, кто-то из них умирает под этой звездой, пока мы бережём наши драгоценные координаты. — Он повернулся к Мартину. — Капитан. Я однажды опоздал спасти человека. Одного. Я знаю, как это — стоять и осторожничать, пока время уходит. Больше я так не могу. Если мы прилетели за полгалактики сказать «сначала докажите, что вы не опасны», то мы прилетели зря, и мы не те, кем себя считаем.

Все посмотрели на Мартина.

Елена смотрела тоже — и впервые за восемь месяцев по-настоящему на него смотрела. Стареющий человек с прямой спиной, с механическими часами на запястье, капитан, которого она уважала за то, что он не любил громких слов. Она ждала, что он спросит. Что он, как всегда, потянет время, запросит данные, отложит решение. Осторожный человек. Ей нужен был сейчас осторожный человек.