- -
- 100%
- +
– О! Вот как!..
Папа глубоко задумался, покусывая нижнюю губу.
– Папа! – спохватилась Даша. – А почему ты не удивляешься?!
– Чему я должен удивляться?
– Ну, говорящему коту, Избушке на курьих ножках, Дремучему лесу!
– Видишь ли, Дарья, с Ерофеем я познакомился ещё в свой первый приезд в Андреевку. И с Аксиньей Григорьевной тоже.
– А! Вот почему ты тогда приехал такой таинственный!
– Что, это было так заметно?
– Ага!.. Значит, ты и в Дремучем лесу уже был? И в Избушке на курьих ножках?..
– В Дремучем лесу был. В Избушке – нет.
– Тебя в лес тоже Ерофей перенёс?
– Нет, Даша. В Дремучий лес я попал другим способом.
– А, ну да! Ты же не подходишь по габаритам! – вспомнила Даша.
– По габаритам? – удивился папа.
– Ребята! Вы почему застряли у ворот? – позвала мама. – Что-то случилось?
– Всё нормально! – громко сказал в ответ папа. – Мы уже едем!
И, обращаясь к Даше, продолжил:
– Так, пошли, быстро! Не будем волновать маму!
И папа решительно повёл свой велосипед за калитку.
Даша со вздохом последовала со своим велосипедом за ним.
На улице, аккуратно закрыв калитку, папа вдруг наклонился к Даше и сказал:
– Даша, я понимаю, что тебя сейчас переполняют вопросы!..
– Целая куча!.. – воскликнула Даша.
– Потому что Ерофей – большой хитрец, и появился сегодня совсем не случайно!..
Папа замолчал, загадочно улыбаясь.
– Я слушаю, папа! – воскликнула Даша, сгорая от любопытства.
А папа сделался серьёзным и заявил:
– Даша, ты обязательно получишь самые полные ответы на все эти вопросы. Но!
Папа многозначительно поднял палец:
– Какое очень важное слово сказал тебе Ерофей? Ну, когда ты начала задавать свои вопросы ему? Я не присутствовал при вашей беседе, но нисколько не сомневаюсь, что он его тебе сказал! Какое слово?
– Не помню!.. – недовольно буркнула Даша, хотя уже вспомнила, конечно.
– Да ну? – не поверил папа, сверля Дашу взглядом.
Даша немного помолчала, глубоко вздохнула и ответила:
– Я спросила Ерофея, как мне самой попасть в Дремучий лес, а он ответил – постепенно! Это слово ты имеешь в виду, да?..
– Именно! – заявил папа, махнув своим пальцем торжественно.
Он опустил руку и продолжал, глядя на Дашу не просто серьёзно, а даже как будто сурово:
– Всё должно – и будет! – происходить постепенно. Это – самый правильный путь.
– Ну, допустим!.. – пробормотала Даша.
– И даже примем за данность! – заявил папа, снова делаясь весёлым и загадочным.
Даша вздохнула.
В такие моменты она испытывала к папе смешанные чувства – очень его любила, и в то же время очень на него сердилась!
– А всё-таки здорово, что мы решили поехать на велосипедах, правда, Дашуля? – продолжал папа, решительно меняя тему. – С машиной столько возни! А велосипед – это так просто. Сел – и вперёд! Тем более, нам тут совсем недалеко! За мной!
Он весело подмигнул сердитой дочери, и, оседлав свой велосипед, неторопливо поехал вперёд.
Даша покатила за ним по дорожке, покрытой составом, похожим на крупнозернистую плотную резину. Дорожка довольно круто уходила вверх.
– Это новый вид покрытия! – объяснил на ходу папа. – Всесезонный, всепогодный. Экспериментальный!
– Понятно… – пропыхтела в ответ Даша, с некоторым трудом нажимая на педали, потому что дорога поднималась вверх всё круче. Каждый новый метр давался Даше всё тяжелее.
Навстречу им попадались автомобили и пешеходы, которые улыбались и махали руками, но Даша им в ответ улыбалась через силу.
– Если тебе трудно ехать, можем подняться наверх пешком! – предложил папа.
– Нет, я доеду!
– Молодец! Ещё немного, ещё чуть-чуть!
Действительно, в тот самый момент, когда Дашины ноги, в особенности коленки, уже гудели от напряжения, они поднялись на самую верхнюю точку Андреевки. Тут находилась главная местная площадь, с которой открывался потрясающий вид на всё село и его окрестности.
– Вот теперь мы остановимся, передохнём и полюбуемся здешними пейзажами! – жизнерадостно провозгласил папа.
Как только они поставили велосипеды на подножки, из-за большого пушистого облака выглянуло солнце и радостно озарило всю окружающую природу, Андреевку и папу с Дашей.
– Как краси-иво! – восхищённо протянула Даша, одновременно очень радуясь тому, что боль в её ногах постепенно утихает.
Вместе с болью куда-то исчезла и вся Дашина сердитость.
– Потрясающе красиво! – кивнул папа. – Ну, для начала я тебе расскажу историю о том, как появилось это село и его название!
Даша навострила ушки.
– Итак, триста лет назад в этих краях появились переселенцы, которые искали наилучшее место для нового жительства. – начал папа. – И вот они увидели два больших пологих холма, один повыше, другой чуть пониже, и весёлую быструю речку, которая текла между этими холмами, скрываясь затем за густой дубравой.
А вокруг этих холмов, куда ни глянь, вольно тянулись просторные луга, на которых там и сям росли одинокие дубы, тополя и небольшие дубовые и тополиные рощицы.
Предводителя переселенцев звали Андрей, так что новое поселение, недолго думая, его товарищи назвали Андреевкой.
– Ну а речку как назовём? – спросил кто-то из них.
И ему тут же ответила пролетавшая мимо птица, пронзительно крикнувшая:
– Айяя! Айяя!
– Вот и ответ! – засмеялись первопроходцы.
– А как мы назовём холмы? – спросил кто-то ещё.
– Да очень просто! Больший и Меньший! – ответил предводитель.
Папа перевёл взгляд на Дашу, и закончил:
– То есть выходит, что они даже ничего особо не придумывали. Им все названия подсказала жизнь!
– Да здравствует жизнь! – воскликнула Даша, раскидывая руки, как будто она хотела обнять всю Андреевку.
– Да здравствует! – поддержал её папа. – Кстати, смотри как за триста лет разрослось село!
– Ага. Кругом дома, дома, дома! Только у самой реки их нет.
– Это потому, что весной Ая озорничает. – объяснил папа. – Разливается и даже иногда подтапливает ближайшие к ней сады и огороды.
– Ого! – воскликнула Даша.
И они вместе с папой принялись любоваться Андреевкой.
Её улицы очень красиво спускались по склонам Большего и Меньшего холма к Ае. Здесь их соединяли между собой целых четыре моста. Один мост предназначался только для пешеходов, а три остальных были смешанные – для пешеходов и повозок. Ну, то есть для автомобилей.
Все мосты были старинного вида, с опорами из тёмно-красного кирпича и литыми чугунными ограждениями, и при том выглядели как новенькие.
Большинство домов в Андреевке, даже самые старые, тоже выглядели очень неплохо. В основном это были деревянные бревенчатые строения, на высоких фундаментах из дикого камня, а также кирпичные, с высокими стенами и сводчатыми окнами, как строили и строят русские мастера.
Только кое-где на разных улицах Андреевки ещё оставались участки с заросшими садами и стенами брошенных домов без окон и крыш. Впрочем, на нескольких из них уже трудились рабочие, устанавливая новые стропила и кровлю.
«А когда рабочие отремонтируют эти дома, они займутся остальными!» – поняла Даша. – «Постепенно!..»
Произнеся про себя это слово, Даша быстро опустила глаза. Чтобы папа вдруг не услышал её мысли!..
Но папа, тоже наблюдая за строителями, продолжал:
– Интересно, что коренные жители Андреевки постоянно спорят по поводу того, где был построен самый первый дом в их селе. Жители Меньшего холма утверждают, что триста лет назад самый первый дом был построен у них, а жители Большего им в ответ говорят, что утверждать такие вещи просто смешно, и что самый первый дом был, конечно же, построен на Большем холме. В исторических документах не удалось найти данных, подтверждающих правоту тех или других. Так что эти споры идут сами по себе без всяких оснований.
– Пап, а мы же теперь тоже жители Андреевки! – сказала Даша.
– Но мы о первых домах спорить не будем! – улыбнулся папа.
– Ага. Просто примем эти споры как данность! – продолжала Даша с намёком.
Папа рассмеялся и сказал:
– Илья Николаевич говорит, что работы осталось уже не так много. Скоро Андреевка будет восстановлена полностью!
– Здорово!
– Да, Илья Николаевич любит, когда вокруг него кипит жизнь! – кивнул папа. – Между прочим, за три века Андреевка много чего пережила, и это – уже второе большое восстановление в её истории.
– А когда было первое?
– После Великой Отечественной войны. Фашисты тут много чего разрушили и сожгли…
Даша нахмурилась, немного подумала и спросила:
– А потом кто тут всё разрушал и жёг?.. Ну, раз понадобилось новое восстановление?
– Хм!.. На этот простой вопрос не так легко ответить. – сказал папа. – Дело в том, что всё разрушать у себя в селе стали сами жители Андреевки!..
– Почему?! – страшно удивилась Даша.
– Потому, что однажды, уже через много лет после Великой Отечественной войны, они вдруг начали сомневаться в том, что живут правильно и хорошо. И тут же здесь стали появляться непонятные люди с липкими глазами и странными идеями. Они убедили местных жителей, что прежнюю Андреевку необходимо полностью разрушить, и на её месте построить новую, гораздо более удобную и красивую!..
Даша слушала папу с вытаращенными глазами.
Затем она повернулась туда-сюда, ещё раз оглядела окружающую красоту, развела руками и сказала:
– Но ведь местные жители этих странных липких людей не послушали? Правда же?..
– Нет! Сначала они их всё-таки послушали!.. И очень многое тут сломали. – вздохнул папа. – К счастью, не до конца!.. Потому что вовремя опомнились. И ещё к ним пришёл на помощь Илья Николаевич сотоварищи. Они прогнали из Андреевки всех липких людей. И продолжают помогать родному селу и округе.
– Сотоварищи – это как? – спросила Даша.
– Это как раз и означает – со своими товарищами.
Глава четвёртая
Герои Андреевки
Тут папа загадочно улыбнулся и спросил:
– Даша, а как ты думаешь, кто такой на самом деле Илья Николаевич? И кто такие его товарищи?..
Даша нахмурилась и сказала с упрёком:
– Папа, ты на мои вопросы не ответил, а свои задаёшь! Это несправедливо!
– Дашуля, это просто педагогический приём! – хитро улыбнулся папа. – На самом деле есть такие вопросы, которые на самом деле являются ответами! Особенно если немного подумать!..
Но Даша опять сердилась, и думать ей поэтому было трудно.
– Ну, как я могу сказать, кто он такой, и кто такие его товарищи? – недовольным голосом ответила она. – Я его ещё даже не видела!
– Зато ты видела Ерофея, и даже побывала в Дремучем лесу!.. – произнёс папа с намёком.
Даша захлопала на папу глазами. В голове у неё нетерпеливо запрыгали разные мысли, которые никак не желали превращаться в точные слова.
– Ну, хорошо! Я тебе подскажу. – продолжал папа. – У Ильи Николаевича есть два самых верных товарища. Одного из них зовут Добрыня, а второго – Алексей…
Даша даже подпрыгнула на месте!
– Три богатыря! – закричала она. – Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович! Что, серьёзно?!
– Абсолютно.
– Но они же сказочные герои!
– Конечно. Так ведь что рассказал тебе Ерофей? Андреевка – тоже сказочное место. И одновременно – самое настоящее. Она уже много-много лет существует здесь и там. Там и здесь!
Даша просияла от радости!
– Папочка, ты всё-таки начал отвечать на мои вопросы! – воскликнула она. – То есть постепенно уже началось?!
Даша сделала особое ударение на слове "постепенно".
– Конечно! – улыбнулся папа. – Началось и продолжается. Просто никогда не надо бежать впереди паровоза.
– А где здесь паровоз?! – удивилась Даша.
– Паровоза здесь нет. Это такая пословица.
Даша завертела головой, оглядывая Андреевку новыми глазами. Теперь буквально повсюду она видела приметы настоящей сказки.
Больший и Меньший холмы, река Ая, мосты через неё, дома, сады, площадь, люди на улицах, мостах и в садах – ну, конечно, это всё было сказочное, волшебное!
И в то же время – абсолютно настоящее!
– Здорово!.. – прошептала Даша в полном восторге. – Вот зачем сегодня появился Ерофей!.. Чтобы я увидела и поверила!..
– Ты начинаешь понимать! – с улыбкой кивнул ей папа. – Сама!
Тут Дашу озарила новая мысль.
– Но подожди, папа! Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алёша Попович – они же все воины, да?
– Конечно.
– Защитили Святую Русь от врагов, победили Змея Горыныча, Соловья-разбойника, Кащея Бессмертного!.. А теперь вот ещё и этих!.. Липких людей!..
– Правильно.
– И при том сейчас Илья Николаевич – бизнесмен? Владелец фабрики игрушек?
– Совершенно верно. И многого другого.
– А Добрыня Никитич и Алёша Попович тогда кто?..
– Они тоже занимаются делом, вместе с ним. Ведь «бизнесмен» – это иностранное слово. На русский язык оно так и переводится – «человек дела». А дело может быть как военным, так и мирным. Здесь нет противоречия.
– Ага?..
– Вот тебе и ага! Про «здесь» и «там» не забыла?
– Помню, помню!..
– Наши три богатыря остаются воинами всегда и во всём. – объяснил папа. – И в ратном деле, и в мирном труде. Ведь все сражения и войны когда-нибудь заканчиваются, люди возвращаются в свои дома, снова начинают обрабатывать землю, восстанавливают всё разрушенное, и многое строят заново, не забывая о лучшем старом! Здесь и там, Даша, здесь и там! Посмотри!
Папа стал показывать рукой и рассказывать:
– Наша фабрика игрушек построена чуть выше основания Большего холма, и на некотором расстоянии от русла Аи.
– Понятно. Из-за весенних наводнений!
– Конечно. Но на пути реки, практически перед фабрикой, устроен большой проточный пруд с пляжем. Здесь любят собираться, чтобы искупаться и поплавать, все местные жители и гости села. Это – общественное место!
– Ага! – воскликнула Даша. – Значит, нам тоже можно сюда приходить?
– Само собой! Дальше Ая, на своём пути в поля и луга, огибает дубраву. Дубрава, правда, сильно поредела за прошедшие годы, но лесники уже несколько лет подряд высаживают новые саженцы дубков, так что со временем она станет такой же густой и обширной, как была раньше.
– В Дремучий лес надо входить постепенно… – пробормотала Даша.
– Ну, да!.. – улыбнулся папа. – Дальше, во-он там!.. Видишь, как будто большие металлические банки и высокие здания? Это элеватор, комбикормовый и крупяной заводы и ещё один завод, который выпускает продукты третьего передела.
– Почему третьего?.. – не поняла Даша.
– Ну, потому, что из пшеницы, ячменя, гороха, рапса и так далее можно делать не только крупу и муку для людей, и корма для животных, но также получать крахмал, разные сиропы, и всякие другие натуральные вещества, которые очень нужны в животноводстве и производстве продуктов.
– Я всё равно не очень-то поняла! – призналась Даша. – Но про сиропы – это интересно!..
– Конечно! Теперь посмотри в другую сторону. Отсюда не близко, но видно хорошо. Это корпуса птицефабрики. За ними находится кирпичный завод, а за ним – два карьера. Отсюда их вообще не видно, но они есть! В одном карьере добывают глину, из которой потом делают кирпичи, а в другом – дикий камень, из которого делают фундаменты домов.
– Дикий, страшный камень! – произнесла Даша драматическим голосом.
Папа засмеялся.
– Дикий – потому что природный! – улыбнулся папа. – А вон там, где видны тоже высокие красивые башенки, располагается большой туристический комплекс. С домами отдыха, спортивными площадками, бассейнами и так далее.
Папа замолчал, и посмотрел на дочь многозначительно.
Даша немного подумала и воскликнула:
– А! Вот это всё они сделали?! Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович?!
– Конечно. Только не сами по себе, втроём, а вместе с другими людьми. У них тут большая команда.
– То есть они теперь очень богатые, да?
– Кто?
– Ну, все три богатыря!
– О!.. – воскликнул папа и погрузился в размышления.
«Интересно, почему он задумался?..» – спросила себя Даша. – «Вроде бы я задала очень простой вопрос!»
А папа ещё раз оглядел Андреевку и окрестности, и сказал:
– Ты знаешь, Даша, я думаю, они все теперь очень богатые. И наши три богатыря, и все люди, которые с ними работают. Причём их богатство заключается отнюдь не только в деньгах!
– А в чём ещё?
– Вот об этом тебе лучше спросить самого Илью Николаевича.
– Да-а?.. А он ответит?
– Обязательно!
Папа встряхнул головой и сказал:
– Ну, пора ехать! Отсюда мы до фабрики домчим с ветерком. Но будь осторожна! Не разгоняйся сильно, держись за мной и притормаживай не передним, а задним тормозом!
– Я знаю! – сказала Даша. – Мы же с тобой вместе тренировались!
Они вновь оседлали свои велосипеды и поехали по дороге вниз, к фабрике игрушек.
Глава пятая
Настоящее богатство
Перед фабрикой была большая автостоянка, на которой своих хозяев поджидали всего пять автомобилей. Зато в ячейках у стены фабрики велосипеды самых разных моделей стояли в два ряда, и никаких замков на них не было.
– О! В Андреевке нет велосипедных воришек! – радостно воскликнула Даша.
– Естественно! – кивнул папа. – Хотя, между прочим, здесь летом и зимой полно туристов.
Папа и Даша поставили свои велосипеды в свободные ячейки, и сразу же после этого послышался приближающийся рокот автомобильного двигателя.
Это на автостоянку заехал белый и довольно-таки запыленный «УАЗ-Патриот».
Из автомобиля вышел высокий человек богатырского телосложения в футболке, легких летних брюках, как у папы, и ботинках на толстой подошве. На вид ему было лет сорок-сорок пять, но глаза его сияли молодостью и абсолютной уверенностью в себе.
Хлопнув дверью УАЗа, богатырь подошёл к ним, и, пожимая руку папе, сказал с искренней открытой улыбкой:
– Я очень рад вас видеть, Ярослав Дмитриевич!
– И я вас тоже, Илья Николаевич! – с такой же улыбкой ответил папа. – А это – моя дочь Даша!
«Вот он какой, Илья Муромец!» – с восторгом подумала Даша. – «Только здесь ездит не на лошади, а на машине!..»
Тут Илья Николаевич повернулся к ней, наклонился и сказал, глядя Даше прямо в глаза:
– А вас, глубокоуважаемая Дарья свет Ярославна, я рад видеть в особенности! Здравствуйте!
– Почему в особенности?
– По многим причинам. И прежде всего потому, что вы – дочь своего отца и яркая личность сама по себе! – ответил Илья Николаевич очень серьёзно.
– Ну, это!.. Зачем вы меня смущаете?! – воскликнула Даша, чувствуя, что начинает краснеть.
– Я искренне!
– Давайте тогда лучше мы с вами сразу обменяемся именами дружбы!
– Конечно. С огромным удовольствием!
– Я буду звать вас по имени-отчеству – Илья Николаевич, а вы меня просто по имени – Даша!
– Согласен!
Илья Николаевич бережно пожал Даше ручку своей большой надёжной рукой.
Даша радостно улыбнулась и спросила вполголоса:
– А где остальные?
– Кто?
– Ну, Добрыня Никитич и Алёша Попович?
– Сегодня они очень заняты! – ответил Илья Николаевич, ничуть не удивляясь и тоже вполголоса. – Но, когда придёт время, ты с ними встретишься!
– Оно придёт?
– Обязательно!
– Постепенно или быстро?
– Я думаю, и так, и эдак!
Выпрямившись, Илья Николаевич обменялся с папой понимающим взглядом и предложил:
– Ну, пойдёмте знакомиться с нашей фабрикой. Начнём со склада пиломатериалов, а завершим эту экскурсию в торгово-выставочном зале и музее!
– А мне можно будет поснимать?.. – спросила Даша, хлопая себя по нагрудному карману комбинезона, где у неё был смартфон.
– Конечно! Не только можно, но и нужно! – ответил Илья Николаевич. – Идёмте!
Он решительно зашагал ко входу в фабрику, а папа и Даша поспешили за ним.
Склад пиломатериалов располагался сразу за фабрикой и представлял из себя большое просторное помещение без отопления, со стенами из рифлёного металла и крышей из полупрозрачного пластика.
Даша поразилась многочисленным штабелям толстых досок и бруса разного цвета – от светло-жёлтого до тёмно-коричневого. Ещё тут было много штабелей фанеры разной толщины.
– Двести лет назад, когда наша фабрика начала работать, здесь выпускались только деревянные игрушки, и никакие другие. – пояснил Илья Николаевич. – Ну а когда три года назад мы начали восстанавливать фабрику, то решили не нарушать эту традицию. В основном мы заготавливаем и закупаем древесину дуба, берёзы и сосны, и берёзовую фанеру с определенными свойствами.
– А почему именно их? – спросила Даша.
– Потому что для разных деталей и разных игрушек предназначается разный материал. – объяснил Илья Николаевич. – Сосна – легче всего в обработке, но очень смолистая, приходится с ней повозиться. Берёза твёрдая и не смолистая, а дуб – самый твёрдый, долговечный и пластичный. Но зато и самый дорогой!.. Идёмте дальше.
Они прошли через большой цех первичной распиловки, где рабочие кроили доски, брусья и фанеру на грубые детали для последующей обработки, затем перешли в цеха тонкой отделки, покраски и сушки, затем – в цех окончательной сборки, и уже оттуда вышли на участок упаковки.
– Ой, всякие матрёшечки! Лошадки! Домики! Игрушечная мебель! – радостно завопила Даша, подбегая к рабочим, которые упаковывали готовые игрушки в картонные коробки. Чуть поодаль другие рабочие укладывали эти коробки на поддоны, для отправки в магазины.
Все рабочие заулыбались, когда услышали радостные крики Даши.
Папа с Ильёй Николаевичем тоже переглянулись с улыбками.
– Можно вопрос, Илья Николаевич? – спросила Даша. – Только ответ – на камеру, пожалуйста!
– На камеру?.. Ну, это – смотря какой будет вопрос! – осторожно ответил Илья Николаевич.
– Вопрос будет самый нормальный! И логичный! – торжественно объявила Даша, наставляя на Илью Николаевича камеру смартфона. – Вы тут, значит, сотоварищи, много чего уже сделали, и много чем владеете! Вам нравится быть богатыми?..
Илья Николаевич заморгал глазами и задумался, а краем глаза Даша уловила, что папа усмехнулся и почти незаметно ей кивнул.
– Да уж, Даша! – улыбнулся, наконец, Илья Николаевич. – Вот это вопрос так вопрос! Но почему ты решила спросить меня именно об этом?
– А потому, что я прочитала много сказок разных народов! И во многих из них богачи – это злые, жадные и несчастные люди! Ну, то есть, сами-то они себя считают счастливыми, но потом всё равно выясняется, что они несчастные.
– Я похож на злого, жадного и несчастного? – очень серьёзно спросил Илья Николаевич.
– Нет, вы не похожи. – покачала головой Даша. – И я хочу понять, как это у вас получается! Вот, например, в некоторых сказках злые богачи стараются всё отобрать у бедных. Или у других богачей. Чтобы стать ещё богаче! А вы не отбираете, а дарите, да?..
Илья Николаевич неожиданно громко рассмеялся. Папа тоже заулыбался во весь рот.
– Ну, нет, Даша! Отбирать у других людей то, что они заработали своим трудом – это очень плохо! – сказал опять очень серьёзно Илья Николаевич. – Но дарить просто так людям то, что они не заработали…
– Тоже плохо?..
– Нет, Даша. – покачал головой Илья Николаевич. – Это не плохо. Это очень глупо.
– Подарки – это глупость? – удивилась Даша.
– Нет-нет! – воскликнул Илья Николаевич. – Я хочу, чтобы ты поняла правильно! Подарки вообще – это очень хорошо, прекрасно и приятно! Особенно когда мы их дарим друг другу на праздник, на день рождения или потому, что какие-то люди нам очень нравятся, и мы своими подарками выражаем нашу любовь к ним. Понимаешь?
– Я стараюсь…
– Но, если какие-то люди хотят жить только на подарки, и постоянно требуют подарков от других, они и в самом деле поступают очень плохо, потому что начинают вести себя как лентяи и хитрецы. А поощрять в людях лень и хитрость – это как раз и есть самая большая глупость в жизни. О чём я только что сказал.
– А, теперь ясно!
– Отлично! – обрадовался Илья Николаевич.
Тут Даша вдруг поняла, что вокруг наступила полная тишина. Упаковщики и грузчики перестали работать, и все, как один, смотрели сейчас на своего руководителя. Чуть дальше, у широких дверей упаковочного цеха, столпились рабочие из других цехов, которые на время тоже приостановили работу, и тоже во все глаза смотрели на Илью Николаевича и Дашу.
Все с большим вниманием слушали их диалог.
Илья Николаевич продолжал:
– А теперь о том, что следует считать богатством. Настоящее богатство – это вовсе не одни только заводы, фабрики, карьеры и деньги.
– А что ещё?
– Ну, для меня это, прежде всего, возможность создавать, творить, заниматься любимым делом, добиваться поставленных целей, и того, чтобы люди вокруг меня становились счастливыми. Но не просто так, а в труде!