Ламмендам

Глава 2. Старый дневник.

Ночь опустилась на Ламмендам медленно. Сначала туман поглотил лес. Затем серые облака поднялись выше, обвивая стены замка, словно холодные руки. Башни постепенно исчезли в белой дымке, и только огни факелов на стенах освещали внутренний двор. После ужина замок стал тихим. Слуги разошлись по своим комнатам, а длинные коридоры снова наполнились привычной тишиной. Но Элизабет не могла уснуть. Она сидела у окна своей комнаты. Свеча на столе горела неровно, её пламя дрожало каждый раз, когда по коридору проходил сквозняк. Мысли возвращались к ужину. К словам Виктора. Брак между нашими домами… Она сжала руки. Отец никогда прямо не говорил о своих планах, но теперь всё стало ясно. И всё же её тревожило не только это. Было что-то ещё. Тот звук. Скрип колеса. Она снова услышала его. Тихо. Очень тихо. Где-то далеко в замке. Элизабет замерла. Она прислушалась. Сначала тишина. Затем снова. Скрип. Будто деревянное колесо медленно вращалось по камню. Она резко встала.

– Это невозможно…

Но звук повторился. Теперь уже ближе. Он доносился не снаружи. Он был внутри замка. Элизабет взяла свечу. Пламя дрогнуло. Она открыла дверь и вышла в коридор. Длинный каменный проход был почти тёмным. Лишь редкие факелы освещали стены. Тени от их огня двигались по камню, словно живые. Звук снова повторился. Скрип. Теперь она точно знала, откуда он идёт. Из старой части замка. Туда редко ходили. Когда она была ребёнком, отец запрещал ей спускаться в нижние комнаты. Он говорил, что там слишком сыро и небезопасно. Но сейчас звук доносился именно оттуда. Любопытство оказалось сильнее страха. Она медленно пошла по коридору. Свеча освещала лишь несколько шагов впереди. Каменные стены здесь были старше, чем в жилой части замка. На них виднелись трещины и пятна влаги. Она дошла до старой винтовой лестницы. Звук снова повторился. Скрип. Элизабет медленно начала спускаться. Ступени были холодными и влажными. Воздух становился тяжелее. Наконец лестница закончилась. Перед ней оказался узкий коридор. В конце его была старая деревянная дверь. Она была приоткрыта. Элизабет толкнула её. Дверь скрипнула. Комната внутри оказалась небольшой. Когда-то это, вероятно, была библиотека. На стенах стояли старые шкафы. Некоторые книги лежали прямо на полу. Пыль поднималась в воздух каждый раз, когда она делала шаг. Звук колеса исчез. Словно никогда и не существовал.

– Здесь никого нет…

Она уже собиралась уйти, когда заметила стол в углу комнаты. На нём лежала книга. Толстая. С кожаной обложкой. Странно. Все остальные книги были покрыты пылью. Но эта выглядела так, словно её недавно трогали. Элизабет подошла ближе. На обложке не было названия. Она осторожно открыла её. Это был дневник. Почерк был старым, неровным. Она прочитала первую строку. И почувствовала холод.

3 октября.

Сегодня ночью я снова слышал карету. Она остановилась у ворот, хотя ворота были закрыты. Лошади не издавали ни звука. Но женщина плакала.

Элизабет медленно перевернула страницу. Почерк стал более нервным.

5 октября.

Я видел её. Женщину в белом платье. Она стояла у ручья. Но когда я подошёл ближе, воды в ручье стало больше. Будто она текла из её платья.

Свеча в руке Элизабет задрожала. Она перевернула ещё одну страницу. Последняя запись была короткой.

8 октября.

Она снова пришла. И теперь я знаю. Карета возвращается не за мной. Она возвращается за тем, кто предал её.

В этот момент в коридоре за дверью раздался звук шагов. Медленных. Тяжёлых. Кто-то спускался по лестнице. Свеча в руке Элизабет почти погасла. И шаги становились всё ближе.

Шаги остановились. Элизабет замерла. Свеча в её руке дрожала так сильно, что капли воска падали на старый деревянный стол. Несколько секунд она стояла неподвижно, слушая. Но в коридоре снова воцарилась тишина. Ни шагов. Ни дыхания. Ничего. Она медленно подошла к двери и выглянула наружу. Узкий каменный коридор был ПУСТ. Тени от факелов лежали на стенах неподвижно. Элизабет глубоко вдохнула.

– Мне просто показалось…

Но теперь возвращаться в комнату ей не хотелось. Слова из дневника не выходили из головы. Она стояла у ручья… Элизабет знала этот ручей. Он находился в лесу, совсем недалеко от замка. Там, где когда-то они с Адрианом проводили летние дни. Мысль пришла внезапно. И показалась странно настойчивой. Она должна была проверить. Сама не понимая почему. Через несколько минут Элизабет уже шла по внутреннему двору. Ночь была холодной. Туман стал гуще. Факелы у ворот едва освещали дорогу. Старый привратник дремал в сторожке и не заметил, как она тихо открыла боковую калитку. Лес встретил её влажным холодом. Ветви деревьев качались над головой, тихо скрип. Туман лежал между стволами густыми слоями. Иногда казалось, что он движется сам по себе. Элизабет шла осторожно. Знакомая тропа вела вниз по склону. Каждый шаг отдавался в тишине слишком громко. Вскоре она услышала воду. Тихий журчащий звук. Ручей был рядом. Она вышла к небольшой поляне. Лунный свет едва пробивался через туман. Ручей блестел между камнями. Всё было так же, как в её детстве. Но что-то изменилось. Воздух стал холоднее. Слишком холодным для летней ночи. Элизабет сделала ещё один шаг. И вдруг остановилась. На другом берегу ручья стояла фигура. Женщина. Она была неподвижно. Её длинное платье казалось почти прозрачным в тумане. Белая ткань слегка колыхалась, хотя ветра не было. Элизабет почувствовала, как её сердце остановилось на мгновение.

– Кто…?

Фигура медленно повернула голову. Лицо было бледным. Почти неестественно бледным. Её волосы были тёмными и влажными, будто она только что вышла из воды. Но самое странное было в её глазах. Они смотрели прямо на Элизабет. С тоской. С болью. И с чем-то ещё. Словно она пыталась что-то сказать. Элизабет не могла пошевелиться. Холод прошёл по её рукам. Вода в ручье вдруг начала двигаться быстрее. Течение стало сильнее. Фигура медленно подняла руку. Пальцы были тонкими и почти прозрачными. Она указала вниз. На воду. Элизабет посмотрела. И увидела это. В воде отражалось небо. Деревья. Но фигуры женщины в воде не было. Элизабет резко подняла голову. Женщина всё ещё стояла там. Но в следующий момент туман вдруг поднялся между ними. Когда он рассеялся – берег был пуст. Только вода в ручье всё ещё двигалась странно быстро. Будто что-то только что вошло в неё. Элизабет медленно сделала шаг назад. И в этот момент из леса за её спиной раздался голос.

– Вы не должны были приходить сюда ночью.

Она резко обернулась. Из тумана вышел человек. Высокая тёмная фигура. Это был Виктор. Он смотрел на неё внимательно. И слишком спокойно.

– В этом лесу, – тихо сказал он, – иногда можно увидеть вещи, которые лучше оставить в прошлом. Он перевёл взгляд на ручей. И на мгновение его лицо стало странно серьёзным.

– Особенно возле воды.

Элизабет почувствовала, как холод снова пробежал по её спине.

– Вы знали, что я здесь?

Виктор слегка улыбнулся.

– Я знаю этот лес очень хорошо.

Он сделал шаг ближе.

– Гораздо лучше, чем вы думаете.

Где-то далеко в тумане вдруг снова прозвучал звук. Скрип колеса. Тихий. Будто по дороге через лес медленно ехала карета. Виктор медленно повернул голову в сторону звука. И тихо сказал:

– Видите?

Он посмотрел на неё.

– Ночь в Ламмендаме иногда любит напоминать о старых историях.

Некоторое время они стояли молча. Туман медленно двигался между деревьями, будто живой. Лунный свет едва касался поверхности ручья, превращая воду в узкую серебряную ленту. Элизабет всё ещё чувствовала холод.

– Вы видели её? – тихо спросила она.

Виктор не ответил сразу. Он смотрел на воду. Долго. Слишком долго. Наконец он произнёс:

– В этих местах люди часто видят то, что хотят увидеть.

Его голос звучал спокойно. Но в этой спокойной интонации было что-то странное. Словно он говорил о вещи, которая была ему давно известна. Элизабет покачала головой.

– Нет. Это было не воображение.

Она снова посмотрела на противоположный берег. Там всё ещё лежал туман. Но фигуры больше не было.

– Она стояла прямо там.

Виктор медленно перевёл взгляд на указанное место. На мгновение его лицо стало серьёзным. Почти напряжённым.

– Иногда туман играет с глазами, – сказал он.

Но затем он добавил тихо:

– Особенно возле воды.

Элизабет внимательно посмотрела на него.

– Вы говорите так, будто уже слышали об этом.

Он слегка улыбнулся.

– В деревне любят рассказывать старые истории.

Она почувствовала, что он чего-то не договаривает.

– О карете?

Его взгляд снова вернулся к ней.

– Так вы тоже слышали её.

Это был не вопрос. Скорее утверждение. Ветер прошёл между деревьями. Листья тихо зашуршали. Элизабет вдруг поняла, насколько далеко от замка они находятся. Туман вокруг стал гуще. Лес казался бесконечным.

– Нам лучше вернуться, – сказал Виктор.

– Уже поздно.

Он повернулся и пошёл по тропе к замку. Некоторое время Элизабет стояла неподвижно. Она снова посмотрела на ручей. Вода текла спокойно. Но на мгновение ей показалось, что под поверхностью воды что-то движется. Будто белая ткань медленно скользит по дну. Она резко отвернулась. И поспешила за Виктором. Когда они поднялись к воротам замка, туман стал ещё гуще. Факелы у стены горели тускло. Огонь почти не освещал двор. Привратник всё ещё спал. Виктор остановился у ворот.

– Фройляйн ван дер Меер.

Она повернулась.

– Да?

Он смотрел на неё внимательно.

– Если вы снова услышите карету ночью…

Он сделал паузу.

– Лучше не выходите из замка.

– Почему?

Его улыбка стала почти незаметной.

– Потому что иногда прошлое предпочитает оставаться в тумане.

Он слегка поклонился и направился к западному крылу замка. Элизабет смотрела ему вслед. В этот момент где-то в лесу снова раздался звук. Скрип колеса. На этот раз ближе. Она подняла голову. Туман у дороги медленно раздвинулся. На мгновение ей показалось, что между деревьями движется тёмная тень. Длинная. Похожая на карету. Но затем туман снова сомкнулся. И дорога исчезла. Элизабет не сразу пошла в свою комнату. Она поднялась по лестнице на старую галерею, где узкие окна выходили прямо на лес. Туман теперь полностью заполнил долину. Лес почти исчез. Лишь верхушки деревьев торчали из белой мглы. Она долго смотрела туда. И вдруг увидела свет. Слабый. Жёлтый. Он двигался между деревьями. Очень медленно. Словно фонарь. Словно кто-то ехал по дороге через лес. Но дороги там не было. Свет приблизился. На мгновение она ясно услышала звук. Колёса. Медленные. Тяжёлые. Элизабет отступила от окна. Сердце билось слишком быстро. Она закрыла ставни. Но звук всё ещё слышался. Скрип. Скрип. Скрип. И в эту ночь в Ламмендаме никто не видел карету. Но несколько человек слышали её. И каждый из них позже клялся, что звук исходил прямо из тумана у старой дороги.