Здоровый дошкольник. Нетрадиционные подходы в организации физкультурной и оздоровительно-воспитательной работы в детском саду

В самом по себе этом нет ничего плохого. Сомнение вызывает другое: то, как двигательные умения и навыки оформляются в традиционном содержании физического воспитания, какими средствами и какой ценой достигается их прочное усвоение. Можно прийти к выводу, что сложившаяся система физического воспитания не обеспечивает в должной мере ни двигательного, ни, тем более, общего психофизиологического развития дошкольников. Как то, так и другое протекает стихийно – вне и помимо специально организованного педагогического процесса в общеразвивающих детских садах.

Постепенный моторный тренаж составляет неотъемлемую (и, пожалуй, самодовлеющую) часть физкультурно-оздоровительной работы и в санаторном туберкулезном детском саду. Здесь он во многом «оправдывается» необходимостью более тщательного соблюдения режима, строгого дозирования физических нагрузок. Однако это справедливое требование нередко оборачивается запретом на любое содержательное обогащение двигательной деятельности детей, на придание ей новых форм, отличных от принятых, что уже никак нельзя признать корректным. Больше того, это отрицательно сказывается на непосредственных результатах ОВР.

Такой подход к организации двигательной активности ослабленных детей в санаторном туберкулезном детском саду вполне отвечает духу господствующей там компенсаторно-реабилитационной «парадигмы» ОВР с ослабленными детьми. В ее русле минимизация и дозирование нагрузок приводит к симплификации двигательных возможностей детей.

По нашему мнению, сегодня возникает необходимость в смене этой традиционной «парадигмы» на развивающую. Задачи компенсации и реабилитации при этом не снимаются, а решаются в более широком гуманитарном контексте (см. выше). Ребенок из объекта медико- педагогических воздействий превращается в субъекта своего оздоровления, которое выступает одной из линий его нормального развития. Практика оздоровления становится практикой самоизменения ребенка, где задачи оздоровления, воспитания и развития совпадают друг с другом. Освоение заданных взрослыми (медиками, педагогами) средств оздоровления определяет возможность овладения ребенком собственной психосоматической целостностью.

«В доступной форме ребенок с самого начала должен осмыслить, что его собственное тело и телесные движения не являются некоторой готовой данностью. Они должны стать для него особым объектом освоения, преобразования, познания и оценки. Необходимо, чтобы мир движений открывался детям как особая „необыденная“ действительность, как специфическая „культура“, к которой еще только предстоит приобщиться, как terra incognita, которая еще только ждет своих исследователей. Движение должно носить для ребенка характер „чудесного“ события». Это позволит разорвать порочный круг психосоматических стереотипов, порожденных перенесенной болезнью.

Таким образом, содержание и формы ОВР должны быть выстроены таким образом, чтобы ребенок изначально мог активно самоопределяться в них.

На программно-технологическом уровне в рамках предложенной нами модели ОВР с ослабленными детьми мы стремились выполнить данные требования. Для этого мы модифицировали Программу развития двигательной активности и оздоровительной работы с дошкольниками, созданную В. Т. Кудрявцевым, и апробировали ее модифицированный вариант в старшей и подготовительной группах санаторного туберкулезного детского сада (с учетом состояния здоровья и индивидуальных особенностей ослабленных детей, прочих параметров). В настоящей главе в качестве примеров мы будем приводить преимущественно иллюстрации из области работы по этой программе (за исключением специально оговоренных случаев). Полный текст ее модифицированного варианта представлен в Приложении – №1.

Его использование потребовало создания ряда психолого-педагогических условий, которые были спроектированы в соответствии с предлагаемой моделью ОВР в санаторном туберкулезном детском саду.

Первое условие – обогащение творческого потенциала детей, прежде всего — возможностей их воображения.

Психосоматическое развитие ребенка в ходе организованного воспитания и оздоровления должно разворачиваться как процесс проблематизации, творческого преобразования обыденного двигательного опыта ребенка и его эталонов (традиционная (не развивающая) система физического воспитания лишь дублирует и педагогически «закрепляет» этот опыт и эти эталоны).

Иными словами, двигательные эталоны, включая и эталоны основных видов движений, изначально задаются нами не в готовом виде, а в проблемной форме. При этом педагог фиксирует внимание детей на противоречиях и парадоксах, присущих движению как таковому. Игровое экспериментирование с возможностями собственного тела при построении тех или иных движений позволяет детям разрешать возникшие проблемы.

Проблематизация обыденных психомоторных эталонов может протекать в форме инверсии – создания педагогом и детьми своеобразных двигательных «перевертышей». На этом, например, строится подвижная игра «Обезьянки» (подготовительная группа). В ней дети вначале изображают послушных обезьянок, которые очень старательно копируют демонстрируемые педагогом движения. Но вот обезьянки «устают» и становятся «непослушными». Они больше «не хотят» выполнять движения по заданному образцу. Дети самостоятельно придумывают и выполняют совершенно другие движения, причем, любые. Далее задача усложняется. Педагог предлагает своим воспитанникам не просто поиграть в игру «в непослушание», когда можно придумывать (выполнять) любые движения, лишь бы они отличались от «эталонных». Он организует своего рода «игру в непослушание» с правилами: движения детей должны носить противоположный характер по отношению к тем, что демонстрирует взрослый. Это и есть один из способов создания двигательных «перевертышей». Например, педагог поднимает руки вверх, а дети опускают их вниз; педагог разводит руки в стороны, а дети соединяют их вместе и т. д. В зависимости от ситуации задания могут значительно варьироваться и усложняться. Наконец, работая в парах, дети сами создают друг для друга различные варианты двигательных «перевертышей».

Благодаря такой схеме построения работы ребенок не только прочнее усваивает заданные двигательные эталоны, но и на доступном для себя уровне осмысливает источники их происхождения и границы их применимости. В этом состоит развивающее значение инверсионных действий в общем и целом.

Применяя «перевертыши» в физическом воспитании дошкольников, нужно учитывать следующее обстоятельство. Для того чтобы осмыслить, тем более самостоятельно создать двигательный «перевертыш», ребенок уже должен быть как-то «продвинутым» в усвоении образца. В противном случае инвертирование утрачивает свой смысл: если двигательный эталон никак не представлен ребенку, то нечего и инвертировать.

Но существует и противоположная крайность, иногда наблюдающаяся в практике физического воспитания. Сначала на одних занятиях педагоги жестко задают детям определенную систему эталонов тех или иных умений, пытаются добиться их прочного усвоения, а затем на других занятиях начинают «расшатывать» эти эталоны, варьируя условия и ситуации их применения последних. Однако изначально жестко заданный и усвоенный эталон едва ли может быть творчески применен в будущем к нестандартным ситуациям (условиям). Отсюда и многочисленные трудности, которые часто наблюдаются при попытках подобного применения (вплоть до распада деятельности ребенка). Тем более это касается ослабленных детей, для которых такие трудности зачастую оказываются стрессогенными, фрустрирующими и зачастую непреодолимыми.

С педагогической точки зрения более трудоемким (на первых порах), но в итоге оправдывающим себя представляется другой путь. Проблематизация, инверсия, творческое преобразование двигательного эталона (в том числе через его инверсию) осуществляется на тех этапах, когда еще не достигнуто его «прочного» усвоения, хотя ребенок уже обладает известным опытом выполнения данного движения по образцу. Но это должно быть именно формирующееся, пребывающее в становлении, а вовсе не закостеневшее умение. Поэтому желательно, чтобы «первое знакомство» детей с вводимым образцом и его творческое изменение протекало в пределах одного занятия. Ребенку это должно быть представлено как целостный акт-событие. Другими словами, детям с самого начала необходимо увидеть целое раньше частей, что и является ведущей функцией творческого воображения.

В ходе постановки и решения различных двигательных проблем у дошкольников интенсивно формируется двигательное воображение – основа творческой, осмысленной, по А. В. Запорожцу, моторики.

Конечно, в повседневной жизни ребенка имеют место самые разнообразные формы творческой двигательной активности. В числе примеров можно назвать самостоятельное создание детьми вариантов известных движений, комбинацию элементов этих движений в новые сочетания и т. п. В дошкольном детстве у ребенка стихийно складывается определенный опыт двигательного творчества.

Разумеется, репертуар аналогичных движений у ребенка практически безграничен. Именно они образуют содержание накапливаемого им опыта двигательного творчества.

Однако в силу своей стихийности этот опыт не закрепляется в виде устойчивых психомоторных характеристик, которые лежат в фундаменте общей двигательной умелости ребенка. Среди таких характеристик центральное место занимает двигательное воображение.

Двигательное воображение выполняет функцию переконструирования и достраивания тех исходных сенсомоторных образов, в которых отражаются подвижные состояния тела ребенка. Наряду с этим оно связывает разнородные группы движений (простейший пример: взмахи рук и бег при изображении полета птицы в подвижной игре) и отдельные движения в единый динамичный двигательный ансамбль, придает им целостный смысл в неординарных двигательных ситуациях. Такие связки могут носить противоречивый и даже парадоксальный характер (например, на бегу ребенок должен попасть мячом в мишень), что, однако, не разрушает смысловой целостности движений, которая задана их общей творческой направленностью.

Развитая способность к построению подобных «связок» служит проявлением двигательной «находчивости» (Н. А. Бернштейн). В этой «находчивости» проявляется сила двигательного воображение ребенка, перешедшая в план реального умения.

В настоящее время В. Т. Кудрявцевым и его сотрудниками определены самые разнообразные средства развития двигательного воображения, ряд из которых мы использовали в работе с ослабленными детьми. Так, его развитию способствуют специальные игровые задания, выполняя которые ребенок должен преодолеть стереотип действия (движения) с данным предметом (старшая группа). При этом дети придумывают новые способы применения предметов физкультурного инвентаря. Скажем, если этим предметом является мяч, то они пытаются «рисовать» им невидимые контуры различных вещей (цветка, звезды, самолета и др.), раскручивать его на полу, словно волчок, раскачиваться на нем как на качелях, пронести его на голове вместо шляпы и др. (Т. С. Яковлева, Е. А. Сагайдачная).

Эффективным средством развития двигательного воображения выступают подвижные игры, хотя их использование в санаторном туберкулезном детском саду имеет ряд ограничений, прежде всего, физиолого-гигиенического характера.

Подвижные игры давно и прочно вошли в практический обиход дошкольного воспитания. Однако в свете его традиционных приоритетов они нередко утрачивают свой развивающий потенциал, превращаясь лишь в изощренный способ «моторного натаскивания» детей. Под углом задачи развития двигательного воображения необходим иной подход к отбору и модификации подвижных игр.

Это развитие совершается лишь в том случае, если в процессе развертывания подвижных игр систематически создаются «ситуации разрыва» двигательной деятельности детей, которые нарушают ее привычное течение. В таких ситуациях ребенок сталкивается с необходимостью оперативно перестраивать образы, соответствующие первоначально принятой игровой роли, а в некоторых случаях создавать новые. Поясним это на примере из работы в подготовительной группе. Предположим, один ребенок изображает бегущего зайца, а другой – преследующего зайца волка. Но в какой-то момент заяц неожиданно превращается в охотника, который начинает преследовать волка. Тогда волк становится неподвижным деревом, а охотник «в ответ» на это – птицей, которая садится не дерево. Затем дерево превращается в болото, стремящееся поглотить птицу, и ей ничего не остается делать, как стать лягушкой. В ткань двигательно-игровой деятельности детей тем самым вплетается динамичный процесс образного развития, изнутри направляющий ее собственный ход. Полноценное осуществление этой деятельности требует от ребенка творческих усилий.

В ее рамках движение одного ребенка становится внутренним условием построения движения другим ребенком. Это позволяет добиваться эффекта содержательной совместности действий детей на занятиях физической культурой. Мы сказали – содержательной, т.к. в традиционной практике эта совместность носит по преимуществу формальный характер: движения одних детей не обладают развивающим смыслом по отношению к движению других, в этом попросту нет необходимости. В ситуации «моторного тренажа» педагог является единственным носителем «эталонного» движения, внешнюю форму которого и пытается скопировать ребенок. Для этого не нужно ни совместности, ни общения, ни диалога. Призывы педагога типа: «Посмотри, как это упражнение делает Маша (Петя, Саша и т.д.)» остаются не более чем «ритуальными» приговариваниями – дети не видят и не чувствуют друг друга. И, наоборот, у одного ребенка возникает стремление ориентироваться на действия другого в условиях совместного решения творческой двигательно-игровой задачи.

Подчеркнем, что перед традиционной практикой физического воспитания названные задачи попросту не стоят, ее приоритеты – иные (см. выше). В итоге дети не выделяют себя и свои действия из неоформленного «потока» собственной двигательной активности. Они не способны увидеть как бы извне, со стороны, «глазами другого человека», что и как они делают (а это и есть главнейшая функция воображения – В. Т. Кудрявцев). В равной степени дети «замыкаются на себе», оставаясь «безразличными» к тому, как строятся и выполняются движения их сверстниками. Они ориентируются лишь на задаваемый педагогом внешний предметный образец, из которого выхолащиваются все характеристики живого формирующегося человеческого движения.

Второе условие – развитие осмысленности, эмоциональной регуляции и произвольности движений и действий (на специальных занятиях и вне их).

Двигательное воображение обеспечивает одушевление (и одухотворение) детских движений, что, как показал А. В. Запорожец, делает их по-настоящему управляемыми. Это, в частности, значит, что ключ к формированию воли и произвольного внимания – психических функций, которые всегда выступали на передний план в физическом воспитании детей, следует искать в сфере развития двигательного воображения.

Проблема подлинного управления движениями является фактически неразрешимой для традиционной педагогической практики. Согласно А. В. Запорожцу, движение, прежде чем превратиться в управляемое, должно стать ощущаемым. Между фазами практической ориентировки в предметной ситуации и произвольного исполнения движения «вклинивается» особое промежуточное звено. Это обобщенный образ ситуации и потенциальных траекторий действования в ней в соотнесении с собственными двигательными возможностями ребенка.

Данное звено как раз и «опускается» традиционной практикой, которая при формировании движений исповедует принцип «управляемости без ощущаемости». Детское движение еще не успело претерпеть необходимый процесс развития, включающий в себя и построение указанного образа, а его уже пытаются форсированно автоматизировать через «моторный тренаж».

Один из путей формирования произвольности движений на основе развития двигательного воображения: выработка у ребенка отношения к собственному движению и выполняющему его органу как к особому субъекту, самостоятельному действующему началу. Этот методический ход «подсказывают» положения работ Н. А. Бернштейна, А. В. Запорожца, В. П. Зинченко, С. В. Дмитриева, Д. Д. Донского и С. В. Дмитриева, В. Т. Кудрявцева и Б. Б. Егорова).

Предположим, ребенок испытывает существенные трудности при выполнении определенных движений, например, при подбрасывании мячика одной рукой и попытке его поймать – другой. «Не получается? Ничего страшного, – говорит ему педагог. – Ты пока немножко отдохни, а руки пусть поработают вместо тебя. Ты только наблюдай за ними. Какие они умелые, ловкие! Похвали их, погладь. Они могут и тебя научить так здорово подбрасывать и ловить мячик…» (старшая группа).

Таким образом, ребенок в условном плане как бы вводится в зону ближайшего развития своих собственных двигательных возможностей. Но такое условное введение сравнительно быстро начинает способствовать изменению целостного психосоматического состояния ребенка, в результате чего заметно повышается уровень этих возможностей.

Формирование произвольности движений ребенка тесно связано с развитием их эмоциональной регуляции. Это задача не может быть решена лишь путем создания внешней атмосферы радости, бодрости и т. п. при выполнении детьми тех или иных движений. Наш опыт ОВР с ослабленными туберкулезной интоксикацией детьми показывает, что во многих случаях этот традиционный прием просто «не срабатывает».

Для того чтобы превратиться в произвольное, движение должно стать ощущаемым и эмоционально переживаемым. Для этого необходимо выразительное оформление не только внешних условий построения (выполнения) движения, но прежде всего его «внутренней картины» (А. В. Запорожец).

Этого эффекта можно добиться через выделение в движении его смысловой компоненты, в частности – через игровое выполнение движения. Например, выполнение упражнений в таком основном виде движений, как ходьба, требует от детей выражения определенного внутреннего состояния и настроения – ребенок изображает уверенную походку, усталую походку, бодрую походку и т. д. (старшая группа). При этом педагог обращает внимание детей на походку как на выразительный компонент ходьбы, постепенно создавая у них представление о красивой походке. Этим предваряется работа по совершенствованию технических навыков ходьбы. Аналогичную цель преследует игровое упражнение на координацию движений ног и рук «Марионетки» (старшая группа). Выполняя его, ребенок «управляет» движением ног (вперед, назад, в стороны и т.д.) и руками посредством невидимых воображаемых ниточек, которые привязаны к коленкам. В нашей работе с ослабленными детьми применяется целая серия подобных упражнений и игр.

Третье условие – создание и закрепление целостного позитивного психосоматического состояния при выполнении различных видов деятельности.

Это условие достигается благодаря полифункциональности развивающих форм ОВР, которые мы рекомендуем применять в санаторном туберкулезном детском саду.

Например, на нефизкультурных занятиях в старшей и подготовительной группах нами используется игровое упражнение «Лепим умелую и уверенную руку». Ребенку предлагается побывать в роли скульптора, который воплощает в материале свои представления о таких человеческих качествах, как умелость и уверенность. «Материалом» же является рука самого ребенка (правая или левая соответственно для правшей и левшей). Другая рука выполняет «ваятельские» функции.

«Ваятель» разминает глину, добиваясь пластичности «материала» (руки). Затем, работая с каждым пальцем (разминая, разглаживая его), он придает ему особый «характер». Большой палец должен быть сильным, добрым, выступающим основой и опорой для всех остальных (это «папа»). Указательный палец – строгий, следящий за порядком, контролирующий (это «мама»). Средний палец – главный помощник родителей – «старший брат». Безымянный палец – кроткая, немногословная, но очень трудолюбивая «сестричка». Мизинец – маленький помощник всех остальных членов семьи, хотя иногда довольно непослушный (это «младший братик»).

Только такая крепкая семья может решать сложные задачи, уверенно преодолевать возникающие при этом трудности. После того как «скульптор» поработал с пальчиками, он оценивает свое «творение» в целом (ощупывает, поглаживает не только пальцы, но и ладошку, тыльную сторону руки и др.).

Данное упражнение одновременно способствует развитию осмысленной моторики мелких мышц руки, воображения, уверенности в себе в ходе решения каких-либо новых задач, созданию положительного эмоционального настроя, эмпатии, чувства психологической защищенности (благодаря актуализации «семейного контекста») и вместе с тем активизации БАТК (биологически активных точек кожи), расположенных на руке путем ее своеобразного массажа, психомоторной релаксации и т. д. Его рекомендуется применять на занятиях по изобразительной деятельности, конструированию, при обучении игре на музыкальных инструментах, овладении элементарными навыками письма преимущественно в тех случаях, когда детям для усвоения предлагается новый материал.

Четвертое условие – формирование осознания значимости и уникальности своих и чужих психических и физических возможностей.

В соответствии с рекомендациями В. Т. Кудрявцева, это осуществляется путем создания у детей ориентировки на смысловые, выразительные характеристикам движений, на творческий характер их построения при выполнении парных и групповых упражнений.