- -
- 100%
- +
Нет, о чем я только думаю. Почему я должна умирать? Я не хочу. Я хочу жить. Я не обязана защищать и спасать их. Все они ненавидели Терию. Они не хотели понять ее. И они не хотят понять меня. Так с какой стати я должна понять их? Почему я должна жертвовать собой? Я не буду этого делать. Пусть они там все погибнут. Мне все равно. Я останусь здесь и буду жить так, как сама захочу.
Я никак не могла заснуть. Поэтому я решила спуститься вниз. Я зашла в гостиную и не включая свет легла на диван. Сон никак не шел. Я ворочалась долгое время, потом не выдержав, села на диване. Откинув голову на спинку дивана, я снова попыталась уснуть. Но все был напрасно. Что это такое?! Почему я не могу уснуть?
Кажется, у Терии что-то похожее было. В голову начали приходить некоторые воспоминания. И тут я поняла. Я вспомнила название того, что так мешало мне заснуть. Это была совесть. Да ладно? Неужели мне совестно? Но почему?
Ответа не появлялось в моей голове. Никогда раньше меня не мучила совесть так сильно и явно. Это было впервые. Многое со мной происходила впервые. Я понемногу начала засыпать, но холод никак не давал нормально поспать, и я то и дело просыпалась, и снова засыпала. Это была настоящая пытка, но подняться наверх и лечь в теплую мягкую кровать, было лень, поэтому я терпела. Но через некоторое время моих пыток, вдруг на меня снизошло чудо – стало так приятно и тепло, что я уже окончательно уснула. Уже поздним утром я с трудом смогла заставить себя проснуться и то только из-за того, что меня принудил к этому желудок, яростно завывший ощутив отменный аромат, по-видимому, очень вкусного завтрака. С трудом разлепив глаза, я вдруг поняла, почему же мне было так тепло и приятно. Видимо Дамиан сжалился надо мной и накрыл теплым одеялом, которое теперь не хотело выпускать меня из своих нежных объятий. Но кушать очень хотелось, поэтому поборовшись с крепкими объятиями одеяла и одержав над ним победу, мне все-таки удалось подняться и отправиться на кухню. Дамиан уже все приготовил и уже расставлял приборы на столе.
– Ты уже проснулась? А я уже хотел пойти тебя будить.
– Как здорово! Блинчики! Как я их обожаю! – я быстро направилась к стулу, но Дамиан меня остановил рукой.
– Подожди. – сказал он. – А ты умылась? Руки помыла?
Я поняла, что обмануть я его не смогу, поэтому с грустным лицом отправилась наверх. Умывшись и переодевшись, уже с улыбкой на лице, я спустилась вниз, где меня ждали теплые блинчики со сливками и вареньем.
– Ну что? Ты решила? – неожиданно нарушил тишину Дамиан.
– Что решила? – я была в полном недоумении.
– Ты поможешь этой статуе? – ах, так вот о чем он спрашивал, а то я подумала, что он хочет, чтобы я вернулась обратно в свой мир.
– Я думала, долго думала об этом. Но еще не решила. Я думаю мне нужно больше времени. Мне нужно все тщательно взвесить для начала. Потом я уже приму решение.
– Хорошо.
– А вы пойдете со мной?
– Нет, мне и одного раза достаточно. Ты уже поела?
– Да, спасибо за завтрак. Было очень вкусно.
– Ну раз тебе так понравился завтрак, то посуду сама помоешь. А то я немного устал.
– Хорошо. – ответила я Дамиану, который уже встал и направился в сторону гостиной.
Справившись со своим заданием, я последовала за Дамианом. Он сидел в кресле и сжимал в руках дневник Терии. Он даже его не открыл, просто сидел и смотрела на закрытую книгу, на обложку, словно пытаясь увидеть сквозь нее. Но тут он заметил меня и прервал свое созерцание книгой.
– Ты уже закончила? – спросил он, посмотрев на меня.
– Да. Будем сегодня читать?
– Да.
– Вы уверены?
– Да, я очень хочу узнать, что она еще написала в нем, чем еще так хотела поделиться.
– Хорошо. – я протянула руку навстречу Дамиану и забрала из его рук книгу. Затем я устроилась на ковре возле кресла Дамиана и открыла книгу на том месте, где остановилась в прошлый раз. Несколько минут я молчала, не решаясь начать. Может я переживала за Дамиана, а может за себя. Я не знаю. Но потом я все-таки начала.
«Как ни странно, но мне стало легче. Мне стало легче, ведь у меня появился друг. Странно звучит, очень странно и даже невероятно. Но у меня действительно появился друг.
С последней записи прошло очень много лет. Я привыкла к заданиям, которые мне дают время от времени. Если бы не Азарий, мне бы сложно было все это выдержать и привыкнуть. А еще Азарий помог мне принять себя. Азарий верит в меня, несмотря на то, что я сама в себя не верю. Он молодец. Он не побоялся стать моим ангелом-хранителем. Он пытается меня поддерживать, как может. Это он мне обо всем рассказал. И как только ангел может верить и поддерживать такое существо как я? Я очень хочу не подвести его. Но я понимаю, что это невозможно.
Азарий, я знаю, что ты меня слышишь, я знаю, что ты наблюдаешь за мной. Я бы никогда не смогла бы сказать тебе такое напрямую. Именно поэтому я пишу то, что хочу сказать тебе, здесь, в книге. Ты все равно услышишь это. Азарий, спасибо тебе. Спасибо тебе за все. Я постараюсь, я обещаю.»
– Кажется, я помню Азария. Он был очень важен для Терии. Она его очень сильно уважала. – сама не знаю почему, начала я говорить.
– Да, я тоже его помню. – неожиданно сказал Дамиана.
– Вы его видели? – удивленно спросила я его.
– Да. Я его не только видел, я с ним разговаривал. Думаю, я бы испугался и сбежал, если бы Азарий вовремя со мной не поговорил. Он рассказал мне о том, кто такая Терия, о ее семье и о том, что произошло в ее жизни и что может произойти, если я не помогу ей. Благодаря ему, я смог ей помочь.
– Ухты. Хотела бы я иметь такого ангела-хранителя.
– А у тебя его нет?
– Я не знаю. По крайней мере, я не встречала его, даже если он у меня и есть.
– Я думал, что у всех есть ангелы-хранители.
– Я не знаю, может быть и так. Я вообще очень мало еще знаю. Мне продолжить? – я хотела немного сменить тему. Наверное, мне неприятно было думать о том, что у меня, возможно, нет того, кто мог бы также как и Азарий помочь мне и защитить.
– Да. Почитай мне еще немного. – ответил Дамиан.
« У меня никогда не получится спасти мир. Я лишь надеюсь на то, что он никогда не появится в моей жизни. Я видела его. Недавно мне было видение о нем. Впервые за мою жизнь я видела будущее. Видимо мои способности имеют возможность развиваться. Раньше у меня не было такой способности. И теперь, когда я его увидела, я боюсь. Я не знаю, когда это произойдет. Может быть, я встречу его завтра, а может через несколько десятилетий. Но я надеюсь, что я не увижу его никогда.
Я не хочу ничего чувствовать. И я ничего не чувствовала, пока не увидела его. В тот момент, когда он появился в моем видении, я чуть не задохнулась. Видение длилось всего секунду. Но чувства что нахлынули, были словно русло очень сильной и быстрой реки. Слишком много чувств за столь короткое время. И пусть они все исчезли через секунду, вместо них появилось другое. Это был страх. Страх, что когда-нибудь эти чувства вернуться вновь. И самое ужасное, что они точно вернутся. Они вернутся, когда я его встречу. В тот момент мне еще сильнее захотелось умереть, чтобы не встречать его.
Почему я должна спасать этот мир? Почему именно я? Я не хочу. Я просто хочу умиротворения. Я не хочу убивать. Я хочу быть хорошей. Но я не могу.
Пожалуйста, никогда не появляйся в моем мире. Прошу тебя.»
На последнем слове я замерла. До меня все так долго доходит. Я только на последней фразе поняла, о ком писала Терия. Медленно переместив свой взгляд с книги на Дамиана, я нашла его в глубоком раздумье. Он не был печален, нет. Но и радостно ему быть не могло. Просто эти слова заставили его глубоко задуматься.
Вдруг меня заполонили чувства. Я была слишком не готова к этому, поэтому не смогла справиться с нахлынувшими эмоциями, поэтому им удалось переполнить меня и завладеть моим разумом и состоянием. Я словно очутилась там, в тот момент, когда она писала это. Точнее когда я писала это письмо. Я ощутила слезы на своих щеках. Стало еще страшнее от того, что я плачу из-за какого-то мальчишки. Как же так? Почему я его боюсь? Вдохнув поглубже и медленно выдохнув, я постаралась успокоиться и отбросить эти страхи. Все-таки это еще не точно. Может быть, мы с ним никогда не встретимся. Так чего я тогда боюсь?
Но ведь я хочу, чтобы он появился. Я очень этого хочу. Он моя единственная возможность перестать мучиться, обрести покой, спастись от этого вечного сумасшествия. Он моя единственная возможность умереть.
И все равно. Все равно я боюсь. Да, я хочу умереть. Но я боюсь. Почему? А может, я просто боюсь привязаться? Нет, я боюсь, что он умрет вместо меня, и я снова останусь одна. Если это случиться, я могу не вынести этого одиночества.
– Амали! – я услышала голос, но я ведь Терия, а не Амали.
– Амали! – вновь повторился зов. – Амали, очнись! Что с тобой?
Я открыла глаза и увидела перед собой лицо Дамиана на фоне потолка. Я лежала на полу, а он обеспокоено смотрел на меня, держа за плечи.
– Тебе плохо? Что случилось? Поему ты плачешь? – посыпались на меня вопросы. Я плачу? Но я не плакала, я это точно помню. Я дотронулась рукой до своей щеки – она была мокрая от слез. Видимо, я не просто плакала, я ревела.
– Почему я на полу?
– Ты потеряла сознание и упала. Хорошо, что ты сидела на полу и не сильно ударилась. А потом ты просто начала плакать и что-то бормотать.
– Кажется, только что у меня было видение. Видение того момента, когда она писала это. Видимо, у меня очень сильная с ней связь.
– Ей было тяжело, ведь так?
– Да. Она очень сильно страдала и боялась. Хорошо, что вы смогли ей помочь. Иначе, она бы до сих пор жила в мучениях.
Некоторое время мы просто молчали, каждый думал о чем-то своем. Но нарушил тишину первым.
– Тебе нужно отдохнуть. Иди, ложись спать. И я тоже пойду. – с этими словами он поднялся на ноги и вышел из комнаты. Я последовала его примеру.
Поднимаясь по лестнице, я все думала о чувствах Терии, сжимая в руках ее дневник. Как же ей было тяжело. Ее никто не понимал, ее никто не жалел, ей никто не помогал. Хариты и акербу считали ее монстром, они ненавидели ее. Она была настолько одинокой. Но вместо того, чтобы искупить свою вину перед ней, они снова требуют, чтобы кто-то жертвовал собой ради них. Они совсем не меняются, они даже не пытаются измениться. Они ужасные существа. Они не достойны. Я не буду жертвовать собой ради них. Я не стану помогать им, пусть сами спасаются. Пусть почувствуют, что это такое, когда некому тебя спасти, когда приходится мучиться вечность. Если захотят спастись, то найду другой способ. Они сами виноваты во всем, пусть расплачиваются за свои грехи.
Я закрыла за собой дверь в комнату. Положив дневник на стол, я забралась на кровать, и обняв колени, посмотрела в окно. На улице ярко светили звезды. Очень красиво и успокаивающе. Может быть, я сделала неправильный выбор, может, я действительно, должна была вернуться и помочь им. Но все же даже если мой выбор не верен, я не буду жалеть. Я не хочу быть чьей-либо надеждой. Я просто хочу жить.
И статуе я помогать не буду. Это не мое дело. Если ее кто-то так наказал, значит было за что. А если она ни в чем не виновата, то все равно, мне нет до нее дела. Люди слишком жестоки, по крайней мере, большая их часть. Вот пусть и мучаются от своей жестокости. Это не мое дело.
Не знаю почему, но в тот момент, несмотря на тяжесть моего выбора, мне стало гораздо легче. Может, в будущем у меня и будут сожаления, может, я буду всю оставшуюся жизнь страдать и мучиться от угрызений совести, но у меня хотя бы будет это будущее. Я хотя бы буду жить, а не умру.
Я очень быстро уснула в тот вечер.
Утром Дамиан предложил сходить в парк развлечений. Что такое парк развлечений я не знала, но само название мне нравилось, поэтому я согласилась. Какового же было мое удивление, что аттракционы находятся как раз в парке развлечений.
Это был очень веселый день, полный счастья и радости. Правда веселилась в основном я. Дамиан сказал, что пока я не попробую все аттракционы, мы не уйдем. Счастью моему не было предела. Дамиан же просто водил меня везде и наблюдал. Но правда на один из аттракционов он все таки пошел. Мы вместе с ним прокатились на чертовом колесе. Оно выглядел очень внушительно, но на деле оказалось совсем не страшным. Но зато вид, который открывался сверху, был просто бесподобен. Если все остальное время я вела себя слишком энергично, то в тот момент я просто замерла на месте от восторга. Когда мы поднялись на самый верх, я буквально затаила дыхание. Плавно повернувшись лицом к Дамиану, я увидела, что он внимательно смотрел за моей реакцией. На его лице была легкая улыбка, а в глазах ностальгия. Наверное, он вспоминал то время, когда они вот также ходили вдвоем с Терией. Я улыбнулась ему своей самой теплой улыбкой, он понимающе кивнул. Он понял, что я хотела его подбодрить и поблагодарить. Разговаривать в тот момент не хотелось, да это было и не нужно. Мы и без слов друг друга понимали. Так мы и просидели оставшийся путь колеса, смотря друг на друга.
Когда мы спустились, Дамиан предложил нам перекусить. Но я даже и представить не могла, что мы будем есть. Сначала он повел меня к какому-то странному месту. Там продавец делал пушистые разноцветные облака. Для меня это было настоящим чудом.
– Люди умеют делать облака? И они их едят? – спросила я, потрясенная увиденным. Люди, чья очередь уже настала, получали свою порцию облака и уходили счастливые в сторону. Затем, когда они отходили, то либо откусывали, либо отрывали кусочек облака и ели. Это было самое странное, что я видела за всю свою жизнь.
– Это не облака, а сахарная вата, просто она очень воздушная и похожа на облако. Но она точно вкуснее облака.
– Вы что пробовали настоящие облака на вкус?
– Можно сказать и так. Как-то раз меня подхватила птица, которая была акербу и мы с ней полетели во небу. Там мы случайно попали в облако, и знаешь, оно было просто мокрым, а на вкус оно было как вода. Так что сахарная вата намного вкуснее, уже поверь.
Я посмотрела на Дамиана с сомнением. А он усмехнулся в ответ. Но мне стало так интересно, какая же она на вкус, что мне просто не терпелось ее попробовать. А очередь так медленно продвигалась, просто ужас. Такое чувство, что все эти люди в очереди встали туда для того, чтобы посмотреть, сколько я смогу выдержать. Моему терпению чуть не пришел конец, но к счастью, я смогла отстоять эту очередь и получить желаемое облако. Дамиан взял только одно. Я предложила ему первому попробовать, но он отказался.
– Спасибо, но я не хочу. За свою жизнь я поел много сахарной ваты, мне уже хватит. Кушай сама.
Я оторвала кусочек. Он неприятно лип к пальцам и я уже почти передумала пробовать его. Но все же Дамиан купил его для меня, я не могла вот так вот выкинуть его, даже не попробовав. Я отправила кусочек в рот. Это было так неожиданно. Кусочек начала таять во рту оставляя лишь сладкий вкус. От удивления я раскрыла глаза так широко, как только возможно было, и посмотрела на Дамиана. Он смеялся.
– Это… просто… это… это превосходно! – все что я смогла придумать в тот момент. Я продолжила наслаждаться лакомством, а Дамиан любовался тем, как я улепетывала сахарную вату за обе щеки.
После аттракционов и сахарной ваты, мои потрясения не закончились. Мы продолжили гулять и отправились в парк. Дамиан взял небольшую корзинку с едой с собой. Он расстелил небольшую ткань прямо на траве, и мы сели. В корзинке было не так много еды. Мы перекусили по паре сэндвичей и выпили по маленькой бутылочке йогурта. Было здорово. Потом мы просто лежали и любовались летним небом. Мы почти не разговаривали. Дамиан вообще был не очень разговорчивым, но все равно как-то умел располагать к себе. Мы лежали так почти целый час, я уже начала засыпать, как вдруг Дамиан предложил кое-что необычное.
– Давай поедим мороженого? – спросил он меня.
– Мороженого? А что это такое? – название было странным. И оно не сильно меня привлекало. Видимо это какая-то холодная еда. Но я не очень люблю холодную еду, а уж тем более мороженую. Надеюсь это не замороженный лед, его вообще, зачем есть? – Что-то мне не очень хочется. – честно призналась я ему. Я не хотела его обидеть, но и есть что-то такое странное, я тоже не собиралась.
– Не бойся, тебе понравится мороженое, я уверен. Идем.
Дамиан встал и начал убирать ткань в корзину. Он, конечно, меня заинтриговал своими словами. Холодная еда, которая может мне понравится. Что же это такое? Дамиан повел меня в сторону небольшого фургона. Там столпилось много детей. Видимо, это лакомство очень любят дети. Наверно, Дамиан принимает меня за ребенка.
И снова эта очередь. Удивляюсь, как люди могут стоять в очередях? Это же просто невыносимо. Мне не хотелось стоять там и лишь иногда передвигаться вперед. Поэтому я спросила у Дамиана, могу ли покормить оставшимся хлебом птиц. Он дал мне свое разрешение и корзинку, и я отправилась навстречу незнакомым птицам.
Птицы такие забавные существа. Они очень пугливые, но при этом очень наглые. Каждый пытается получить кусочек побольше, но при этом шугаются каждого твоего движения. Я старалась запомнить тех, кого я уже покормила, пыталась дать кусочек каждому. Но это оказалось очень сложно. Я всматривалась в каждого птенчика. Но вскоре поняла, что это практически невыполнимая задача, поэтому просто продолжила кидать кусочки всем подряд. Вдруг я услышала шорох, и птицы всколыхнулись и разлетелись в стороны. Я посмотрела на источник шума, им оказался Дамиан. В руках у него были два почти одинаковых, но странных предмета.
– Это мороженое? – да, глупо было спрашивать, ведь я знала, что именно его он и собирался купить. Дамиан кивнул мне в ответ. Он протянул мне одно мороженое. Я аккуратно взяла его свободной рукой и начала внимательно осматривать. – Выглядит очень красиво. Я бы даже сказала, что на вид выглядит вкуснее, чем сахарная вата. Но если честно, мне кажется, нет ничего вкуснее сахарной ваты.
– Ты сначала попробуй, а потом уже будешь говорить. Только много не кусай, а то первое впечатление испортишь.
– Хорошо. – сказала я. В последний раз посмотрев на это странное творение, я все-таки решила и откусила кусочек. Оно тоже таяло во рту, но в отличие от сахарной ваты, оно таяло медленнее. Оно расплавлялось на языке, отдавая свою сладость, мягкость и нежность. Оно обволакивало. Оно было не таким сладким как сахарная вата, но гораздо приятнее. Я не смогла сдержаться и закрыла глаза от удовольствия и снова услышала, как Дамиан смеется над моей реакцией. Нет, он не издевался надо мной. Это был скорее смех радости. Ему нравилось то, как я реагирую на все новое и интересное. Мороженой таяло на солнце стремительно, и я пыталась съесть его быстро, но оно было очень холодным, поэтому это сложно получалось. В итоге мои руки стали очень липкими из-за мороженого. Но оно стоило того, чтобы испачкаться. Дамиан полил мне на руки немного воды и дал салфетки. Он в отличие от меня совсем не испачкался. Наверное, у него просто много опыта в поедании мороженого. Может, если я буду его часто кушать, то и сама перестану в скором времени пачкаться. Еще немного погуляв по парку, мы отправились домой. Кстати, это был тот сам парк, откуда Дамиан попал в ее мир. Оказалось, он находился рядом с аттракционами.
Все это время я чувствовала себя такой счастливой и энергичной. Но как только мы зашли в дом, то на меня откуда-то навалилась невероятная усталость. Хотелось просто лечь и лежать, ничего не делая. Дамиан видимо тоже устал. Нам очень хотелось кушать, но ни у кого не осталось энергии, поэтому Дамиан сказал, что закажет пиццу. Название показалось мне совсем странным и невкусным, еще хуже, чем мороженое. Но перечить я не стала, так как до этого все, чем угощал меня Дамиан, было очень вкусным. Поэтому я решила посмотреть, что же это такое и как это едят.
Мы прождали почти целый час, а ее все не везли.
– Почему так долго? – целый день приходилось чего-то ждать и мне это очень не нравилось. Любопытство распирало, а голод только нагнетал ситуацию. Понемногу я начала ныть, но Дамиан не обращала на меня никакого внимания. Видимо, ему самому было несладко, и он старался игнорировать меня.
И наконец, прозвучал долгожданный звонок. Дамиан встал и отправился к входной двери. Я же, как верная собачка, побежала за ним. В дверях стоял какой-то молодой человек. В руках у него была странная квадратная большая сумка. Дамиан отдал ему деньги, а парень протянул ему квадратную коробку. И что это? Коробка была такая тоненькая, неужели там могла поместиться нормальная еда? Даже если там действительно вкусная еда, ее же не хватит на двоих. Мне стало грустно и обидно. Дамиан отдал коробку мне и сказал отнести в гостиную, а сам закрыл дверь и последовал за мной. Я побоялась открывать коробку, поэтому дождалась Дамиан. Она вошел, сел в кресло и открыл коробку. Там лежала круглая тонкая лепешка, сверху которой лежала какая-то начинка. Моему негодованию просто не было предела. Я с жалобным и вопросительным взглядом посмотрела на Дамиана, но он лишь усмехнулся в ответ, и, как ни в чем не бывало, потянулся за кусочком. Когда он начал поднимать свой кусок, тоя увидела, что за ним потянулись светлые тонкие нити. Стало немного страшно. Что это за еда такая, после которой нитки остаются. Ниточки оборвались, немного уменьшившись в размере на весу, и Дамиан откусил лепешку. Даже не откусил, он начала жадно поглощать ее, угнетая ситуацию еще больше в моих глазах. Наконец доев до конца свой кусок, он посмотрел на меня и, словно издеваясь, сказал:
– Попробуй, тебе точно понравится.
– А если нет? – у меня было очень много сомнений по поводу этой пиццы.
– Если не понравится, я приготовлю все, что захочешь.
– Ну ладно тогда. – Условия уговора мне понравились, поэтому я, собравшись с духом, последовала примеру Дамиана.
Я протянула руку, взяла кусочек и потянула на себя. И снова эти нити, от них становится немного страшновато, но делать нечего, кушать то хочется. Наконец ниточки порвались, и я откусила небольшой кусочек. Тогда я еще не особо разбиралась в ингредиентах. Но я точно понимала, что такой вкуснотищи я еще не ела. Сравнивать, конечно, с мороженым нельзя, все-таки оно сладкое, а это было соленым. Но вкус пиццы был потрясающим, незабываемым и умопомрачительным. Восхищенным глазами я посмотрела на Дамиана, а он снова смеялся надо мной. Наверное, после сахарной ваты и мороженого он хотел добить меня этим изумительным вкусом, чтобы вновь посмотреть на мою забавную реакцию. И как ему это удается? Он все время удивляет меня чем-то новым и интересным. Теперь возвращаться обратно, вообще не хочется. Хочется остаться в этом мире навсегда.
Мы очень быстро справились с пиццей. Последний кусочек влез в меня с трудом, но не доесть такую вкуснятину я просто не могла себе позволить. И вот объевшиеся, мы сидели перед телевизором и созерцали экран. Телевизор был включен, но в тот момент нам было совсем все равно, что по нему шло. Поэтому мы тупо уставились в него не понимая, что там происходит. Мы просто наслаждались момент полного удовлетворения. И тут в моей голове возникла мысль, которую я тут же озвучила.
– Мне сходить за книгой? В смысле за дневником Терии? – спросила я у Дамиана, но если честно мне не очень хотелось в тот момент двигаться. Но надо было. Однако Дамиан, удивил меня своим ответом.
– Нет, не сегодня. Давай сегодня просто отдохнем и насладимся вечером. Не надо омрачать его. Ты так не думаешь?
– Наверное. – ответила я ему. Он видел в моих глазах удивление, но не стал больше ничего говорить.
Наш вечер закончился тихо, спокойно и гармонично. Немного посмотрев телевизор, мы разбрелись по своим комнатам. Перед тем как уснуть, я вспоминала то, что произошло со мной этим днем. Все было так здорово и весело. Вот бы всегда так жить. Терия наверное тоже хотела остаться здесь. Она в отличие от меня куда ответственнее. Она не смогла противиться своей совести. Она вернулась, чтобы спасти свой мир. Я же не могу назвать тот мир своим. Да, я в нем появилась. Но он для меня ничего не значит. Всего лишь мир. Этот мир тоже не был мне родным, но тут хотя бы было интересно. Я решила, что уже пора лечь спать, а то если дальше продолжу думать, то испорчу себе весь вечер, буду грустить. С такими мыслями я и уснула.
На следующее утро я встала раньше Дамиана. Я не стала его будить, но без него было скучно. Было скучно даже смотреть телевизор, поэтому я его почти сразу выключила. Посидев немного в гостиной, я отправилась на кухню. От любопытства, я начала все разглядывать там. На кухне было много разных приборов и приспособлений. Я видела, как Дамиан всем этим пользуется и мне стало очень интересно, смогу ли я овладеть этим мастерством. Конечно, я не стану сама пробовать. Во-первых, я боялась, что Дамиану не понравиться, что я пользуюсь его предметами без разрешения. Во-вторых, я не умела ими пользоваться, а потому боялась что-нибудь сделать не так и сломать. Но смотреть то можно же. Поэтому я просто все рассматривала очень внимательно и пыталась догадаться, что для чего используется. Я была так поглощена этими приборами, что не заметила, как Дамиан зашел на кухню.