- -
- 100%
- +
Сиелла сосредоточилась и мысленно потянулась к Мариону, хранителю своего ордена. Его сознание темно. Он или еще не пришел в себя, или уже… Нет, нет! Магесса снова и снова пыталась достучаться до своего хранителя и друга. Бесполезно. Она не могла пробиться сквозь оболочку мрака вокруг него.
Лидо, второй хранитель ордена Воды. Его сознание робко светилось где-то во тьме. Изо всех сил Сиелла потянулась на огонек.
«Ты жив?»
«Пока да. Но скоро закончится воздух. Не могу двинуть даже рукой. А ты как, Си?»
«Со мной та же ситуация. Ты понимаешь, что происходит?»
«Это ведь было «пламя зари», да, Сиелла?»
«Похоже на то. Но кто сумел воспользоваться древним заклинанием? Из членов Братства оно по силам всего пяти-шести магам».
«И еще куче народа, если воспользоваться мощным накопителем. Не верю, что это кто-то из наших. Может, некромант из Аг-Грассы?»
«Может быть. Нам от этого не легче. Лидо, постарайся взять под контроль свое тело. Скоро действие заклинания Альберта закончится – и мы задохнемся. Кто-то должен выбраться и вытащить остальных».
Они замолчали, но их сознания оставались все еще открыты. И, не прилагая особых усилий, они читали безрадостные мысли друг друга. Сиелла сконцентрировалась на своих руках. Если удастся пошевелить хотя бы одним пальцем, она сможет выползти из этой могилы.
«Си, ты еще здесь? Мне кажется, защитная оболочка скоро лопнет. Си, если я не смогу выбраться… передай Мейган, что я умирал с мыслью о ней».
«Нет! Лидо, не разрывай связь! Ты сильный! Борись, ну же, борись! Слышишь?!»
Молчание. Тьма. Мысленным взором магистр окинула эту тьму – и пришла в отчаяние. Одна. Во тьме она одна. Что-то мелкое посыпалось по спине. Земля. Стало душно. Сиелла чувствовала, как дрожит вокруг тела защитная оболочка, вернее то, что от нее осталось. Еще миг – и она лопнет, и земля придавит ее всей своей массой. Ну же, шевелись! Давай! Пальцы дрожали, но послушно тянулись к магистерскому символу на шее. Если она успеет к нему прикоснуться, то получит хоть немного силы. Глухой щелчок. С чмокающим звуком земляные пласты рухнули на нее, погребая под собой. Воздух… Она не успела задержать дыхание и втянула в легкие прах. Внезапно ее потянуло вверх. Больно, как больно! Быстрее, пожалуйста, быстрее! Свет… Больно… Воздух, сладкий, живительный…
Сиелла лежала на боку и широко открытым ртом жадно дышала. Выплевывая землю, поняла, что не ослепла. Лучи восходящего солнца поползли по ее лицу. Сквозь мутную пелену слез она видела контуры деревьев золотистой рощи. Кто-то заслонил ей свет. Магистр, напрягая зрение, смогла различить очертания человека. Чуткие пальцы осторожно прикоснулись к ее лбу. Чужая сила тяжелыми каплями проникала в нее, с легкостью сметая ее слабое сопротивление.
«Черный плащ, на нем черный плащ некроманта…» – ужасающая мысль затерялась в ее затухающем сознании.
Вариор поспешно черпал силу из амулета-накопителя. Треугольный рубин ярко светился и щедро одаривал своего обладателя. Магистр ордена Огня торопился, не прельщаясь надеждой, что тайный враг ограничится одним «пламенем зари». Скоро последует новый удар, который они должны встретить во всеоружии. Маг в первую очередь привел в чувство остальных целителей Дюжины – Лавджоя, Лидо и Шелли. С их пробуждением дело пошло быстрее.
– Лидо, ты жив, – прохрипела Сиелла и отстранила лечащую руку. – Спасибо, дальше я сама. Займись Марионом.
– Чудо, – прошептал хранитель, помогая ей подняться с земли, – я не надеялся остаться в живых.
– Еще ничего не кончено, – возразила магистр. – Вернись к Мариону, приведи его в сознание, мы должны восстановить наши силы.
Сиелла сжала в кулаке магистерский накопитель – сапфир размером с перепелиное яйцо, ограненный в виде капли воды. Сила неспешно потекла в нее, наполняя спокойствием и уверенностью.
– Си, можешь помочь? – донесся откуда-то издали голос магистра огневиков.
Магесса поспешила к Вариору, который вместе с плачущей Шелли склонился над неподвижным телом.
– Петер! – охнула Сиелла. – Что с ним? Почему до сих пор не пришел в себя?
Приблизившись, она увидела багряное пятно на некогда белоснежной рубашке воздушника. Кровь продолжала сочиться из раны, собираясь в лужу под спиной мага.
– Чего вы ждете? Начинайте лечение!
Магистр ордена Огня покачал головой:
– Он в исцеляющей утопии. Если мы сейчас займемся его раной, он может и не выйти из такого состояния. Тот, кто вытащил его из-под земли, прекрасно это понимал, поэтому лишь растворил пробивший живот корень и слегка заморозил рану.
– «Тот, кто вытащил», Вариор? Разве это не ты?
– Не я, но не об этом сейчас речь. Ты можешь поговорить с Петером, чтобы он вернулся?
От внезапности этих слов магесса невольно сделала шаг назад.
– Почему я, Вариор? У него есть хранители!
– Брюмель и Шелли пытались, но безуспешно. Через исцеляющую утопию, если кто и пробьется к его сознанию, так только человек, который ему небезразличен.
Магистры впились друг в друга взглядами. Синие, сверкающие гневом очи водницы и черные, полные вызова глаза огневика вели молчаливую дуэль. Запорошенное, смуглое лицо Вариора стало еще темней, а рваный шрам на левой щеке, наоборот, побелел.
Сиелла первой отвела взгляд.
– Но как ты узнал?..
– Любовь и кашель не скроешь, – пряча улыбку, молвил Вариор. – Ценю, что ты не стала отпираться, но поспеши, у нас мало времени.
Магесса опустилась на землю и прислонилась спиной к дубу. Целители осторожно переместили магистра так, чтобы его голова легла Сиелле на колени. Под глазами Петера залегли тени. Двухдневная темная щетина на скуластом лице резко контрастировала с мертвенной бледностью. Магистр Воды положила руку на грудь раненого – его сердце едва слышно билось. Закрыв глаза, Сиелла соскользнула во тьму.
Потирая скулу, к целителям приблизился Альберт.
– Я ведь чувствовал, что между ними не просто дружеские отношения, а что-то большее, а вот доказать не мог, – разочарованно проговорил Верховный. – Ну а тебе хватило пары взглядов, чтобы Сиелла призналась. Хм, интересный вопрос будем рассматривать на следующей встрече Дюжины.
Вариор с досадой тряхнул иссиня-черными волосами.
– Аль, сейчас не время и не место обсуждать чужие чувства. Хоть на время забудь, что ты Верховный маг магистрата, и не ищи преступления там, где его нет.
– Тебе напомнить кодекс магистра? «Отказ от семьи, длительных связей и любых сильных привязанностей». Продолжить, Вариор?
– Хорошо, Аль, ты прав. Но степень вины определять не тебе и не сейчас, – примирительно произнес магистр Огня и, чтобы перевести разговор с опасной темы, поинтересовался: – Что с твоей щекой?
– Не знаю, наверное, приложился о корень.
Эспинс с трудом подавил усмешку. Если у корня форма пятипалой руки, то да, приложился. Спаситель Дюжины, похоже, имеет счеты к землевику.
– Негоже магистру красоваться распухшей физиономией, давай уберу.
Элевтийский не отказался, и вскоре отпечаток ладони исчез с его лица.
– Как твои хранители, Аль?
Альберт, словно что-то вспомнив, побледнел.
– Мне нужна помощь Марка – Вейра пропала.
– Ее нет на поверхности? Вы хорошо искали? Марк, подойди!
Низенький темноволосый следопыт ордена Огня прервал разговор с другим хранителем и подошел к магистрам. Лишь он без особых затрат силы и времени мог найти пропавшую магессу.
– Попытайся обнаружить хранительницу. Возможно, она все еще под землей.
Вариор сочувственно посмотрел на магистра Земли. Если девушка осталась погребенной, она, скорее всего, уже мертва. Но почему неизвестный спаситель вытащил из-под земли всех, кроме нее? Кажется, Вариор знал ответ.
Марк направился в сторону врат. Вариор, Альберт и все хранители Дюжины последовали за ним. Не доходя до стены несколько метров, он стал на колени и начал лихорадочно рыть руками рыхлую землю. Альберт глухо застонал и взмахнул ладонью, «сметая» насыпь.
…Остекленевшие глаза, в которых застыл ужас. Волосы, оплавившись, свернулись в мелкие кольца и закрыли половину грязного лица.
– Она не задохнулась, – медленно произнес Вариор. Маг присел возле тела и осторожно, словно еще мог причинить Вейре боль, откинул ее волосы. – Вейра оказалась первой на пути силы и, став нечаянным щитом, приняла удар на себя.
Магистр ордена Земли опустился на одно колено и закрыл глаза своему хранителю.
– Тело сжечь, а пепел развеять – такой была воля Вейры в случае смерти. – Голос Альберта едва заметно дрогнул.
– Нет, сначала родители должны проститься с дочерью, иначе они никогда не смирятся с мыслью, что ее больше нет. Будут годами надеяться, что она жива…
– Да, ты прав. Кому, как не тебе, знать лучше, – прошептал Альберт и, повернувшись к своему целителю, добавил: – Лавджой, телепортируй Вейру в школу.
Рыжеволосый маг кивнул и, подхватив тело девушки на руки, шагнул в открытый магистром светящийся проход.
– Вариор, Альберт, я не могу вынуть ключи! – испуганно закричал следопыт ордена Огня.
Магистры быстро приблизились к Марку. Некоторое время они разглядывали застрявшие в замочных скважинах серебряные артефакты. Затем Вариор протянул вперед руку – и с кончиков его пальцев сорвался молочный туман, жемчужно засиявший в лучах утреннего солнца. Чары плотным колпаком упали на ключи. Несколько долгих секунд все ждали результата. Ничего. Туман медленно истаял. Магистры растерянно переглянулись и бросились к остальным членам Дюжины под сень дубов.
– Сиелла, возвращайся, ты нам нужна. – Вариор склонился к неподвижной магессе, все еще пытавшейся дозваться Петера. – Возвращайся, Си, мы в опасности.
Ресницы магессы дрогнули, но глаза остались закрыты.
– Мы не можем вынуть ключи, погибла хранитель ордена Огня… происходит что-то страшное, Сиелла. Ну же, приди в себя!
Лицо магессы оставалось непроницаемым, как и у Петера. Магистр Огня говорил что-то еще, пытаясь достучаться до их сознания.
– Безнадежно, Вариор, оставь их, – с сожалением проговорил Альберт. – Похоже, мы потеряли их обоих. Если и очнутся, только сами.
– Нет, – упрямо возразил маг и продолжил уговаривать Сиеллу.
– Пойдем, Вариор, пока не поздно, нужно восстановить силы хранителей. Я возьму себе тех, кто ни разу не получал силу от чужого магистра: Шелли, Брюмеля и магов Сиеллы.
Слова Альберта не разошлись с делом, и вскоре маги вернулись к вратам, вернулись все, кроме Вариора.
– Сиелла, я знаю, ты меня слышишь, – прошептал магистр Огня. – Поэтому внемли просьбе старого друга твоего учителя: возвращайся. Мы заберем Петера с собой и снова попытаемся. Но сейчас ты ничем ему не поможешь. Харис не одобрил бы подобный риск.
Веки магессы дрогнули. Ярко-синие глаза осуждающе уставились на Вариора.
– Ты всегда вспоминаешь Хариса, как последний аргумент.
Магистр помог девушке подняться, переложив Петера на холодную землю.
– Тебе не удалось его зацепить? – спросил маг.
Сиелла вздохнула и пожала плечами:
– Мне не удалось даже найти его. Чужое сознание – потемки, сам знаешь…
Она не договорила.
Вспышка света и волна силы – не сговариваясь, они побежали в сторону Врат. Находящиеся там члены Дюжины, шатаясь и падая, упорно пытались встать на ноги. Никто серьезно не пострадал.
У самих врат они увидели человека в черном плаще. Не опасаясь соприкасаться с Гранью, он с легкостью вынимал из замочных скважин ключи и нанизывал на тонкую полоску металла. Вариор встряхнул головой, прогоняя видение. События казались абсурдным кошмарным сном, хоть и происходили в реальности. Надев восьмой, последний, ключ, человек сомкнул полоску в кольцо и бросил связку в широкий карман плаща.
– С пробуждением. Долго пришлось вас ждать, – хрипло проговорил неизвестный.
– Попрошу вернуть артефакты, это собственность Дюжины. И вообще, что здесь происходит? Кто ты? Как посмел находиться здесь во время подпитки Грани? – со злостью спросил Альберт, приближаясь к нарушителю.
Человек поднял руку – и силовая волна отшвырнула магистра Земли.
– Назад! – прошипел незнакомец и откинул капюшон своего плаща. Под ним скрывалась белая, плотно облегающая череп маска с темными провалами на месте глаз и нарисованной кривой улыбкой. Похожие ритуальные маски надевали черные колдуны из Аг-Грассы во время кровавых обрядов.
Вариор подобрался, наполняя ладони «живым огнем»: стоит плеснуть таким на противника – и тот сгорит.
– Кто ты? – спросил магистр ордена Огня угрожающе. – Это ты вызвал «пламя зари»?
Маг в черном сипло засмеялся и легонько дунул в сторону огневика. «Живой огонь», слегка пролившись на землю, потух, как фитилек свечи.
– Вы как дети малые – наивные и любопытные. Вначале противника обезвреживают, а потом задают вопросы. Ладно, начнем со знакомства. Я тот, кого вы ждали столько столетий. Тот, о ком говорит предсказание нашей незабвенной Микаэль.
– Эвгуст! Согласно пророчеству, проклятый маг пришел в наш мир на рассвете, – выдохнул Вариор.
– Я вернулся, чтобы стать новым хозяином Межграничья. И вы принесете мне присягу.
– С какой радости?! – разъярился Альберт, пытаясь подняться с земли, но волна силы снова ударила в него, возвратив на место. Маг уровня фиолетового луча, магистр ордена и Верховный повелитель Дюжины оказался беспомощен против неизвестной силы. И, похоже, черному магу это нравилось.
– Вы присягнете мне – и я верну ключи от врат. Если будете бороться со мной, через девяносто три дня не сможете закрыть следующие, Восточные, врата. Тогда граница рухнет, и тьма заполонит ваш мир. – Шипящий голос проклятого колдуна глушила безобразная маска. – Время пошло, чародеи.
– Тебе не справиться со всеми, Эвгуст. Ты один, а нас сотни. Микаэль и Антар предупредили мир о твоем приходе. – Магистр Огня оставался, на удивление, спокоен. – Межграничье готово к тому разрушению и хаосу, что придут вместе с тобой.
– Разрушению? Кто говорит о хаосе? Я настроен на созидание. Пока на созидание, а там все зависит от того, какой прием окажут мне император и остальные правители Межграничья. Кстати, об императоре. Я думаю, он не прочь породниться с новым хозяином мира. Тем более Микаэль, основательница его рода, была моей невестой. Так пусть хоть пра-какая-то ее внучка пойдет со мной под венец. Согласитесь, это справедливо!
Не обращая внимания на неподвижных магов, Эвгуст создал портал. Вариор наблюдал за его действиями. Он никак не мог избавиться от ощущения нереальности происходящего, чувства нарочитой игры, словно он попал на представление посредственных актеров провинциального театра.
Дойдя до пограничной черты, проклятый маг остановился:
– Грань истончилась. Будьте готовы, что, открывая портал, вы можете «пригласить» в свой, хм, теперь и мой, мир недружелюбно настроенную нечисть. Пора поработать ножками, риэлы. Поэтому не повторяйте за мной.
Хрипло захохотав, он шагнул в телепорт.
В кронах вековых деревьев гулял ветер. В темно-синем небе кружилось воронье. Лежать на промерзшей земле приятного мало, и Петер попробовал встать. Боль пронзила тело. Определив ее источник, маг расслабился и призвал силу. Вначале остановилась кровь, затем точно невидимая игла с ниткой прошлась над раной, стягивая края разорванной плоти. В последнюю очередь исчезла краснота. О недавнем ранении напоминали только следы крови на коже.
Магистр воздушников огляделся. Никого вокруг, а вот со стороны Врат доносились крики, звон мечей, рычание – и Петер поспешил на звук. Магистр и хранители ордена Воды сражались с элементи, змееобразными существами, которых некроманты Аг-Грассы создавали из подчиненных душ. Монстры вследствие сложного ритуала умели кормиться не только плотью и кровью, но и магией. И чародею приходилось туго, если элементи, напавший на него, принадлежал к той же стихии, что и маг: тварь с легкостью поглощала направленные против нее заклинания.
Марион и Лидо противостояли трем элементи Огня и двум – Земли, Сиелле же не посчастливилось столкнуться с тварями, питающимися силой Воды. И магессе пришлось взяться за меч. Ритуальный глад, слишком короткий и легкий, не то оружие, с которым можно противостоять двум пусть неповоротливым, но агрессивным существам.
Петер ускорил бег, на ходу призывая двуручный меч. Сиелла, которую теснили к Грани, первая увидела подкрепление.
– Слава богам, ты очнулся! – обрадовалась магесса и гневно добавила: – Я думала, ты никогда не вернешься! И уже успела тебя оплакать!
Воронов вклинился между магессой и элементи, позволив девушке отдышаться. Серия быстрых ударов, подкрепленная заклинаниями из арсенала воздушного мага, заставила теперь его противников отступать к вратам.
– Извини, там, где я был, время течет иначе. – В руках Петера материализовался небольшой щит, которым он отшвырнул ринувшегося в атаку элементи. Тот, взвизгнув, исчез в подернутой жадной рябью Стене.
– Я много пропустил? – Маг повернулся к Сиелле и едва не схлопотал по ноге шипованным хвостом другого монстра.
– Не много, не переживай. Всего лишь пришествие Эвгуста. – Сиелла издала нервный смешок. – И еще потерю ключей от врат.
– Согласен, не много. Можно было еще поспать.
Элементи зашипел и выплюнул струю яда. Магистр махнул рукой – тварь, оказавшись под замедляющим заклятием, заторможенно закрывала пасть. Рисуясь, Петер отвел меч назад, а после эффектно воткнул его между почти сомкнутыми челюстями. Затем добил агонизирующее существо иссушающим заклинанием.
Убедившись, что от элементи осталась одна мумия, Сиелла бросилась в объятия мага:
– Боги, как я рада, что ты очнулся!
Несколько мгновений они стояли обнявшись. Затем магесса нехотя высвободилась из надежных рук любимого и предложила посмотреть, как там справляются другие члены Дюжины.
– Думаешь, без нас не обойдутся?
– А вдруг? И хотя я давно мечтаю, чтобы какая-нибудь тварь откусила Альберту голову, в свете последних событий без него не обойтись, – вздохнула Сиелла. – Придется пойти и спасти его задницу.
– Не будь грубой, Си. Самое ценное в Альберте – мудрая голова, ее-то мы и спасем. А все остальное – как получится…
Глава 3
Совершеннолетие принцессы
Северная империя, Семиград,
24-й день пришествия Эвгуста Проклятого
Огромный букет скрывал Лилиану до половины. Девушка тяжело дышала, но без посторонней помощи втащила в покои корзину с пурпурными цветами. Упрямица.
Кира и Далия оставили в покое мою бедную талию и склонились над лилиями.
– Хм, а записочки-то нет, – возмутилась Кира, зарываясь носом в цветы. – Видать, воздыхатель из тайных. Как вы думаете, кто он, ваше высочество?
Я равнодушно пожала плечами. С тайными и явными поклонниками вскоре предстоит разбираться другой. Если кого нечаянно и влюбила в себя, мне уже все равно. И та, другая, получив обожателей в наследство, может, еще и спасибо скажет. А не скажет, тоже ничего – мне слов благодарности не надо, если, конечно, они не выбиты на слитке золота.
Далия вернулась к своему черному делу – она затягивала корсет. Цветы от таинственного воздыхателя ее так вдохновили, что у меня появилось стойкое ощущение: еще чуть-чуть, и мои глаза украсят лоб.
Заметив, что я почти теряю сознание, Лилиана бросилась меня спасать со словами:
– Странно, принцесса не могла так сильно поправиться. Во время последней примерки платье сидело идеально и без корсета.
Я могла бы поделиться догадками с фрейлинами, но зачем? Мучиться мне оставалось всего несколько часов, в крайнем случае – дней.
– Девочки, давайте передохнем! – взмолилась я и в незашнурованном корсете поверх тонкой сорочки выскользнула на балкон.
Свежий воздух привел в чувство. Сад, раскинувшийся внизу, радовал глаза палитрой оттенков. Величие золота, спокойствие коричневого, страстность красного и благородство желтого – столько красок смешала природа! Обожаю осень.
А с талией все-таки нужно что-то делать. Вероятно, Ириэн посчитала, что испорченное платье – достойная месть принцессе в день рождения. Как низко! Как просто! Не то что мой розыгрыш, после которого она на время перестала быть папочкиной фавориткой. Жаль, что только на время.
Вдох и глубокий выдох. Мои ребра медленно, болезненно сдвинулись. Все, талия стала уже, а в глазах потемнело. Да, смещать кости – не то что убрать надоевший прыщ, отрастить волосы за пару минут или изменить цвет глаз. Это жутко больно! Но красота действительно требует жертв. Желательно от других.
Я обернулась к почему-то притихшим девчонкам и обомлела. Все три мои фрейлины лежали на полу. Бледные. Бездыханные. С закатившимися глазами. Сквозь открытую дверь из комнаты просачивался сладковатый аромат. Лилии отравлены. Ох, если бы я не вышла на балкон!
Зажимая нос, выскочила в коридор. Охрана у двери несколько секунд тупо смотрела на меня, пытаясь понять, чего хочет от них полуголая визжащая принцесса.
– Идиоты! Вытащите их! Они умирают! – В бешенстве я даже, кажется, надавала страже оплеух. – Быстрее!
Охранники невидящими глазами смотрели куда-то вдаль, как будто замороченные заклятием. Замороченные! Точно, их околдовали! Оставив попытку растормошить их, я побежала назад в покои. Лилиана, лежащая ближе всех к двери, несмотря на худобу оказалась ужасно тяжелой. Подхватив ее под мышки и задержав дыхание, я потянула фрейлину к выходу. И вдруг меня оторвали от безжизненного тела и, приподняв над полом, встряхнули.
– Ты что творишь? – Голос телохранителя давно не переполняло столько гнева.
Вытолкав меня в коридор, Грэм резко сорвал с себя плащ и швырнул прямо в лицо.
– Одевайся, позорище! – Рыкнув, мужчина метнулся в покои – и вынес Лилиану.
– Ты подвергла себя и девушек риску. – Грэм осторожно положил на пол Далию и побежал за третьей фрейлиной.
– Ты должна была позвать на помощь, а не геройствовать, – зло прошипел телохранитель, возвращаясь с Кирой на руках. – Ты дура, сапфироглазая!
На спасение фрейлин и выволочку в мой адрес у него ушло не больше минуты. А как иначе? Ведь он сатуриец – представитель расы воинов, которые делают все гораздо лучше и быстрее, чем обычные люди. Куда мне, убогой, до него…
Продолжая нравоучительный монолог, в который мне не позволялось вставить и слова, Грэм осмотрел девушек и заявил, что опасности нет, они не успели надышаться отравленным воздухом. По чистой случайности я снова пережила покушение на свою жизнь.
– Какой нужно быть глупой, чтобы принять подарок, не проверив дарителя? – Телохранитель успокоился, и в голос вернулась привычная язвительность. Но я-то знаю: он чувствует свою вину, ведь когда произошло покушение, его не было рядом.
– Да ладно, Грэм, обошлось же.
– В следующий раз не обойдется, если продолжишь глупить.
Закутавшись в его плащ, я сердито смотрела себе под босые ноги и молчала. Телохранитель проследил за моим взглядом и, снова рассердившись, подхватил на руки и куда-то потащил. Сквозь тонкую ткань я чувствовала жар его тела и то, как напряглись мускулы рук и торса. Мм… так приятно и волнующе, что на некоторое время я забыла о своей неприязни к нему. А вот телохранитель о своей помнил всегда.
– Некоторые ради божественной внешности готовы простить избраннице отсутствие мозгов. Красота есть, ума не надо. Что ж, сочувствую тому несчастному, который свяжет свою жизнь с такой красавицей.
Я не прерывала обидный монолог Грэма, ведь сама ввела его в заблуждение. Он предложил помощь, которую я бестактно отвергла.
– Какая честь! К нам пожаловал сам хранитель тела высочества! – Грудной голос Ириэн вернул меня к реальности. И реальность эта предстала в облике прекрасной, но скандальной и завистливой женщины. – И конечно же не забыл прихватить это тело с собой. Чего тебе надо, Курт?
Меня принесли в покои фрейлины, числящейся в моем штате, а на самом деле являющейся фавориткой императора. Не ожидала от Грэма такой подлости.
– Не дури, – словно прочитав мои мысли, прошептал Грэм на ухо, – если цветы – первая стадия покушения, будет еще одна попытка. Но никто не подумает искать тебя здесь.
– Так чего тебе надо, Курт? – повторила вопрос Ириэн.
Старшая фрейлина обращалась к моему телохранителю обычно по имени его клана – наверняка это о чем-то говорило. Скорее всего, о ее комплексах, ведь придворная дама была незнатного рода, она происходила из семьи купца средней руки и чудом попала в фавор к императору.
– На ее высочество совершено покушение, и в собственные покои ей возвращаться опасно. Вам, благородная риэлла, придется уступить принцессе свои комнаты и помочь одеться. – Грэм по-хозяйски опустил меня в кресло.
Ириэн возмущенно поджала алые губы. Легкий халатик из зеленого шелка нечаянно распахнулся, приоткрывая роскошные полушария грудей.
– Мне жаль, но помощь принцессе Мариэлле больше не входит в круг моих обязанностей. – Бархатистый голос фрейлины пролился медовой рекой.