Тёмная грань любви

Однажды, на третьем курсе, я сломала ему нос. Проходя практику в лазарете, он увлекся при вправлении вывихов и рьяно хватал всех боевичек за пикантные места, ожидая, что нам будет лестно подобное внимание. Не спорю, кто-то не возражал, некоторые даже на свидание рассчитывали. В те времена, когда с Северных гор лезла всякая гадость, через год выпуск боевиков основательно редел, и многие девушки спешили жить, любить, принимать от судьбы всевозможные удовольствия. А я не выношу, когда меня трогают, и в ответ на приставания подправила нахалу физиономию. Приятное чувство. Может, повторить?

– Не смотри на меня так. – Посерьезневший Доминик сделал шаг назад и нервно вытер ладони о полы вишневого камзола.

– Как?

– Хищно. Я к тебе прикасаться буду только по необходимости.

Кивком подтвердив, что услышала, села на кровать и насмешливо-милостиво разрешила:

– Я готова, можешь приступать.

Целитель не отреагировал на поддевку – занялся делом. Руки у него все такие же холодные, но в этот раз деликатные и осторожные.

– Я передам принцу, что ты была в шаге от гибели – убийца метил точно в сердце.

– Не преувеличивай.

– Удар хорошо поставлен, тебе повезло, что сердце не там, где у всех людей.

Эта аномалия второй раз спасает мне жизнь. Благодарить бы богов, но не могу – слишком многое они отобрали, ни одна подачка не перевесит потери.

– Спи, Ядка, ужин тебе принесут.

Доминик ушел, оставив массу вопросов. Не верю, что сломанный несколько лет назад нос отбил охоту лапать девушек. Он понимает, что сейчас я слишком дорожу репутацией, чтобы поступать импульсивно – бить целителя самого принца. Тогда отчего он ведет себя так сдержанно? Может, интерес его высочества способствовал переменам?

Не к добру я спасла Флориана, чую, вместо домика в столице получу проблемы…

Первая из них не замедлила явиться в мою комнату.

– Томчин! Ты чем думала, когда оставляла «осу» в переходах? – подраненным зверем взревел ворвавшийся в комнату начальник службы безопасности малого двора. Заклинанием замок сломал, силач шмырев.

Я смерила Кларка подчеркнуто спокойным взглядом.

– Головой думала. Усыпив убийцу, вывела из ловушки наследника.

– Я был занят, но ты-то могла послать за «осой» кого-то!

– Я и послала. Аннику.

– Нужно было раньше!

Мне все стало ясно. Ухмыльнувшись, спросила:

– Он сбежал? Стойкий гаденыш.

– Мне не смешно, – уже тише произнес боевик. – Ниточка оборвана.

Укутавшись в одеяло, я подошла к окну. За стеклом буйствовала весна, мелкий дождь и промозглый ветер превращали разбухшую от воды землю в настоящее болото.

– Раньше наемники умирали во время допроса, но не выдавали имя заказчика. Что-то изменилось? Ты умеешь теперь обходить защиту сознания?

– Я – нет, но здесь кромешники.

В голосе Кларка прозвучало нескрываемое благоговение. Неужели в нем до сих пор жило восхищение чужим загадочным даром? Похоже на то. А ведь он уже несколько лет как начальник службы безопасности, а не зеленый студент КУМ… Нет, я тоже восхищалась кромешниками, но к восторгам примешивался и необъяснимый страх.

Непобедимые бойцы, владеющие оружием из тьмы чародеи, по полю боя шагают по колено в крови врагов – каких только слухов не довелось наслушаться о кромешниках, когда я училась в Квартенском университете магии. Продолжительное время страшная молва поощрялась свыше, пока между Латорией и Давелией длилось невидимое противостояние, начавшееся пятнадцать лет назад. Тогда вспыхнула самая короткая в истории Тарры война, которая завершилась в считаные дни благодаря кромешникам. Лет десять протекторат темного императора воспринимался как зло, а затем его старший сын женился на обычной выпускнице нашего университета, орден кромешников раскрыл заговор и спас принца Флориана – и отношения между странами потеплели.

Но и сейчас дикие слухи о магах, управляющих тьмой, не прекратились. Никто не отрицал, что они элитные воины, но опасение, что в любой миг могут превратиться в жаждущих крови монстров, не оставляло даже самых здравомыслящих латорийцев.

Говорят, кромешники проходят опасное посвящение в храме своей богини, и тот, кто остается в живых, получает особые умения и оружие, а в довесок – склонность к безумию. Верю ли я в это? Да. За любой подарок богов нужно платить, порой счастьем, а иногда и разумом.

– Что ж, приятно с тобой молчать, Ядвига, но мне пора, – сообщил угрюмый Кларк. – Выздоравливай, с завтрашнего дня графиня Монфрери желает видеть всех кандидаток в телохранительницы рядом с собой, чтобы иметь возможность поскорее определиться.

– Ты же знаешь, я не участвую, только для вида здесь нахожусь.

Мужчина взъерошил непослушные волосы, не сводя с меня странного взгляда.

– Я помню, Ядвига, на память не жалуюсь. Но графиня-то не знает, что ее обманывают.

Нелестное замечание неприятно резануло слух.

– Не приписывай ложь мне, Кларк, я всего лишь сделала одолжение.

Как будто это я пообещала королю пять сильнейших, опытных выпускниц боевого факультета и не смогла сдержать слово!

Кларк недовольно поморщился:

– И об этом я помню, Яда. Только что будем делать, если тебя выберут?

– Не выберут. – Я усмехнулась и провела пальцем по изуродованной щеке. – Все темные леди уверены в себе и не станут держать рядом страшных телохранителей, чтобы не подумали, что они таким образом оттеняют свою красоту.

Уже стоя возле двери Кларк недовольно произнес:

– А ведь выбрать тебя может не только графиня.

Я промолчала – интуиция встрепенулась, чуя подлянку.

Кларк не успел отойти далеко от спальни боевичек, как у противоположной стены заклубился мрак, выпуская человека. Он словно вышел из него, материализуясь из тени.

Высокий шатен резкими чертами лица и холодными зелеными глазами напоминал ожившую статую. Щеголь из свиты графини, его легко узнать по ослепительно-белому пальто. Единственный из кромешников, который не вызывал в молодом боевике опасений, наоборот, возникало легкое чувство превосходства, стоило представить, во что превратится белая одежда чужака уже на следующий день после начала путешествия верхом.

– Господин Ригсон, прошу ответить на несколько вопросов.

Ледяной голос заставил Кларка внутренне ощетиниться.

– Это касается безопасности вашей подопечной, лорд Вебранд?

Темный кивнул:

– Мне нужно все, что у вас есть на кандидаток в телохранительницы графини.

Кларк сделал ошибку – встретился взглядом с темным. И в тот же миг почувствовал настоятельную потребность дать любые сведения, даже о королевском доме.

– Я отобрал пять лучших выпускниц КУМ, которые в данный момент не связаны контрактом: Анника Латрис…

Кромешник криво усмехнулся, при этом глаза его остались ледяной пустыней.

– Начните с той, что спасла принца и пряталась в зарослях аран-ягоды.

– Ядвига Томчин, двадцать три года, окончила КУМ с золотым дипломом, максимальный балл по прохождению практики, мастер ножевого боя…

Слушая свой монотонный голос, Кларк пришел в тихий ужас, но остановиться уже не мог – язык не слушался. Щеголь оказался самым опасным из прибывших кромешников – мозгоправом. Он выпытает все, что пожелает, а затем заставит забыть об этом.

На висках пульсировали жилы, пот катился со лба, но противостоять чужой воле молодой боевик не сумел. Чем больше прилагал усилий сбросить ментальные путы, тем хуже себя чувствовал.

Кларк испытал настоящее облегчение, когда кромешник тихо приказал:

– Хватит, спасибо за откровенность. Забудьте о нашем разговоре, вы свободны.

Поблагодарил? Издевается над ним?

А кто это был?

Кларк тряхнул головой, недоуменно глядя перед собой. Пустой коридор, лишь тени, отбрасываемые мерцающей маглампой, отплясывают на стенах. Надо сообщить дворецкому, чтобы заменили барахлящий светильник…

И все же что он здесь делал? Застыл посреди коридора, когда должен присматривать за непоседливым высочеством. Поскорее бы тот женился – может, супруга положительно повлияет. Одно точно: она отучит бегать на подозрительные свидания.

Потирая ноющие от тупой боли виски, мужчина отправился в крыло, выделенное принцу и его приближенным.

На следующее утро, сразу после завтрака, кандидаток в телохранительницы будущей принцессы стало четверо.

– Так и будешь молчать?

Злая Лиэль даже не взглянула на Аннику, продолжая бросать вещи в дорожный мешок. Штаны, туники, рубашки, пояса – все летело кое-как сложенное и наверняка не поместится. Только с ножами и парочкой тяжелых справочников по защитной магии девушка обошлась уважительней.

– Отстань от нее, Анни, – лениво произнесла развалившаяся на кровати Фаина. – Лиэль упряма: если не желает говорить о причине отказа, нам остается только гадать.

– Даже если будем пытать, не расколется, – насмешливо добавила Эриша, накручивая на палец черный локон.

Я в расспросах не участвовала, хоть причиной отказа тоже интересовалась, ведь Лиэль даже не успела пообщаться с будущей принцессой. Кларк отослать не мог, потому что сам предложил ее кандидатуру, значит…

– Тебя забраковали кромешники?! – Анника сделала тот же вывод, что и я.

Хорошо, что взгляды не убивают – Лиэль была в бешенстве.

– Да! Представьте себе, мне отказал темный!

– Почему? – Эриша больше не улыбалась. – В защите ты одна из лучших.

Лиэль поморщилась и, поставив вещевой мешок на пол, утрамбовала его содержимое босой ногой.

– Хочешь знать причину? Спроси у кромешника.

Таких наглых среди нас нет. Эриша с Анникой обменялись понимающими взглядами, а Фаина не выдержала:

– Хоть скажи, у какого?

– У мерзавца в белом!

М-да, какое разочарование… А глаза у мужчины удивительно красивы. Хотя, может, не просто так он отказал? Все-таки кромешники – люди чести и долга, они руководствуются определенными правилами.

Я внимательно вгляделась в лицо поспешно обувающейся магички. Злость, обиду, досаду вижу, а вот праведного негодования что-то не наблюдаю. Выходит, в глубине души она и сама понимает, что ей отказано по делу?

Затянув завязку на вещевом мешке, Лиэль закинула его за плечо и сухо попрощалась с нами:

– Удачи, девчонки. Даст богиня, встретимся.

Первой гнетущую тишину нарушила Анника:

– Мне не нравится такой подход.

– Не нам решать, – правильно заметила Эриша.

– Все равно это несправедливо, что отказывают, даже не дав показать себя.

– Анни, а ты уверена, что не давали? – не выдержала я. – Если Лиэль устроили проверку, нас в известность не поставят.

– А она может и не признаться, – согласилась Эриша. – Вывод, девчонки, прост: будьте готовы в любой момент к экзамену – отбор начался.

После обеда графиня Монфрери пригласила кандидаток в хранительницы ее тела на чаепитие в саду, и я решила, что нет лучшего случая, чтобы выбыть из своеобразного отбора.

– Шмырев этикет, – бурчала Эриша, – ненавижу дурацкие ритуалы во время еды! Она предназначена, чтобы давать силы, а не для того, чтобы играть с ней по десяткам никому не нужных правил.

– Если эти правила есть, значит, они кому-то необходимы, – хмыкнула Фаина. – Но деревенщине лишь бы пожрать.

Эриша презрительно скривила губы, за годы учебы в КУМ она привыкла к подобным подколкам и умела парировать.

– Уморительно, что деревенщина получает по этикету балл выше, чем некоторые дочурки купцов.

Настал черед Фаины злиться, но она лишь улыбнулась.

– Посмотрим, как зубрежка поможет на практике.

– Нашли время собачиться, – справедливо заметила Анника.

Но сокурсницы в один голос посоветовали ей молчать.

– Хорошо, мне так даже лучше – вы точно вылетите, как конфликтные особы.

Проходя меж цветущих яблонь и с наслаждением вдыхая их тонкий аромат, я твердо решила ни в коем случае не понравиться графине. Спасибо Эрише с Фаиной за идею!

Для чинного чаепития подготовили беседку, которую паутиной оплели заклинания – защитные и для комфорта, в частности, одно уберегало от ветра, а другое поддерживало в ажурном строении тепло.

Овальный стол, накрытый скатертью с кружевными краями, сервирован по всем правилам этикета: фиолетовые первоцветы в вазе, белоснежные салфетки, чайные куверты напротив каждого занятого и свободного места, две трехъярусные этажерки с пирогами и сладостями. Неподалеку, на маленьком столике, стояли чайники с заваркой и кипятком.

Пять молодых женщин сидели в низких полукреслах. Доброжелательные улыбки, снисходительные взгляды, за которыми пряталось любопытство. Ровные спины, изящно скрещенные лодыжки под модными платьями – истинные леди.

Заметив, как Эриша нервно стиснула край кожаной куртки, я тихо шепнула:

– Они умеют пить чай, не оттопыривая мизинчик, а ты – уничтожать нечисть заклинанием и голыми руками.

Коллега фыркнула, но пальцы разжала и распрямила плечи.

Я искренне желала победы одной из девчонок, больше всего – Аннике или Эрише. Фаине, как мне казалось, не хватало самоотверженности. Но решать другим, поэтому у каждой имелся шанс заполучить отличную должность, высокооплачиваемую и при этом довольно безопасную – основная задача защищать все же ложилась на плечи мужчин. Ведь чем на самом деле занята телохранительница принцессы? Ее сопровождением в места, куда ходят только девочки, например, кустики во время прогулки в лесу, купальня, примерочная лавки нижнего белья. Неудивительно, что мы думали, будто выбирать будет только будущая жена наследника, а не служба безопасности темных.

– Хорошего дня, леди.

Давелийки и хозяйка замка, где мы собрались, безукоризненно ответили на наши приветствия. Чаепитие началось чинно и скучно. Монфрери уделила каждой из нас толику внимания, порой что-то спрашивали ее подруги. Латорийская леди открывала рот, чтобы поинтересоваться, нужно ли кому-нибудь подлить кипятка – ей выпала честь помогать графине во время чайной церемонии.

Мои коллеги окончательно расслабились и держались с аристократками на равных. Я же воплощала свой замысел в жизнь, по мелочи нарушая этикет: кусковой сахар взяла не специальными щипчиками, а десертной ложкой, но перед этим влила в чай кислый сок тепличной ки, нарочно перепутав последовательность.

Анника дотянулась до меня под столом и хорошенько саданула сапогом по голени, требуя прекратить безобразие. Во второй раз я ответила ударом на удар – и сокурсница отстала. Анни слегка пожала плечами, недоумевая, зачем порчу впечатление, ведь этикет я знала.

Если местная леди, поглядывая в мою сторону, осуждающе хмурилась, то графиня смотрела отстраненно-холодно. Я ликовала: она точно решит, что не подхожу. На лице большой шрам, вместо приличной прически – какое-то недоразумение, вести себя в обществе толком не умею. Да, я неподходящая компаньонка для будущей принцессы.

Мое веселье продлилось недолго: в беседку вошел кромешник. Не франт в белом, а смуглый блондин с грацией хищника. Приблизился незаметно, словно умел становиться невидимым.

– Леди Монфрери, позвольте украсть вашу гостью на несколько минут.

– Я не смею отказать вам, лорд Глау, – улыбнулась графиня одними губами и тут же прошлась взглядом по нашим лицам, пытаясь понять, о ком идет речь.

– Госпожа Томчин, уделите мне немного времени.

Уже? Меня выгоняют кромешники, а не аристократка?

Сердце застучало быстро-быстро. Вместе с радостью, что я почти свободна от ненужной работы, пришла легкая грусть. Порой остро хотелось бросить все, забыть прошлое и зажить новой жизнью, но это пустые мечты. Я не предам память близких. Ни за что.

Я молча вышла из-за стола и последовала за кромешником.

Несмотря на светлые волосы, аккуратно зачесанные назад, строгой черной формой он напоминал ворона. Привлекательный хищной красотой темных, он будил смутную тревогу. И все же ему было далеко до зеленоглазого шатена в белом пальто – того я интуитивно опасалась сильнее.

Мужчина остановился под старой, но густо цветущей яблоней и, когда я приблизилась, тотчас поставил защиту от прослушивания.

Хотя КУМ плотно сотрудничал с орденом Кромешной Тьмы, с удовольствием приглашая его воинов в кураторы практикантам, я никогда еще не видела могущественного темного настолько близко. Даже возник соблазн ткнуть в мужчину пальцем, чтобы проверить, реален он или иллюзия.

– Сегодня ваша коллега выбыла, – многозначительно произнес лорд Глау.

С трудом сдержала грустную улыбку – сейчас сообщит, что я следующая. Вроде бы добилась, чего хотела, а почему-то обидно. Может, потому что не люблю проигрывать?

– Было принято решение объяснить остальным соискательницам причину.

Что?.. Я мысленно повторила услышанную фразу, но не сразу поняла ее смысл, ведь ожидала совсем других слов.

– Ваша сокурсница не могла занимать ответственную должность при графине. Она в деликатном положении.

– Кто? Графиня?

Вот это поворот! А чего ж это она собралась замуж за нашего принца?!

Давелиец поморщился и уставился на меня с подозрением, словно я издеваюсь. Ох, вот это я сглупила!

Слегка покраснев, я повинилась:

– Простите, мне легче предположить, что кто-то другой ждет ребенка, но только не Лиэль, мечтающая о должности при дворе.

– Понимаю, – кивнул серьезный мужчина. – Лиэль отказали, но за участие в собеседовании она получила гонорар.

Я удивилась. Это что-то новенькое – платить деньги, когда магичка не подошла. Или только потому, что она в положении? Что ж, благородно.

– Это все. Вы свободны, госпожа Томчин.

– Благодарю за объяснение.

Кромешник степенно кивнул. Несколько неспешных шагов – и он растворился в тени деревьев. У меня даже мурашки по спине побежали, жутко наблюдать подобную силищу, которой и не знаешь, что противопоставить. Хорошо, что Давелия с нами не воюет.

Вернулась я в беседку с хаосом в мыслях. Ароматный чай и нежное ягодное пирожное помогут справиться почти с любым потрясением, и я не стала отказывать себе в своеобразном лекарстве.

Теперь понятно, почему Лиэль выгнали: ей нужно думать о ребенке, а не о жизни и здоровье подопечной. Но почему девушка промолчала о причине? Почему кромешники ее нам сообщили? И почему именно мне, а не Фаине, с которой Лиэль делила комнату?

На тарелке остались крошки и одинокая вишенка, когда я подняла голову и заметила задумчивый взгляд графини. Следила за мной? А я за собой – нет, и ела, как научила бабушка, помешанная на соблюдении этикета в любой ситуации.

Отложив специальную вилку для десерта прямо на скатерть, я подхватила ягодку пальцами и отправила в рот.

Графиня едва заметно улыбнулась, в прищуренных глазах явно читалось любопытство. Поняла все-таки, что я пыталась саботировать знакомство? Неприятно, а перед девчонками и неудобно – нечаянно я выделилась, вызвав интерес нанимательницы.

К счастью, вскоре чаепитие подошло к концу, и графиня не стала нас задерживать.

– Я признательна за откровенность, девушки, – промолвила она, когда прощались. – Надеюсь, теперь будем проводить больше времени вместе, и к приезду в Квартен выяснится, кто в будущем прикроет мне спину.

Дав нам серьезный повод для размышлений, брюнетка мило улыбнулась и подмигнула. Почему-то мне.