Тёмные не признаются в любви
- -
- 100%
- +
Прошлой ночью мне невероятно повезло: напавший не ожидал, что девушка даст отпор. И я бы его не дала, если бы не зелье Мадлен, которое заморозило эмоции и не позволило запаниковать.
– Хорошо, раз вампира поймали, буду молчать, – легко согласилась я.
Пора заканчивать фарс и покидать «гостеприимного» управляющего.
– Отлично, тогда подпишите договор о молчании. – И господин Грегерсон впихнул мне в руки бирюзовый бланк, на котором золотились магические печати. – Обратите внимание на третий пункт – возможно, вы передумаете и все же согласитесь работать в клубе.
Естественно, я невольно прочитала первым указанный абзац. Прочитала и моргнула, не веря глазам. Нет, строчки не расплылись, слова не изменили значения.
Мне не предлагали продавать несколько глотков крови за вечер энергетически обессиленным вампирам. О нет, предложение было щедрым, неожиданным…
И незаконным.
– Третий пункт нарушает законодательство моей страны и устав университета.
– А законы Давелийской империи – нет, – снисходительно улыбнулся управляющий. – Можете спокойно подписывать.
– Спасибо, не заинтересована.
– Вчера вы готовы были подставить шею ради денег, а сегодня отказываетесь работать по профессии?
Удивление его казалось неподдельным.
Спрашивать, откуда ему известно, что учусь на мага грез, я не стала. Значок студентки факультета иллюзий оставить в комнате я не могла – без него не пройти на территорию студгородка. Уверена, мой спаситель преспокойно, не терзаясь угрызениями совести, обыскал сумку. Хорошо, что хоть документы я с собой не брала: идя в клуб нелюдей, я не собиралась позорить свой род.
– Простите, мне дорого обучение в КУМе. Если узнают, что я работаю у вас, меня тотчас исключат. А потом я еще буду иметь проблемы с магическим надзором.
– Пятый пункт прочитали? – невозмутимо уточнил вампир.
Я опустила взгляд. «Клуб «Полнолуние» в лице его управляющего Арка Грегерсона предоставляет (пустое место для имени и фамилии) право и возможность сохранить анонимность во время выступлений».
– Заманчиво, но нет.
– Ладно, сделаем так. – Управляющий потерял терпение и достал из кармана черного пиджака магическое перо. – Ваше имя, леди?
– Эле… – Я запнулась. О боги, я чуть не назвала настоящее имя! – Элли Ким.
Псевдоним я придумала еще вчера, сократив известную фамилию и взяв просторечный вариант имени. Родные и друзья зовут Элеярой или Элеей, и только одна из нянюшек в детстве ласково – Элли.
Почеркав договор, вампир протянул его с исправлениями.
– Ознакомьтесь. Теперь пункт о работе – всего лишь дополнение к обещанию молчать. Если в течение семи дней вы не подтвердите, что готовы работать иллюзионистом, предложение будет аннулировано.
Подпись Грегерсона уже стояла, и я, бегло просмотрев исправления, размашисто начертала свою.
– Не подписывай!
Крик со стороны двери испугал, и слабый укол магического пера я почти не почувствовала. Капелька крови подтвердила мою выдуманную подпись, даже с псевдонимом делая договор законным. Перечеркнутое, помарки исчезли, цвет бумаги сменился на светло-зеленый, сам документ раздвоился на два экземпляра.
И один из них выхватил мужчина, ворвавшийся в комнату.
– Арк, я ведь просил тебя! – прорычал он гневно, читая мое соглашение с управляющим.
Я же напряженно смотрела на него, смутно понимая, что мы с ним встречались. Но где? И когда?
И на вид жесткие волосы падали на высокий нахмуренный лоб тугими полукольцами. Темные брови контрастировали с песочной шевелюрой, но незнакомцу шло. Острые скулы и нос, подбородок с ямочкой казались какими-то хищными. Он – оборотень? Тогда какое ему дело до того, что я подписываю? На какой-то миг я испугалась, что за мной явился маг из надзора, чтобы арестовать. Уже только за попытку нарушить закон.
Блондин оторвался от договора. Пронзительно-синие глаза смотрели на меня напряженно.
– Ты собираешься работать в клубе, Элли?
Драгоценный ультрамарин на белом холсте… Притягательная бездна неба… Я вспомнила! Это он не дал мне упасть, когда столкнулись в клубе. И он же не позволил вампиру осушить меня.
Мой спаситель – оборотень? Малоприятное открытие. Пугающее и…
Минуточку! Он обратился ко мне по-свойски, по имени и на «ты»? А не обнаглел ли он?!
Леди не ругаются, леди выше всяких оскорблений и игнорируют грубиянов, зато мысленно могут ругаться как угодно.
Мягко улыбнувшись, произнесла смущенно:
– Простите, после нападения у меня что-то не то с памятью… я забыла, когда нас представили, господин…
На губах управляющего заиграла кривая улыбка.
Блондин же невозмутимо ответил:
– Джаред, для тебя просто Джаред. Через пять минут выходи на крыльцо черного хода – я отвезу тебя к воротам студгородка.
Я опешила, дар речи пропал от вопиющей наглости.
Не давая мне возможности отказаться, блондин вышел из комнаты, оставив управляющему экземпляр договора, который читал.
– Итак, леди, у вас есть семь дней, чтобы хорошенько подумать, хотите работать в «Полнолунии» или вам не хватит смелости.
Откровенное подначивание, такое точно не стоит внимания. Хотя нет, надо ответить его же монетой – игрой на нервах.
– Вы нанимаете меня, не зная мой уровень как иллюзиониста? А вдруг я слабачка, которая пришла в КУМ не за знаниями, а в поисках мужа? Или же полная бездарность в иллюзиях, напрочь лишенная воображения?
Пока я говорила, управляющий сворачивал трубочкой свой экземпляр договора.
Когда замолчала, он произнес всего одно слово:
– Волосы.
Миг недоумения, а затем я покраснела. Волосы? Он видит их настоящий цвет сквозь иллюзию? Какой кошмар!
Изменение цвета стало моей первой иллюзией, и разучила я заклинание еще в пятнадцать лет. Я была рыжей в стране, где этот цвет считался плебейским. И какой рыжей! Не золотисто-рыжей, как спелое зерно, и не благородно оранжевой, как солнышко. По словам известной художницы, мои волосы красно-коричневые, грязно-невнятные, как спинка жука-рогача. Неудивительно, что я предпочла иллюзию темно-русых волос настоящему цвету.
То, что управляющий об этом знает, выдает его с головой. Он – не просто высокого происхождения, как решила, рассматривая его внешность. Он – аристократ из дома, приближенного к императору.
– Вы – высший? А почему управляете клубом?
Я не подумала, правда, не подумала. Сказала то, что первое пришло в голову. И оно, судя по сузившимся глазам собеседника, совсем ему не понравилось.
Ой, это тайна? Он все-таки внебрачный сын, притом одного из темных герцогов? Изгнанник? Скрывается под обликом «давелийского господина», милостиво почтившего своим визитом столицу завоеванного королевства?
– Леди, вы мне льстите. Увы, объяснения просты: через час после того, как вы вырубились, иллюзия слетела, – со снисходительным смешком пояснил Грегерсон.
Я открыла рот, чтобы возразить, и тотчас закрыла. Это мой шанс исправить ошибку. Ведь если Грегерсон прячется в Латории, девчонка, знающая, что он высший, в свидетелях ему не нужна.
– Ох, простите… Я не подумала об этом.
Как и он не подумал, что иллюзия могла и не слететь, если она автономна: завязана не на сознание и резерв мага, а на внешний накопитель. Пока на мне жемчужные серьги, я – темно-русая кареглазая девушка без веснушек.
– Когда будете выступать, от иллюзии придется отказаться – среди завсегдатаев клуба есть высшие, – щуря глаза, сообщил Грегерсон.
– Я не согласилась работать на вас! – пряча договор в ридикюль, возразила я. Надеюсь, управляющий не почувствовал всплеска моего раздражения. – Благодарю за гостеприимство. Прощайте.
Выйти из комнаты я не успела – вампир решил, что мы не все прояснили.
Упершись ладонью в дверь над моей головой, он прошептал прямо в ухо:
– Леди, не в моих правилах так поступать, но я не могу иначе.
Он пугающе близко. От страха у меня пальцы похолодели.
– Так не поступайте, – в ответ прошептала я, представляя себе всевозможные ужасы, которые он задумал.
– Ну уж нет, я должен выполнить свой гражданский долг и предупредить другую гражданку об опасности, – с пафосом, насмешливо протянул он. – Милая леди, вы кажетесь мне неиспорченной, чистой девочкой, поэтому я горячо прошу вас: держитесь подальше от Джареда. Он – беспринципный ловелас.
Я громко выдохнула. Самое страшное – укус или приставания – не случилось. А бабник – это в Латории синоним оборотня. Самой наивной студентке КУМа известно: давелийцы с духом зверя обожают женское внимание.
– Не беспокойтесь, мое сердце уже занято. – И я не врала: оно принадлежало магии.
Пока не окончу университет, любовные приключения мне не интересны и очень вредны для успеваемости, а еще опасны для будущей карьеры. Как однажды рассказал дед, хитрые маги своей мнимой любовью кружат магичкам головы, заставляя отказываться от лучших предложений в пользу «женихов», а затем бросают. Вот такими вот подлыми бывают некоторые мужчины-неудачники…
– Хорошо. – Грегерсон отступил на несколько шагов, и мне даже дышать стало легче. – И все же будьте бдительней, леди. Джаред – обаятельный негодяй, он не может пройти мимо свежей симпатичной мордашки просто так. Вдобавок его постоянная любовница из местных недавно вышла замуж – и он подыскивает ей замену.
Вывалив на меня ворох информации, вампир любезно открыл дверь.
– До конца холла и направо, – скучающим тоном сообщил он. – До скорой встречи, леди.
Я летела по натертому воском паркету, кипя от негодования. Глупые намеки! Как будто оборотень прельстится мной. Но главное, что это я и не посмотрю на врага своей страны. Да мне с давелийцами и разговаривать непросто, что тут говорить об интимных отношениях с наглым захватчиком!
Выскочив на крыльцо, я замерла.
Перед черным ходом клуба стоял магмобиль. Самый настоящий магмобиль! Каплевидной формы, ярко-бирюзовый, с сияющими магией серебристыми деталями и наполовину выдвинутыми треугольниками крыльев.
И рядом с этим нереальным дивом стоял Джаред. Увидев меня, он распахнул пассажирскую дверь.
– Элли, карета подана!
Как во сне я подошла к чуду технико-магического прогресса Давелии. Не у всех аристократов Латории есть магмобили – их производство только налаживается. Да и то, как говорил друг деда, отечественные мобили появились в нашей стране благодаря шпионам, выкравшим чертежи у соседей. И наши техномаги так и не сумели довести их до идеального состояния – местные машины не летали.
Интересно, а эта летает? Если она из Давелии, то наверняка. Вот бы полетать…
– Осторожно, крыша. – Мужская ладонь мягко легла мне на затылок, прикрывая голову от удара.
Нет, мне не показалось: Джаред оборотень, ну или человек с постоянно повышенной температурой тела. Давелиец – это точно, принадлежность к темному народу выдают характерные острые скулы и что-то неуловимое, что чувствует любой маг Латории, столетиями воспринимающий соседей как врагов. Что не демон – однозначно, их дома немногочисленны, на счету каждый представитель. И все поголовно в окружении императора, даже женщины.
Удобное, обтянутое бежевой кожей кресло с готовностью приняло мое тело в свои объятия. Джаред обошел бирюзовую «каплю» и занял место водителя.
– Элли, я пристегну тебя, ладно? Я управляю мобилем больше десяти лет, но правила безопасности игнорировать не стоит.
Я качнула головой, подтверждая, что не возражаю.
И он крест-накрест застегнул два широких эластичных ремня. Мимолетное прикосновение к груди почти не смутило – чувствовалось, что оно случайное, без него было не обойтись.
Я поступила глупо, сев в магмобиль врага моего народа? Кто-то скажет, что да. Но этот давелиец спас меня, еще и пытался опекать – вон как рассердился, когда Грегерсон подсунул мне договор. Зачем ему это? Готова поклясться, не из-за внезапно вспыхнувшего влечения, что бы там ни говорил вампир. Оборотни трепетно относятся к детям и подросткам. Вероятно, Джаред думает, что я несовершеннолетняя и учусь на первом курсе?
Как бы там ни было, а интуиция молчала. Да и очень хотелось прокатиться на магмобиле. Вдруг это мой единственный шанс в жизни?
– Ну что, поехали? – улыбнулся с предвкушением Джаред и положил руку на панель управления.
Засветился синим отпечаток ладони, ожили циферблаты с непонятными значениями. Сам магмобиль, как видно в окно, затянуло защитное серебристое поле. Смотреть наружу оно не мешало, но, насколько я слышала, не позволяло увидеть сквозь стекла тех, кто сидел внутри.
Мужчина взялся за руль, отдаленно похожий на штурвал корабля, и бирюзово-серебристая капля сдвинулась с места.
Мое сердце – тоже. Казалось, оно упало в пятки от страха и предвкушения.
Глава 3
Сила Тьмы
Магмобиль не взлетел в воздух, как мне втайне хотелось. Но и поездка по земле не разочаровала – на рассвете городские улицы пусты, и машина ехала быстрее кеба. И так плавно! Когда я была маленькой, мы всей семьей часто отдыхали в горах – там я впервые увидела настоящий снег и каталась на санках. И теперь я могу смело утверждать: они проигрывали магмобилю. Испытываемый сейчас восторг затмил детский.
Это что-то невероятное! Дух захватывало от скорости и нереальности ощущений. А еще завораживали движения оборотня – то, как он спокойно держал руль, как уверенно переключал рычажки.
И магия… я чувствовала ее. В магмобиле несколько мощных накопителей, десятки заклинаний, переплетенных в нечто невообразимое. Чуть расфокусировав обычное зрение и перейдя на магическое, я всматривалась в радужные нити, окутывающие мобиль.
– Элли, тебе плохо? Не нравится поездка? – Джаред успокаивающе погладил мою ладонь, невольно комкающую ткань плаща. И я восприняла жест отстраненно, хотя в любое другое время возмутилась бы.
Магмобиль снизил скорость.
– Нет-нет! – Я испытала разочарование. – Все хорошо. А мы можем поехать, как раньше?
Чуть развернувшись ко мне, водитель широко улыбнулся, демонстрируя ямочку на щеке.
– Любишь скорость, Элли? Я тоже.
Приятный молодой мужчина, легкий в общении, если бы не его принадлежность к темным, я бы с удовольствием продолжила знакомство. А так, попрощаюсь с ним, когда доставит до места назначения, и постараюсь забыть.
Напоминание самой себе, что он давелиец, омрачило поездку. И, когда показалась жемчужно-серая стена, окружающая студгородок, я испытала облегчение.
Раннее утро. У ворот ни души. И я не стала просить, чтобы оборотень остановил подальше – лишняя перестраховка мне ни к чему, а его может обидеть.
Когда магмобиль остановился, я сделала то, что следовало сделать раньше.
– Господин Джаред, спасибо, что этой ночью спасли мне жизнь. Я никогда об этом не забуду. – В этот миг он был для меня просто спасителем, и слова благодарности шли легко и от души. – И спасибо, что подвезли.
Давелиец открыл рот, но что-либо произнести не успел – мой желудок издал голодный рык. Да еще какой!.. Такое ощущение, что здесь оборотень я, а не сидящий в соседнем кресле блондин.
Как же стыдно… Жар опалил лицо, перетек на шею и грудь. Наверняка сейчас и заглушенные веснушки видны сквозь иллюзию.
– Арк забыл тебя покормить?
– А надо было? – удивилась я.
– Естественно! – возмущенно подтвердил Джаред. – Ты же потеряла много крови.
Он положил руку на панель управления – и мобиль сорвался с места.
– Что вы делаете?! Я еще не вышла!
– И не выйдешь. – Обещание прозвучало несколько зловеще. – Я хочу быть уверенным, что через несколько минут после прощания ты не упадешь в обморок от истощения.
Мы направлялись в центр Квартена. За окном смазанно мелькали жилые дома и лавки, вторые все еще оставались закрыты.
– Куда вы меня везете? – чуть спокойнее, чем раньше, спросила я.
– Завтракать.
– Куда-куда?..
– В маленькое кафе, – терпеливо объяснил оборотень, – где тебе подадут завтрак для пострадавших от нападения вампира.
Ого, и такие бывают? Минуточку! А он меня спросил? Хочу ли я в кафе в его компании?
Ругаться, когда сидишь в магическом средстве передвижения, неразумно. И я, стиснув зубы, временно смирилась. Позже новое удивление отвлекло от переживаний – водитель выдвинул из-под слоев одежды магофон в форме браслета и с кем-то связался. Стационарные аппараты связи не редкость и в Латории, но персональные только у высшей аристократии и спецслужб. Кто же ты такой, Джаред?
– Доброе утро, госпожа Арика. Вы готовы к открытию? А можно позавтракать раньше? Спасибо! Столик на две персоны.
К одноэтажному, из светло-серого камня кафе «Рассвет Квартена» мы подъехали в молчании. Меня уже не изумляло, что модное заведение, расположенное неподалеку от дворца, ради давелийца откроется раньше на пару часов. Здесь я не бывала, но неоднократно слышала дифирамбы сестры.
Магмобиль остановился. Подав руку, Джаред помог мне выйти и повел к дверям кафе. Внутри нас уже ждали: вышколенный невозмутимый администратор и молодая белокурая дама, судя по одежде из последней коллекции Таркала и серьгам с сапфирами, сама хозяйка.
Что-либо произнести ей Джаред не позволил, немедля попросив:
– Госпожа Арика, давайте без церемоний, по-домашнему? Для девушки, будьте добры, восстанавливающий завтрак для мага, мне – как обычно.
Сопроводив за столик, на котором в хрустальной вазе стоял букет кремовых роз, хозяйка куда-то ушла. Через несколько минут официанты принесли закуски и первое блюдо. Вдохнув аромат супа с телятиной и грибами, который врачи прописывали при малокровии, я осознала, как голодна.
Откуда Джаред знает хозяйку кафе? Почему она с радостью выполнила его просьбу? Кто она ему вообще? А что, если…
Я чуть не поперхнулась, предположив, что белокурая Арика – бывшая любовница оборотня, о которой говорил вампир. Нет, сомневаюсь, это было бы верхом цинизма – привести потенциальную любовницу к бывшей. И нет, я не подумывала занять вакантное место, просто строила теории.
– Кто ты, Элли?
Я вздрогнула от вопроса.
– Что не девочка с улицы, понятно с первого взгляда, – продолжил оборотень. – Почему хотела устроиться в клуб? Ради денег? Сомнительно, чувствуется, что ты не студентка КУМа с бюджета, у тебя есть поддержка семьи.
Меня перекосило от последнего утверждения. Как раз и нет у меня поддержки! Была да вся вышла!.. А учусь я на платном, потому что могу себе это позволить и по просьбе дедушки не стала претендовать на бесплатное место.
– Если у тебя проблемы, о которых ты не желаешь говорить близким, расскажи о них мне, – понизив голос, предложил Джаред. – Я помогу тебе.
Какой самоуверенный… Я усмехнулась. Оборотень желает решить проблемы с оборотнями? Забавная ситуация.
– Не веришь, а зря. – Он не оскорбился. – Я убежден, что в силах тебе помочь, но подожду, пока проникнешься ко мне доверием. Так еще интересней.
Предупреждающе тренькнул внутренний колокольчик тревоги. Азарт, в его тоне мне послышался азарт? Неужели я ошиблась и меня не воспринимают как нуждающегося в опеке ребенка? А ждут чего-то большего, нежели простая благодарность?
– Жаль вас разочаровывать, но проблем нет. А временные финансовые трудности после нападения вампира уже не кажутся мне серьезными. Поэтому я не планирую возвращаться в клуб, даже как иллюзионист.
– Ты не любишь давелийцев, Элли?
Опасный вопрос, правдивый ответ на него сулит большие неприятности.
– Не могу утверждать обратное, что люблю, но и ненависти не испытываю.
И в этом я не соврала. Слишком юной я была, чтобы ярко помнить войну, разразившуюся десять лет назад на границе Латории и Давелии. Длилась она пару недель, а затем элитные войска императора Альторна захватили дворец и всех важных чиновников Латории. Захват вышел относительно бескровным – своих постов лишились лишь некоторые генералы, король остался на престоле, но обзавелся контролирующим амулетом. Мирное население не трогали, не ущемляли пять лет, пока императрица не додумалась скрепить мир брачными договорами. Так и появились отборы невест для темных…
– Уже хорошо, – насмешливо отозвался оборотень.
Несмотря на неудобные вопросы и не самую лучшую компанию, аппетит остался при мне и завтрак понравился.
К моменту подачи десерта Джареда вызвали по магофону, и он вышел из-за стола. Зато появилась хозяйка кафе и официант, который принес три чашки кофе, фрукты и ассорти пирожных.
Люблю светские разговоры – незнакомцы могут убить время на общие нестареющие и всегда актуальные темы.
Несколько незначительных фраз о теплой, как всегда в Латории, зиме со стороны госпожи Арики. Я поддержала ее сожаления, что снег до сих пор не выпал, а затем поблагодарила за восхитительные птифуры, которые сразили наповал мои вкусовые рецепторы, и принесла извинения, что побеспокоили ее так рано.
– Совсем не побеспокоили, – улыбнулась женщина снисходительно. – Господин Виквард вообще мог не сообщать о своем приезде, это ведь его кафе. Вы не знали?
Говорить, что с оборотнем знакома меньше суток, я не решилась. Да и зачем ей это знать? Мы видимся в первый и последний раз, даже когда восстановлю отношения с семьей и мне вернут деньги на карманные расходы, в «Рассвет Квартена» я больше не приду.
Интересно, почему фамилия Виквард мне кажется знакомой?
Не дождавшись ответа, госпожа Арика продолжила:
– Я совладелица кафе, но не вложила в него ни лэта.
Мои предположения верны: кафе оборотень подарил своей бывшей любовнице. Аристократия Латории тоже откупается от надоевших возлюбленных, но часто меньшими суммами.
– После того как мой муж выгорел, ему предложили место в штабе. Но перекладывать бумажки, наблюдая, как бывшие сослуживцы продолжают охранять границы родины, не по нему. Господин Виквард помог нам перебраться в Латорию, поближе к целителю, который занимается выгоревшими магами, и обеспокоился нашим благополучием, дав возможность мне заняться любимым делом. Без его помощи мы сами не справились бы.
Мне стало стыдно, что думала плохо о малознакомых людях. Интересно, если Джаред помог семье военного, служившего на границе, то он тоже военный?
– Не знала, что господин Виквард – военный.
Хозяйка кафе помрачнела.
– Бывший. Ему пришлось оставить службу.
Спросить почему, я не успела – вернулся объект нашего обсуждения.
– Почему у меня такое ощущение, что мне перемывали кости? – почти мурлыкнул он, усаживаясь напротив меня.
– Что вы, господин Виквард, нам за птифурами не до сплетен было, – смутилась моя собеседница.
А я внезапно вспомнила, где слышала фамилию своего спасителя – на уроке географии. Виквард – одна из процветающих провинций Давелии. У темных серьезно относятся к проблеме сиротства, традиционно приюты находятся под патронажем императрицы. Виквард… подкидышам дают фамилии по названию приюта или города, в котором он размещен.
Джаред – сирота, который не знает своих корней? Бывший военный, имеющий достаточно средств, чтобы в соседнем государстве рассекать на магмобиле и помогать знакомым. А в свободное время спасать студенток, по глупости угодивших в лапы взбесившихся вампиров… Нескучная личность. Но я буду счастлива, когда распрощаюсь с ним и забуду, как дурной сон.
Когда покидали кафе, госпожа Арика вручила мне набор птифуров, я и не подумала отказаться – ложной гордостью не страдаю.
На полпути к стоящему у дерева магмобилю мне стало как-то не по себе. Может, потому что напряженный Джаред стал оглядываться?
– Что-то не так?
– Все хорошо, Элли, я с тобой.
И я уже совсем испугалась, когда он подхватил меня под локоть и почти потащил вперед. Я толком не поняла, что происходит, как уже сидела в мобиле, который укрыло серебристое свечение щита.
Джаред же остался снаружи.
Гигантский сгусток огня упал на него, зацепляя и машину. Даже сквозь щит я ощутила жар и закричала.
Улицу залило кроваво-красное пламя боевого заклинания. И Джаред оказался в его эпицентре.
Когда языки огня опали, оборотень стоял непоколебимый и спокойный, как скала. Полы расстегнутого пальто трепал ветер, раскидывая их в стороны, как серые крылья.
В нескольких шагах от Джареда горело дерево. Сидя в магмобиле, я слышала треск.
Слышала?.. Ох, а ведь я жива! Жива! Хотя могла покрыться румяной корочкой… За то, что не поджарилась, следует благодарить щит.
Из-за угла кафе вышли двое. Один поигрывал ярко светящимся энергошаром, перебрасывая его из руки в руку. Второй сжимал одноручник, по клинку которого растеклось пламя. Боевые маги… У обоих черные платки под цвет остальной одежды, скрывавшие нижнюю часть лица.
– Сдавайся, давелиец! – прокричал первый, брюнет с косичкой. Тонкой, как хвостик оголодавшей крысы.
– И твоя спутница уйдет целой и невредимой! – добавил меченосец.
– «Покров Латории» теперь угрожает и женщинам? – с отвращением в голосе поинтересовался Джаред, оставаясь все в той же обманчиво расслабленной позе.