Чувства в клетке

Глава 3

Жаль бармена, но откуда же ему знать, что секса, как такового, в моей жизни уже нет много лет. Когда-то я съела столько этого дерьма, что хватит на жизнь вперед. Последний, кто полноценно побывал в моей постели, был Андрей. Тогда-то я и решила, что больше в этом не нуждаюсь. Сломалась во мне что-то, а может изначально неправильно работало. Могу играть мужиками, чтобы оттолкнуть потом, но не более того.

Секса в моей жизни было много, а вот удовольствие все осталось в том лесном домике на берегу озера.

***

Мы засыпали и просыпались вместе. Вместе ели, вместе купались в озере, вместе гуляли, мечтали, любили. Амин обещал, что не отпустит никогда, я верила. Он мало рассказывал о своей семье, но я поняла, что в городе он помогает дяде с бизнесом, у него есть своя квартира, а значит, с началом учебного года нам не придется расставаться. Только иногда Амин становился серьезным и далеким. Особенно когда звонил его телефон, и он разговаривал эмоционально с кем-то на чужом языке. Семья его матери была из Дагестана, а вот отец - русский. Видимо, Амин пошел в отца, потому что он не был похож на дагестанца, только глаза взял от матери и черные как смоль волосы.

Через неделю закончился наш рай. Я вернулась домой, а Амин уехал в город. Обещал приехать к следующим выходным. Обещал звонить. Все так и было. Первые дни он звонил часто, спрашивал, как дела, чем занимаюсь. Мы подолгу разговаривали, смеялись. А потом как-то вечером не позвонил. Я ждала, время шло, но телефон молчал. На следующий день я позвонила сама, но его телефон оказался отключен. Сначала я уговаривала себя, что у него дела, но он не позвонил ни через день, ни через неделю. Самое страшное, что я не знала больше ничего, ни адреса, ни другого телефона. Я пробовала пойти в дом его дяди, но меня и близко не пустили. Прогнали и сказали, если жизнь дорога, чтобы больше и близко не подходила. Кто же знал, что это не пустая угроза.

Я не могла поверить, что Амин предал меня, сердце горело и рвалось, поэтому я упорно ходила к тому дому. Он стоял у самой реки, в низине. Поэтому с холма был виден двор и вход в дом. Я сидела там и часами смотрела на пустынную территорию. Наблюдала, как дворник подметает дорожки или подрезает розовые кусты. Больше никто там не появлялся.

В один из таких дней внимание привлекли несколько дорогих машин, подъезжающих к дому. Сердце замерло и не зря. Уже через пару минут я увидела, как из машин выходят люди. Почтенный грузный мужчина вышел первым и жестом хозяина стал приглашать всех в дом. Из последней машины вышла девушка, а за ней вылез он. Амин. Сердце подскочило к горлу и замерло, когда увидела, как он положил руку на талию блондинки, и улыбнулся ей. Боже! Что это? Дурной сон? Я не могла поверить, побежала вниз с пригорка. Остановилась в нескольких метрах от них. Смотрела и умирала, потому что Амин обнимал эту миниатюрную девушку и что-то говорил ей на ухо. В какой-то момент он поднял глаза, и мы встретились взглядом. Он замер, улыбка ушла с его лица. Он отстранился от блондинки, шагнул в мою сторону. Казалось, он хочет что-то сказать. Но тут его окрикнул дядя. Амин оглянулся. К нему спешил Барон, который заметил меня и теперь рассматривал каким-то цепким взглядом. Он спросил, указывая в мою сторону:

- Что это за девушка? Что ей нужно?

- Не знаю, - ответил Амин, хмуро глядя на меня, - я не знаком с ней, - и отвернуться.

Я стояла там и смотрела им вслед глазами, полными слез. Во мне все плавилось внутри и горело. Около самых ворот Амин обернулся. Глянул еще раз долгим взглядом и пошел прочь, взгляд его горел, но что это значило, я не смогла понять. Я уже ничего не понимала. Я умирала. Не помню, как шла оттуда. Не помню, как оказалась на нашем месте у реки. Упала в траву под деревом, где еще недавно он меня целовал, и рыдала, пока слезы не закончились.

Там он меня и нашел. А я не могла понять, мне все это видится? Он притянул меня к себе и крепко обнял. Ничего не говорил сначала, а у меня не было сил сопротивляться. Потом вспомнила блондинку в его руках и оттолкнула изо всех сил, попыталась убежать, но он догнал, я вырывалась, он не отпустил, просил выслушать его.

Амин рассказывал, что не любит эту девушку, но так решили их родители. Что бизнес его дяди сильно зависит от отца этой девушки, поэтому он не может отказаться. Но он обещал, что решит этот вопрос. Ему просто нужно время. Просил подождать. Объяснял, что должна состояться какая-то важная сделка, после которой он сможет разорвать помолвку. Еще просил держаться подальше от их дома и его дяди, которого советовал опасаться.

Тогда я верила его обещаниям, потому что была наивной и глупой. После той ночи он снова пропал.

А уже через несколько дней около моего дома остановилась крутая машина. Это был Барон. Он подозвал меня и сказал ледяным тоном:

- Слушай сюда, русская шлюха! Чтобы я тебя с Амином рядом больше не видел! Если тебе дорога жизнь - забудь его! - взгляд холодный, пробирает до мурашек.

- Я люблю его, - смело вскинулась я. Он засмеялся, и от этого смеха стало еще страшнее и противнее.

- Хорошо, - сказал он. - Сегодня у Амина день рождения! Приглашаю тебя на праздник. Будь готова к восьми. Придешь ко мне, тебя пропустят.

До вечера я не знала, куда себя деть. Бабушка, как чувствовала, все цеплялась ко мне, просила поговорить с ней, рассказать. Она давно заметила, что со мной происходит странное. Конечно, я молчала. В тот вечер мы пили с ней чай, потом я присела на диван, а она устроилась рядом. Я положила голову к ней на колени, и бабуля стала перебирать мои волосы, тихо напевая. Бабушка была моим единственным родным человеком. Она меня воспитала. Родители погибли в аварии, когда мне было пять. Их я почти не помню. Кто ж знал, что это был последний вечер, когда я видела бабушку. Знала, хоть обняла бы ее на прощанье.

Конечно, я пошла туда. Как и сказал Барон, меня пропустили в его дом. Там было шумно и много народа. Все веселились. Шел праздник. На меня никто особенно не обращал внимания. А потом я увидела Амина. Он танцевал медленный танец с той самой блондинкой. Тепло смотрел на нее, а потом наклонился и поцеловал. Я смотрела на эту картину и снова умирала. Понятно стало, зачем Барон позвал меня сюда. Чтобы я посмотрела своими глазами и поняла. Никогда Амин не будет со мной. Мне надо вырвать его из сердца и забыть. Закончился танец. Они отошли к стене, и в этот момент Амин увидел меня. Взгляд его был пораженный и непонимающий. А я больше не могла здесь находиться. Развернулась и побежала прочь из этого дома. Ноги сами понесли к реке, под наше дерево. Только не видела я, что за мной последовал человек и это был совсем не Амин.

***

Слышу, где-то разрывается телефон. Именно это вырывает меня из сна. Голова гудит потому, что почти до утра не могла уснуть, растревоженная проклятыми воспоминаниями. Телефон замолкает и начинает трезвонить опять. Нахожу его в своей сумочке. Я узнаю номер, поэтому немедленно отвечаю.

- Слушаю!

- Для тебя есть важная информация и задание.

- Я больше не выполняю ничьих заданий! И ты это знаешь! - собираюсь отключиться, но голос в трубке продолжает.

- Это особое задание! Оно может привести тебя к человеку, которого ты так давно ищешь! Жду тебя в нашем месте через час.

Слушаю в трубке короткие гудки, и сердце отбивает нечеткий ритм. Откуда он узнал? При одной мысли обо всем этом сердце сжимается от боли так, что хочется завыть. Нет! Нельзя! Нельзя показать никому мое слабое место, болевую точку, которая кровоточит до сих пор и не перестанет никогда. Иначе выдам себя и дам неубиваемый козырь в руки тем, кому удобно получить меня в услужение.

Наскоро одеваюсь, спускаюсь в гараж. Седлаю своего железного любимца, надеваю шлем, завожу мотор и выезжаю на улицу.

Шум мотора гудит в ушах, я лечу вперед, обгоняя ветер. Обожаю байки и скорость. Они ассоциируются у меня со свободой, которой у меня так долго не было.

Закончилась она в тот день у реки, куда я прибежала, горя от боли и предательства. Снова рыдала, глядя на темную гладь. Почему-то захотелось отдать воде свою боль. Я вспоминала нашу первую волшебную ночь у костра, вспоминала, как запускала венок. Мне показалось, что на водной глади я вижу именно его. Наверное, мое больное воображение разыгралось. Я вошла в воду прямо в белом платье. Было холодно, но мне хотелось этого холода. Чтобы было больно снаружи и не болело так сильно внутри. Я вошла в воду, проплыла несколько метров, но никакого венка, конечно, не нашла. Течение отнесло меня, и я вернулась на берег. Вышла и упала на мокрый песок, дрожа и рыдая. Наверное, поэтому я не заметила тихие шаги сзади. Поэтому, когда сильные руки зажали мне рот, я даже не успела испугаться. А потом какая-то вонючая ткань прижалась к моему лицу, и от этого запаха я стала терять сознание. Темнота забирала меня постепенно, последнее, что я помню, меня куда-то несут, а еще голос.

- Она у меня. Что с ней делать дальше?

***

Подъезжаю к придорожному кафе. Глушу мотор, прохожу к столику в самом углу небольшого зала. Отсюда хорошо просматривается дорога, постоянных посетителей здесь не бывает, поэтому меньше вероятности быть кем-то замеченной и узнанной.

Через несколько минут в зал заходит человек, которого я жду. Скользкий, мерзкий мудак, лижущий ж*пу и нашим и вашим, но всегда обладающий самой свежей и нужной информацией. Продавая ее, он и зарабатывает на жизнь, а еще выполняет роль посредника, если нужно выполнить какую-то грязную работенку.

- Говори, - требую я, не желая любезничать с этим дерьмом и тянуть время.

- Ты нетерпелива, впрочем, как всегда.

- А ты, как всегда, испытываешь терпение, хотя знаешь, что это не мой конек!

- Я никуда не спешу, ну да ладно! Из-за моей особой любви к тебе и твоему темпераменту перейду сразу к делу. Знаю, какое-то время назад ты искала некую Зухру Абельянову, - вот сука! Откуда только знает все, от одного этого имени внутри поднимается гадкое чувство, но показывать это я не собираюсь. Поэтому слушаю дальше с каменным лицом. А этот урод продолжает, - я знаю, как найти ее родную сестру. Зульфию.

- Она умерла много лет назад, впрочем, как и ее сучья сестричка! - собираюсь встать и уйти.

- Постой! Это не совсем так, - медленно поворачиваюсь, а он продолжает. - Есть сведения, что она жива и здорова. Живет в Европе. Работает на одного очень влиятельного человека. Амадин Веленский. Слышала о таком?

- Нет. Мне поср*ть на всех влиятельных людей, особенно если учесть, что такой как Зульфия нечего делать в Европе, - похоже, меня просто разводят.

- Ошибаешься. Да и зовут ее теперь по-другому.

- Допустим. Что дальше? Ты же что-то хочешь от меня?

- Да. Есть люди, которые хотят добраться до этого Амадина.

- Причем здесь я? - хотя прекрасно понимаю, причем. Им нужна идеальная убийца. Чтобы влезла к нему в постель, а потом грохнула.

- Ты умная. Уже сама все поняла.

- У нас стало мало киллеров-профессионалов?

- Нет. Но его нужно не просто убить. Сначала, нам нужна кое-какая информация и еще кое-что.

- Я больше не беру заказы, и деньги меня не волнуют. Можешь быть свободен! - снова пытаюсь встать.

- А имя Марина Лютова тебе о чем-то говорит? – застываю как вкопанная и медленно сажусь обратно. Откуда он знает мое настоящее имя?

- Вижу, имя тебе знакомо. Так вот, у этого человека есть сведения, интересные и тебе.

Он достает конверт и бросает на стол.

- Здесь вся информация о нем. Когда изучишь, наберешь меня. А я уверен, ты позвонишь. Потому что сама ты до него не доберешься. Даже с твоими талантами!

Жду ваших отзывов и сердечек))) Марго нужна ваша поддержка!

Глава 4

Еще несколько часов я каталась на любимом байке, просто чтобы успокоиться. Конверт, лежащий за пазухой во внутреннем кармане, жег. Я чувствовала, там что-то страшное, связанное с моим прошлым. По-хорошему нужно послать подальше всех, но есть одно очень серьезное НО. Мне нужна информация, и если она есть у этого Амадина, то я получу ее, не смотря ни на что.

Домой заявилась ближе к вечеру, уставшая, но с проветрившимися мозгами. Я умею насильно отвлекаться, чтобы потом собрать все силы и сделать бросок. Сейчас я собиралась сделать именно такой бросок - открыть конверт. Достала его и, решительно вдохнув, раскрыла.

Внутри лежали свернутые вдвое бумаги, где я нашла общие сведения об этом Амадине. Владелец известной сети отелей по всему миру. Центральный офис в Лондоне. Наверняка очередной напыщенный хрен, считающий себя властелином мира. Понятно, что добраться до него будет не так просто. Достаю еще один вложенный конверт. В нем лежит флешка. Вставляю в ноутбук, вижу папку с фотографиями. Пока делаю все эти манипуляции, окончательно успокаиваюсь. Открываю папку с фото, на экране появляются изображения центрального офиса, и нескольких отелей. Все красиво, как на картинках туристических компаний с рекламой самых дорогих туров. Звонит телефон, я беру аппарат в руки, одновременно продолжая листать фото. Перевожу глаза на телефон, собираясь ответить, но замираю, так и не успев принять вызов. Возвращаю взгляд назад, потому что с экрана ноутбука на меня смотрят черные глаза. Его глаза. Моя персональная бездна, мое проклятье.

Телефон продолжает играть, а я даже не пойму, откуда этот звук. Мне кажется, это я рассыпаюсь на куски. Слышу, как трещины расходятся в стороны, начиная от груди и дальше. Телефон замолкает, и наступает зловещая тишина, как перед взрывом. Это я сейчас взорвусь, и этой бешеной волной снесет все кругом. Это он. Смотрит на меня с экрана ноутбука холодным безразличным взглядом. Вот я тебя и нашла! После возвращения из ада я узнавала все, что могла об Амине. Но дядька его к тому моменту уже сдох, а все, что я узнала - Амин уехал из страны. Оказывается, не просто уехал, но еще и неплохо устроился. Сволочь. Хочу отвернуться от экрана и не могу. Больно. Больно шевелиться. Больно вспоминать.

Звук. Слышу звук. Он похож на вой раненого животного. Понимаю, что это я. Сквозь стиснутые зубы вою, обнимаю себя деревянными руками, сгибаюсь пополам, чтобы не рассыпаться. Впору лить слезы, а лучше рыдать, но плакать меня давно отучили. Слезы это роскошь, которой я не заслужила. Их все выплакала Маринка, перед тем, как сдохнуть. Она тяжело умирала во мне, билась в агонии, надеялась на что-то, скулила и умоляла. Но выбора не было. Маринку пришлось убить, чтобы из нее возродилась бездушная, хладнокровная Марго.

Марго не умеет плакать, у нее нет жалости. У нее есть цель, которую надо выполнить любой ценой. Маринка могла лить слезы над бездомным котенком, Марго же убивала настолько хладнокровно, что позавидовать мог бы самый опытный палач. Такой меня сделали. Этому меня научили. На это много сил и времени потратил мой последний хозяин, который выкупил меня потому, что заметил качества, о которых я и сама не знала. За это я сказала ему спасибо перед тем, как выпустить пулю в лоб. На его лице мертвой маской навсегда застыло удивление, ведь он был уверен, что полностью контролирует меня. Он даже не думал, что создал идеальное оружие, от которого сам же и погибнет.

Эти мысли немного отрезвляют. Заставляют напомнить кто я, и как оказалась здесь и сейчас. Нельзя давать слабину. Это Маринка снова подняла голову, не совсем еще сдохла, значит. Но волю ей давать нельзя. Пусть возвращается в свою нору. Раз я не сломалась тогда, то и сейчас выберусь. Всегда выбиралась и вставала. Даже после самых сильных побоев, после насилия, умывалась кровью, но вставала и шла дальше. Если не получалось идти, ползла. Но не останавливалась. Именно это позволяло мне выстаивать в боях против крепких мужиков. Я прошла обучение, которое ломало даже тренированных ранее парней. И теперь видимо настал момент, когда мои навыки снова пригодятся.

Ублюдок, который предложил мне заказ, похоже, знал или догадывался о моих личных мотивах. Поэтому так уверенно утверждал, что не смогу отказаться. Но он не учел одного. Я терпеть не могу, когда меня как марионетку дергают за веревочки неведомые заказчики. Я давно уже не работаю. Могу себе это позволить. Денег у меня хватит на две жизни вперед. Спасибо моему "мужу", который умер больше года назад. Ему я искренне благодарна за все, потому что этот человек сумел стать для меня по-настоящему близким и родным. Глядя со стороны, многие бы улыбнулись и посчитали меня охотницей за богатством, а его - похотливым старым козлом. Но первое впечатление обманчиво. Хотя нам было плевать на чужое мнение. Василий Николаевич фактически заменил мне отца, которого у меня никогда не было. Да, я годилась ему во внучки, особенно если учесть, что близко знала его дочь. Мы с ней вместе находились какое-то время в неволе, ее тоже похитили и продали в рабство. Отец разыскивал ее много лет, но безуспешно. И только когда я сама смогла выбраться из ада, вспомнила и про подругу. Она рассказывала об отце. Я нашла Василия Николаевича и поведала все, что знала. Мы вытащили Машку, только поздно было. Она уже была тяжело больна. Хорошо, хотя бы последние месяцы провела дома рядом с любимым отцом. Василий Николаевич не на долго пережил дочь. Он тоже был болен, а смерть единственной дочери подкосила его окончательно. Для меня он стал почти как отец. Свое состояние он хотел завещать мне, но это могло породить споры. Он посчитал, что проще нам с ним оформить брак, чтобы все перешло мне по праву. Так и случилось. Я очень благодарна этому человеку и не только за безбедное будущее. Василий Николаевич научил меня многому, помог адаптироваться к мирной жизни, а я отблагодарила их с дочерью, чем могла. Он хотел, чтобы его деньги помогали таким же, как я и его дочь выбираться из неволи, я для этого и сейчас делаю все, что могу.

Не собираюсь я брать заказ, а этот кусок дерьма плохо меня знает, если считает, что я соглашусь пусть даже за приличную сумму шпионить для невидимого заказчика и выполнять его команды. Я привыкла работать одна. Но ему спасибо за информацию. Ее я использую по максимуму, чтобы добиться своей цели и отомстить. Хочется блокировать воспоминания, но они больным потоком снова врываются в голову, и отделаться от них не получается.

***

Очнулась я тогда в хорошо обставленной спальне, на двуспальной кровати, сначала подумала, что это Амин принес меня сюда, и скоро я его увижу. Но я глубоко ошибалась. Комната оказалась заперта, а за окном виднелось глубокое ущелье. Это ужаснуло меня особенно, потому что в нашей местности не было таких высоких гор. Значит, я далеко от дома, неизвестно где и неизвестно у кого. Через пару часов в комнату вошла женщина, закутанная вся в черную одежду. Глаза ее были злыми и холодными, впрочем, как и тон. Она пояснила мне, что я теперь должна забыть свое прежнее имя, фамилию, и полностью подчиняться ее приказам. Я пыталась объяснить, что они с кем-то меня перепутали, что я не сделала ничего плохого, а эта женщина только ухмылялась в ответ. Это сейчас я понимаю, насколько жалки и глупы были мои просьбы и слезы. Не знала я, что попала в руки худшей из женщин, жестокой и страшной. Она сказала, что я должна сидеть тихо до момента отправки, иначе пожалею. Тогда я даже представить не могла, о какой «отправке» она говорит. Если бы знала, что уготовила мне судьба, наверное, бросилась бы в то самое ущелье и избежала страшного будущего. Но тогда я еще надеялась на лучшее и напрасно. Я понятия не имела, что значит рабство. Потом узнала, и все надежды рухнули, когда меня продали одному из самых жестоких и мерзких хозяев. Нет. Не буду вспоминать это время. Это как болото. Страшное, мерзкое, вязкое. Это запретный отрезок, его вспоминать нельзя. Оно приходит ко мне только в кошмарах жуткими картинками из прошлого. Тогда я снова ощущаю себя куском использованного грязного мяса, снова приходится напоминать себе, сколько пришлось пройти и вытереть, чтобы выбраться из этого дерьма. И теперь я просто не имею права сдаться. Я должна жить. А Амин все это время жил припеваючи. Хотя в этом я и не сомневалась. Это потом я узнала, что его дядюшка был самым крупным поставщиком живого товара за границу. И я понимала, как именно Амин помогал ему. Заманивал таких молоденьких дурочек в свои сети, чтобы потом продать и заработать. Дядюшке предъявить счет я не успела, а вот его племяннику теперь могу, и сделаю, даже если для этого придется все чувства закрыть в клетку. Они итак живут там много лет, но иногда вырываются. Поэтому надо настроиться, поменять замки, сделать прутья решетки более крепкими, чтобы осуществить задуманное!

Глава 5

Две недели ушло на сбор информации и подготовку. А еще нужно было настроиться, залатать все душевные пробоины, распалить в себе ненависть, а потом потушить все эмоции, чтобы на выходе осталась хладнокровная Марго, для которой важна только цель.

Добраться до Амадина действительно оказалось не просто, но возможно. Неплохо устроился этот гад. Информации о нем нашлось немного, но достаточно. Посмотрела я фото-отчеты с некоторых мероприятий, где он сиял своей довольной рожей в обществе длинноногих девиц. Интересно, что нигде ни слова не было сказано о его жене или бывшей жене. На фото рядом терлись всегда разные курицы, что хорошо. Это означает, что на телок он по-прежнему падок, а значит, привлечь его внимание не составит труда. Очень удачно, что через несколько дней должно состояться открытие нового пафосного отеля в Айа-Напа на о. Кипр. Отель принадлежит их группе компаний и Амадин точно будет на открытии. Цены в этом отеле космические, но меня это не пугает. Сегодня ночью я вылетаю туда, чтобы снова играть любимую роль - богатой капризной сучки.

Жаркое солнце, море и пальмы. Мечта для многих, я же все это ненавижу. Для меня они ассоциируется с неволей, со страной, ставшей для меня тюрьмой и адом. Находясь в жаркой Турции, я мечтала увидеть сугробы, почувствовать ледяной ветер родной страны, меня тошнило от блеска и роскоши, а самым желанным местом был старый бабушкин дом, вязаный свитер с дырочкой на рукаве и простые занавески в горошек. Конечно, Кипр - не Турецкий курорт, но жара и пальмы здесь похожи.

Сейчас я разместилась на лежаке около бассейна и расслабленно потягиваю коктейль. Можно подумать, что я на вершине блаженства, но это совсем не так. Я не просто так надела откровенный купальник и приняла соблазнительную позу. Все продумано до мелочей, и нужная мне рыбка уже клюнула на крючок. Вот уже полчаса меня поедает глазами мужчина, сидящий за стойкой бара прямо напротив бассейна. Он-то мне и нужен. Член правления компании, которой принадлежит отель. Он должен провести меня на закрытое мероприятие, посвященное открытию, которое состоится завтра вечером.

Легко встаю, набрасываю на плечи прозрачный халатик, подхожу к барной стойке и заказываю мороженое с фруктами и коктейль. Говорю на английском. Пока бармен возится с моим заказом, боковым зрением замечаю - нужный товарищ пожирает меня взглядом. Потом, наконец, решает заговорить:

- Вы русская? - решил сразу в лоб, чтобы не церемониться.

- А что, почувствовали родную душу?

- Да. Давно не был на родине!

- Могу передать привет! - бармен ставит передо мной заказ, я подхватываю его и отправляюсь за свободный столик. Моя жертва идет следом. Как же вы все предсказуемы!

Устраиваюсь в плетеном кресле, а моя рыбка напротив.

- Вы хотите передать на родину еще что-то, кроме привета?