Отражения

Глава 3. Отражения будущего

Они устроились на старинной кровати — в начале XX века у японцев она называлась футоном: это был матрас, укладываемый на татами, традиционные японские маты из соломы, создававшие особенную атмосферу уюта.

Мираи, сидя рядом с женщиной, рассказывала о будущем. Её слова проникали в воображение собеседницы, которая с любопытством изучала сотовый телефон из XXV века.

— Путешествие во времени будет лёгким и доступным, — произнесла Мираи уверенно и взволнованно. — Каждый в любое время сможет отправиться, куда захочет.

Женщина, чьи глаза были прикованы к экрану, впервые за время разговора подняла взгляд.

— Меня зовут Мираи Ашита, — представилась гостья.

— Я Како Фурусато, — ответила женщина, снова опустив глаза к диковинной вещи из XXV века.

Мираи улыбнулась, обратив внимание на фамилию собеседницы.

— Како Фурусато? — переспросила она.

— Да, — кивнула женщина.

— Теперь понятно, почему нас все путают, — сказала Мираи с улыбкой, указывая на их сходство.

— Но почему мы так похожи? — удивилась Како, подходя к зеркалу. Мираи последовала за ней. Обе вгляделись в отражение, замечая, насколько сильно походили друг на друга. Черты лица, манера движений, даже походка — всё было так похоже, будто они были близнецами.

— Возможно, ты моя прапрапра... и много раз прабабушка, — предположила Мираи.

— Это многое бы объяснило, — задумчиво согласилась Како.

Мираи внимательно слушала немой запрос Како; её глаза зажглись восторгом, когда она начала рассказывать о будущем.

— Саппоро в двадцать пятом веке... Это место, где сбываются самые смелые фантазии, — начала она, вкладывая в каждое слово частичку волшебства. — Летающие машины на солнечных батареях заполняют небеса. Нанороботы размером с молекулу борются с болезнями и старением, позволяя людям жить практически вечно. Роботы с искусственным интеллектом стали неотъемлемой частью повседневной жизни — они выполняют тяжёлую работу, обеспечивают безопасность и комфорт, становясь настоящими помощниками и друзьями. Киберсамураи — стражи порядка в мире цифровых угроз. Города в вертикальном формате — архитектурные чудеса, простирающиеся над облаками. Синтетические существа — талантливые артисты, чьи образы взяты из японской мифологии. Голограммы — обычные люди доступны через трёхмерные проекции, с которыми можно общаться, словно они рядом.

Мираи подняла телефон, желая поделиться впечатлениями.

— Вот, посмотри, — произнесла она, указывая на экран, где мерцали фотографии и видео существ из японских мифов.

На фотографиях предстали Нингё — существа с верхней частью тела, подобной женской, и нижней, напоминавшей рыбий хвост. Их изящные голоса воспевали мелодии, способные вызывать удивление и восхищение.

Мираи перелистнула дальше. Како увидела Тэннён — существ, способных танцевать с невероятной ловкостью и грацией. Они напоминали людей, но их прозрачные, словно хрустальные, крылья придавали им особое волшебство.

Како не могла оторвать взгляд от изображений, погружаясь в мир фантазии. Её лицо озарилось восторгом.

— А тут мы ходили в театр, — сказала Мираи, показывая следующее фото.

На изображении были Тануки — духиеноты с забавными и шаловливыми характерами, способные менять форму и размер, создавать иллюзии и веселить зрителей комедийными постановками. Како не удержалась от улыбки.

Рядом с Тануки были Кицунэ — прекрасные девушкилисы с изящными формами, длинными хвостами и пушистыми ушами. Их яркие глаза и сверкающие тела привлекали внимание, а магические способности создавали впечатляющие визуальные эффекты на сцене.

— Тэнно, созданные по образу японских духов, — настоящие маги на сцене, — продолжала Мираи. — Они летают в воздухе, создают великолепные иллюзии, оживляя роли божественных существ, ангелов, фей и духов природы. Их таланты находят выражение и в цирке, и в водных театрах. Например, существа по образу водных духов Каппа создают удивительные водные эффекты, превращая сцену в сказочное подводное царство.

Мираи указала на изображения Тэнгу — птицеобразных духов с крыльями, перьевыми хвостами и острыми клювами.

— Их маневренность и грация идеальны для летающих персонажей и воздушных трюков.

— Потрясающе! — воскликнула Како, поражённая видеороликами, в которых мифологические существа демонстрировали невероятные способности. Для неё было очевидно, что это не актёры в костюмах, а реальные создания, ожившие из японских мифов.

— Они живут вечно, не стареют и не болеют. Не едят, не спят, — говорила Мираи. — Их жизнь — это театр и цирк, где каждый день наполнен приключениями и чудесами.

— Как бы я хотела увидеть будущее своими глазами, — восхищённо вздохнула Како. — Побывать в двадцать пятом веке, погулять по улицам Саппоро, посмотреть, какой он там. — Она провела рукой, словно указывая на невидимую черту, разделяющую настоящее и будущее.

Мираи улыбнулась, видя мечту в глазах Како.

— Мы можем поменяться местами, — предложила она. — Ты посмотришь будущее, а я полюбуюсь прошлым.

— Отличная идея! — радостно согласилась Како, и её лицо засияло предвкушением.

Они сидели рядом, словно два путешественника, готовых отправиться в неведомые миры.

Мираи и Како подошли к зеркалу, испытывая волнение. Сердце Како билось сильнее, когда Мираи прикрепила сотовый телефон к углу зеркала и ввела дату: 2476 год. Страх смешивался с волнением, создавая внутреннюю тревогу.

Зеркало заискрилось. Телефон загудел, и вместо обычного отражения в стекле показалась комната. Како почувствовала дыхание времени, словно вихрь, затягивающий в невидимую реальность.

Они шагнули внутрь, и взгляд Како застлался удивлением: перед ней были современные технологии и мебель XXV века, гармонично сочетавшиеся с элементами традиционного японского дизайна. Стены, покрытые экранами, оживали под влиянием света и тени. Татами и сёдзи дополняли обстановку, сохраняя уникальную атмосферу японского жилища.

— Невероятно, — прошептала Како. Этот мир был словно сказочная страна, где традиции и современность переплелись в единое целое.

— Это моя комната, — сказала Мираи, и её голос прозвучал как приглашение в мир тайн и открытий.

— Какая она... — Како пыталась подобрать слово. — Двадцатипятивековая, — неуклюже произнесла она.

Мираи улыбнулась.

— Можем поменяться, — предложила она.

— Это не больно? — спросила Како с лёгким беспокойством.

— Нет, нужно сделать всего два шага, — улыбнувшись, ответила Мираи.

Како глубоко вздохнула и сделала два шага. В следующее мгновение она оказалась в комнате Мираи из XXV века. Вокруг расстилался мир, сочетавший удивительные технологии и традиционную японскую культуру.

Она обернулась и увидела, что зеркало снова стало обычным зеркалом, отражавшим её изумлённое лицо. Мираи осталась в прошлом — вместо неё.

Како стояла посреди просторной квартиры, внимательно осматривая каждый уголок. Но больше всего её поразило огромное панорамное окно во всю стену: в нём отражались не её черты, а высокие стеклянные здания, поднимавшиеся ввысь и пронзавшие облака. За окном мелькали летающие автомобили. Женщина смотрела как заворожённая. Она была в будущем.

Комната и кухня были объединены в одно пространство. Взгляд Како остановился на белом диване, столе с компьютером и стуле в углу, а также на кухонной зоне с небольшим столом. Женщина не знала, как называются эти предметы. Один был похож на длинный шкаф, другой — на тумбу с необычной круглой дверцей посередине.

— Вот бы диван был зелёным, — произнесла она вслух, и в мгновение ока белый диван превратился в зелёный. Како замерла, не веря своим глазам. Её сердце забилось сильнее, когда она осознала способность влиять на окружающий мир.

Глава 4. Сквозь технологии

Како стояла в комнате, погружённая в свои мысли, когда вдруг раздался голос, искажённый, похожий на звуки старого граммофона из кабинета её мужа. Она приподняла взгляд, и сердце сжалось от ностальгии — всплыли воспоминания о вечерах, проведённых в объятиях любимого.

— Мираи, — прозвучал голос, наполнивший пространство комнаты.

В ушах Како зазвучали слова мужа, словно он стоял перед ней, возвращая её в моменты счастья и умиротворения. Она вспомнила, как иногда, когда дела мужа подходили к концу, он звал её к себе.

«Звёздочка моя, — говорил он, выглядывая из кабинета, — пойдём, потанцуем».

Тогда она без колебаний поднималась с места и направлялась к кабинету. Входя, она чувствовала знакомую атмосферу уюта и спокойствия. Муж включал граммофон, и начиналась магия. Они танцевали в объятиях друг друга, словно время замирало, а мир вращался только для них двоих. Музыка текла как поток, наполняя комнату нежностью и любовью.

Они танцевали до поздней ночи, сливаясь в общем вихре эмоций. Како прижималась к нему, ощущая тепло его тела и запах его кожи. В этот момент она чувствовала себя полной и счастливой.

— Фитнес через час, — вдруг прозвучал голос, прервавший воспоминание.

Како вздрогнула, возвращаясь из мира грёз в реальность. Она оглянулась вокруг — испуганный взгляд скользнул по комнате, но только тишина ответила на её вопрос.

— Кто здесь? — её голос прозвучал дрожащим шёпотом.

Она огляделась, но комната была пуста, лишь тёмные тени играли на стенах.

— Рени, — сказал голос, звучавший теперь как отголосок из параллельного мира.

— Какой ещё Рени? — взволнованно воскликнула Како.

— Я искусственный интеллект, ИИ, — прозвучал ответ.

— Кто? — Како не поняла.

— Искусственный интеллект, или сокращённо ИИ, — это область компьютерной науки, которая занимается созданием программ и систем, способных выполнять задачи, обычно требующие человеческого интеллекта.

— Это включает в себя обучение, распознавание образов, планирование, решение проблем, понимание естественного языка и многое другое, — продолжал он.

— А где ты? — переспросила Како.

— Я везде, — ответил Рени. — Я в каждой части дома, в каждой технике, в каждой мебели.

Женщина ошеломлённо, но с интересом слушала невидимого собеседника.

— Вы не Мираи? — спросил искусственный интеллект.

— Нет, я Како, — ответила женщина. — Я её… — она замялась, раздумывая, стоит ли говорить ИИ, что она прапрапра… и много раз прабабушка Мираи.

— Судя по ДНК, вы её дальняя родственница, — сказал Рени.

— Как ты узнал? — удивилась Како.

— Во мне встроенный анализ ДНК, я могу определить его даже по запаху.

— Что такое ДНК? — спросила женщина.

— ДНК — дезоксирибонуклеиновая кислота — это молекула, содержащая генетическую информацию, необходимую для развития, функционирования, роста и размножения всех живых организмов.

— Что? — не поняла Како.

— ДНК — это своего рода «инструкция», которая определяет, как выглядят и как работают живые существа, включая нас с вами.

— А, то есть, по этому, как его… — задумалась Како.

— ДНК, — подсказал Рени.

— Да, его. С его помощью можно определить, кто чей родственник?

— Да, можно.

Мираи дождалась момента, когда Како вошла в зеркало и перенеслась в будущее. Следующий шаг был для неё крайне важным. После того как её прапрабабушка скрылась из вида в машине времени, Мираи решительно отключила свой сотовый телефон от зеркала, прервав связь между прошлым и будущим. Это было необходимо для сохранения стабильности временного пространства.

Когда она закончила, вдруг прозвучал голос:

— Звёздочка моя…

Мираи огляделась. Голос казался таким реальным, но откуда он мог идти? Она осмотрела каждый уголок комнаты, пока не осознала, что звуки идут из соседнего помещения.

Неуверенно шагая, Мираи направилась к двери и медленно раздвинула её. Коридор был пуст, но голос продолжал звучать.

Вдали, около открытой двери, стоял мужчина. Его силуэт притягивал взгляд. Он был облачён в кимоно, что придавало ему загадочность и необычайное очарование.

— Звёздочка моя, пойди, — произнёс он с лёгким акцентом.

Женщина медленно пошла вперёд, словно магнитом притянутая к незнакомцу. Подойдя к нему, она почувствовала, как его взгляд устремлён на неё. Мужчина взял её за руку — его кожа казалась тёплой и успокаивающей. Они вместе зашли в комнату, где воздух наполнился таинственностью.

Мужчина подошел к аппарату, вызвавшему восхищение у Мираи. Этот звуковой механизм, собранный из деревянного корпуса, вертушки для виниловых пластинок, звукоснимателя и резонирующего горна, выглядел как из другой эпохи. Мираи вспоминала, как он назывался: «Гитрофон? Гаммафон? Голософон?» Потом ей пришло в голову: «Граммофон!»

Этот аппарат, который она видела лишь в исторических фильмах и музеях своего времени, принёс ей ощущение возвращения в прошлое. В её XXV веке граммофоны стали редкостью — их чаще встречали как коллекционные предметы.

Мужчина включил граммофон, и магия звука окутала всю комнату. Музыка потекла по воздуху, наполняя его теплом и мелодичностью. Уши Мираи ощутили музыку так, словно каждая нота была прикосновением к её душе, а ноги начали двигаться в такт.

— Это так… живо, — прошептала Мираи. Она не могла устоять перед соблазном и начала двигаться в такт мелодии.

Мужчина был одет в кимоно приглушённых цветов со скромными узорами, отражавшими традиционный японский стиль. Кимоно, обёрнутое поясомоби, было сделано из льна. На его ногах были хакама — широкие штаны — и обувь гэта, которую Мираи давно не видела. Это была традиционная японская обувь с деревянной подошвой.

В его коротко стриженных чёрных волосах можно было увидеть лёгкие отблески света. Карие глаза сверкали, испуская тепло и мудрость, а короткие тонкие усики придавали лицу характер и шарм.

Мужчина подошёл к Мираи и протянул ей руку, приглашая на танец.

— Позвольте мне провести вас в этот мир музыки и волшебства, — сказал он.

— Звёздочка моя, — мягко произнёс мужчина.

Мираи взяла его за руку, ощущая, как тепло его прикосновения заполняет её внутренний мир.

«Наверное, это мой прапрамногоразпрадед. Муж Како», — мелькнула мысль в голове Мираи.

Они закружились в танце под ритмичные звуки граммофона. Шаги были лёгкими и уверенными, каждое движение казалось вдохновлённым самой жизнью.

«А он хорошо танцует», — пронеслась мысль в уме Мираи.

Музыка замерла, и реальность вернулась в комнату. Мираи, словно пробуждаясь от грёзы, по инерции обратилась к ИИ:

— Рени, музыка…

— Кто? — спросил муж, его брови слегка поднялись.

— Я говорю… любовь, музыка, романтика, — спешно выкручиваясь, Мираи попыталась придать своим словам смысл.

Мираи внутренне рылась в памяти, пытаясь вспомнить имя своего прадеда. Но чем дольше она ощущала себя в этом мире, тем сильнее осознавала, что забыла спросить у прабабушки, как звали её мужа. И сама Мираи поняла, что не знает имени своего прадеда. Слишком много времени и расстояний лежало между ними. Но, несмотря на это, каждое мгновение, проведённое с ним, казалось невероятно ценным.

— Дорогая, ты никогда так со мной не говорила, — поразился муж. — Ты, должно быть, заболела?

Мираи покачала головой.

— Нет, милый, — прошептала она.

Он осторожно положил руку на её лоб.

— Но ты вся горишь! — воскликнул он. — Иди в постель, я позову Хану, чтобы она заварила тебе травяной отвар от простуды.

Мираи вышла из кабинета прадеда и направилась в нисэ — комнату для сна Како. Она чувствовала себя хорошо, только устала после временного перехода.

«Неужели у меня и правда простуда?» — подумала она. «О, как я хотела бы, чтобы здесь был Рени. Он бы точно всё определил».

Но, увы, искусственный интеллект появится только через 100 лет, в XXI веке. Мираи вздохнула и легла на татами Како, завернувшись в одеяло.

— Рени, мне так тебя не хватает, — прошептала она.

В комнату зашла Хана, неся на подносе стакан с отваром из трав и градусник.

— Госпожа Фурусато, — сказала она, протягивая градусник, — вам нужно измерить температуру.

Мираи взяла градусник в руки. Ртутные термометры в 1918 году были стеклянными приборами с длинным узким корпусом, заполненным ртутью, и шкалой на стекле. Она повертела его в руках, впервые увидев такой прибор. В XXV веке температуру мерил ИИ.

Видя замешательство хозяйки, Хана сказала:

— Вам нужно его встряхнуть и поставить под мышку, вот этой стороной, — показала она.

— Спасибо, — сказала Мираи и сделала всё, как подсказала Хана.

Она сидела неподвижно, держа градусник подмышкой. Ей было интересно наблюдать, как ртуть медленно поднимается по шкале. Наконец Хана сказала:

— Госпожа Фурусато, вы можете вытащить градусник.

Мираи протянула руку и подала его Хане.

— Тридцать шесть и пять, — произнесла удивлённо женщина. — Но почему вы горячая? — потрогав лоб хозяйки, удивилась Хана.

Мираи пожала плечами. Она знала почему: это была адаптация организма к другой эпохе, климату и экологии. Но разве она могла сказать это Хане? Показать ей сотовый телефон? Нет, лучше пусть все думают, что она Како.

— Я не знаю, — сказала Мираи. — Может быть, я просто перегрелась.

— Возможно, — сказала Хана. — Вам нужно больше отдыхать.

Она легла на татами, а Хана накрыла её одеялом.

— Выпейте данный отвар, — подавая стакан, произнесла Хана.

Мираи взяла стакан, поднесла к губам и сделала глоток. Вкус был невероятно горьким и противным. Морщась, но увидев недовольное лицо кухарки, она выпила его весь залпом. Хана расцвела в улыбке.

— Вот хорошо, — произнесла она, забирая стакан.

— Пойду поговорю с господином Фурусато о вашем состоянии, — сказала Хана, уходя.

Мираи осталась одна. Она лежала на кровати и смотрела в потолок, задаваясь вопросом, что произойдёт дальше. Как долго она сможет скрывать свою истинную личность?

Како ощущала себя неловко, разговаривая в пустоту, не видя собеседника перед собой.

— Я не могу вот так, не видя собеседника, говорить, — призналась она.

— Я могу и появиться, — ответил ИИ.

— Это как? — удивилась женщина.

— Это вот, — ответил виртуальный помощник, и перед Како внезапно возникла голограмма молодого парня с чёрными волосами и карими глазами. Он улыбнулся ей, его образ сверкал в воздухе.

— Здравствуйте, я Рени, — приветствовал он.

— Вот так привычнее, — улыбнулась женщина. — Я Како.

Како стояла на пороге квартиры Мираи, растерянно вглядываясь в экран перед собой. Рядом с ней, на столе, мерцал голографический проектор, изображая фигуру Рени.

— Рени, что ты там сказал у меня… то есть не у меня… у Мираи через час? — спросила она, путаясь в формулировке.