Драконья погибель

Глава шестнадцатая. Прощение

Чем ближе они подходили к дому, тем сильнее у Мэйсона стягивало живот.

«Лекарь, о котором говорила Вэри…» — подумал он, и она перебила его мысли вслух:

— Зила́р тебе поможет. Я его позову.

— Я и сам могу, я… — Барт попытался что-то сказать, но звонкий крик Вэри перекрыл его возражение.

Зил выглянул из окна на окрик, обвел гостей взглядом и едва заметно усмехнулся.

— Проходите, — жестом подозвал и исчез внутри дома.

Мэйсон представил, как дракон, опираясь на костыль, покидает спальню и направляется по коридору ко входной двери. Сглотнул. Ему захотелось скрыться где-нибудь в тени или встать за бельем, что сушилось под лучами солнца.

«Барт пострадал из-за меня, я должен обо всем рассказать», — Мэйсон уже решительно подступил к Барту сбоку, когда им навстречу вышел Зил.

Барт успел убрать руку с плеча Вэри и держался прямо, однако кожа на его переносице немного сморщилась. Заметив это, он свел брови и строго спросил:

— Что случилось?

— Я… — начал было Мэйсон, но Вэри снова опередила его.

— Мы играли, и Барт упал.

Мэйсон покосился на Вэри Она взглянула на него с одновременными презрением и одолжением и снова посмотрела на лекаря.

— Как высоко?

— Примерно как два этажа твоего дома.

— Покажи, где болит, — Зил перевел взгляд на Барта, и тот осторожно коснулся ладонью груди.

Мэйсон завороженно наблюдал за действиями дракона. Тот двигался так, словно никакой костыль не ограничивал его движения; взгляд его глаз выхватывал любые перемены в лице Барта, пока пальцы касались его груди, плеч, шеи и головы.

— Ты ударил голову, — заключил Зил.

— Да. Должно быть… — задумался Барт.

— Мог ударить, все произошло очень быстро, — поддержала Вэри.

— Идем в дом, — Зил выставил локоть. — Держись за меня.

Барт не стал возражать. Когда они переступили порог, Вэри окликнула старшего дракона. Тот обернулся.

— Мне пора. Я оставляю его тебе. Ты же о нем позаботишься? — Она широко улыбнулась, храбрясь.

— Позабочусь. Ты все сделала правильно, — ответил Зил.

Мэйсон услышал, как Вэри тихо выдохнула. Кивнув дракону, она повернулась к лесу и посмотрела уже на него. Он выдержал ее прямой цепкий взгляд.

— Ты мне не нравишься. Будет лучше, если мы больше никогда не увидимся, — заявила она.

— Лучше для кого? — отозвался Мэйсон.

— Для всех.

— Барт сказал, что мы друзья, — не согласился Мэйсон.

Вэри ухмыльнулась так, словно что-то знала, и ему не понравилось, как она сузила глаза. Высокомерно, горделиво, будто выше него, значимее. Многие и раньше смотрели на него так же, но заносчивые девчонки – никогда. Возможно, потому, что их попросту не было в его окружении, но все же…

— Ты едва не убил его, — очень тихо, но грозно ответила Вэри. — Если мы пересечемся еще раз, я тебя не пощажу.

Она отвернулась и пошла в сторону леса. Мэйсон проводил ее взглядом и еще долго стоял под солнцем.

Из открытого окна в кухне до него долетали обрывки фраз, которыми обменивались Зил и Барт. Голову начало нещадно жечь, однако Мэйсон лишь развернулся и ушел к месту, где они все омывались. Сел рядом с пустующей бочкой и достал карту.

Нужных трав он так и не нашел, зато навредил Барту. На мгновение его охватило такое отчаяние, что он схватил кусок ткани и потянул, едва не разорвав. Но мысли о словах Мэсси, что не предназначались для его слуха, все же вернули ему рассудительность.

«Нужно признаться Зилу, — подумал Мэйсон, собираясь подняться, но ноги не слушались, а живот скрутило еще больше. — Я ничего не делал намеренно. Я просто не ожидал! Я…» — он тяжело вздохнул и приложил ладони к глазам, пытаясь сосредоточиться.

— Жалкое отродье, — голос отца из воспоминаний ударил, словно кнут. — Иди пожалуйся мамочке, как не смог сделать то, что все дети делают, не задумываясь.

Мэйсон раздраженно фыркнул и сжал кулак. Он провел достаточно времени, чтобы жестокие слова и действия больше не будили в нем страх. Теперь они будили лишь злобу и желание сопротивляться предубеждениям.

Поднявшись, он убрал карту и пошел в дом, решительно настроенный рассказать обо всем правду.

— Зил, Барт… — начал он, переступив порог кухни, но тут же замолчал, увидев рядом хмурую Мэсси.

— Огромный синяк! — заявила она, и ее голос подскочил так, что у Мэйсона невольно зазвенело в ушах. — Чем ты думал, Огонёк?

— Ну… ничем? — Барт виновато, но широко заулыбался, на что Мэсси недовольно зарычала сквозь стиснутые зубы.

— Как это произошло?

— Упал с дерева, — спокойно ответил Зил.

— Мэсси, это даже не больно. Я скоро выздоровею! — уверял ее Барт.

— Я так зла на тебя! Сейчас приведу сюда отца, чтобы он тебя воспитал, — фыркнула она.

— Он сделает еще хуже, — возразил Барт с насмешкой, а потом поморщился и коснулся груди. — Ты ведь моя сестра, ты должна меня защищать!

— Такого глупого брата защищать не очень-то хочется.

Они бранились, но их слова звучали с шутками и нежностью. Зил обрабатывал ушиб и осматривал Барта, а Мэйсон наблюдал за происходящим из коридора, прижимаясь спиной к стене дома.

«Барт ее младший брат… — он горько усмехнулся, осознавая, как долго был слеп и не замечал очевидного сходства. — Я приношу лишь страдания, — он покосился в сторону коридора. — Нужно найти травы, оставить их и уйти из этого дома».

Мэйсон взглянул на Мэсси. Он мог бы жить здесь и вечность любоваться ею, слушая голос и наслаждаясь ее красотой, но… она принадлежала своей семье. Она выбрала равного себе. У нее был свой мир, в который он, изгой, не входил, и чем больше он проводил времени рядом с ней и ее близкими, тем меньше хотел расставаться.

Вернее, Мэйсон не хотел этого. Пожалуй, второй раз в жизни он чему-то так яростно сопротивлялся. Мысль хваталась за мысль: «еще немного», «еще несколько минут», «еще несколько часов», «немного дней», «неделя»…

Мэйсон беззвучно выдохнул и оттолкнулся от стены. Он должен был поступить как взрослый, а не как капризный юнец, впервые испытавший теплые чувства к иной женской фигуре в своей судьбе, кроме материнской.

— Мэйсон, — он обернулся на пороге дома. Мэсси стояла на углу, опираясь ладонью на стену. — Скоро начнется дождь. Останься.

Его сердце обволокло теплом. Всего одно слово растопило в нем живые чувства.

— Я сделал это, — произнес он шепотом. Вдалеке за его спиной полыхнула молния. Налетевший ветер растрепал светлые волосы, а из глаза потекла слеза. — Барт… пострадал из-за меня.

Мэсси приподняла бровь, пристально глядя на него. Подоспевший гром ударил так, что взлетели потревоженные птицы, а землю и дом словно тряхнуло.

— Ты все еще хочешь, чтобы я остался? — Мэйсон сморгнул другую слезу, не сводя с Мэсси несчастного взгляда.

Она подошла к нему – так буря надвигается на хлипкую хижину. Посмотрела сверху. Мэйсон перестал дышать.

Мэсси взяла его за локоть и потянула к себе. Затем закрыла дверь и повернулась.

— Гроза надвигается. Ты останешься здесь, — заявила она. — И расскажешь мне, что произошло на самом деле, — она головой указала направление. — Идем в твою комнату.

* * *

Пока они шли в абсолютной тишине, хотя снаружи завывал ветер, Мэйсон успел вытереть глаза. Он смотрел на свои ноги и стыдился того, что Мэсси увидела его таким уязвимым. Уже второй раз он плакал в этом доме, когда в своем не делал этого почти никогда.

Мэсси открыла перед ним дверь и пропустила вперед, затем зашла следом и закрыла ее. Он сел на кровать, а она опустилась на сундук у изножья, сидя к нему полубоком.

— Не тяни, иначе я разозлюсь, — предупредила она строго, но сдержанно.

— Я… я шел по лесу, искал там травы, а потом поднял голову, и Барт, он… он летел сверху, — сбивчиво заговорил Мэйсон, не на шутку разволновавшись от проницательного взгляда Мэсси. Он не мог отвести глаз, поэтому продолжал говорить, словно был на исповеди: — Я испугался, а Барт, он… он дернулся в сторону. А потом я и он… мы…

— Замолчи, — Мэсси выставила ладонь, и он закрыл рот. — Ты сейчас задохнешься. Ты никуда не бежишь. Отдышись.

Последним словом она отдала приказ, и Мэйсон стал его исполнять. Когда дыхание выровнялось, а сердце перестало биться на разрыв, он сглотнул и медленно сказал:

— У меня есть сила. Она защитила меня.

— Она ударила Барта?

Мэйсон кивнул.

— Ты ею не владеешь?

Мэйсон замялся с ответом и неловко пожал плечами.

— Кто ты?

Мэсси смотрела ему в душу, а он не знал, что ей ответить, потому что и сам задавался этим вопросом. Кто он? Ответ приходил быстро, но не тот, коего она ждала, – никто.

— Ты не знаешь? — уточнила Мэсси, и он кивнул, через миг испугавшись неосознанной лжи.

Она скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу. Ее брови нахмурились. Мэйсон занервничал, начав постоянно сглатывать, отчего желудок стало сводить голодной судорогой.

— Теперь ты съешь меня? — опасливо спросил он, замерев, когда Мэсси перевела взгляд на него.

— Я уже говорила, что ты мне на зубок, — заметила она, но в этот раз без усмешки. — Я подозревала, что ты – непростой мальчик, Мэйсон.

Он напрягся, чувствуя, будто она обнажила все его мысли, которые он так тщательно пытался скрыть даже от самого себя. Замер в ожидании приговора.

— Будешь учиться подчинять свою силу, — за окном потемнело, и глаза Мэсси словно вспыхнули оранжевым пламенем. — И оберегать моего брата.

— Что?.. — Мэйсон растерянно моргнул, когда выражение лица Мэсси сменилось благосклонной полуулыбкой.

— Так случилось, потому что ты защищался от резкого движения. Значит, если Барту что-то будет угрожать, ты сможешь защитить вас обоих.

Мэйсон снова растерянно моргнул, не понимая, почему Мэсси не гонит его прочь прямо под дождь.

— Так ты снимешь с себя вину за случайный удар.

— Ты… — от удивления Мэйсон запнулся. — …прощаешь меня?

— Только если ты дашь обещание, что будешь учиться владеть силой и защитишь моего брата, — она протянула ему руку. Мэйсон посмотрел на пальцы с кольцом.

Если он коснется ее, что произойдет? Сможет ли вынести краткое тепло кожи Мэсси на своей?

«Дурацкие мысли, как вы не вовремя!» — рассердился он на самого себя, пожал Мэсси руку, но унять влюбленный трепет все равно не сумел.

— Обещаю, — негромко сказал он.

— Тогда я прощаю тебя, — ответила Мэсси.

Тепло этого прикосновения Мэйсон ощущал до самого утра, так и не выйдя из комнаты ни на ужин, ни на завтрак.

Глава семнадцатая. Рыцарь

Мэйсон старался не попадаться на глаза Мэсси, Зилу и Барту. Последний остался ночевать в доме сестры, и ему постелили в спальне супругов. Мэйсон осознал, что занимал комнату, предназначенную для будущего ребенка, а между визитами здесь иногда ночевал и сам Барт.

Иногда Мэйсон касался ладони и водил по ней пальцем, будоража чувство, которое ощутил, когда пожимал руку Мэсси. Он дал ей обещание, а она простила его. Большего ему не требовалось.

Ранним утром Мэйсон взял карту и пошел к выходу из дома. Он покосился на дверь в трапезную и не решился туда заглянуть. Однако стоило ему выйти за порог и пройти к калитке, как он услышал голос Зила позади:

— Мэйсон.

Он не звал его и не обязывал обернуться, но Мэйсон почувствовал, что игнорировать дракона нельзя.

— Что? — он повернулся к нему и обнаружил Зила, сидящим на бревне. Костыль лежал рядом, а сам дракон вытянул ноги и любовался рассветным небом.

— Куда ты уходишь?

— В лес.

— Подойди.

И снова приказ, однако ему не хотелось сопротивляться. Мэйсон остановился рядом и посмотрел дракону в глаза. Тот перевел взгляд с неба на него.

— Садись.

Мэйсон невольно усмехнулся и опустился рядом.

— Ты слушаешься меня беспрекословно, ты знаешь? — заметил Зил.

— Да.

— Почему?

— Потому что ты здесь власть.

— И Мэсси.

— И Мэсси.

— Но Барта ты слушать не будешь.

Мэйсон задумался. Он уже пошел с ним в этот дом и открыл для себя болезненную правду.

— Не знаю.

— Почему для тебя важна власть, Мэйсон?

— Не важна.

— Ты говоришь правду?

Мэйсон еле слышно вздохнул, и Зил ощутил тонкую перемену в настроении мальчишки. Тот нес куда больше, чем мог вынести, но не собирался в этом признаваться.

— Знаешь, что я делаю, когда мне нужно прийти к умозаключению? — спросил Зил.

— Что?

Он взглянул на небо и ответил:

— Перевожу что-то важное для меня в цифры. Ты знаешь, что это такое, Мэйсон?

Тот кивнул, погруженный в размышления, и лишь потом едва заметно прикусил губу. Зил ловко заставлял его признаваться в том, что он пытался утаить. Это и нравилось, и не нравилось Мэйсону. С одной стороны, он мог быть собой, а с другой, к нему под кожу подбирались все ближе, и он не мог предугадать, чем обернется подобное открытие для других.

— Мы с Мэсси знакомы уже шесть тысяч двести пять дней.

Мэйсон подпер голову ладонью, упершись локтем в колено, и посмотрел вдаль.

«А мы с ней знакомы всего лишь несколько недель», — грустно подумал он.

— Сорок три тысячи восемьсот часов она зовет меня мужем, а я ее – женой.

«Ее не должно быть в моем сердце вовсе».

— Ради нее я пожертвую жизнью, не только ногой.

Мэйсон моргнул, переключившись на ногу, по которой Зил легонько себя хлопнул.

— А что?.. Случилось? — поинтересовался Мэйсон, указав взглядом на ногу.

— Драконы знатных родов делили территории. От войны их мог спасти только брачный союз.

Мэйсон чуть сузил глаза, начиная догадываться о том, что последует дальше.

— Мы с Мэсси вместе взрослели, — взгляд Зила стал более собранным, но все еще устремлялся в небо. — Я был ее рыцарем, ее же ждала иная судьба.

— Я слышал, что драконы все происходят из знатных родов, — осторожно сказал Мэйсон. — Почему ты был рыцарем?

— Мой род давно утратил всякое уважение, — Зил усмехнулся, повернув голову к Мэйсону и коснувшись длинных черных волос. Он отпустил их, и они плавно опали обратно. — Черная чешуя стала считаться прокаженной. В почете шло золото, затем медь. Некогда в моем роду были Изумрудные Драконы, но от них осталась лишь память. Всему виной редкая наследственная лихорадка.

Зил ненадолго замолчал, погружаясь в раздумья. Мэйсон ощутил себя посвященным в нечто глубоко интимное и тоже затаился, ожидая услышать продолжение.

— Я бросил вызов принцу из рода Золотых Драконов. Эта дуэль должна была завершиться смертью одного из нас, — Зил посмотрел вдаль на горизонт. — Он оказался достаточно благороден, чтобы ранить мне лишь ногу. Я оказался достаточно уперт, чтобы ему не уступить. По правилам дуэли я проиграл, — Зил посмотрел Мэйсону в глаза и тепло улыбнулся. — А по правилам сердца выиграл.

— Как это? — не понял Мэйсон.

— Принцесса предпочла рыцаря, когда могла оставить его проживать бессмертие искалеченным и в одиночестве.

Мэйсон озадаченно вскинул брови. В его картине мира подобного попросту не могло произойти. Во-первых, женщины никогда не выбирали, а во-вторых, их почти не было в его окружении. Здесь же Мэсси, принцесса драконов, выбрала искалеченного рыцаря вопреки возможному и сильному отцу своих детей.

«Может, поэтому у них и не получается зачать дитя? — невольно подумал Мэйсон. — Род Черных Драконов слаб на семя».

— Как же ей это позволили? — поинтересовался Мэйсон.

Зил усмехнулся.

— Моя супруга никогда и ни у кого не спрашивала разрешения. Она всегда брала то, что хотела. И получала то, что хотела. Она удивительная.

Мэйсон кивнул, соглашаясь, и на миг представил себя на месте Зила, только там, откуда сбежал. Вот он, взрослый, статный и, наверное, красивый, ведь и его мама, и его отец славились ангельским обличием. И вот Мэсси, глядящая на него так же, как на Зила.

«Это не мои мечты, — подумал Мэйсон и поднялся. — Мне не стоит мечтать о ней».

— Я пойду, — он торопливо зашагал к калитке.

— Возьми с собой еду.

— Я не голоден, — бросил Мэйсон, с трудом не переходя на бег.

«Мне стоит найти для нее травы, сварить зелье и уйти, как только станет известно о зачатии».

Глава восемнадцатая. Другой утес

В этот раз Мэйсон поднялся дальше. Ни Вэри, ни Барт ему не мешали, и вскоре он оказался у крупной пещеры. Отметив ее на карте, он с легким воодушевлением потер руки и двинулся внутрь. Глаза быстро привыкли к легкому затемнению. Местами сверху пробивался свет, поэтому ему не понадобился факел.

«Если сюда никто не приходил до меня, возможно, я найду те самые цветки», — обрадовался Мэйсон.

Он уже исследовал достаточно мест с растениями и сделал вывод, что они совпадают с теми, что растут в привычном для него мире. Учитель алхимии передал ему достаточно знаний, чтобы он не путал известные растения с неизвестными. Однако на Небесах, оказавшись свободным, Мэйсон не спешил пробовать любые коренья и ростки на вкус. Он пережил достаточно отравлений за то бесконечно долгое время, что ему в голову закладывали основы алхимии. Ни одно из них не было хоть сколько-нибудь вредным для него, но каждое являлось изматывающим. После череды таких проб он и начал отказываться от любой еды, даже той, что когда-то любил.

Мэйсон отмечал на карте ходы и растения, которые встречал, обозначил небольшой источник воды и сделал вывод, что здесь даже можно жить, если обладать инструментами.

Он потратил несколько дней на то, чтобы все обследовать, а также на то, чтобы тренировать свою силу, как и обещал Мэсси. Отложив все вещи на пол, он встал рядом с источником воды и вытянул руку – так было легче направлять силу. Понемногу ее опутали черно-белые всполохи, похожие на призрачные сгустки. Они перетекли на воду и образовали вокруг ее части круг, захватив влагу внутри. Мэйсон повел бровью, и пальцы разжались сами собой. Сила исчезла, вода упала обратно в источник.

Мэйсон судорожно выдохнул и наклонился, упершись ладонями в колени. Длительное сосредоточение отнимало слишком много сил, а сам он обходился лишь небольшими кусочками пищи со стола, где ему подавали полноценную порцию.

— Так ты меня нарочно ударил?

Мэйсон вздрогнул от голоса Барта, раздавшегося со спины и усиленного эхом. Он выпрямился и обернулся. Барт стоял в тени, скрестив руки на груди, и наблюдал за ним. Его глаза светились так же, как у Мэсси.

— Нет, — быстро ответил Мэйсон и стал собирать вещи.

— Врешь, — Барт сузил глаза.

— Зачем мне врать?

— А что ты тогда на карте все время отмечаешь? Я уже не первый раз это вижу, — Барт подошел ближе и дерзко взглянул Мэйсону в глаза. Он был немного ниже, но совершенно не боялся, и в подобные моменты сильно напоминал сестру.

Мэйсон попытался убрать карту, но Барт ловкоее перехватил.

— Отдай! — требование Мэйсона прозвучало жалобно, и он, прочистив горло, повторил уже жестче: — Отдай.

Барт, присвистывая, уже вовсю вертел карту, бесцеремонно рассматривая записи.

— Ну, писать ты умеешь, — начал он, окидывая Мэйсона взглядом и не позволяя тому забрать карту. — Обувь носил не крестьянскую в нашу первую встречу. Ведешь себя странно.

Барт хлопнул картой Мэйсону в грудь, прижимая ладонь, и спросил:

— Кто ты, Мэйсон не из рода драконов?

Нахмурившись, Мэйсон забрал у него карту, спешно свернул ее и убрал в карман штанов.

— Просто Мэйсон.

— Я такой силы, как у тебя, ни у кого не видел. Кто ты? — настаивал Барт.

— Я не хочу об этом говорить.

Мэйсон попытался уйти, но Барт поймал его за запястье.

— Ты жил в доме Зила и Мэсси некоторое время. Зил спас тебя от голодной смерти. Ты всегда оказывался рядом, когда я мог расшибиться. Знаешь, что это значит? — Барт пытливо уставился на него, не моргая. Его зрачки все еще были обычными.

— Что? — Недовольно буркнул Мэйсон, вспоминая надоедливого младшего брата, в детстве цеплявшегося за него точно так же.

— Ты… — Барт замолчал, нарочно нервируя его, а потом сказал, растягивая слова: — Разумный бес!

— Чего-о?! — оскорбился Мэйсон и тут же отмахнулся: — Я – демон, а не бес.

— Ха-ха, — Барт засмеялся так открыто и широко, что Мэйсон тут же осознал, что угодил в его ловушку. — Это было слишком легко.

Мэйсон моргнул, смерив его взглядом, и попытался обойти, но Барт перегородил ему дорогу.

— Что ты от меня хочешь? — маленький рыжий дракон начинал выводить его из себя, и Мэйсон, тревожась, злился, пытаясь защититься от новых разоблачений и нападок.

— Хочу, чтобы ты снова использовал свою силу, пока я буду падать.

Мэйсон удивленно хлопнул ресницами.

— Что?..

— Мне нужно пережить одраконивание, — осознав, что Мэйсон не понимает, Барт пояснил: — Без опасности я не смогу превратиться в дракона как подобает.

— А вдруг ты разобьешься по-настоящему? — Мэйсон нахмурился. — Я не стану этого делать.

— А у тебя не будет выбора.

— Почему ты так уверен?

Барт подошел к нему почти вплотную и с серьезным видом произнес:

— Ты живешь в доме моей сестры, — затем резко и широко улыбнулся, царапая клыками свою нижнюю губу, и добавил: — Я пожалуюсь ей, что ты отказываешься со мной дружить.

Мэйсон испытал искреннее изумление, страх и стыд. Чувства овладели им, проступив на щеках красным. Он помнил, как Мэсси общалась с младшим братом, и сразу же поверил ему: сомнений точно не могло быть. К тому же он дал ей обещание, что защитит Барта. И если все ведет к тому, что они будут проводить больше времени вместе, ему придется тренировать силу одновременно с ним.

— Боишься Мэсси? — спросил Барт и легонько пихнул Мэйсона ладонью в плечо. — Правильно, бойся.

Мэйсон смерил его непривычно холодным взглядом, от которого Барту на мгновение сделалось не по себе.

— Значит, ты нашел другой утес? — уточнил тот, и Барт решил, что то, что он увидел, ему лишь показалось.

— Да. Нашел.

Глава девятнадцатая. Сделка

Так они стали проводить больше времени бок о бок: Бартоломью наблюдал за тренировками Мэйсона, а тот – за подготовками Барта.

— Ты не ешь, — заметил Барт, держа в руках лепешку и отламывая ее по куску. — Почему?

— Не хочу, — Мэйсона мучила жажда. Всякий раз после использования силы он потел, а перед глазами проступала чернота, с которой он едва не лишался сознания.

— Врешь, — отозвался Барт. Мэйсон оглянулся на него через плечо. — Иди сюда.

— Ешь сам.

— Мэсси волнуется.

Мэйсон уже собирался снова призвать силу, но одно имя, как и всегда, заставило его передумать. Он недовольно нахмурился, сел рядом с Бартом и покосился на него, затем протянул руку. Барт вложил в нее кусочек лепешки. Маленький щипок. Кто угодно справедливо возмутился бы, что этого мало, но Мэйсона наоборот тронуло такое внимание к его недугу.

— Почему она волнуется? — словно невзначай спросил он, скатывая щипок лепешки в шарик, а затем отправил его в рот. Мучная мякоть приятно легла на язык. Мэйсон не спешил разгрызать ее, лишь гонял от щеки к щеке, не решаясь проглотить.

— Да так, — Барт хитро взглянул на Мэйсона. — Сказала как-то, что хочет научиться готовить. Ради будущего ребенка. А тут ты подвернулся. Вот и оттачивает навыки. Да только зря.

Мэйсон поджал губы, вспоминая, что настоящая его цель – приготовить для Мэсси зелье и уйти, а не проводить время в компании ее надоедливого младшего брата.

— Расстраивается, что ты ничего не ешь. Думает, что невкусно готовит.

Мэйсон похолодел. Мякоть от лепешки во рту размякла, и теперь от ее вкуса его и тошнило, и одновременно с этим хотелось съесть больше.

— Мэсси прекрасно готовит, — пробормотал Мэйсон, заставив себя проглотить щипок.

— Да, — Барт протянул ему еще одну часть лепешки, теперь немного больше. — Поэтому я и говорю, что тебе надо есть.

— А если еда делает мне хуже? — Мэйсон снова принялся скатывать шарик, не глядя на Барта. — Что бы ты сделал на моем месте?

— Хм-м… — Барт дожевал свою половину лепешки, взял руку Мэйсона и вложил в нее другую. — Я бы поспал, — усмехнувшись, Барт лег на спину и закинул руки под голову. — А потом пошел бы бегать с Вэри по лесу.

— Она тебе нравится? — Мэйсон положил шарик в рот.

— Да.

— Как девочка?

— Да.

— Женишься на ней?

— Фу! Нет, — фыркнув, Барт засмеялся и посмотрел на Мэйсона, будто тот сказал что-то глупое.

— Почему? — спросил тот, серьезно глядя на него.

— Она моя подруга.

— Это как-то мешает?

Барт моргнул и задумался, отведя взгляд в сторону.

— Мешает.

— Почему?

— Она – моя подруга.

— Она – девушка, — мягко намекнул Мэйсон.

— Я хочу, чтобы мы с ней навсегда остались друзьями, — серьезно поделился Барт. — Она такая веселая, бойкая и умная.

— Однажды вы вырастете, и она выйдет замуж.