Кирин

Мужчины повставали со своих мест, чтобы выказать своё почтение новоиспечённому главе клана. Клэр только растянула ярко-красные губы в улыбке и едва склонила голову, когда взгляд чёрных глаз прошелся по ней.

Виктор, взъерошенный и катастрофически невыспавшийся, с трудом заставил себя явиться на эту внезапную встречу, состоявшуюся в восьмом часу утра, но вот вникать и разбираться в сути происходящего ему совсем не хотелось. Мысли мужчины были сейчас совершенно в другом месте.

Ли Гон отыскал среди чёрных костюмов охранников, цепочкой облепивших зал по периметру, широкоплечую фигуру Джона. Тот едва заметно кивнул, приветствуя президента.

Виктор с сожалением подумал о том, что ещё вчера нужно было приказать другу охранять Ки. Эта зеленоглазая девчонка стала вдруг сосредоточием всего, а кто, как не Джон, смог бы обеспечить наилучшую охрану этому златовласому сокровищу. Интересно, она уже позавтракала?

Виктору хотелось как можно скорее оказаться в той тайной комнате и объясниться с обиженной девчонкой. Мужчина уже успел признать себя виноватым во всём, что совершили его предки, а также в этих своих постыдных мыслях и желаниях…

Ли Гон устало опустился в кресло. Оправил ворот рубашки, душившей его.

Секретарь Ким прокашлялся и, привстав, протянул президенту папку с документами. Виктор нахмурился. Очередное разбирательство меж кланами или внутрисемейные дрязги? Какую проблему предстоит решить сегодня? На глаза вновь попала девушка, одетая во всё белое. Где же он её уже видел? Но Ли Гон никогда не отличался особой памятью на лица, хотя бы потому, что и не стремился никого запоминать. Окружающие были ему безразличны. Ну, кроме Джона или секретаря Ким. И, конечно, Ки… С первого взгляда её лицо до последней чёрточки отпечаталось в его сознании настолько чётко и ясно, что он без труда мог разглядывать её всё время, словно Ки была рядом. Протяни руку и сможешь дотронуться…

Тряхнув головой, Виктор попытался отогнать возникшее перед глазами золотое видение и сосредоточился на деле. Открыл папку и с недоверием уставился на список. Он пролистал несколько страниц. Вскинул голову и вопросительно посмотрел на секретаря. Тот сглотнул и, поднявшись, начал говорить:

– Президент Ли Гон, миллиардер Вольф Тони Фильц предлагает вам принять в знак его уважения некоторые земли, принадлежащие корпорации «Т/Фильц». Список владений перед вами. И также просит оказать ему честь и взять в жёны его дочь – Кэрол Фильц.

Секретарь Ким замолчал. Блондинка, до этого неподвижно сидящая за столом, вздрогнула и, поставив на стол пустой бокал, встала, очевидно чтобы представиться.

Виктор захлопнул папку. Чёрные брови сошлись на переносице. Но губы изогнулись в улыбке, и это выглядело поистине зловеще, вкупе с абсолютно чёрными сейчас глазами. Секретарь Ким, находившийся к президенту ближе остальных, неловко отступил на шаг. Охрана, безошибочно почувствовав изменение в настроении своего босса, напряглась: мужчины синхронно выпрямились, расправили плечи и затаили дыхание.

Ли Гон отбросил папку, та заскользила по гладкой отполированной столешнице и остановилась примерно на середине стола.

– Передайте мистеру Фильцу, клан Ли Гон не испытывает нужды в землях. И кому оказывать честь… я как-нибудь сам решу. На этом всё. Свободны.

Ли Гон не повышал голос, но все до единого в зале почувствовали это – угрозу, которая волнами расходилась от фигуры президента и, проникая под кожу, смешиваясь с пульсом, заставляла сердце ускорять свой бег, а мозг сжиматься и поспешно просчитывать пути отступления.

Кэрол тоже это почувствовала. Нервы девушки оголёнными проводами воспринимали эти импульсы, заставляя напрягаться каждый мускул, и этот животный страх приносил вполне определённое физическое наслаждение.

Виктор поднялся и, не говоря ни слова, вышел в распахнутые двери, оставив присутствующих молча переваривать случившееся. Многие выдохнули, ослабляя галстуки и вытирая пот, выступивший на лбах.

У Кэрол просто подогнулись ноги, она опустилась обратно на стул, ощутив, как кровь горячей волной прилила к щекам и мочкам ушей. Руки мелко дрожали. Девушка всё-таки кончила и теперь тяжело дышала, продолжая рассматривать невидящим взглядом двери, в которые вышел президент.