А если это любовь

Глава 10 Помоги мне

(Влад)

"Помоги мне..."

Я смотрел на сообщение из двух слов, медленно сжимая кулак и стискивая зубы. Всего девять букв, но сколько в них боли!

Марта. Я уже был на полпути к Екату, когда получил короткое смс от нее. От автостанции Арамиля уходил автобус до Екатеринбурга. Водила милостиво притормозил и подхватил меня, а Марта побежала к себе. Договорились увидеться завтра. Я не стал заезжать к своей матери, решив, что загляну, когда вернусь на машине за девушкой.

Я перезвонил тут же, но услышал: "Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа". Но смс я получил пару секунд назад, и уже без ответа? Я отрешенно посмотрел в окно автобуса. Выйти сейчас. Но как я попаду обратно в Арамиль? Ловить попутку посреди поля?

Выругался мысленно и посмотрел на часы. До конечной станции оставалось не больше пятнадцати минут. Да, лучше уже доехать до города. Взять такси до автосервиса и забрать свою тачку. Как удачно я получил утром сообщение от механика о том, что машина уже на ходу.

Время. Я терял драгоценные минуты. Снова набрал номер Марты. Тот же ответ. Не знаю, может другой в моей ситуации плюнул бы и нашел новую актрису для реализации плана под кодовым названием "Завещание дяди". Но это последнее, о чем я думал, выскакивая из автобуса и садясь в первое подвернувшееся такси. Назвал адрес и погнал в автосервис.

Девчонка просила у меня помощи. Развод. Не сложно догадаться, что муж Марты решил иначе. А где измена, там и руку приложить может. Иначе бы она не писала это смс. Просто перезвонила бы, объяснила ситуацию. Типа, извини, но у нас ничего не получится. И все в том же духе. Но Марта молила о помощи. Это многоточие в конце. Недосказанность. Не успела? Возможно.

— Серый, слышишь меня? — я уже гнал по автостраде в направлении Арамиля, когда позвонил другу. — У тебя есть номер телефона матери Марты? Позвони ей и выясни, что с девочкой.

И я коротко рассказал о случившемся. Заодно узнал адрес, по которому та проживала. Ведь Марта дала мне только номер мобильного. Об остальном мы решили договориться по телефону. Серый перезвонил минут через пять и также четко доложил:

— Тетя Аля сказала, что Марта вернулась к мужу. Прости, братан! Не вышло с моей сестренкой.

— Серый, она не по своей воле вернулась. Иначе бы не писала.

— И че? Будешь вмешиваться? У тебя времени нет. Болезнь дяди ждать не будет.

— Да пох*й на завещание! Тебе сестру не жаль?

— Как быстро ты переобулся! А как сам с замужними отжигал, забыл? — съязвил Серый, а я заскрежетал зубами и резко крутанул руль.

Заднюю часть тачки занесло, и на укатанной зимней автостраде я влетел в неконтролируемый дрифт. Раз пять машину развернуло вокруг своей оси и выбросило на обочину. Чудом дорога оказалась пустынной в тот момент.

Откинув голову на спинку сиденья, я резко выдохнул. Осмотрелся. Сугробы по краям дороги задержали мой полет, не позволяя угодить в канаву.

Откуда-то из-под кресла раздался голос. Я обронил телефон, но тот не отключился. Серый по-прежнему был на связи. Кое-как достал и ответил:

— Да, Серый. Я тут!

— Че случилось то? Ты в аварию попал?

— Нет, к счастью. Просто занесло на дороге.

— Слушай, я тут подумал. Я уже выезжаю. Вдруг помощь моя нужна. Все же я Соколова знаю, а ты нет. Виделся как-то с ним в Екате, когда по делам туда мотался и к Марте забегал. Как-нибудь добазаримся с ним.

— Окей. И вот еще что: как мать-то зовут у Марты?

— Алевтина Ивановна.

— Добро. До связи!

Не с первой попытки, но я выехал снова на дорогу, потеряв уйму времени. Ехал предельно быстро, насколько позволяла трасса и притаившиеся камеры видеонаблюдения.

Город детства я знал наизусть. Смог бы с закрытыми глазами пройти по его улицам и не ошибиться. Потому дом, где когда-то выросла Марта, нашел быстро.

В этот раз удача сопутствовала мне, и в лице одного из жителей подъезда отворила дверь. Не пришлось использовать домофон и жалобно просить, чтобы меня впустили. Поднявшись на этаж, я вдавил кнопку звонка. Но за дверью не раздалось ни звука.

— Да вы стучите, — подсказал все тот же участливый сосед, поднимаясь на этаж выше. — У Алевтины звонок уж лет десять не работает.

— Благодарю, — кивнул я и громко постучал.

За дверью послышались шаги и голос приглушенно спросил:

— Кто там?

— Алевтина Ивановна? Я друг Сергея Завьялова из деревни Зайково. Ваша дочь гостила у брата на празднике и забыла кое-что забрать из вещей. Я тут проездом. Решил завести, — почти не соврал я в надежде, что прокатит и наивная женщина откроет.

Так и вышло. Не прошло и минуты, как раздался характерный звук. Дверь приоткрылась. Вот так доверчивые люди попадают на удочку мошенников. Но в этот раз Алевтине Ивановне повезло: я не собирался грабить и выманивать деньги. Мне всего лишь нужна была достоверная информация: где Марта?

С этим вопросом я и вошел в квартиру, мягко, но настойчиво отодвинув в сторону мамашу в розовом махровом халате с белыми сердечками. На вскидку ей было не больше сорока лет. И очень похожа на Марту. Только волосы значительно короче, но такие же от природы светлые.

— Что вы себе позволяете? Кто вы такой? Я сейчас полицию вызову!

— Вызывай! Весьма будет кстати, — ответил я, а сам бегло осматривал комнаты, морщась от запаха корвалола, пропитавшего, казалось стены квартиры.

К сожалению, моя мать тоже грешила самолечением и хлебала корвалол вместо чая. Я достал мобильный и открыл сообщение от Марты, поднеся тот к самым глазам ее матери:

— Прочитала? А теперь слушай сюда, мама. Я знаю, в чем отличился Соколов, а также то, что Марта с ним разводится. Более того, я в курсе, что он был здесь, когда она попросила о помощи. Что он сделал? Говори! Ударил ее? За домашнее насилие предусмотрена административная и уголовная ответственность. Так что, давай! Вызывай полицию, мама! Либо просто скажи: где Марта?

— Они уехали. Марта сама согласилась. Ведь Антон законный муж, — пролепетала Алевтина Ивановна, вжимая голову в плечи и кутаясь в ворот халата.

— А это тогда что, Алевтина Ивановна? Говорите, добровольно ушла? — я нагнулся и подобрал с пола разбитый телефон.

Мамаша даже не потрудилась его поднять, либо забыла. Отвлеклась на более веские причины. Я сжимал в руках покореженный мобильный Марты, мысленно поклявшись, что найду гаденыша Соколова и подробно тому объясню, как делать не надо. И плевать на завещание, если тем самым я перечеркну его условия. Я не помнил их дословно. Единственное, что хотел сделать – найти Марту.

Глава 11 Сказанного не вернуть

(Влад)

Я уже неоднократно задавал себе вопрос: почему в тот день, когда приехал на автобусе в Арамиль к своей матери, зашел в здание автовокзала, чтобы купить стаканчик кофе. Начнем с того, что я кофе не пью. Ну, не мой это напиток. Очень редко с кем-то за компанию. Тем более из автомата. А тут словно толкнул кто-то и шепнул на ухо: "Кофе будешь?"

Дубарь стоял знатный. Но я особо не спешил. Мама и младший брат Бориска ожидали меня только завтра. Но так получилось, что я уже приехал. И встретил неожиданно Марту. Конечно, кто она такая, я узнал значительно позже. Но теперь нисколько не жалею о том, что наши пути пересеклись. И именно меня, а не кого-либо, она попросила о помощи.

Кто-то скажет, что это судьба. Но я не готов философствовать на эту тему. Не сейчас. Одно знал: если я помогу Марте, то и она не будет во мне сомневаться и поможет в ответ.

Я снова набрал Серого и подтвердил, что Марты в Арамиле нет. Соколов, действительно, насильно увез девушку в Екат. Договорились встретиться с Серым в городе и продумать дальнейшие действия. Незачем тому тащиться в Арамиль. К тому же, от Зайково до столицы была другая трасса. По ней друг доберется быстрее.

Сверившись со временем, я все же решил заскочить в родительский дом. Проверить мать, а самое главное – брата. Это из-за Бориски наша мать вынуждена была пить корвалол и считать пульс, вечно зашкаливающий после очередного вызова в школу.

Так уж получилось, что после смерти отца она самостоятельно поднимала на ноги Бориску. Тому едва ли три года исполнилось, как мы простились с отцом. Я уже проживал в столице. Сначала в студенческой общаге, после снимал квартиру пополам с пацаном. Это уже намного позднее мой дядька помог собственную квартиру купить. Чтобы не брать ипотеку, я занял деньги у него и отдавал постепенно. Без процентов. По-родственному. Когда открыл свой бар, стало значительно легче. То ли дело в его местоположение, то ли администратор Леха у меня оказался толковый, то ли у меня мозгов больше стало. Но деньги водились.

Я помогал матери, подкидывал деньжат. Но вот чего не мог сделать, так это воспитать Бориску. Он жил в Арамиле и своей гиперактивностью испытывал терпение всех и каждого, а я лишь бывал дома по выходным. Да и то не больше одного-двух раз в месяц.

— Мам, ты дома?

Я открыл дверь своим ключом и упоительно втянул носом аромат шарлотки. У моей мамы этот пирог получался особенно вкусным: с карамелизованными яблочками и сахарной пудрой. Выпечка даже затмила лекарственный запах, чему я был несказанно рад. А глаза мамы, когда она увидела меня, светились счастьем.

— Владюша мой! Сыночек приехал. С Новым годом тебя, родной! — она обняла, погладила по груди и торопливо начала снимать с меня куртку, словно боялась, что я тут же исчезну. — Давай-ка, руки мой и к столу. Пирог твой любимый уже готов. Как знала! Сердце матери всегда чувствует.

— А Бориска где?

— С друзьями носится где-нибудь. Шило в одном месте. Говорила же ему, что ты приедешь, так нет: убежал.

— Но я должен был завтра только приехать, мам.

— Правда? А вот приехал сегодня. И молодец! Сейчас мы с тобой чай будем пить. Хотя, чего это я! А борщ? Свеженький. Утром сварила.

— Мам, не надо! Правда, мне некогда. Да ты сядь!

— Как так некогда? Только приехал и...

— Мам, я решил принять предложение дяди Арсения.

— Ох, Владюша. Целый год потратить, чтобы жить абы с кем? Ради денег Арсения? А еще надурит она тебя!

— Мам, ну не начинай! Для этого есть юрист, который составит договор. Все нормально! Мой дядька в 90х не пропал, а тут, думаешь, какая-то девчонка нагреет?

— Да не его, а тебя!

— Мам, ну я тоже уже не ребенок. Просто, решил сообщить, чтобы ты в курсе была. И кстати, девочка эта из Арамиля.

— Местная. А кто?

— Марта. А маму ее зовут Завьялова Алевтина Ивановна.

Я намеренно опустил фамилию самой Марты, временно скрывая тот факт, что девушка пока еще замужем. А вот ее мама так и осталась на фамилии мужа после развода. Кто знает, может моя мама с ней знакома?

— Хм, нет. Не слышала. Но узнаю!

— Не сомневаюсь, мам. Ладно, давай быстренько чай с пирогом, да я поехал. Как раз Серый до Еката доберется. Мне, в любом случае, быстрее по времени, чем ему.

— А он чего? Мясо в город повез? Вкусная у него телятинка. В следующий раз привезешь?

— Конечно, мам. Я постараюсь.

— Да я не про мясо. А про девушку.

— Блин, мам! Ну, у тебя переходы речевые, конечно, — рассмеялся я, доел пирог и собрался в путь.

Знать бы заранее, что моя мама весьма предприимчивая особа бывает, когда захочет, лучше бы я не упоминал про Марту. Но сказанного не вернуть.

Глава 12 Я хотел по-хорошему

(Марта)

Я испытала весь спектр эмоций, пока мы ехали от Арамиля до столицы. Сначала хотелось выть белугой. В жизни не испытывала столько унижения за короткий срок. Измена мужа. При этом явная: на моих глазах. Признание Соколова о том, что он создал интимные фото и видео с моим участием. При этом сознался, что специально не светил свою рожу в кадре. Он что же, так и планировал их когда-нибудь обнародовать?

Как же плохо я знала своего мужа. Его, казалось бы, безобидное хобби – видео и фотосъемка, столь пригодившиеся для работы в рекламном агентстве, имели и скрытую сторону. А если не одну меня снимал для порнухи? Та рыжая не просто так появилась в доме?

Меня захлестнул стыд вперемешку с негодованием. Но я и подумать не могла, что у Соколова был тайный умысел. Скотина! Предатель во всем!

Я закрыла рот ладошкой и прижалась головой к холодному стеклу машины. Слезы градом катились по щекам, застилая от меня мир, в котором я теперь совершенно одна. Даже телефона нет. Ни позвонить кому-нибудь, ни хотя бы укрыться в мире интернета от навалившихся проблем.

У меня и подруг толком не было. Так, общие с Антоном друзья со студенческой жизни, да с его работы. Но я теперь им не доверяла. Кто знает, может Соколов и Настю шпарил, помимо той, рыжей. Не зря она им восхищалась постоянно, хоть и сама замужем. Все! К черту! Я найду возможность и сбегу. Не останусь с этим козлом ни за что.

— Да перестань ты, Марта! Я пошутил. Не буду я выкладывать те фотки. Просто вырвалось с досады.

— Что? А изменял мне тоже с досады? — я резко обернулась, размазывая слезы по щекам. — Да как ты мог, Соколов? И не смей говорить, что причина в моем отсутствие. Месяц – это не такой уж и срок. Мог бы и потерпеть. А то и подрачить на мои фотки. Зря снимал что ли?

— Ты чего, Марта?

— Ненавижу тебя, Соколов! На дорогу смотри. Не хватало еще сдохнуть с тобой в один день в ДТП и потом мучаться на том свете с тобой.

— Чокнутая!

— Сам дурак, — я запахнула пуховик, хоть и была вспотевшая от наплыва эмоций и от работающей печки в машине.

Безумно хотелось принять душ и смыть весь негатив, настолько грязной я себя ощущала. А еще лучше принять ванну пахучую и лежать в ней не меньше часа, забыв обо всем. Но едва я вышла из машины и взглянула на дом, в который суждено войти опять, меня передернуло.

У Соколова была двушка, но кровать стояла только в одной комнате. Вторую он отвел под кабинет, где разместился только письменный стол с компьютером, шкаф с книгами и одинокое кресло. Видимо, в нем-то мне и суждено коротать ночи. Лечь в постель, в которой Соколов кувыркался с рыжей, а может и не только с ней, я не могла.

— О, Марта, — воскликнула соседка, выползая из подъезда с мусорным пакетом. — Давно тебя не видно было. К маме ездила?

— Да, тетя Ира. И вам здрасьте.

— Ну и хорошо. А то у нас планируется собрание жильцов. Вот и придешь вместо мужа. А то Антон-то, поди, занятый! Кормилец!

— Угу, — промычала я, обходя всезнающую соседку и задумываясь: что еще та могла видеть и слышать за время моего отсутствия.

Ведь Соколов не постеснялся провести в дом незнакомую девушку под покровом ночи. Хотя, с чего я это взяла? Может, та уже не первый раз приходила.

Антон лишь мило улыбался тете Ире и подталкивал меня к подъезду, удерживая в руках сумки с вещами. Я нехотя перешагнула порог и поднялась по лестнице. Квартира располагалась в пятиэтажном доме старого фонда, где лифта отродясь не было.

Соколов открыл дверь своим ключом. В прошлый раз, когда я убегала из дома, подхватив вещички, оставила связку ключей на полочке под зеркалом. Они так и лежали на месте, когда я вошла в квартиру.

Невольно втянула некогда уютный аромат дома. Я любила заниматься хозяйством. Все у меня сверкало чистотой и царил порядок. Я тяжело вздохнула, поймав собственное отражение в зеркале. И отвела глаза от распухшего после слез лица. М-да, соседка явно сделала выводы, глядя на меня на улице, хоть и не произнесла вслух.

— Я помогу? — Антон стянул с меня пуховик.

Как в тумане, я скинула обувь и прошла в ванную комнату. Закрыла дверь и тут же пустила в раковину воду из-под крана, заглушая вновь подкатившее рыдание. Чертовы слезы! Да сколько уже можно плакать?

Я закрыла горячий вентиль и набрала в ладони холодной воды. Опустила лицо и долго стояла, приводя себя в чувства.

— Марта, ну хватит уже прятаться. Выходи! Поговорим, — постучал в дверь Антон, а я коротко выдохнула.

Сняла с крючка полотенце и промокнула лицо. Искоса посмотрела в зеркало. Почему-то мне было стыдно даже смотреть на себя. Словно это я, а не Соколов, бед натворила. И о чем он собрался разговаривать? Все и так ясно, как божий день: нам надо расстаться.

Я открыла дверь и вышла в коридор. Антон поджидал меня тут же. Прижав к стене, он прильнул ко мне поцелуем, а его руки обхватили за талию:

— Ну, прости меня, Марта! Да, я изменил. Но больше не повторится.

— Соколов, убери руки! Не смей ко мне прикасаться! Я не верю ни одному слову.

— Марта, пожалуйста!

— Да плевать мне уже на фото! Делай, что хочешь. Только не трогай меня, пожалуйста!

Но Антон был сильнее меня. Не зря ходил в тренажерный зал два раза в неделю. Ухватив меня за шею, встряхнул так, что я больно ударилась затылком о стену. А в ухо полились ядовитые слова:

— Что же, Марта. Я хотел по-хорошему, но видимо, придется по-плохому. Будет так, как скажу я: раздевайся!

Глава 13 Я все исправлю

(Влад)

Я в два шага сократил расстояние, на ходу снимая с себя куртку и накрывая обнаженное тело Марты. Она скорчилась на полу у окна, закрывая ладошкой лицо. Опустившись перед ней на колено, я осторожно приподнял голову девушки и позвал:

— Марта, милая! Посмотри на меня, пожалуйста.

До слуха долетели еще пара ударов и приглушенный стон бывшего мужа девушки. В том, что Соколов – бывший, это весомо объяснил тому Серый, неплохо владеющий техникой тайского бокса. У Антоши не было шансов. Он не просто обидел сестру Завьялова. Соколов изнасиловал собственную жену.

Мне даже спрашивать не пришлось. Я все увидел собственными глазами. Когда Марта подняла голову и позволила мне отвести от лица руку, моим глазам предстал свежий кровоподтек на щеке. Он принудил ее к сексу, применив силу.

Я шумно втянул сквозь зубы воздух и едва сдержался, чтобы не добавить Соколову от себя. Но Серый и сам справится. Мне надо было найти одежду Марты и забрать с собой дрожащую от страха, унижения и стыда девушку. Но она вцепилась в мою руку и прошептала, глотая слезы:

— Мне нельзя уходить! Он...

— Почему, Марта? Что он сделает?

— У него...

— Марта, милая! Скажи мне! Я все исправлю.

Кутаясь в мою куртку и поджимая под себя ноги, она опустила голову и не без труда призналась в том, что у Соколова остались доказательства интимных сцен с ее участием.

— Он угрожал тебе, что выложит в сеть фотки, если ты уйдешь от него?

— Да, — выдохнула Марта, а я поднялся на ноги.

Быстро вышел из комнаты и склонился над скрюченным телом Соколова. Тот валялся в ногах Серого, боясь поднять голову. Одним рывком, за шкирку я поставил подонка на ноги и встряхнул как паршивого пса:

— Быстро предоставил мне все фото и видео!

— Я напишу на вас заявление, — проблеял Соколов.

— Непременно! — рявкнул я в ответ. — Но при этом сядешь первый за домашнее насилие и незаконное создание порнухи.

— Чего-чего? — переспросил Серый, и я коротко повторил признание Марты, отчего Соколов сжался, ожидая нового удара.