Плохой. Сердце вдребезги

11.

Уже поздно вечером, когда Аня спала, мне написала в социальной сети Агния, подруга со школы.

Мы общались, но такой дружбы как в школе уже, конечно, не получалось.

Жизнь моя сильно изменилась с приходом в неё ребёнка. Любовь моя оказалась совершенно несчастливой. Агния же жила для себя: училась, гуляла, готовила обеды молодому мужу…

Мы с ней поддерживали тёплые отношения, она — пожалуй, единственная, с кем я общалась с времён школы. Однако вращались с ней теперь очевидно на совсем разных полюсах, хоть она и осталась той, кому я по-прежнему доверяла… Просто мы жили по-разному, и эта разность и полярно различные проблемы по жизни отдалили нас друг от друга. Сейчас мне гораздо ближе и понятнее была соседка Таня, но и об Агнии я не забывала никогда. Вот и она сейчас вспомнила обо мне…

Она знает, что у меня родился ребёнок. Но только ей я соглала, сказав, что после расставания с Назаром сильно напилась с горя и переспала с каким-то парнем в ночном клубе. Даже имени его не запомнила, но ребёнка решила оставить — бог дал, да и не виноват он ни в чём… В общем, решила рожать для себя.

Агния во всё это поверила. Даня, муж её и брат-близнец моего бывшего парня и отца Ани, в это тоже вникать не стал, поверив на слово…

А может, ему просто дела нет до других.

Это он с Агнией совсем другой — заботливый, нежный…

А на всех остальных ему откровенно плевать всегда было.

Так почему я должна была стать исключением?

Но мне это было лишь на руку.
Я вовсе не хотела, чтобы правда всплыла наружу.

Назара видеть не желала в своей жизни, а известие о наличии общего ребёнка могло это изменить. Назар мог бы захотеть участвовать в воспитании дочери, а значит, и появляться в нашей жизни, что связало бы нас до конца наших дней…

Я против.

Мы с Аней справимся и без него.

Решение не говорить ничего отцу ребёнка было вполне обоснованным и взвешенным — для меня. А мнение недопапаши меня мало интересовало!

Я носила, рожала, поднимала на ноги — мне и решать её судьбу.

Так что то, что Агния и брат Бодрова не заподозрили того, что мой ребёнок мог быть от Назара, меня вполне устроило. Я смогла вернуться в город не боясь того, что на пороге появится Назар и предъявит права на дочь…

Теперь и он, если однажды увидит Аню, тоже не поймёт ничего. Это же мужики!

Ну а Даня с Агнией обязательно расскажут ему историю о нагуленном не пойми от кого ребёнке в ночном клубе, и он даже не подумает лезть в жизнь “такой” девушки.

И не надо.

Без него трудно, но спокойно.

Скучно, зато без боли и сюрпризов…

Такой любви мне точно больше не надо.

Сегодня он есть, а завтра уже след простыл.

Ещё с ребёнком так поступит возьмёт — я тогда его лично пристрелю, не пожалею!

Сердце Анюты я не дам ему разбить!

Достаточно на его веку битых сердец, моего в том числе.

Возле него ходить — как по битым стёклам босиком.

Нет уж, мою дочь я к нему ни за что не подпущу!

Не знает — и слава богу…

Я вздохнула, пытаясь отогнать от себя грустные мысли, которые уже давно перестали меня посещать. Но одна случайная встреча с Назаром настолько потрясла меня, что все эти фантомы, от которых я старалась избавиться столько лет, вернулись…

Надо взять себя в руки и просто не думать о нём, не вспоминать прошлое.

Не достоин он даже этого — чтобы я просто о нём вспоминала.

Тем более, что мы и встретимся теперь всего-то один раз, когда я буду забирать расчёт.

А потом…

Его снова не станет в моей жизни, и я успокоюсь.
Взяла в руки смартфон и попыталась переключиться на переписку с Агнией.

Она спрашивала как у меня дела.

Я поделилась с ней, что потеряла работу.

Она мне посочувстовала.

Мы поговорили о поисках новой работы…

Ничем особенным Агния мне, конечно, не помогла, но хотя бы выслушала и поддержала — вот за что я всегда её любила!

Мы могли долго не общаться, а потом разговориться до утра, и на душе сразу становилось лечге…

Она пригласила меня прогуляться в эти выходные с ребёнком…

Особенно ничего такого я себе позволить не могла, а по улице ходить было уже холодно. В итоге мы сговорились просто прогуляться по торговому центру, который уже украсили к новому году — Агнии требовались новые вещи. Ну а мы с Анютой просто посмотрим на красивую большую ёлочку…

12.

До выходных ещё было три дня, и пока Анюта не болела и ходила в сад, я занялась поиском работы. Но что-то удача мне совсем не улыбалась… Везде места под новый год были заняты либо просили ждать звонка. А как известно, чаще всего на работу сразу берут, если заинтересованы в сотруднике. Если же просят ждать звонка, то скорее всего, я им не подошла, и никто мне так и не перезвонит. А если и перезвонят, то месяца через три, когда я себе давным-давно найду другое место…

Выбирать мне особенно не из чего: я могла работать только в магазине каком или официанткой. Образование-то я так и не получила, кому нужны мои несчастные три курса…

Я взяла академический отпуск, да так и не вернулась на учёбу — сдавать всё на “отлично” чтобы не потерять бюджетное место я бы не смогла с маленьким, не очень здоровым ребёнком на руках. Какая там учёба…

Кое-как с мамой выкормились, и малютку на ноги поставили.

Я мечтала, что однажды Аня станет ходить в садик стабильнее, и я смогу устроиться на такую работу, которая смогла бы обеспечить нашу с дочкой жизнь и я начала бы откладывать деньги на получение высшего образования. Я могла вернуться в тот же университет на заочное отделение, только оно платное… Но три курса я бы как-нибудь осилала, наверное, если бы Анюта не болела и зарплата позволяла бы откладывать деньги.

Понимала, что с нашими зарплатами в стране такое маловероятно, что я смогла бы скопить денег, но мечтать никому не запрещено.

Что ещё мне оставалось делать?

Жизнь и без того казалась мне почти беспросветной и безнадёжной.

Одна Анюта и была тем самым светом в окошке и огонёчком для души, который грел и дарил тепло. Человечек, которого я могла любить и получать любовь в ответ.

Ни разу не пожалела, что осмелилась родить её, понимая, что будет сложно.

И было: денег постоянно не хватало, но зато мы были друг у друга.

Раз уж получился ребёнок, значит, богом дан — какое я право имела её лишать жизни?

Это не мне решать…

Тем более, как ни крути, но Аня — плод большой любви.

Да, пусть несчастливой и закончившейся слезами и предательством, но самой настоящей…

Ничего подобного я больше не испытывала, и уверена, что уже и не испытаю.

Так любить можно лишь раз.

Отдавать всю себя.

Не помнить дурное.

Растворяться в любимом.

Дышать одним им.

Просыпаться и засыпать с его именем на устах…

Родить от него прекрасную девочку.

Я не жалею ни о чем, что пережила.

Не сожалею ни о каких принятых мною решениях.

Я считала, что поступила абсолютно верно.

Только теперь бы выбраться из финансовой ямы, и всё постепенно наладится, я в это верила.

В общем, звонила я пока что без толку.

Даже прошла сама по морозным улицам, заходя в различные лавочки с табаком, чаем и прочим в поисках работы…

Однако этот день не принёс никаких подвижек в этом вопросе.

И Костя тоже не звонил…

Видимо, пока ему договориться насчёт меня не удалось.

Ну, или он просто забыл обо мне — такое тоже возможно.

Кто я ему, по сути, чтобы печься обо мне? Никто.

Его номер я не записала и позвонить или написать ему не смогу, поэтому придётся ждать новостей от него. Если эти новости, конечно, будут. А если не будут — то не стоит отчаиваться и нужно продолжать поиски самой. Что-нибудь да подвернётся мне обязательно. Кто ищет, тот, как известно, всегда находит.

Мне на глаза попалась вывеска — “Ломбард”.

Я остановилась возле него и шумно вздохнула.

Нужно продуктов домой купить и на подарок Анечке сдать в садик.

Только денег на это нет.

Зато в моих ушах висели золотые серёжки из прошлой жизни, когда у моей мамы был бизнес и она не была банкротом — последние серьги, которые ещё я не продала в ломбард.

Что ж… Кажется настал и их черёд.

Память — памятью, а кушать хочется сейчас.

Выкупить назад я их не смогу — для меня это большая сумма, на которую мы сможем скромно, но питаться пару месяцев, и взять после мне её будет просто негде.

Что ж…

Не стоит по этому поводу расстраиваться.

Пусть эти серьги кому-то принесут счастье, а мне — удачу найти работу поскорее….

***

Из ломбарда вышла в приподнятом настроении, размышляя по дороге к магазину, что же купить сегодня на ужин и что вообще закупить, чтобы надолго хватило…

Шла мимо новогодних гирлянд, что уже развесили по всему городу, и впервые за долгое время улыбалась.
А может, шикануть и купить фарша — налепить котлеток, которых так давно не ела?
Немного…

13.

НАЗАР.

Снова открыл папку с личным делом.

Снова остановился на её фотографии, прикреплённой к папке обычной канцелярской скрепкой.

Я изучил это личное дело уже несколько раз, и сам не понимал, что ещё тут искал сейчас.

Зайкина Олеся…

Почему, блин, Зайкина?
Она что — замуж так и не вышла за него?

Почему? Что такого могло произойти?

Ведь он так упорно отбивал её у меня.

И отбил.

Она опустилась до измены, после чего и произошёл разрыв…

Такое я не прощу никогда.

Ну и какого чёрта она тогда с ним не осталась?

Выбрала же его… И бабки.

Будто бы я ей не дал бы денег…

Но она снова попросила их не у меня.

Какие же все бабы продажные. Эта — особенно.

Еще со школы винила меня в том, что я девок менял постоянно, а сама?

Не лучше меня оказалась…

Личико милое, как у ангелочка.

Волосы эти светлые…

Всё по красоте.

Фигурка еще более сочная стала — после родов видимо.

Говорят, после родов часто фигура женщины меняется и становится ещё более аппетитной. Так произошло и с Лесей…

Она округлилась везде, где мужикам нравится, и стала ещё сексуальнее и взрослее…

Дети: дочь, три года. Анна.

Хм…

У неё дочь есть, оказывается.

Получается, я мать маленького ребёнка выгнал с работы?

Ну и нечего жалеть чужих приблудышей.

Не буду я её жалеть — всё это она заслуживает.

Родила, не доучилась?

Её проблемы.

От кого же этот ребёнок?

Почему она не живёт с отцом своей дочери?

Или живёт, но по какой-то причине они не расписаны?

А если живет не одна, то почему ей муж позволяет работать официанткой в ночном клубе? Это очень так себе работа… Тут и за зад хватают девчонок на разносе…

Я бы свою женщину в такое место ни за что не пустил бы работать: и тяжело, и график адский ночной, и мужиков полно пьяных да неадекватных, которые ищут лёгкого быстрого секса. А тут она: белокурый ангел с третьим размером сисек…

Как её до сих пор ещё никто не поимел в туалете…

Нашла, куда пойти работать, дура.

— Инна, зайди ко мне, — попросил я по телефону, и администратор вскоре оказалась у меня в кабинете.

Я пригласил её сесть в кресло напротив моего стола.

Она принесла с собой кофе, но мои мысли занимала сейчас тонкая папка, что лежала сейчас передо мной на столе. Папка с её личным делом…

Надо же, как причудливо нас свела судьба снова.

Я в роли её босса, а она — подчиняется мне.

Забавно.

Мне даже понравилось.

Мелькнула мысль вернуть её сюда, и пусть бы носила мне кофе.

Побегала бы как следует у меня.

Заодно никакие пьяные мужики за зад бы её не хватали.

Впрочем, какое мне дело до зада Зайкиной?

Вроде бы пофиг должно быть, но почему-то мысль, что она носит кофе только мне, а пьяные мужики не лапают её зад, мне нравилась.

— Инна, расскажите мне всё, что вы знаете про Олесю Игоревну. Ту, что была уволена мною недавно. Официантка, — попросил я.

— Да я особенно ничего не знаю о ней, — пожала плечами администратор. — Она не так давно у нас и работает. Точнее, работала… Мы не были подругами. Знаю, что живёт она одна, растит маленькую дочь и нуждается… Дочь, вроде бы, не очень здорова.

Хм. Вот про не очень здоровую дочь в деле нет ничего…

Грустно.

— А где же её муж? — спросил я.

— Не знаю, — посмотрела она на меня. — Мы не говорили об этом. Мне показалось, она одна живёт. В смысле, не замужем.

— Может, про бойфренда какого рассказывала?

— Нет, ничего такого… А почему она вас так интересует? Украла что-то?

— Да нет… Ну, надо мне. Больше ничего не знаешь?

— Нет.

— А где живёт?

— Тоже не знаю. В документах есть копия паспорта, там прописка указана. Но не факт, что она живёт по этому адресу.

— Ладно… Иди, Инна. Спасибо.

— Да пожалуйста…

— Иди, работай, — сказал я ей.

Инна пошла к двери, но на самом выходе обернулась.

— Она ваша бывшая, так ведь?

14.

— Я не понял, — свёл я брови вместе. — Я тебе за сплетни плачу, что ли?

— Нет, но…

— Инна, я такого от тебя не ожидал, — продолжал злиться я. — Какого чёрта ты решила сунуть свой нос не в своё дело?

— То есть, как ночи со мной проводить — так это моё дело, — вскинулась она. — А как понять, что у тебя произошло с этой официанткой — так сразу не моё, да?

— Слушай, — встал я на ноги. — То, что мы с тобой пару раз сексом занялись, никаких прав тебе на меня не даёт. Я тебе замуж предлагал выйти?

— Нет… — потупила она глаза. Мои слова причиняли ей боль, я знаю.

Но я в самом деле ничего никогда ей не обещал. Сама лезла под меня. А у меня иногда такой ритм рабочий, что пожрать некогда, и уж тем более я не мог себе позволить сейчас завести нормальные отношения. В том числе, из-за бывшей — я просто не верил никому.

Ну и из-за работы — какая женщина меня станет ждать с работы, когда я приезжаю в квартиру тупо поспать и сходить в душ? Сейчас мне надо поднимать бизнес, на отдых и личную жизнь времени нет, дело только набирает обороты. Вот и остаются у меня одни редкие перепихоны…

Только зря я это сделал со своей сотрудницей, конечно… Теперь она возомнила себе, что если я её пару раз поимел, то теперь она может качать права и ревновать. Придётся и её менять… Почти весь персонал. И всё из-за неё — Зайкиной, чёрт бы её побрал вообще…

— Тогда какие у тебя могут быть ко мне вопросы? Выйди из кабинета. И готовься искать новое место для работы.

— Уволишь меня, да? — подняла она глаза на меня. — Из-за неё?

— Из-за тебя, — хмыкнул я. — Ты слишком много на себя взяла. А лучше бы просто работала… Как найду тебе замену — сообщу.

— Ну ты и козёл, Назар Андреевич! — зашипела она.

— От козы слышу, — заявил я и просто отвернулся от неё к окну.

Пошла она…

Только бесит, что весь персонал придётся менять из-за Леси.

Инна очень помогала мне. Теперь целая проблема будет найти нового администратора…

И искать придётся самому — не будет же она сама себе замену искать.

Вздохнул и повернулся к столу.

Инна ушла, можно теперь позвонить в агентство по подбору персонала.

Они сами разместят нужные объявления и будут присылать людей в клуб на собеседование. Неплохое, кстати, агентство — именно они мне Инну подобрали. Я был ею доволен… Пока между нами не случилась пару раз глупость.

Будет мне урок — не трогать сотрудниц, иначе это чревато проблемами…

— Да, добрый день, — заговорил я, когда трубку взяли. — Это Бодров Назар беспокоит. Нам в клуб требуется официант, бармен и администратор. Администратора желательно мужчину. Но если есть хорошие варианты среди женщин — рассмотрю. Как можно скорее. Да, начинайте поиск. Хорошо, буду ждать звонка от вас.

Повесил трубку и снова покосился на личное дело Зайкиной.

Может, зря я её уволил? Бегала бы сейчас с подносом хотя бы…

Инна говорила, что работой её довольна.

Где я сейчас так быстро найду новых сотрудников?

Пусть хотя бы какое-то время помоет столы.

Открыл папку с личным делом и нашёл номер телефона Зайкиной.

Поддался дурацкому порыву и набрал цифры…

Пошли длинные гудки.

15.

ЛЕСЯ.

— Да что ж ты будешь делать… — бурчала я, убирая в сторону телефон.

Опять отказ!

Ну что за такая невезуха? Как прокляли точно…

Уже какой по счёту отказ.

Все более-менее нормальные вакансии кончились. Я уже и так скрепя сердце звонила туда, где условия были далеко на райскими, потому что мне просто некуда деваться. Но и там мне отказывали!

Неужели я такая безрукая и ни на что негодная?

Ну не смогла я доучиться — ребёнка бог послал. Так что мне теперь-то делать?

Если я родила без мужа, то мне есть не положено?

Пока на Аню платили пособие, ещё как-то существовать можно было, а теперь только малюсенькая пенсия…

Потому что у ребёнка инвалидность…

Но об этом сейчас я не хочу думать.

У нас не всё так плохо, большую часть времени она — обычный ребёнок, хоть и посещает коррекционный сад. Но посещает…

Есть большие шансы вылечиться, но пока что врачи не говорят ничего определённого.

Одну операцию Аня уже перенесла — мы выбили квоту и дождались её.

Врачи говорили о том, что потребуется ещё как минимум одна, и тут уже сложнее — здесь квоту будет получить практически нереально.

Но пока я стараюсь не думать об этом, иначе просто сойду с ума.

Буду решать проблемы по мере поступления…

Телефон вдруг снова зазвонил, выдернув меня из мыслей.

Номер мне был незнаком, я решила, что кто-то из потенциальных работодателей мне захотел перезвонить, и даже обрадовалась.

Ну хоть что-то…

Свет в конце туннеля замаячил.

— Да, — взяла я трубку.

— Кхм… Олеся Игоревна, — услышала я голос, который узнала бы из тысяч других даже по телефону и спустя двадцать лет разлуки… Я едва не упала в обморок, даже осела на диван с телефоном в руке, чувствуя, как она холодеет и дрожит. Это Назар… Что ему могло понадобиться от меня? Он меня очень ясно и грубо выгнал из кабинета несколько дней назад. Так зачем теперь звонит? Не все гадости успел сказать, вспомнил ещё что-то и решил сообщить? — Это Назар.

— Я узнала, — ответила я тихо.

— Я по поводу вашего расчёта.

— Слушаю вас, — слегка приободрилась я. Деньги свои я очень хотела бы забрать.

— Можете получить ваш расчёт, — сообщил он. — Всё готово.

— Здорово, — отозвалась я, чувствуя как тугой ком в животе от бесконечных проблем слегка ослабевает. — Так быстро… А когда можно забрать расчёт?

— Сегодня.

— Сегодня не могу, мне… У меня дела.

Чуть было не ляпнула, что мне дочь из сада скоро забрать надо.

Его дочь.

Конечно, об этом он вряд ли бы догадался, что Аня — его, но пусть лучше вообще не знает об этом.

— Тогда завтра? Часов в десять.

— Завтра — могу. Подъеду к десяти.

— Отлично. Тогда до встречи.

— До встречи…

Назар отсоединился.

Я зависла с телефоном в руке, вглядываясь в него, словно могла бы там разглядеть что-то важное.

Какой-то Назар подозрительный…

Сам вдруг позвонил. Неужели он не мог поручить это секретарю?

Вежлив был, как никогда.

Чует моё нутро — он что-то задумал.

Не верю я ему, ох не верю!

Но деньги мне очень нужны, поэтому я туда поеду.

16.

Спустя пару часов меня ждал новый сюрприз — позвонил Костя.

— Привет, как ты? — спросил он.

Я обрадовалась его звонку. Это означало, что он договорился о работе для меня. По-крайней мере, я на это надеялась — иного повода звонить мне вроде бы и нет, да и Костя понимал, что я звонка от него ждала.

— Если ты звонишь — то уже гораздо лучше, — ответила я, имея в виду то, что у него наверняка есть новости для меня по поводу места официантки, и я очень жду их.

— Супер, я рад, что ты ждала мой звонок! Я на самом деле с хорошими новостями.

— Да?

— Меня взяли барменом в одно неплохое заведение. Не такое крутое, как клуб, но всё же достойное.

— Поздравляю тебя, Кость, — ответила я совершенно искренне, ведь меня до сих пор гложило чувство вины за его увольнение. Мне действительно стало гораздо легче на душе, когда я поняла, что парень без работы не остался. Ведь он ничего дурного не сделал, всего лишь хотел заступиться за девушку — это так редко делают… И вот чем обернулась ему доброта! Надеюсь, этот случай не убьёт в нём человеколюбие, и новое место работы принесёт ему радость и новые возможности. И мне… — Это и правда очень хорошие новости!

Только мне бы хотелось услышать и обо мне их, но я ждала, что скажет дальше Костя. Он и сам знает, что я жду.

— Поговорил и насчёт тебя, — отозвался он. — Хозяину бара нужны и официанты. Запишешь адрес? Он хочет видеть тебя на собеседование.

— Да-да, конечно… — тут же нашла я в коридоре на тумбочке ручку и записную книжку. — Диктуй.

Я записала адрес и спросила:

— А когда надо приехать?

— Желательно, прямо сейчас.

— Хм… — задумалась я. Вроде как отказываться неудобно, ведь мне нужна работа. Но надо было успеть потом в садик за дочкой. В принципе, находился этот бар не так далеко, я могла бы успеть съездить и вернуться. Ну и чуть позже забрать Аню — я могу предупредить воспитателя по телефону, что приеду не к пяти, как обычно, а к половине шестого. Этого времени должно хватить. Собеседование в такое место много времени не должно занять. — Ладно, сейчас буду.