Ошибка в ритуале или нити Судьбы

Глава X

На этот раз дорога мне далась легче: то ли я стала привыкать, то ли это из-за настойки, которую Тина дала мне перед поездкой. Полпути до привала, прошли в молчании. Адда с Лин вырвались вперед, Фрост ехал рядом, опережая меня на пол корпуса, Тина двигалась бок о бок со мной, Эйден и Рон чуть сзади, замыкал Деметрий.

– Тина, что происходит? – Не выдержала я молчаливого накала эмоций, что кружил вокруг нас.

– Ничего. – Пожала она плечами.

– Хорошо. – Я придержала лошадку за узды, что бы вклиниться между Эйденом и Роном. – Ребят, а что такие серьезные? Случилось чего?

– Ничего. – Буркнул себе под нос Рон и ускакал вперед. Эйден лишь вздохнул. Ну, и ладно. Больно надо. Не хотите говорить, как хотите. Притормозила.

– Зара, не отставай. – Услышала рядом голос Деметрия. Вздохнула. – Что вздыхаешь тяжело?

– Да, вот понять не могу, странной напряженности ребят.

– Что тут не понятного? – хохотнул мужчина. – В тебе магия проснулась, от тебя фонит, как от гейзера. Она резонирует с их магией, поэтому они немного напряжены.

– Как это во мне магия проснулась? – Опешила я немного.

– А ты думаешь – источник сам возродился? Ребята сказали, что это ты пропустила его через себя.

Так значит, это я, получается, тогда в храме бабахнула? Это, что же, пользоваться магией так больно? Если каждый раз будет так, тогда нафиг мне эта сила не нужна. Хотя если, вспомнить, как я чувствовала себя после… Не-е, не нужна. Может, поэтому они пользуются ей?

– … мы потренируемся с тобой. – Уловила я конец речи мужчины.

– Простите, я прослушала, что вы сказали?

– Я сказал, сейчас прибудем на место назначения, и сходим с тобой на границу, потренируешься со своей магией.

– Нет. Я не хочу. Можно, мы не будем. – И глазки по жалостливее, как у кота из «Шрека», гляди, прокатит.

Меня одарили самым скептическим взглядом. Мужчина прищурился, оценивая, то ли дура, то ли притворяюсь… Но потом что-то увидел в моем умоляющем взгляде и улыбнулся:

– Нет, искорка. Есть такое слово «надо».

Во время отдыха, с лошади меня снял по привычке Рон. Поставил на землю и втянул носом мой запах у макушки.

– Скажи, что вы делали с Эйденом на границе? – Прошептал он куда-то мне в макушку.

– Рон, если тебе что-то не нравится и у тебя какие-то претензии, ты уж прямо говори. – Отступила от него, заглядывая в глаза. Не знаю, что хотела там увидеть, но уж точно не настороженность и… злость? – Я же вижу, что вы какие-то напряженные.

– Твой запах притупился, и появились новые нотки. – пояснил он мне.

– И?

– Он думает, что мы переспали. – Раздраженно ответил Эйден рядом, я его и не заметила.

– Я так не думаю! – Рявкнул Рон, поворачиваясь корпусом в его сторону.

На нашу компанию стали оборачиваться остальные. Адда, с какой-то таской и болью, окинула нас взглядом. И я вспомнила момент у леса. Эх, сердце девичье. Сердце глупое. Та-ак, а какая ему разница с кем я и что делаю? Что-то я не припомню, что бы я давала кому-то какие-либо обещания. Или я что-то упускаю?

– Остынь, Рон! – Крикнул Фрост. – Блокатор на ней висит. Бло-ка-тор!

Я посмотрела в его сторону и увидела, как Фрост вместе с магистром улыбаются. Сейчас их сходство было очевидно – точно родственники. Значит, знал, что происходит. А мне про магию вливал. Вот интриган.

– Ну, что ж. Раз всё выясняли – всем спасибо, все свободны. – Обогнула их, и плюхнулась рядом с Тиной.

– А что у вас с Роном? – Тут же спросила она меня.

– Боже, Тина! Ты вот только не начинай. – Подарила ей свой страдальческий взгляд. – Что у меня вообще может быть хоть с кем-то в этом мире?

Тихо, вроде, спросила или нет? Когда обвела взглядом нашу компанию, поймала на себе, прожигающие взгляды ребят.

– Что?!

– Ты ничего не хочешь нам рассказать? – Спросила Адда.

Посмотрела на Деметрия, а у того в глазах смешинки пляшут, и улыбка расползается на лице.

– Я? Нет. – А что? Это не мой секрет. Вот пусть сами и решают, что говорить, а что нет.

– Тина, выдернула Зару из другого мира, когда проводила ритуал. – Ответил Фрост.

– Поэтому нужна была магическая клятва. – С восхищением в голосе произнесла Лина.

– Как это тебе удалось? – Спросила Адда у Тины.

– Как? Как? – Хохотнул Фрост. – Как всегда!

Теперь на меня смотрели с большим интересом, чем в первый раз. Только Эйден, словно расслабился и как-то вздохнул с облегчением.

Путь наш начался снова в молчании. Снова все разбрелись, и каждый думал о своем. Радовало, что напряжение развеялось между ребятами, как только всё разъяснилось. Тишина – это хорошо, но моя душа просит песни.

Пела я как всегда от души. Это видно по тому, как подрагивают плечи нашего строгого магистра. И по тому, как в такт моим словам машет головой Фрост, и как шевелит губами Тина, подпевая шепотом.

– Интересные у вас песни. – Заговорила Лина, которая ехала со мной рядом пока я напевала. – Весёлые.

– А у вас какие?

– У нас поют лишь в тавернах, да в праздники на площади. Баллады о неведомых странах, ну, и о продажной любви.

– А так, чтобы для души да от всего сердца?

– Некогда нам песни распевать. – Вмешался в наш разговор Рон. – Учёба занимает всё свободное время.

– Прям, всё? – приподнимаю вопросительно бровь. – А как же личная жизнь?

– А для личной жизни есть ночь.

– Вот. – довольно тяну, улыбаясь. – А говоришь, всё.

– Что же ты предлагаешь в постели петь? – Засмеялся Фрост.

– Почему сразу в постели? Можно в душе.

– А душ – это?

– Это пока в ванной моешься.

Каждый представил картину и все дружно рассмеялись.

В селение мы прибыли уже в темноте. На этот раз разместили нас быстро и даже не стали задерживать Деметрия. Поэтому мы, всей дружной компанией, разместились в небольшом одноэтажном домике. В нем была одна большая комната, совмещённая с кухней, и две комнаты поменьше с двухэтажными кроватями, одним шкафом и письменным столом. Удобства находились на улице и были очень похожи на наши дачные, радовало, что раздельные.

Так как домик был маленький, утро началось для всех одновременно с начальством. Мужчина чем-то громыхнул и смачно выругался, сначала в общей комнате, а потом то же самое повторилось на улице где-то в районе душевой.

Потом ребята за стеной начали бурно обсуждать утренею эрекцию. Что было бы не плохо уже оттянуться с какой-нибудь красоткой, да, можно и просто с какой-нибудь. Да-а. Пубертатный период он в любом мире, походу, одинаковый. Мы с девчонками лишь тихо посмеивались, стараясь не создавать лишних звуков. Конечно, были и такие, которые краснели как маков цвет, от некоторого речевого оборота юношей. А после, сидя за столом, стеснялись в глаза посмотреть ребятам. Но, я-то росла в современном мире, и мне не привыкать слышать подобные вещи. А в некоторых случаях и похлеще выражения. И вот удивительное дело, я, как все обладательницы рыжей шевелюры и бледной кожи, должна краснеть от любого смущения. Но, то ли не нашелся тот, кто смутил бы меня, то ли я такая особенная, короче, не умею я краснеть.

– Фрост и Адда идёте к херсу Урику, он вам выдаст список дел, которые нужно выполнить в первую очередь. – Как всегда посыпались распоряжения от начальства. – Рон, Лина и Эйден в храм. Ну, а вы, мои хорошие, – перевел насмешливый взгляд на нас с Тиной, – идёте со мной на границу.

Ох, и почему, мне показался этот взгляд кровожадным?

Глава XI

Этот участок границы проходил в лесу. Столбы с кристаллами прятались среди деревьев. Сам лес напоминал наш, те же деревья, кусты, только чуть масштабнее. Словно я, правда, оказалась в стране великанов. Деметрий прокладывал путь, а мы семенили за ним, уворачиваясь от веток.

Мне вспомнился день, как я вот так же бродила по лесу в поисках Юльки. Как они там? Нашли эту пропавшую душонку, или может, она, как и я, где-нибудь в другом мире зависает? Мама, наверное, с ума сходит. Поди, подняла там всю полицию на уши. «Ищут пожарные, Ищет милиция, Ищут фотографы В нашей столице, Ищут давно, Но не могут найти Девчонку какую-то Лет двадцати…»

– Ты так вздыхаешь, будто я тебя на заклание веду. – Хмыкнул мужчина, не оборачиваясь.

– Да, что вы. Не-ет. – протянула я и глубоко вздохнула. – Просто родных вспомнила.

– Ничего. Пять циклов пролетит, и не заметишь.

– Да уж. С вами, пожалуй, и не заметишь. – Тяжело вздохнув, ответила я.

– Вот мы и на месте. – Мужчина отошёл чуть в сторону, пропуская нас на маленькую утоптанную полянку, посередине которой стоял столб. А вокруг ни души. Глухомань, говоришь? – Итак, Зара, вспоминай, что было в храме, прежде, чем произошёл выброс магии.

– Я предложила ребятам создать магическую сферу, которая накроет все артефакты сразу. – Начала вспоминать я. – Эйден, предложил мне показать как это, я же не умею. Вот он и помог.

– Каким образом?

– Ну, он подошёл со спины и, обхватил мои ладони, – Пока я жестикулировала, показывая как всё было, мужчина повторял движения. – Потом я повторила за ним какие-то слова, и он создал воздушный шар.

– «Partem meam virtutem in nomine vitam»?

– Что-то похожее.

– Тогда повторяй.

– «Партэм мэам виртутэм ин номинэ витам». – Вторим мы друг другу, и я чувствую, как волна тепла разливается по его рукам. Миг и у меня в ладонях тот же переливающийся шар.

– Да-а. – Восхищенно шепчу, не отрывая взгляда от шара.

– Дальше, что было? – Шепотом спрашивает меня мужчина на ухо.

– Дальше влетел Рон и закричал, – отвечаю, почему-то тоже шепотом, – я увидела, что у него черты лица поплыли, как перед трансформацией и испугалась.

– Его?

– Не-е-ет. – протянула я. – Скорее того, что он обернётся, и они подерутся.

– Что было дальше?

– Я крикнула. И всё. Дальше боль.

– Значит, испугалась… – Промурлыкал мужчина мне в ухо.

И мне бы испугаться, но я замерла, ожидая продолжения и надеясь, что мне показалось. Но когда он провел языком по шее, при этом втягивая носом воздух, я вздрогнула и отпрянула, разрывая контакт. Развернувшись вполоборота, заглянула ему в глаза и увидела, как его зрачки сначала сузились, как у змеи, а потом затопили чернотой всю глазницу. А на скулах стали проявляться … Мать моя женщина! Это что… чешуя? Самая настоящая чешуя черного цвета.

Сердце сжалось, а потом взорвалось, неся по венам не кровь, а жидкую лаву. Мышцы скрутило, и меня, не выгнуло дугой, как в прошлый раз, а сжало, вдавило в груди. Больно. Чертовски больно. Опять эта боль. Сжала зубы, чтобы не закричать. Вспышка света ослепила, и слёзы вновь прочертили дорожку по щекам. Ноги подкосились и, я бы свалилась, но Деметрий держал меня, прижав спиной к своей груди. Мне казалось, это от него идёт этот нестерпимый… Твою же мать… Чертов… жар. Я попыталась вывернуться, но куда там – маленькой мне, против большого дяди. Сквозь пелену слёз, увидела, как вспыхнул кристалл на столбе голубым светом. От него, словно электрические разряды, полетели голубые ленты крест-накрест, и вспыхнул следующий кристалл. Сработала цепная реакция. Из меня, не знаю, откуда именно, лился потоком свет. Огоньки загорались с треском, убегая вглубь леса. Жжение неслось по моей коже и мне дико хотелось это прекратить. Через какое-то время, мое тело окунулось в спасательную прохладу. Я словно кошка потянулась к ней, прижимаясь всем телом. М-м-м. Как же хорошо. Последняя моя мысль и темнота. Меня, словно рубильник, выключили.

Приходила в себя постепенно: сначала вернулась ноющая боль в мышцах, потом звон в голове перерос в шум водопада. Попытка открыть глаза провалилась на корню, так как веки жгло, и я начала их тереть.

– Не три, болеть будут. – Раздался рядом голос Тины.

– Они и так… кхе-кхе… болят…кхм. – Горло режет и першит.

– На, попей.

К губам прислонилось бутылочка, в нос ударил знакомый запах трав. Мне бы просто водички. Первый глоток дался с трудом.

– А где дяденька садист?

– Если ты имеешь в виду меня, то рад тебе сообщить, что ты всех освободила от практики на границе. Кристаллы зарядила почти до самой Альбы. – Я почувствовала, что говоря это, мужчина улыбается. – И ещё. Не могла бы ты издавать поменьше страдальческих звуков, а то наши гости нервничают.

Неужели я опять вызвала интерес того темного эльфа? Хотя, его даже Эйден не боялся, не говоря уже о магистре. Тогда почему в его голосе такая настороженность? Попыталась сесть без посторонних звуков, как просили. Но вот сфокусировать взгляд не удавалось. Ощущение были, как будто ты насмотрелась на солнце, и его блики мешают тебе открыть глаза. Зажмурилась, глаза всё ещё болели, но не так сильно. Открыла их и среди солнечных зайчиков, уловила темные силуэты с горящими красными глазами и полосами. Блин. Это что пантеры? Ох, хищников нам ещё не хватало.

– Кы-ысы. – Протянула я. – В этом мире все такие огромные, что ли?

– Это пардусы и да, они опасные. – ответил мужчина. – И это ты их приманила своей магией, поэтому не знаю как, но ты должна их прогнать обратно в лес.

– А не подскажите, как? – Попыталась опять привести зрение в норму, и у меня почти получилось.

Я уловила, боковым зрением, что одна кошка отличается от других. Во-первых, она была чуть крупнее остальных. Хотя куда крупнее-то? Я вот, выпрямилась во все свои метр шестьдесят три сантима, а она, то есть кошка, смотрит мне ровно в глаза. Вот это, понимаю, наш размерчик. Во-вторых, у нее помимо полосок, на лбу светился какой-то символ. Ну, и она стояла ближе всего к нам. Остальные четыре штуки расположились сзади.

– Ну, что мои хорошие? – Обратилась я к кошачьему семейству. – Что пришли? Что хотите? Страсть, как интересно.

А в ответ – тишина. Мужчина загородил Тину, и чуть выдвинул плечо вперед, как бы и меня отгораживая. Меня настигло чувство полной нереальности происходящего и смешалось с чувством абсолютного спокойствия.

– Ну? Что стоим? – обратилась я к кошке, что смотрела на меня. – Что молчим?

– Зара, ты в своем уме? – Прошептала Тина.

Одна из кошек жалобно фыркнула, будто сдерживая боль. Не чувствуя от них агрессии, я уверено обогнула большую кошку и пошла на звук.

– Зара… – тихо рыкнул Деметрий и ему вторил рык одной из кошек.

– Тш-ш-ш. – шикнула я, не поворачиваясь, а всё так же двигаясь к своей цели.

Так и есть. Не показалось. У одной из кошек в боку была стрела. Боже! У них ещё крылья, что ли? Крылья, не как у птиц, а словно сотканы из дыма и голубой дымки.

– Кто же тебя так, милая? – тихо спросила я. Что это девочка, я не сомневалась. Протянула руку, раскрытой ладонью и сразу почувствовала, как тыкается мокрый, горячий нос. – Сейчас моя, хорошая, мы чего-нибудь придумаем. – Ласково проговорила, погладив по морде. – Тина, в твоей волшебной сумке, есть какая-нибудь заживляющая мазь?

– Она им не поможет, Зара. – Ответил Деметрий, пока Тина копалась в своей сумке. – Они создания магии.

– Да? А кровь настоящая. – Провела пальцем по жидкости, что текла из раны. – Ложись, мы тебя сейчас подлечим. – Похлопала ладонью по земле, присаживаясь на колени. Кошка подчинилась и свалилась на здоровый бок, давая мне доступ к ране.

– Держи. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. – Мужчина протянул мне желтый кристалл – Когда обработаешь рану, приложишь его и скажешь «Pro utilitate et pro vita magica sanando communico».

– Потом повторите, я ваши термины плохо запоминаю. Тина собери мне смолу сосны, если она есть в этих лесах.

– Смолу сосны?

– М-м-м. – Как же, её ещё называют в простонародье? А вспомнила! – Живицу – по-другому.

– А-а-а. Такую, знаю. Сейчас. – И девушка, не боясь уже животных, бросилась вглубь леса.

– Ну, терпи, моя хорошая. – Одной рукой обхватила стрелу, другой шлёпнула ей со всей силы по шее и одновременно дернула древко. Кошка рыкнула, дернулась в мою сторону, но была придавлена обратно к земле своим собратом.

– Спасибо – прошептала я второй кошке. – Мне бы… – Договорить не успела, как перед носом появилась бутылка с водой. Бросила благодарный взгляд на мужчину и начала шаманить над раной. Когда промыла, промазала и стянула рану, появилась Тина.

– Что там надо говорить? – Спросила я, держа кристалл над раной.

Но только он соприкоснулся с кожей, как мою руку обожгло огнём. По венам вновь понеслась жидкая лава, стягивая мышцы и вырываясь из моих рук потоком света, и обжигая кожу. Зажмурилась, сжала челюсть, уперлась ладонями в тело кошки. Чё-ёрт! Да, на хрена, мне эта магия?! Дышать. Надо дышать. Вдох. Лёгкие обжигает кипятком. Стук сердца. Выдох. Тисками стискивает грудь. Стук сердца. Меня окутала прохлада, охлаждая кожу и, принося глоток свежего воздуха. Вдох. Собралась с силами и оторвала руки от тела. Выдох. Сфокусировала взгляд на ране:

– Тина… – Каркнула вороньем голосом. – Смолу. – Протянула руку, скорее почувствовала, как в ладонь вложили что-то. Макнула пальцы наугад. Попала. Размазала по ране.

– Всё. Всем спасибо. – Похлопала по рёбрам. – Все свободны. Дайте ей попить. – Сказала и почувствовала, как тело моё начало заваливаться на бок.

И снова, здравствуй, темнота.

Глава XII

Спустя два месяца.

– Тина, скажи, пожалуйста, а почему это надо делать обязательно ночью? – Шептала я, пробираясь через кусты вдоль каменного забора.

– Потому что, завтра сборы, а потом дальняя дорога и вступительные. Где мы найдем в Академии храм? – Так же шёпотом ответила мне, впереди идущая девушка.

Мы выбрались из её родового имения, через окно спальни Тины. И сейчас в полной темноте шарились по кустам, в поисках лаза в заборе, который Тина, будучи ещё ребенком, нашла, и о котором ни кто не знает. Кроме, пожалуй, её братца – Фроста. В последнею неделю летних каникул, Деметрий распустил всех по домам. Что бы навестили родных, ну, и подготовились к новому учебному циклу. Меня же, как признанную кровь ля Менсо, пригласили погостить у родни. Деметрий, как я и подозревала, является родным дядей Тине и Фросту и родным братом первому советнику императора – Иклину ла Донанто.