Счастью быть!

Траекторию полета не увидела. Увидела сияние.

А потом сама засияла. Красивым молодым лицом. С фингалом.

Вторая история театральная.

Иногда спектакли заканчиваются поздно, и домой я возвращаюсь быстрым галопом.

И всегда нарядная. А наряды в моем понимании – чем длиннее – тем наряднее.

И вот запрыгиваю я такая нарядная горной козой на крыльцо своего подъезда сразу через три ступени и наступаю на подол длинного наряда.

Наспектакленная голова не успевает дать не таким интеллектуальным ногам команду «стоять!», и они продолжают бежать где-то там, внутри длинного наряда, но уже не по ступеням.

Тело, естественно, наклоняется, согласно законам физики, и об закрытую подъездную дверь ударяется, согласно тем же законам, головой.

Ну, я вам доложу, был фейерверк. Все сено сжег. Да какое сено! Чистый клевер. В моей голове.

В глазах сияло так, что очки слетели.

А потом под глазом сияло, так что из дома только по ночам выходить стала. Чтобы с фонарями конкурировать.

Непрозрачные намеки.

Строили гараж.

Я принимала участие в стиле "мы пахали – я и лошадь". Задача заключалась в том, чтобы не мешать и, по возможности, не разрушить гараж, который был представлен балками сбоку и сверху, не уронить ящик с инструментами, сварочный аппарат, пилу, и главное, всей собой не упасть в открытый неподалеку колодец с насосом.

Очередь дошла до ворот.

Красивые рольставни изумительного коричневого цвета были заказаны заранее, и когда пришел час доставки в наше дачное злачное – у Любимого на работе случился аврал.

– Ленка, придется тебе встретить машину и сложить новые ворота на участке, – обрадовал он меня перед сном и добавил, – спокойной ночи!

И ночь моментально перестала быть спокойной.

Светила Луна, я толкала Любимого в бок и беспокойно бормотала:

– А скока весят?

– Сто кг?

– И мотор ещё?

– А скока мотор весит?

– Пятьдесят кг?

– И балка ещё?

– Скока весит?

– Лёгкая это сколько?

– Двадцать кг?

И взвившись с подушек благим матом:

– И как ты предлагаешь МНЕ сложить это ВСЁ на газончике?

– Сережка (сосед) сложит, – пробормотал, засыпая, супруг, – у него там Нурик работает, они выгрузят. С тебя только ворота открыть. Да спи ты уже!

Луна по-прежнему кидала свои белые лучи в окно, но ночь спокойнее не становилась. Мне снились трубы, балки, водитель грузовика с наганом, в бусах из зубов и я с пилой.

Утром полегчало. Моя филейная часть не смогла сидеть спокойно – стала наяривать круги на велосипеде у въездных ворот нашего дачного злачного. До тех пор, пока около них не затормозила газель.

– Открываю, – заорала я водителю знаками, пикнула пультом, и махнула, – за мной!

Лихо катила моя филейная часть в розовых шортах в сторону дома. Притормаживая, явно засматриваясь на шорты, за ней катил грузовик.

– Сережа, Сережа, ворота привезли, – взволнованно зачастила я через соседский забор.

– Сейчас разгрузим, – сказал Сережа.

И разгрузили.

Внимательно проследила, как коробки перенесли на газон. Следила не одна. Ещё следил другой сосед – Владислав Никодимович, подвисая на моем заборе. Правда, висле как-то нервно и все время куда-то звонил и чертыхался в телефон.

Я не чертыхалась, на вопрос Сережки "Лен, а какие ворота?" ответила – "Коричневые", потянула за край упаковки и…

– Белые, – ахнула я, увидев обнажившуюся деталь.

– Да и не ворота это, – добил сосед Сережка.

А сосед Владислав Никодимович без спроса ворвался на газон и заорал благим матом голосом:

– А чего это вы мои кухонные панели спиздили и сюда выгрузили?

– Бывает, – философски ответил Сережка. А я промолчала.

С кем не бывает.

Иногда на автопилоте, не глядя, с разбегу пытаюсь ворваться в чужие машины.

Вижу боковым зрением, что стоит тойота моего цвета – все, остальное неважно. Повезет, если машина закрыта, потому что могу быстро прыгнуть на пассажирское сиденье, и только потом посмотреть на изумленного водителя. Не моего, естественно.

Потом объясняю не менее изумленному Любимому, что у меня географический кретинизм, а это, между прочим, особенность работы мозга. Любимый же воспринимает это как некоторую придурковатость и на мое «ошиблась, с кем не бывает» говорит обидное «ни с кем» и смотрит так вызывающе.

Утром закупали продукты. В большом супермаркете.

Оба разоделись как на праздник – в черные джинсы с белыми свитерами и в этих луках разбежались по своим интересам в разных отделах.

Я бросилась в рыбный, Любимый – в мясной, естественно.

Договорились встретиться в молочном через пару минут.

Точность – вежливость королей. Поэтому ровно через пять минут одну секунду легкой танцующей походкой бывалого моряка , только что покинувшего притон, с мыслями о рыбах я взяла курс на спину мужчины, обтянутой в белый свитер.

Спина склонилась над витриной с сыром и нюхала лицом горгонзолу, именно ту, которую мы обязательно прихватываем в свою корзину.

Я подошла к мужской спине в белом свитере, обняла ее за талию, махнула перед лицом пакетом с карпом.

Карп в пакете приветливо махнул хвостом, потому что его только что достали из аквариума,

и карпу было весело.

Мы вдвоем с карпом одновременно застыли.

Потому что увидели шагающего нам навстречу Любимого.

И Любимый застыл.

И спина в белом свитере застыла.

И женщина с куском маасдама застыла. С каким-то неприятным выражением лица.

"Морду набьет" – поняла я и ляпнула:

– К нам едет Ревизор.

Теперь застыли продавцы сыра, выставив свои острые ножи.

Любимый взял меня за руку и всем своим силуэтом в белом свитере показал, что я ему, конечно, дорога, но ему уже не до смеха.

Я пожала плечами и ответила силуэтом в своем белом свитере, что ошиблась, с кем не бывает.

И пошла, не дожидаясь этого «ни с кем». Подумав, что отдохнуть-то, в принципе, не помешает.

Помидорно - журчащее.

– Откуда едете? – козырнув рукой в районе то ли головы то ли неба, спросил нас сотрудник ГИБДД на Рублевке, озадаченно рассматривая заляпанную грязью машину.

– Из Сызрани, – ответил Любимый, протягивая ПТС из водительского окна.

– И что там, в Сызрани? – обалдело спросил ГИБДДшник.

– Волга, леса, приветливые люди, – начала отвечать романтическая особа с пассажирского сиденья, мечтательно закатив глаза в район неба, куда только что козырнул сотрудник

– Помидоры, – перебил меня прагматик, сидящий за рулем.

И махнул рукой в определенном направлении – заднего сидения, на котором комфортно расположились спелые ароматные томаты.

– Поезжайте! – козырнул рукой в направлении дороги сглотнувший слюну сотрудник.

Так мы возвращались из отпуска в прошлом году.

***

– Откуда едете? – спросил нас сотрудник ГИБДД на Рублевке, весело помахивая черно-белым жезлом.

– Из Гороховца, – ответил Любимый и протянул в окно ПТС.

– И что там в Гороховце? – бесстрастно поинтересовался служащий закона.

– Клязьма, монастыри, приветливые люди, – завела я, мечтательно закатывая глаза в направлении неба, но уперев их в крышу автомобиля.

А Любимый ничего не сказал.

И никуда не махнул рукой.

Потому что на заднем сиденье комфортно расположились изоляторы.

Так мы возвращались из отпуска в этом году.

Ехали из монастыря.

– Вам не нужны изоляторы? – спрашивали мы монахинь, закупив у них вкуснейшего сыра и торт «Медовик».

– Мы и слов таких не знаем, – отвечали монахини, – забирайте и идите с Богом.

С Богом и на полусогнутых Любимый с Максимом тащили изоляторы в машину, и, если Любимый понимал, зачем он несет эти тяжести , то Макс пёр их на голом энтузиазме.

– Раритет, – разглагольствовал Любимый, обласкивая взглядом эти коричневые фарфоровые штуки, – такие на столбах еще в пятидесятых годах при советской власти висели, сейчас такие днем с огнем не найдешь.

– Да, – коротко отвечал Максим, молча прикидывая на какой площадке загнать «раритет».

– А сколько, сколько они сейчас стоят? – нетерпеливо подскакивала я, не отягощенная никакими тяжестями, кроме глупых мыслей.

– Разберемся, – загадочно отвечал Любимый.

Разбирались уже по приезду. Трофеи выгрузили на газон, уселись на лавку и открыли «Авито».

– Вот они, – ткнул пальцем в объявление Любимый, – точно такие же продают.

– Сколько просят? – моментально среагировала я.

– Пятьсот рублей штука, – каким-то сдавленным голосом сказал Любимый и сразу же неприлично громко загоготал, – Гы-гы-гы.

– Стоило переть их из монастыря, конечно, – одобрила я.

А Любимый резюмировал неожиданным:

– Фонтан сделаем.

И сделал. Из изоляторов.

Еще обещал генератор Тесла к нему присобачить. Если из следующего отпуска газотрон привезем.

А я вот думаю – помидоры тоже надо прихватить. Вперемешку с этой лампой на заднем сиденье пристроим. Чтобы ГИБДД в тонусе удержать.

Очевидное-невероятное.

Ездила: в магазин за продуктами (нет), в аптеку (конечно, нет), в салон "Бровиссимо" (да),

в Rendez-Vous (конечно, да). Вышла на бровях и на туфлях.

Тем временем Любимый с Родей (котом) работали над проектом (наверное).

А потом вышли из дома. В тапках и босиком.

И записали мне пять голосовых.

1. « Представляешь, Ленка, выхожу сейчас с Родей во двор. Родю провожаю, без меня не хотел выходить. И что вы думаете? Пятнистый разноцветный зверек сидит рядом с нашей ямой для фонтана. И бац, в мгновение ока он растворяется. Представляешь? Вот пипец просто. Родя свидетель».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.