Расстановки про деньги. 20 сессий для самостоятельной работы

Запишите первое, что пришло.

Шаг 3. Задайте ей вопрос.

Мысленно спросите эту фигуру: «Что ты хочешь мне сказать? Почему ты меня останавливаешь?»

Запишите ответ, который приходит. Не редактируйте. Даже если он кажется глупым или нелогичным.

Шаг 4. Поблагодарите.

Скажите этой фигуре — вслух или мысленно: «Спасибо, что ты меня защищала. Я понимаю, что ты хотела как лучше. Но сейчас я справлюсь. Ты можешь отойти в сторону».

Заметьте, что изменилось в теле. Может быть, стало легче дышать? Или напряглись плечи? Или ничего не изменилось? Запишите.

Глава 4. Деньги и отношения: почему вы выбираете между любовью и деньгами

Прежде чем мы перейдём к сессии, я попрошу вас ответить на один вопрос письменно, не торопясь, честно:

Было ли в вашей жизни так, что вы отказывались от денег ради отношений — или от отношений ради денег? Опишите ситуацию в двух-трёх предложениях.

Запишите. Это важно.

Сессия: Ольга, 42 года, руководитель отдела продаж

Ольга пришла ко мне с запросом, который она сама называла «стыдным». Она долго не решалась его озвучить — мы проговорили минут пятнадцать на общие темы, прежде чем она смогла сформулировать главное.

— Я встречаюсь с мужчиной, — начала она осторожно. — Он хороший, добрый, заботливый. Но он зарабатывает в три раза меньше меня. И меня это бесит. Я понимаю головой, что это не главное, что я не должна оценивать человека по кошельку. Но внутри — раздражение. Я начинаю его упрекать, сначала мысленно, потом вслух. Мы ссоримся. Я чувствую себя мерзавкой, потому что меня волнуют деньги, а не чувства. И я не знаю, что с этим делать.

Она говорила и одновременно как будто оправдывалась. Я видела, как ей трудно произносить эти слова вслух — как будто она признаётся в чём-то постыдном.

— Ольга, — сказала я, — то, что вы чувствуете, — не стыдно. Это сигнал. Ваша психика пытается сказать вам что-то важное, но вы её глушите чувством вины. Давайте попробуем расстановку, чтобы понять, что именно стоит за этим раздражением.

Я попросила её найти три предмета. Она оглядела комнату, встала, подошла к письменному столу, который был виден в кадре, и вернулась с тремя вещами: маленькая деревянная фигурка, золотая монета-сувенир и пустая стеклянная банка.

— Разложите перед собой, — сказала я.

Ольга положила фигурку слева, монету по центру, банку справа.

— Что есть что?

— Фигурка — это он, мой партнёр: Монета — деньги. Банка — наши отношения.

— Отлично. А где вы сами?

Она задумалась.

— Я как будто снаружи. Я смотрю на всё это.

— Тогда поставьте ещё один предмет — себя. Что-то, что будет вас обозначать.

Она взяла со стола ключи, положила их чуть поодаль.

— Я — это ключи. Я наблюдаю сверху.

— Хорошо. А теперь возьмите монету, которую вы обозначили как деньги, и положите её туда, где, по вашему ощущению, ей место в этой композиции. Не туда, где она лежала изначально, а туда, где она должна быть.

Ольга взяла монету, подержала её в руке и вдруг, вместо того чтобы положить куда-то, положила её в пустую стеклянную банку, которая символизировала отношения. Монета звякнула о стекло.

— Почему вы положили её туда? — спросила я.

— Не знаю, — ответила она растерянно. — Рука сама потянулась. Она как будто принадлежит банке.

— Посмотрите на эту композицию. В банке лежат ваши деньги, ваши отношения, и фигурка партнёра — рядом. А вы снаружи, в виде ключей, наблюдаете сверху. Что вы чувствуете?

Ольга смотрела на предметы.

— Я чувствую, что отделена. Я стою над всем этим и оцениваю. Я как будто не участник, а судья. «Правильно — неправильно», «достаточно — недостаточно», «заслуживает — не заслуживает».

— А теперь сделайте вот что, — сказала я. — Уберите ключи. Соединитесь с этой композицией.

— В каком смысле?

— Представьте, что вы не снаружи, а внутри. Вы — часть этих отношений, часть денег, часть этого союза. Положите свою руку на банку.

Ольга нерешительно протянула руку и положила ладонь на стеклянную банку, в которой лежала монета и стояла фигурка.

— Что теперь?

— Что изменилось?

— Я чувствую тепло, — сказала она удивлённо. — Стекло тёплое. И я перестала оценивать. Я просто держу.

— А теперь посмотрите на фигурку. Это ваш партнёр. Он в той же банке, что и ваши деньги. Скажите вслух: «Ты не обязан зарабатывать столько же, сколько я. Ты другой. И я выбираю тебя не за деньги».

Ольга повторила. На слове «выбираю» её голос дрогнул.

— Легче не стало, — сказала она честно. — Но напряжение упало. Я поняла, что всё это время я ждала, что он догонит меня по доходу. И злилась, потому что он не догонял. А он и не обязан.

— Важно другое, — сказала я. — Вы отделили себя от денег, поставив себя над ними в роли судьи. Но на самом деле вы имеете право и на деньги, и на отношения. Вам не нужно выбирать. Просто пока вы не дали себе разрешения иметь и то и другое, вы будете бессознательно саботировать либо доход, либо союз.

Ольга молчала, держа руку на банке.

— Что мне теперь делать? — спросила она.

— Заберите монету из банки. Положите её рядом. Отношения — это одно. Деньги — это другое. Они могут быть рядом, но не обязательно внутри друг друга.

Ольга вынула монету из банки и положила её на стол рядом.

— Стало легче, — сказала она. — Банка перестала быть «общей копилкой». Она просто банка.

— А теперь верните себя в композицию. Вы не над ней, не снаружи. Вы — рядом.

Она пододвинула ключи к банке и монете, так что все четыре предмета оказались на одной линии.

— Очень странное чувство, — сказала она. — Равновесие. Я как будто перестала быть судьёй и стала участником.

Что произошло на самом деле?

Ольга столкнулась с классическим внутренним конфликтом между двумя ценностями: безопасностью (деньги) и принятием (отношения). Её психика создала ложную дихотомию, в рамках которой она должна была выбрать что-то одно. И она выбрала — отношения, но с внутренним раздражением на партнёра, потому что её потребность в финансовой безопасности осталась нереализованной.

Когда она положила руку на банку, она физически соединилась с обоими элементами сразу — и с отношениями, и с деньгами. Тело перестало воспринимать их как конфликтующие объекты. Когда она вынула монету из банки — она отделила одно от другого, не обесценивая ни то, ни другое.

Это не значит, что её раздражение на партнёра исчезло навсегда. Но у неё появилась новая опция: видеть ситуацию не как «выбор между деньгами и любовью», а как «совмещение двух разных, но равноценных потребностей».

Ваше исследование

А теперь ваша очередь. Эта мини-расстановка посвящена вашему внутреннему конфликту между деньгами и значимыми отношениями — с партнёром, с родителями, с детьми, с друзьями. Она длиннее предыдущих, но я прошу вас пройти её целиком.

Мини-расстановка: «Деньги и отношения в одном пространстве»

Шаг 1. Выберите три предмета.

Найдите три предмета рядом с собой. Это могут быть любые вещи: ручка, чашка, книга, пульт, монета, ключи. Не думайте слишком долго — возьмите то, что попадается под руку.

Условно обозначьте их:

Первый предмет — это вы.

Второй предмет — это ваши деньги, доход, финансовое положение.

Третий предмет — это ваши значимые отношения (партнёрские, семейные или дружеские — те, которые чаще всего входят в конфликт с деньгами).

Шаг 2. Разложите их на столе.

Не думая, просто положите их так, как чувствуете. Не стремитесь к красивой композиции, не исправляйте, если что-то легло нелогично.

Посмотрите на то, что получилось. Кто где находится? Кто ближе к кому? Кто отдельно?

Шаг 3. Задайте себе три вопроса.

Запишите ответы:

1. Где в этой композиции находится мой предмет «я» — над другими, рядом, в стороне?

2. Как расположены деньги относительно отношений — они вместе, разделены, одно внутри другого?

3. Какое чувство у меня возникает, когда я смотрю на эту композицию целиком?

Шаг 4. Сдвиньте один предмет.

Теперь сделайте одно маленькое действие: переместите один из предметов так, чтобы композиция стала для вас более комфортной. Это может быть незаметное движение на сантиметр, а может быть кардинальное перемещение на другой конец стола.

Понаблюдайте за тем, что изменилось в теле — не в голове, а в ощущениях. Стало легче дышать? Напряглись плечи? Появилось беспокойство? Запишите это.

Что вы заметили?

Если в процессе вы заметили, что вам захотелось убрать один из предметов совсем или спрятать его за другой — это тоже важный сигнал. Он указывает на то, какую именно часть вашей жизни вы склонны обесценивать или прятать.

Попробуйте продержаться в этой новой композиции хотя бы несколько часов — не физически, конечно, а в осознании. Заметьте, будет ли вам хотеться вернуть всё обратно. И если да — спросите себя: «Что я теряю, оставляя всё как есть?»

Глава 5. Страх публичности: почему быть заметным страшнее, чем быть бедным

Прежде чем мы перейдём к сессии, я попрошу вас ответить на один вопрос письменно:

Что для вас страшнее: быть бедным и незаметным или быть богатым и на виду? И почему?

Не торопитесь с ответом. Почувствуйте разницу между этими двумя состояниями. Запишите первое, что приходит.

Сессия: Дмитрий, 49 лет, владелец производственной компании

Дмитрий пришёл ко мне по рекомендации своего знакомого, с которым я работала год назад.

На видео встрече я увидела мужчину с усталыми глазами и крепко сжатой челюстью. Он сидел в кабинете, стены которого были увешаны сертификатами и дипломами, но на его лице не было ни следа гордости за эти достижения — скорее, настороженность, как будто он ожидал подвоха от следующего вопроса.

— Расскажите, что происходит, — начала я.

— У меня завод, — сказал Дмитрий. — Пять цехов, сто двадцать человек. Работаем стабильно, заказы есть. Но я не могу сделать следующий шаг. Нужно расширяться, брать кредит под новую линию, выходить на федеральный уровень. Я всё просчитал — цифры сходятся. Но я торможу. Я нахожу причины отложить решение. Уже полгода.

— Что вы чувствуете, когда думаете о расширении?

Дмитрий помолчал.

— Тревогу. Как будто я выхожу на свет, и в меня могут выстрелить.

— Это важная метафора, — сказала я. — Выход на свет. Расскажите, в вашей жизни, в вашей семейной истории были ситуации, когда быть заметным было опасно?

Он снова замолчал. Я не торопила его.

— Мой дед был раскулачен в тридцатом, — сказал он наконец. — Его расстреляли, бабушку с детьми выслали. У него была мельница. Он был заметным человеком в деревне, уважаемым, зажиточным. И его убили за это. В моей семье это всегда передавали как урок: «не высовывайся, не привлекай внимания, иначе потеряешь всё, включая жизнь».

— Сколько вам было, когда вы впервые услышали эту историю?

— Я не помню, когда не слышал. Она была частью воздуха, которым я дышал. Мы не отмечали праздники громко, не покупали дорогих вещей, не говорили о деньгах вслух. Мать донашивала пальто по десять лет, отец ездил на «Жигулях», хотя мог купить иномарку. Мы жили скромно, хотя денег хватало. Это был неписаный закон.

— И теперь, когда вы хотите расширить бизнес, ваша психика говорит: «Если мы станем крупнее, заметнее, нас увидят. А если увидят — нападут, как на деда». И вы тормозите, потому что это буквально вопрос жизни и смерти для вашего бессознательного.

Дмитрий молча кивнул.

— Давайте попробуем расстановку, — предложила я. — Не с предметами на столе, а с пространством вашей комнаты.

Я попросила его отодвинуть кресло, встать так, чтобы я видела его полностью. Он встал, разминая плечи, как перед физической работой.

— Представьте, что пол перед вами — это ваш путь роста, — сказала я. — Прямо перед вами — ваш бизнес сегодня. На расстоянии двух метров от вас — ваш бизнес через два года, каким вы его видите в планах. Почувствуйте это расстояние.

— Я вижу, — сказал он.

— Сделайте шаг вперёд, к будущему.

Дмитрий шагнул. Остановился.

— Что чувствуете?

— Напряжение в груди. Как будто что-то давит.

— Сделайте ещё шаг.

Он шагнул. Лицо его напряглось.

— Не могу, — сказал он. — Дальше не идётся.

— Посмотрите вверх, — попросила я. — Над вами, над тем местом, куда вы хотите прийти, — что вы видите? Не буквально, а внутренним зрением.

Дмитрий поднял голову к потолку своей комнаты.

— Я вижу свет, — сказал он. — Прожектор. Как в тюрьме. Он светит прямо на меня, и я чувствую себя мишенью.

— Это и есть страх публичности, — сказала я. — В вашей родовой истории свет прожектора означал гибель. Для деда этот прожектор был реальным: его заметили, осудили, убили. И вы носите этот страх в своём теле, хотя ваша реальность — другая.

— Как мне убрать этот прожектор? — спросил Дмитрий.

— Никак, — ответила я. — Вы не можете его убрать. Но вы можете изменить своё отношение к нему. Скажите вслух: «Я — не мой дед. Я живу в другое время. Мой успех — не угроза моей жизни».

Дмитрий повторил. Медленно, с расстановкой.

— Скажите ещё раз, громче.

Он повторил громче. Голос его звучал твёрже.

— А теперь представьте, что прожектор — это не орудие пытки, а просто свет. Он освещает вас, и в этом свете вас видно. Но видно — не значит уязвимо. Видно — значит доступно для тех, кто ищет вас.

Дмитрий стоял, глядя вверх. Я видела, как его дыхание изменилось — стало глубже, ровнее.

— Прожектор не исчез, — сказал он. — Но он перестал быть страшным. Он просто светит.

— Этого достаточно, — ответила я. — Страх не уходит полностью, но он перестаёт управлять вашими решениями. Вы можете шагнуть в свет, даже если вам страшно. Первые несколько раз будет страшно. Потом — привыкнете.

— Сделайте ещё один шаг вперёд, — попросила я.

Дмитрий шагнул. На этот раз — без остановки.

— Я дошёл, — сказал он. — Стою на месте будущего. И чувствую… спокойствие. Не эйфорию, не восторг. Просто спокойствие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.